ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-25684/2018

г. Самара

17 сентября 2019 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Александрова А.И., Селиверстовой Н.А.,

            при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 10 сентября 2019 года в помещении суда, в зале № 7, 

апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АвтоПромСервис» на определение  Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 июня 2019 года (судья Нургатина Л.К.), вынесенное по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АвтоПромСервис» о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела № А65-25684/2018 (судья Нургатина Л.К.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Скорпион-Финанс», ИНН 

<

***>,

с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «КамТехЦентр», общества с ограниченной ответственностью «Рольф-Лоджистик»,

с участием:   

от представителя участника должника - ФИО2, по протоколу №16/07 собрания кредиторов от 16.07.2019,

от ООО «ТЭК «Скорпион - Логистик» - ФИО3, по доверенности от 09.01.2019.

установил:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.01.2019 заявление общества с ограниченной ответственностью «ТЭК «Скорпион-Логистик» признано обоснованным и в отношении общества с ограниченной ответственностью «Скорпион-Финанс» введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило требование общества с ограниченной ответственностью «АвтоПромСервис» о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Скорпион-Финанс».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.06.2019 в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказано. Производство по рассмотрению требования общества с ограниченной ответственностью «АвтоПромСервис» в части 4 523 900 руб. прекращено. В удовлетворении остальной части требования отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «АвтоПромСервис» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части отказа в удовлетворении требования ООО «АвтоПромСервис» о включении требования в реестр требований кредиторов должника в размере 1 363 312,94 рублей; принять новый судебный акт о включении требования в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника по договорам об уступке прав требований от 02.07.2018, 25.07.2018, 22.08.2018, 07.09.2018, 25.09.2018, 15.10.2018 в размере 903 313,94 рублей, по договору цессии от 10.01.2019 в размере 460 000,00 рублей.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01 августа 2019 г. Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебных заседаний размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель заявителя апелляционной жалобы в судебное заседание не явился,  был извещен надлежащим образом.  

Представитель должника в судебном заседании возражал против удовлетворения жалобы, считает определение суда законным и обоснованным

Представитель участника должника в судебном заседании согласился с доводами апелляционной жалобы, считает ее подлежащей удовлетворению.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не  усматривает оснований для отмены обжалуемого определения и при этом   исходит из следующего.

Учитывая, что заявитель оспаривает определение в части отказа во включении в реестр требований кредиторов, суд проверяет законность и обоснованность судебного акта именно в этой части.

Согласно пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту -  Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

Обращаясь с заявлением о включении в реестр требований кредиторов,   кредитор сослался на договор аренды от 11.02.2016   транспортных средств без экипажа, заключенный   между ООО «Скорпион-Финанс» (далее - арендодатель) и ООО «АвтоПромСервис» (далее -арендатор), согласно которому должник предоставил кредитору 14 единиц транспортных средств за плату в размере 80 000 руб. в месяц.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, сославшись на не подтверждение заявителем своих доводов о наличии реальных арендных отношений между ним и должником.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и исходит при этом из следующего. 

Как установлено выше, свои требования заявитель основывает   на договоре аренды от 11.02.2016   транспортных средств без экипажа, заключенном   между ООО «Скорпион-Финанс» (далее - арендодатель) и ООО «АвтоПромСервис» (далее -арендатор), согласно которому должник предоставил кредитору 14 единиц транспортных средств за плату в размере 80 000 руб. в месяц. Договор аренды подписан со стороны арендодателя директором ФИО5, со стороны арендатора исполнительным директором ФИО6 Пунктом 5.8 данного договора установлено, что при выкупе транспортных средств, в зачет выкупной цены включаются ранее выплаченные арендные платежи.

Дополнительным соглашением от 30.01.2018 о выкупе арендуемого имущества к договору аренды транспортных средств без экипажа от 11.02.2016, стороны установили, что выкупная цена за единицу транспортного средства составляет 1 200 000 руб.

