Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-5220/2022

г. Владивосток

04 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 04 апреля 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.Н. Горбачевой,

судей Л.А. Мокроусовой, Д.А. Самофала,

при ведении протокола секретарем судебного заседания до перерыва ФИО1, после перерыва ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго»,

апелляционное производство № 05АП-550/2023 

на решение от 20.12.2022 

судьи Т.А. Арзамазовой 

по делу № А24-5220/2022 Арбитражного суда Камчатского края 

по иску публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к краевому государственному автономному учреждению «Спортивная школа олимпийского резерва по зимним видам спорта» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,) 

о взыскании 1 694 701 рубля 22 копеек, составляющих 1 634 368 рублей 68 копеек задолженности по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 09.06.2016 № ОТП-16-00149, 60 332 рублей 54 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 11.03.2021 по 31.03.2022 и с 01.10.2022 по 05.10.2022, с дальнейшим взысканием процентов по день фактической оплаты,

при участии:

от истца: ФИО3 по доверенности от 01.01.2022, сроком действия до 31.12.2025, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 012-1197), паспорт (до перерыва); после перерыва посредством ВКС в Арбитражном суде Камчатского округа -  Самоделкина В.О. (в режиме видеоконференцсвязи) по доверенности от 01.01.2022, сроком действия до 31.12.2025, диплом о высшем юридическом образовании (регистрационный номер 11824), паспорт;

от ответчика: до и после перерыва директор ФИО4, приказ, паспорт; 

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (далее – ПАО «Камчатскэнерго», истец) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением к краевому государственному автономному учреждению «Спортивная школа олимпийского резерва по зимним видам спорта» (далее – КГАУ СШОР ПО ЗВС, учреждение, ответчик) о взыскании 1 694 701 рубля 22 копеек, составляющих 1 634 368 рублей 68 копеек задолженности по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от 09.06.2016 № ОТП-16-00149, 60 332 рублей 54 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 11.03.2021 по 31.03.2022 и с 01.10.2022 по 05.10.2022 с дальнейшим  взысканием процентов по день фактической оплаты.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 20.12.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ПАО «Камчатскэнерго» обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просило решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных в иске требований. В обоснование своей позиции заявитель привел доводы об ошибочности вывода суда о наличии конкуренции между условиями договора и дополнительного соглашения к нему о порядке оплаты услуг в связи с тем, что соглашением изменен лишь пункт 3.1 договора в части размера подлежащей внесению ответчиком в пользу сетевой организации платы за технологическое присоединение, в то время как порядок внесения платы определен в пункте 3.2 договора и предусматривает ежеквартальные платежи в равных долях со стороны ответчика. Полагал, что у него возникло право требования уплаты долга ответчиком и, как следствие, право начисления процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Расчет предъявленной к взысканию с ответчика суммы процентов приведен в тексте жалобы.

В  дополнениях к апелляционной жалобе истец указал, что согласованный сторонами при подписании договора в пункте 3.2 порядок внесения платы за технологическое присоединение соответствует пункту 17 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), и не затронут условиями дополнительного соглашения.

В письменном отзыве КГАУ «Спортивная школа олимпийского резерва по зимним видам спорта» указало, что в связи с длительным неисполнением сетевой организацией обязательств по технологическому присоединению, отсутствовали основания для обращения к Министерству спорта и молодежной политики Камчатского края в рамках соглашения № 143 от 27.06.2016 с запросом о предоставлении бюджетного финансирования с целью покрытия расходов по договору. Возможность оплаты оказанных истцом услуг за счет собственных средств учреждения либо за счет средств краевого бюджета отсутствует. Сослался на неосведомленность учреждения об оказании истцом спорных услуг, фальсификацию дополнительного соглашения от 08.12.2020 и акта об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020, нерассмотрение судом первой инстанции отраженного в тексте отзыва на иск заявления о фальсификации указанных документов, а также на ошибочность вывода суда первой инстанции о наличии оснований для применения правил о последующем одобрения сделки представляемым. С учетом изложенного, полагая исковые требования необоснованными, просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, а жалобу истца – без удовлетворения.

В судебном заседании стороны поддержали вои доводы и возражения.

