АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 февраля 2022 года

Дело №

А56-53153/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Зарочинцевой Е.В., судей Воробьевой Ю.В., ФИО1, 

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

рассмотрев 09.02.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2021 по делу № А56-53153/2020/тр.2,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.11.2020 в отношении общества с        ограниченной ответственностью (ООО) «Кабельная компания «Аскольд»    (адрес: 192289, Санкт-Петербург, Гаражный проезд, д. 3, литер А, пом. № 5, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура                    наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3.

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.11.2020 № 209.

В пределах срока, установленного пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ФИО2 обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 9 015 000 руб. основного долга, ссылаясь на договор поставки, по которому правопредшественник кредитора (ООО «ЭлектроМатериалы») перечислил аванс, тогда как должником товар отгружен не был.

Определением от 26.08.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2021, в удовлетворении требований отказано. Суды, установив, что должник, ООО «ЭлектроМатериалы» и ПАО «Завод «Южкабель», являются аффилированными лицами, а денежные средства, поступившие на счет должника по договору поставки, были выведены на счет ПАО «Завод «Южкабель», пришел к выводу о ничтожности договора поставки и его мнимости.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда первой инстанции от 26.08.2021 и постановление апелляционного суда от 28.10.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование жалобы ФИО2 ссылался на то, что директор      должника ФИО4 не имел возможности осуществлять руководство деятельностью ООО «ЭлектроМатериалы» или каким-либо иным образом влиять на него. Податель жалобы указывает на то, что сама по себе          подача заявления о включении в реестр требований кредиторов должника требования лица, аффилированного с органами управления должника,             не влечет отказ во включении в реестр требований кредиторов или безусловного понижения очередности удовлетворения требований кредитора. Кредитор ссылается на реальность хозяйственных операций с должником, при этом конкурсным управляющим не заявлено о фальсификации кредитором документов, тогда как доводы о мнимости сделки носятся предположительный характер.

Отзыв на кассационную жалобу не представлен.

Лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, 25.01.2019 между ООО «ЭлектроМатериалы» (покупателем) и ООО «Кабельная компания «Аскольд» (поставщиком) заключен договор поставки № ЭМ 25/01-2019 (далее – договор поставки), согласно которому поставщик обязался передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить кабельно-проводниковую продукцию на условиях договора.

Во исполнение условий пункта 2.1 договора поставки покупатель перечислил на расчетный счет поставщика аванс в размере 9 015 000 руб., что подтверждается платежными поручениями от 29.01.2019 № 10, от 01.02.2019    № 12, от 04.02.2019 № 16.

Согласно доводам кредитора товар поставщиком не был отгружен в адрес покупателя.

Дебиторская задолженность должника в сумме авансового платежа в размере 9 015 000 руб. уступлена ООО «ЭлектроМатериалы» (цедентом) на основании договора уступки прав требования (цессии) от 20.04.2020 № Ц-1/2020 (далее – договор цессии) в пользу ФИО2 (цессионария).

ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о включении требования в размере 9 015 000 руб. в реестр требований кредиторов должника.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции установлено, что с момента регистрации должника до 18.02.2019 функции генерального директора исполнял ФИО4, который одновременно до 10.02.2017 являлся его единственным участником. 

С 10.02.2017 право собственности на долю в уставном капитале должника в размере 50% перешло ФИО5, 10.06.2018 ФИО4 также произвел отчуждение в пользу ФИО5 оставшихся 50% долей в уставном капитале должника.

Кроме того, 20.02.2017 ФИО4 стал участником ООО «ЭлектроМатериалы» с размером доли в уставном капитале 50%. 

Таким образом, должник и ООО «ЭлектроМатериалы» на дату заключения договора поставки по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве являлись аффилированными лицами.

Также суд первой инстанции установил, что ранее в 2018 году должник выступал в качестве транзитной организации при получении денежных средств по договору займа от ООО «ЭлектроМатериалы» и фактически в те же даты перечислял указанные суммы в пользу ПАО «Завод «Южкабель», входящего совместно с должником и ООО «ЭТК «Аскольд» в Группу Компаний «Аскольд», российские представители которой представляют интересы ПАО «Завод «Южкабель» в Российской Федерации.

В этой связи суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив аффилированность сторон договора поставки по корпоративному признаку и в силу вхождения в группу лиц, отсутствие экономической целесообразности совершения сделки, совершение сделки в состоянии имущественного кризиса, о чем аффилированные лица не могли не знать, отсутствие у должника материальных ресурсов для исполнения обязательств по поставке товара, совершение сделки по перечислению денежных средств должнику по договору поставки в качестве транзитной сделки ввиду последующего их перечисления ПАО «Завод «Южкабель», также входящему в группу компаний «Аскольд», отказ первоначального кредитора (цедента) от претензий по имущественному взысканию, признал договор поставки мнимым и заключенным при злоупотреблении правом, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления ФИО2

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, отклонил доводы о том, что ФИО4 не имел возможности осуществлять руководство деятельностью ООО «ЭлектроМатериалы» или каким-либо иным образом влиять на него, аналогичные изложенным в кассационной жалобе, со ссылкой на то, что данное общество входило в одну группу лиц с должником, который фактически являлся транзитной организацией, и поступившие последнему денежные средства были перечислены ПАО «Завод «Южкабель», входящему в группу компаний «Аскольд», что не опровергнуто подателем жалобы.

В этой связи апелляционный суд отклонил довод жалобы о реальности договора поставки, который не может быть отнесен к обычной хозяйственной деятельности ООО «Электроматериалы».

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований не согласиться с указанными выводами.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056).

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит применению повышенный стандарт доказывания.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС18-3009 от 23.07.2018, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016№ 305-ЭС16-2411 сформулирован аналогичный правовой подход в отношении мнимой сделки применительно к отношениям, регулируемым Законом о банкротстве.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Между тем, в материалах дела отсутствуют доказательства реальности осуществления должником хозяйственной деятельности, как по договору поставки от 25.01.2019, так и по ранее совершенным сделкам, в том числе с участием тех же лиц, а именно: сведения о закупке должником товара у контрагентов, его перевозки (транспортировки) и складского хранения товара,  документы по транспортировке товара до места назначения, по оплате перевозки (транспортировки) и иные доказательства.

Путем анализа банковской выписки по расчетному счету должника судами установлено, что все операции по перечислению денежных средств, совершенные ООО «ЭлектроМатериалы» в пользу должника носят исключительно транзитный характер, а денежные средства, поступившие должнику по спорным операциям были списаны с его расчетного счета в пользу аффилированного с должником и кредитором общества – ПАО «Завод Южкабель» в один и тот же день с днем совершения кредитором операций по  договору поставки, либо на следующий день. Следовательно вывод суда, о мнимости договора поставки являются обоснованными, так как совершенные в рамках договора платежи не были направлены на оплату товара.

Таким образом, суды нижестоящих инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что перечисление денежных средств носило транзитный (формальный) характер, в отсутствие доказательств расходования денежных средств должником на собственные нужды, создавалась видимость исполнения договоров поставки в части осуществления финансовых расчетов по заключенным договорам, при этом не доказано обратного.

Ввиду непредставления заявителем совокупности необходимых доказательств в условиях повышенного стандарта доказывания, подтверждающих реальность хозяйственных операций, на которых основаны заявленные требования, судами первой и апелляционной инстанции верно отказано во включении требования в реестр требований кредиторов.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка. Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Суды обеих инстанций правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта.

 При таких обстоятельствах, кассационный суд не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2021 по делу № А56-53153/2020/тр.2 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Е.В. Зарочинцева

Судьи

Ю.В. Воробьева

ФИО1