Согласно пояснениям кредитора, данные транспортные средства были использованы для оказания услуг ООО «Рольф-Лоджистик», в обоснование чего в материалы дела представлен договор перевозки №12/16/РЛ от 11.02.2016, согласно которого кредитор принял на себя обязательство по предоставлению услуг по перевозке грузов - товарных автомобилей ООО «Рольф-Лоджистик», последний в свою очередь принял на себя обязательство по оплате предоставленных услуг. В последствии между кредитором и должником были заключены следующие договоры уступки прав требования: от 02.07.2018 на сумму 985 925,86 руб., от 25.07.2018 на сумму 1 213 800,61 руб., от 22.08.2018 на сумму 1 284 001,16 руб., от 07.09.2018 на сумму 1 506 381,60 руб., от 25.09.2018 на сумму 817 006,95 руб., от 15.10.2018 на сумму 1 096 196,76 руб., от 24.10.2018 на сумму 767 766,88 руб., от 02.11.2018 на сумму 72 772,40 руб., от 07.11.2018 на сумму 533 614,98 руб., от 16.11.2018 на сумму 752 019,52 руб., от 27.11.2018 на сумму 998 996,57 руб., от 03.12.2018 на сумму 769 732,00 руб., от 10.12.2018 на сумму 420 199,20 руб., от 14.12.2018 на сумму 349448,93 руб., от 18.12.2018 на сумму 272 604 руб., от 24.12.2018 на сумму 902 902,40 руб., от 27.12.2018 на сумму 468 624 руб., от 28.12.2018 на сумму 172 960,80 руб., от 09.01.2019 на сумму 275 068,01 руб.

Согласно данным договорам кредитор уступил должнику права требования к ООО «Рольф-Лоджистик» по договору перевозки №12/16/РЛ от 11.02.2016 г.

В материалы дела представлены копии платежных поручений, согласно которым ООО «Рольф-Лоджистик» перечислил должнику денежные средства по обязательствам, возникшим из договора перевозки №12/16/РЛ от 11.02.2016 г. в сумме 13 660 022,63 руб.

Кроме того, требования кредитора основаны на договоре цессии от 10.01.2019 согласно которому ООО «КамТехЦентр» уступил кредитору права требования к ООО «Скорпион-Финаннс» в размере 4 983 900 руб., основанные на договоре займа б/н от 24.12.2018 г., платежных поручениях №360 от 25.12.2018, №164 от 02.07.2018, №167 от 06.07.2018.

По договору займа от 24.12.2018 ООО «КамТехЦентр» передал в собственность ООО «Скорпион-Финанс» денежные средства в размере 4 912 973 руб.Согласно п. 1.3 данного договора проценты за пользование займом не начисляются, заем является целевым и предоставляется для приобретения легкового автомобиля.Факт предоставления займа подтверждается копией платежного поручения №360 от 25.12.2018 на сумму 4 523 900 руб.

Также в материалы дела представлены копии платежных поручений №167 от 06.07.2018 на сумму 410 000 руб., №164 от 02.07.2018 на сумму 50 000 руб.

Согласно п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве. Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование) (п. 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (ст. 384 ГК РФ).

Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования (п.2 статьи 385 ГК РФ).

При этом уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (статья 388 ГК РФ).

Между тем, возражая против включения требования в реестр требований кредиторов должника, временный управляющий указал на корпоративный характер требования, поскольку кредитор и должник являются аффилированными: учредителем как кредитора (с 07.04.2014 по настоящее время), так и должника (с 30.01.2014 по настоящее время) является ФИО5

При этом временным управляющим также акцентировано внимание на том, что фактически ООО «Автопромсервис» являлось агентом, осуществляя услуги с помощью имущества должника, а в последствии производил реализацию возникающих прав требования вместо погашения имеющийся задолженности, при таких обстоятельствах, предоставлять транспорт в аренду, заключать дополнительные соглашения о его реализации, при этом не получая арендной платы сроком более чем два года, а в последствии приобретать у аффилированного лица права требования в преддверии банкротства не имеет экономической целесообразности.