Ответчик  в порядке статьи 161 АПК РФ  заявил апелляционному суду  письменное ходатайство о фальсификации дополнительного соглашения от 06.12.2020 к договору от 09.06.2016 №ОТП-16-00149, акта о технологическом присоединении, указывая на неверное название учреждения в данных документах, несоответствие печати КГАУ печати учреждения, а также подписание этих документов неуполномоченным лицом. 

Применительно к статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

Перечень проводимых мероприятий по проверке обоснованности заявления о фальсификации доказательств определяется судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, проверка заявления о фальсификации доказательств, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу. 

По смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации понятие "фальсификация доказательств" предполагает совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в гражданском, арбитражном или уголовном процессе в качестве доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения.

Арбитражный суд в установленном порядке констатирует факт фальсификации доказательств и применяет соответствующие предусмотренные законом меры тогда, когда материалы дела позволяют достоверно установить, что доказательство, о фальсификации которого по делу заявлено, действительно содержит признаки "материального подлога", то есть в том случае, когда исследование такого доказательства может привести к получению арбитражным судом ложных сведений о фактических обстоятельствах дела в связи с тем, что на материальный носитель было оказано воздействие.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции заявлений о фальсификации доказательств, представленных в суд первой инстанции, так как это нарушает требования части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о раскрытии доказательств до начала рассмотрения спора, за исключением случая, когда в силу объективных причин лицу, подавшему такое заявление, ранее не были известны определенные факты. При этом к заявлению о фальсификации должны быть приложены доказательства, обосновывающие невозможность подачи такого заявления в суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела, не оспаривается сторонами, вышеуказанные доказательства представлены истцом в суд первой инстанции в рамках рассмотрения настоящего спора.

Ответчиком аналогичное заявление подавалось суду первой инстанции, однако в последующем не было поддержано, т.е. считается не поданным.

Следовательно, сторонами о фальсификации спорных документов в суде первой инстанции не было заявлено, доказательств того, что отсутствовала такая возможность по объективным причинам, в материалы дела не представлено. 

Таким образом, ходатайство ответчика о фальсификации подлежит оставлению без рассмотрения.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения сторон, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии   оснований для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Из материалов дела установлено, что на основании заявки ответчика 09.06.2016 между истцом (сетевая организация) и ответчиком (заявитель) заключен договор № ОТП-16-00149 (далее – договор), по условиям которого сетевая организация обязалась оказать услуги по технологическому присоединению энергопринимающих устройств заявителя «ВРУ-0,4кВ», в том числе по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая их проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики), с учетом следующих характеристик:

- максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств – 100 кВт, 

- категория надежности: 3,

- класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение: 0,4кВ,

Технологическое присоединение необходимо для электроснабжения объекта «Спортивно-оздоровительный лагерь», расположенный по адресу: Камчатский край, Елизовский район, с-з «Начикинский», район р. Уздач (пункт 1.2 договора).

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению согласован сторонами в пункте 1.4 договора и составил один год со дня заключения договора. 

Согласно пункту 3.1 договора плата за технологическое присоединение согласована сторонами в размере 2 897 541 рубля 12 копеек. 

Пунктом 3.2 договора порядок внесения платы за технологическое присоединение определен следующим образом:

- 5 % платы вносятся в течение 15 дней со дня заключения договора,

- остальные 95 % сносятся равными долями ежеквартально в течение трех лет со дня подписания сторонами акта об осуществлении технологического присоединения.

Одновременно с подписанием договора сетевой организацией заявителю выданы технические условия для присоединения объекта к электрическим сетям от 09.06.2016 № 04-17-59. Срок действия технических условий составил два года. 

Платежным поручением от 20.07.2016 № 520670 ответчик перечислил на счет истца 144 877 рублей 06 копеек в счет исполнения обязательств по договору.

Дополнительным соглашением к договору от 08.12.2020 стороны уточнили размер платы за технологическое присоединение, установив ее в размере 2 946 651 рубля 98 копеек за счет  изменения ставки НДС. При этом согласно новой редакции пункта 3.1.3 договора заявителю следовало доплатить сумму в размере 2 801 774 рублей 92 копеек в течение трех лет со дня подписания акта об осуществлении технологического присоединения.