Вместе с тем, временный управляющий также указал на то обстоятельство, что у должника имелся собственный штат сотрудников, позволяющий осуществлять деятельность по перевозке грузов самостоятельно.

Уполномоченный орган согласно представленному отзыву возражал против удовлетворения требования на том основании, что кредитор и должник являются взаимозависимыми лицами, поскольку учредителем ООО «Скорпион Финанс» и ООО «АвтоПромСервис» является одно лицо - ФИО7, руководителем ООО «Скорпион Фикнанс» в период с 30.01.2014 г. по 20.07.2016 г. являлся ФИО8, руководителем ООО «АвтоПромСервис» с 07.04.2014 по 19.04.2017 г. являлся также ФИО8, включение в реестр требований кредиторов одного солидарного должника другого такого должника является злоупотреблением правом, направленным на ущемление прав и законных интересов независимых кредиторов (ст.10 ГК РФ).

Также уполномоченным органом указано на то, что задолженность по договору займа от 25.12.2018 образовалась после принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, данная задолженность является текущей.

Конкурсным кредитором АО «Булгар банк» в лице ГК АСВ направлены письменные возражения, согласно которым, кредитор подержал позицию уполномоченного органа и временного управляющего.

В соответствии с п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в период конкурсного производства осуществляется в порядке, установленном ст. 100 названного Закона.

В силу п. 1 ст. 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Как разъяснено в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума № 35) в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных требований к должнику и выясняет наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.

Учитывая, что должник находится в банкротстве и правоотношения имеют место между афиллированными  лицами, следует применять   повышенный стандарт  доказывания, то есть проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. 

В таком случае основанием к удовлетворению требований является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним.

В силу п.3 ст.53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно п.2 ст. 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Так, ФИО7 является учредителем должника и кредитора.Следовательно, кредитор и должник являются заинтересованными лицами. Об общности хозяйственных интересов указанных лиц, и о внутригрупповом характере перечислений денежных средств, также свидетельствуют представленная выписка о движении денежных средств по расчетному счету должника №40702810829140002383 и указания в назначении платежа «По соглашению о предоставлении фин. помощи» (в частности платежи от 16.06.2017).

Аффилированность кредитора и должника признана кредитором в возражениях на отзывы и в ходе судебного заседания. То обстоятельство, что конечными бенефициарами как должника, так и кредитора являются ФИО7, прямо следует из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, и кредитором также не оспаривается.

В случае, если стороны обособленного спора действительно являются аффилированными, к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, N 305-ЭС16-20992 от 07.06.2018), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В рассматриваемом случае кредитор основывает свое требование на том, что кредитором третьему лицу - ООО «Рольф-Лоджистик» оказаны услуги по перевозке на основании договора №12/16/РЛ от 11.02.2016г.

Так, между ООО «Рольф-Лоджистик» (заказчик) и ООО «АвтоПромСервис» (перевозчик) подписан договор перевозки №12/16/РЛ от 11.02.2016, по условиям которого перевозчик обязуется оказать заказчику услуги по перевозке грузов-товарных автомобилей, в том числе международной перевозке автомобилей, автомобильным транспортом, а заказчик обязуется оплатить вышеуказанные услуги. Согласно п. 3.1 договора заказчик обязуется предоставить перевозчику заявку не позднее, чем за один рабочий день до предполагаемой даты загрузки. На основании п. 5.2 договора оплата услуг осуществляется заказчиком на основании счетов, выставляемых перевозчиком в соответствии со стоимостью согласованной сторонами в дополнительных соглашениях к настоящему договору и подписанных Актов об оказанных услугах. В соответствии с п. 5.3 договора перевозчик передает заказчику комплект документов, подтверждающий оказание услуг: счет, счет-фактура, акт оказанных услуг ( в 2-х экземплярах) и подтверждающие доставку автомобилей оригиналы ТН (при международных перевозках - оригиналы CMR с отметкой таможенного органа «Товар поступил») , а также акты осмотра(если акты были составлены).

В акте оказанных услуг указывается детальная информация по виду и объему оказанных услуг, а именно: маршрут, перечень товарных накладных по осуществленным перевозкам (их номер и дата), государственный регистрационный номер автовоза.

Акт оказанных услуг должен составляться на каждую перевозку. Счет-фактура и акт оказанных услуг должны выставляться днем завершения перевозки, т.е. датой приемки груза грузополучателем, проставленной в товарной накладной.

Таким образом, кредитор в подтверждение факта оказания услуг перевозки должен представить доказательства фактического осуществления услуг по перевозке груза ООО «Рольф - Лоджистик» на сумму 13 660 022 руб. 63 коп., а именно заявки, акты выполненных работ, счета- фактуры, доказательства доставки товара на территорию Российской Федерации, в случае если оно пересекало таможенную границу; доказательства перемещения товара до места его передачи (транспортная накладная и товарная накладная, соответствующие Постановлению Госкомстата России от 25.12.1998 № 132 и Постановлению Правительства РФ от 15.04.2011 № 272).

Согласно Методическим указаниям по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов, утвержденных Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.12.2001 № 119н, все операции по движению (поступление, перемещение, расходование) запасов должны оформляться первичными учетными документами. Приемка материалов от организаций транспорта и связи по количеству и качеству осуществляется с учетом правил, действующих на транспорте и в органах связи соответственно, и условий договоров (купли-продажи, поставки, перевозки груза и т.п.). В случае, если поставщик самостоятельно организует от своего имени поставку товара, обязательство поставщика по передаче товара считается исполненным в момент сдачи товара непосредственно покупателю (при самовывозе) и также должно подтверждаться оформленными транспортными накладными. Транспортная накладная является единственным документом, служащим для списания товарно- материальных ценностей у грузоотправителей и оприходования их у грузополучателей, а также для складского, оперативного и бухгалтерского учета.

В материалы дела кредитором были представлены акты выполненных работ на сумму 344 934 руб., транспортные накладные от 24.06.2016, 13.12.2016, 17.12.2016, от 25.07.2016, 20.08.2018, 23.08.2018, 11.09.2016, 24.03.2017, 27.03.2017, 30.03.2017, 26.09.2017, 22.01.2018, 31.01.2018, 05.04.2018, 16.04.2018, 23.04.2018, 27.04.2018, 25.09.2018, 28.09.2018, 27.12.2018.

Однако, акты выполненных работ представлены лишь на сумму 344 934 руб.Часть представленных транспортных накладных свидетельствует о том, что кредитором оказаны услуги перевозки третьему лицу - ООО «Вектура».Часть представленных транспортных накладных не содержит ссылку на перевозку транспортных средств по рассматриваемому договору.Товарно-транспортные накладные представлены по состоянию на 22.01.2018 на 5 единиц техники и по состоянию на 31.01.2018 на 6 единиц техники. При этом, из представленных документов невозможно определить объем оказанных услуг, стоимость оказанных услуг, размер вознаграждения за оказанные услуги.

Таким образом, кредитором доказательства фактического оказания третьему лицу услуг на сумму 13 660 022 руб. 63 коп. суду не представлены.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 №14-П и от 19.12.2005 №12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Верховный суд Российской Федерации последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Как усматривается из материалов дела, судебное заседание судом первой инстанции неоднократно откладывалось, однако, кредитором не представлены первичные документы в подтверждение заявленных отношений и в подтверждение требований. Доказательства невозможности предоставления доказательств в материалы дела также не представлены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

В силу норм процессуального законодательства судопроизводство осуществляется на основе состязательности (ч.1 ст.9 АПК РФ), каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (ч.1 ст.65 АПК РФ), лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться принадлежащими им процессуальными правами (ч.2 ст.41 АПК РФ) и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч.1 ст.9 АПК РФ).