10.12.2020 истцом оформлен акт об осуществлении технологического присоединения № ОТП-16-00149, в котором зафиксирован факт осуществления технологического присоединения энергопринимающих устройств ответчика к электрическим сетям истца. Указанный акт подписан представителями обеих сторон.

Указывая на неисполнение ответчиком обязательства по внесению платы за технологическое присоединение, 03.12.2021 и 25.05.2022 истцом в адрес ответчика направлены претензии, содержащие требование о погашении задолженности по ежеквартальным платежам и об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами. Требования претензий оставлены ответчиком без удовлетворения.

Уклонение учреждения от погашения задолженности по плате услуг на технологическое присоединение энергопринимающих устройств послужило основанием для обращения ПАО «Камчатскэнерго» в Арбитражный суд Камчатского края с настоящим исковым заявлением о взыскании сумм основного долга и начисленных процентов.

Посчитав, что требование о взыскании основного долга заявлено преждевременно, поскольку не наступил срок на оплату услуг технологического присоединения энергопринимающих устройств, суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска в полном объеме.  

Повторно рассмотрев спор по имеющимся в деле доказательствам в порядке главы 34 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Договор технологического присоединения исходя из положений пункта 1 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон № 35-ФЗ), пунктов 6, 16, 17 Правил № 861, по всем своим существенным условиям соответствует договору возмездного оказания услуг, в связи с чем к правоотношениям сторон по договору технологического присоединения подлежат применению специальные нормы главы 39 ГК РФ, а также общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III настоящего Кодекса).

По договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик – оплатить эти услуги. Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (пункт 1 статьи 779, пункт 1 статьи 781 ГК РФ).

Правила № 861 определяют порядок технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, регламентируют процедуру присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям сетевой организации, определяют существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям.

В соответствии с положениями статьи 26 Закона об электроэнергетике по договору об осуществлении технологического присоединения сетевая организация принимает на себя обязательства по реализации мероприятий, необходимых для осуществления такого технологического присоединения, в том числе мероприятий по разработке и в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике, согласованию с системным оператором технических условий, обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства, включая их проектирование, строительство, реконструкцию, к присоединению энергопринимающих устройств и (или) объектов электроэнергетики, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов электроэнергетики).

Заказчик вносит сетевой организации плату по договору об осуществлении технологического присоединения с возможным условием об оплате выполнения отдельных мероприятий по технологическому присоединению, а также разрабатывает проектную документацию в границах своего земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями, и выполняет технические условия, касающиеся обязательств заказчика (пункт 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике и пункты 16, 17 Правил № 861).

В пункте 18 Правил № 861 предусмотрен порядок действий по технологическому присоединению. Завершает указанный процесс фактические действия по присоединению и обеспечению работы энергопринимающих устройств в электрической сети сетевой организации. При завершении процедуры технологического присоединения составляются акт разграничения балансовой принадлежности электрических сетей и эксплуатационной ответственности сторон, а также акт о технологическом присоединении (пункт 19 Правил № 861).

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиям (статья 309 ГК РФ). 

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 ГК РФ).

Основанием для прекращения обязательства является его надлежащее исполнение (статья 408 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67, 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом, в силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон (часть 3 статьи 8 АПК РФ).

Факт оказания истцом услуг по договору в полном объеме подтверждается представленными в материалы дела актом об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 № ОТП-16-00149 (том 1, л.д. 38-41) и договором энергоснабжения от 30.12.2021 № 1426Е с приложениями (том 1, л.д. 128-152), в которых указана новая точка поставки энергии, созданная истцом в рамках спорого договора технологического присоединения; в связи с чем на стороне ответчика возникла обязанность по оплате стоимости оказанных услуг.

Ответчик, возражая по требования истца, указал, что обязательство по оплате услуг не возникло в связи с тем, что приемка результата работ им не производилась; об окончании производства работ узнал в ходе рассмотрения настоящего дела; сослался на подписание дополнительного соглашения от 08.12.2020 к договору и акта об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 № ОТП-16-00149 неуполномоченным лицом, несоответствие печати учреждения на данных документах, а также неверном наименовании учреждения, в связи с чем просил провести проверку доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ. В дальнейшем, согласно протоколу судебного заседания от 29.11.2022 ответчик заявление о фальсификации не поддержал. В этой связи  суд первой инстанции заявление о фальсификации не рассматривал.

Также ответчик сослался на то, что финансирование затрат на технологическое присоединение предполагалось за счет субсидии из средств краевого бюджета, однако, в связи с длительным выполнением истцом обязательств по технологическому присоединению и неиспользованием выделенных средств соответствующие денежные средства возвращены в бюджет, в настоящее время возможность финансирования данного мероприятия отсутствует.

Вместе с тем, в рамках проверки доводов ответчика о подписании дополнительного соглашения от 08.12.2020 к договору и акта об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 № ОТП-16-00149 неуполномоченным лицом,  суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.  Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Из материалов дела судом установлено,  что подпись от имени директора ответчика ФИО4 в спорных документах выполнена иным лицом – ФИО5, который представлял интересы ответчика в правоотношениях с истцом на основании выданной доверенности и не имел полномочий на подписание документов от имени ответчика.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1, статьям 8, 9, 153 ГК РФ юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе, в том числе посредством заключения договоров (сделок), из которых возникают гражданские права и обязанности. Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами.

В материалы дела представлены: приказ от 08.07.2019 о принятии ФИО4 на должность директора ответчика (том 1, л.д. 126); выписка из ЕГРЮЛ, содержащая сведения о том, что директором ответчика является ФИО4 (том 1, л.д. 91-100); а также доверенность сроком до 31.12.2016, выданная на имя ФИО5 предыдущим директором ответчика ФИО6 (том 1, л.д. 127).

В силу пункта 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого. Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

В иных случаях, когда сделка от имени юридического лица совершена лицом, у которого отсутствуют какие-либо полномочия, подлежат применению положения статьи 183 ГК РФ (пункт 122 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; далее – Постановление № 25).

На основании пункта 1 статьи 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения (пункт 2 статьи 183 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 123 Постановления № 25, установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ). Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения. Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Следовательно, если документ, подписанный от имени лица неуполномоченным или неустановленным лицом, в последующем одобрен представляемым, факт его ненадлежащего подписания не является основанием для признания документа недействительным, а обстоятельства такого одобрения должны быть исследованы судами.

Из материалов дела следует, что 30.12.2021 директором ответчика ФИО4 подписан договор энергоснабжения № 1426Е, в пункте 1.2 которого указано, что точкой поставки по договору является место исполнения обязательств, используемое для определения объема взаимных обязательств сторон по договору, расположенное на границе балансовой принадлежности энергопринимающих устройств, определенной в акте об осуществлении технологического присоединения. Акт об осуществлении технологического присоединения указан в качестве приложения № 3 к договору. При этом в договоре указана новая точка подключения и максимальная мощность 100 кВт (вместо 20 кВт), что соответствует спорному акту техприсоединения.

Дополнительно истцом представлена копия договора энергоснабжения на 2023 год, подписанного директором ответчика в котором также указана новая точка подключения.

Таким образом, с учетом правил о последующем одобрении сделки представляемым, имеющимися в деле доказательствами подтверждается осведомленность ответчика об оформлении дополнительного соглашения от 08.12.2020 к договору и акта об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 № ОТП-16-00149 и, как следствие, осведомленность о факте оказания сетевой организацией услуг на технологическое присоединение энергопринимающих устройств по договору.  

Подписание руководителем ответчика договоров без проверки их содержания не может являться основанием для вывода о несовершении истцом действий по техприсоединению.  

В этой связи приведенные ответчиком в отзыве на иск и в отзыве на жалобу доводы о неосведомленности учреждения о факте оказания услуг на технологическое присоединение энергопринимающих устройств, подписании дополнительного соглашения от 08.12.2020 к договору и акта об осуществлении технологического присоединения от 10.12.2020 № ОТП-16-00149 неуполномоченным лицом и иных пороках данных документов, отклонены апелляционным судом как опровергаемые установленными выше  обстоятельствами по делу.

Поскольку материалами дела подтверждается факт оказания истцом услуг по договору и в полном объеме, на стороне ответчика возникает денежное обязательство по оплате оказанных услуг в порядке и в размере, согласованном сторонами в договоре, с учетом дополнительного соглашения.