Также исходя из правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ №305-ЭС16-20992 от 07.06.2018, несмотря на то, что правоотношения отношения между обществом и аффилированными по отношению к нему лицами законодательством допускаются, кредитор, заявляя о включении в реестр требования, основанного на исполнении обязательств за должника, обязан, помимо прочего, обосновать экономическую целесообразность предоставления денежных средств третьему лицу за должника. При ином подходе остаются неразрешенными сомнения заинтересованных лиц в намерении должника путем манипулирования денежными средствами подконтрольного ему общества искусственно нарастить кредиторскую задолженность на случай своего банкротства с целью последующего уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

На момент заключения договоров уступки права требования должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Так, определениями Арбитражного суда Республики Татарстан по делу № А65 -25341/2014 от 15.02.2017 и от 04.10.2017 с ООО «Скорпион - Финанс» в пользу ООО «ТЭК «Скорпион - Логистик» взысканы денежные средства в общей сумме 3 959 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.05.2019 требования АО «Булгар Банк» в размере 10 355 634,54 руб. признаны судом обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Из содержания определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.05.2019, следует, что признаки неплатежеспособности появились у должника с декабря 2017 года.

Статья 2 Закона о банкротстве не относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее -корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота.

Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 ГК РФ).

В ситуации, когда одобренный участками должника план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники, чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации 305-ЭС15-5734 (4, 5).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода (определение ВС РФ от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056).

При таких обстоятельствах согласно сложившейся судебной практике на кредитора возлагается обязанность опровергнуть сомнения конкурирующего кредитора и конкурсного управляющего относительно корпоративного характера заявленного требования.

Однако доказательства, свидетельствующие об отсутствии взаимосвязи между вышеуказанными операциями по заключению договора аренды транспортных средств, договоров уступки права требования и перечислению денежных средств третьим лицом непосредственно должнику, опровергающие доводы о том, что денежные средства поступали должнику в 2018 году, после возникновения признаков неплатежеспособности, кредитором не представлены.

Доказательства фактического осуществления услуг по договору перевозки, равно как и доказательства экономической целесообразности подписания договоров уступки права требования при наличии признаков неплатежеспособности, в материалах дела также отсутствуют.

Кроме того,  у должника отсутствовала экономическая целесообразность по сдаче транспортных средств в аренду при наличии штата сотрудников и продолжительной неоплате арендных платежей.

В подтверждение данного обстоятельства временным управляющим и налоговым органом представлено решение №3 налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, сведения о работниках должника, выписки по расчетному счету.

Так, кредитором были представлены сведения о работниках (водителях) ООО «АвтоПромСервис» за период с 2016 по 2019 год, согласно которому у кредитора имеются 22 водителя с указанием конкретных лиц.

Согласно выписке АО «Булгар Банк» по расчетному счету ООО «Скорпион-Финанс» за период с 23.12.2016 по 21.02.2019 следует, что работники (водители) ООО «АвтоПромСервис» получали заработную плату в ООО «Скорпион - Финанс», а именно: ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13

Таким образом, ООО «Скорпион-Финанс» обладая техническими средствами для оказания услуг и имея в штате необходимый персонал, заключает договор аренды транспортных средств с аффинированным лицом.

Исходя из условий договора аренды, размер арендной платы и выкупной стоимости транспорта составляет 42 560 000 руб.

Анализ расчетных счетов должника, за весь период действия договора аренды показал, что ООО «АвтоПромСервис» перечислило ООО «Скорпион - Финанс» денежные средства в общей сумме 4 274 837 руб.

При этом, согласно выписке о движении денежных средств по расчетному счету должника №40702810829140002383 ООО «Скорпион-Финанс» производило перечисление денежных средств ООО «АвтоПромСервис» с указанием назначения платежа «по соглашению о предоставлении фин. помощи» на общую сумму 3 299 000 руб.

Таким образом, ООО «АвтоПромСервис» будучи аффилированным лицом к должнику получал от последнего денежные средства в виде финансовой помощи, этими же денежными средствами производил погашение задолженности по договору аренды.

В последствии ООО «АвтоПромСервис» не произведя погашения по арендной плате, уступает должнику право требования по оказанным услугам.