Судом установлено, что согласно пункту 3.1 договора плату за технологическое присоединение составляла  2 897 541 рубля 12 копеек, в том числе НДС – 441 997 рублей 80 копеек.  Порядок внесения учреждением платы за технологическое присоединение согласно  пункту 3.2 договора следующий:  5 % платы вносятся в течение 15 дней со дня заключения договора, остальные 95 % вносятся равными долями ежеквартально в течение трех лет со дня подписания сторонами акта об осуществлении технологического присоединения.

Впоследствии, указанный в договоре размер и порядок внесения платы изменен путем подписания сторонами 08.12.2020 дополнительного соглашения к договору. По условиям дополнительного соглашения пункт 3.1 договора изложен в новой редакции, согласно которой размер платы за технологическое присоединение совокупно составил 2 946 651 рубль 98 копеек (в том числе: 2 455 543 рубля 32 копейки – плата без учета НДС, 491 108 рублей 66 копеек – сумма исчисленного НДС) и предусматривал доплату заявителем суммы в размере 2 801 774 рублей 92 копеек с учетом НДС (к ранее внесенным 144 877 рублей 06 копеек в счет исполнения обязательств по договору платежным поручением от 20.07.2016 № 520670) в течение 3 лет со дня подписания акта об осуществлении технологического присоединения.

При этом подписанное между сторонами дополнительное соглашение не содержит каких-либо указаний, предусматривающих внесение ответчиком платы равными долями  ежеквартально либо с иной периодичностью.

Наличие установленных по делу обстоятельств, с учетом возражений ответчика, позволяет апелляционному суду согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае имеет место конкуренция между условиями договора и дополнительного соглашения к нему о порядке оплаты услуг.

По правилам статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац 1 статьи).

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (абзац второй статьи).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенными в пункте 43 Постановления от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49), условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

По смыслу абзаца 2 статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45 Постановления № 49).

При этом следует учесть, что в случае сомнения условия договора трактуются в пользу контрагента стороны, составляющей его текст, то есть в пользу экономически слабой стороны по договору (пункт 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Следуя приведенным правовым нормам и разъяснениям, апелляционный суд пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае условия договора и дополнительного соглашения к нему предложены истцом как профессиональным участником энергетического рынка, то есть более сильной стороной договора, ответчику, как слабой стороне договора, следовательно, заключая дополнительное соглашение от 08.12.2020, истец несет все риски, связанные с толкованием условий договора в редакции дополнительного соглашения в пользу слабой стороны, а именно: обязанность ответчика по оплате услуг технологического присоединения в соответствии с условиями дополнительного соглашения возникает в течение 3 лет со дня подписания акта об осуществлении технологического присоединения. 

В связи с изложенным, а также с учетом даты подписания сторонами акта об осуществлении технологического присоединения – 10.12.2020, срок на оплату услуг истекает не ранее 09.12.2023 включительно, до окончания которого у суда первой инстанции не имелось оснований считать ответчика нарушившим соответствующее денежное обязательство.

Отказ во взыскании основного долга влечет закономерный отказ в удовлетворении требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, являющегося производным от основного требования. 

С учетом установленного, приведенные истцом в жалобе и дополнениях к ней доводы апелляционной коллегией проверены и отклонены как не соответствующие действительности, опровергаемые представленными в дело доказательствами, по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления. 

Иных убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих прийти к противоположным выводам, апеллянтом в нарушение требований, предусмотренных статьями 9, 65 АПК РФ, не представлено.

Поскольку по результатам рассмотрения спора в удовлетворении исковых требований отказано, суд первой инстанции на основании статьи 110 АПК РФ правомерно отнес на истца, как на проигравшую в споре сторону, расходы по уплате государственной пошлины по иску.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта по правилам, установленным частью 4 статьи 270 АПК РФ, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах обжалуемый судебный акт отмене, а апелляционная жалоба удовлетворению, не подлежат. 

Государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит возложению на заявителя в соответствии с требованиями части 5 статьи 110 АПК РФ, подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Камчатского края от 20.12.2022 по делу № А24-5220/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

С.Н. Горбачева

Судьи

Л.А. Мокроусова

Д.А. Самофал