Вышеизложенные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что поступление денежных средств от третьего лица по договорам уступки стало возможным в результате участия кредитора в той же группе лиц, что и должник, за счет получения кредитором прибыли от построения конечным бенефициаром ФИО7 деятельности группы лиц. 

Следовательно, должник, предоставляя транспортные средства кредитору, обеспечивал последнему возможность получения прибыли за счет оказания услуг этими единицами специальной техники, на условиях длительной отсрочки платежей.

Таким образом, уступка прав требований по существу являлось возмещением конечными бенефициарами должника опосредованно через подконтрольного им кредитора негативных последствий своего воздействия на его предпринимательскую деятельность, предшествовавшего исполнению ООО «Рольф - Лождистик» обязательств по оплате договора перевозки №12/16/РЛ.

При таких обстоятельствах требование кредитора очевидно носит корпоративный характер и в целях защиты прав и законных интересов независимых кредиторов не может быть включено в реестр требований кредиторов должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В пункте 13 Обзора практики Верховного суда Российской Федерации №4 (2017),утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.11.2017, изложена правовая позиция, согласно которой выбор структуры внутригрупповых юридических связей между должником и аффилированным с ним кредитором позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве, что может свидетельствовать о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных  с  применением  главыФедерального  закона   "О   несостоятельности(банкротстве)").

Вместе с тем о наличии фактической аффилированности свидетельствует такое поведение этих лиц в хозяйственном обороте, которое позволяет им заключать исполнять между собой сделки и на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Так, требования кредитора основаны на договоре цессии от 10.01.2019, согласно условиям которого ООО «КамТехЦентр» уступил кредитору - ООО «АвтоПромСервис» права требования к ООО «Скорпион-Финанс» в размере 4 983 900 руб., вытекающие из договора займа б/н от 24.12.2018г., платежного поручения №360 от 25.12.2018 на сумму 4 523 900 руб., а также платежных поручений №164 от 02.07.2018 на сумму 50 000 руб., №167 от 06.07.2018 на сумму 410 000 руб.

Договор цессии подписан со стороны ООО «КамТехЦентр» директором ФИО14, со стороны ООО «АвтоПромСервис» директором ФИО6

При этом интересы третьего лица ООО «КамТехСервис», привлеченного судом в рамках рассмотрения требования представляет ФИО6 (доверенность от 29.05.2019, выданная директором ООО «КамТехСервис» ФИО14), который одновременно является руководителем ООО «АвтоПромСервис».

В свою очередь, ФИО6 в интересах ООО «АвтоПромСервис» был подписан договор аренды транспортных средств без экипажа от 11.02.2016 на основании выданной директором ООО «АвтоПромСервис» ФИО8 доверенности №1 от 01.01.2016г.

При этом договором уступки права требования от 10.01.2019 года стороны предусмотрели, что ООО «АвтоПромСервис» уплачивает ООО «КамТехСервис» за уступаемое право денежную сумму в размере 4 883 900 руб. (п. 8 договора). Указанная денежная сумма выплачивается ООО «АвтоПромСервис» после взыскания денежных средств с должника - ООО «Скорпион-Финанс» и поступления на лицевой счет в течение 5 банковских дней (п.9 договора).

Таким образом, уступка третьим лицом права требования кредитору без получения оплаты за уступаемые права при наличии признаков неплатежеспособности должника лишена какого-либо экономического смысла, не имеет разумной хозяйственной цели.

Ни должник, ни заявитель, в нарушении положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не раскрыли экономические мотивы соответствующего поведения сторон.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что  заявитель не представил достаточных доказательств наличия у ООО «Скорпион-Финанс»задолженности перед ним, поэтому суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о необоснованности выводов суда первой инстанции по поводу отсутствия афиллированности между участниками сделок, недоказанности фиктивности сделок и отсутствия экономической целесообразности опровергаются обстоятельствами, установленными выше и сводятся к переоценки выводов суда первой инстанции,  с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 июня 2019 года по делу №А65-25684/2018 в обжалуемой части необходимо оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 июня 2019 года по делу №А65-25684/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 А.И. Александров

                                                                                                                Н.А. Селиверстова