ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-13503/2019

г. Челябинск

31 октября 2019 года

Дело № А07-15262/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 октября 2019 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Калиной И.В., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.08.2019 по делу № А07-15262/2016.

 

         В производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело о признании общества с ограниченной ответственностью «Трейд-ойл» (далее – должник, ООО «Трейд-ойл») несостоятельным (банкротом). 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.09.2016 (резолютивная часть от 19.09.2016) ликвидируемый должник - ООО «Трейд - ойл» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.10.2016 (резолютивная часть определения оглашена 24.10.2016) ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Трейд-ойл». 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.12.2016 (резолютивная часть определения оглашена 05.12.2016) конкурсным управляющим ООО «Трейд-ойл» утвержден ФИО4.

03.04.2019 на рассмотрение суда поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Трейд-ойл» ФИО4 к ликвидатору ФИО5, учредителю ФИО2 (далее – ФИО5, ФИО2, ответчики) о взыскании убытков солидарно в размере 4319690 руб., в пользу ООО «Трейд-ойл». 

Определением суда от 05.08.2019 заявление удовлетворено частично. С ФИО2 в пользу ООО «Трейд-ойл» взысканы убытки в сумме 4 319 690 руб. В остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просила определение от 05.08.2019 отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что судом не установлен факт несения ООО «Трейд-ойл» расходов в сумме 4 319 690 руб., не исследована информация, представленная в письме ФИО2 в адрес конкурсного управляющего должника, с точки зрения относимости имеющейся у нее документации ООО «Трейд-ойл» к бухгалтерской. Фактически суд сделал вывод о непередаче документов, исходя из слов ФИО2 Однако информация представляет собой распечатку из электронной почты актов сверок между ООО «Трейд-ойл» и ООО «Век ойл», и не обладает признаками, указанными в статье 9 Закона о бухгалтерском учете, являясь обычной копией. Более того, вступившим в законную силу определением от 24.09.2019 установлено, что документы должника сгорели при пожаре в ноябре 2015 года. Все, что сохранилось, было передано ФИО5 ФИО6 по акту приема-передачи. Судом не дана оценка того, каким образом представление ксерокопий могло повлиять на невозможность взыскания с ООО «Трейд-ойл» в пользу ООО «Век-ойл» денежных средств. Податель жалобы указал, что конкурсным управляющим принято решение не оспаривать по вновь открывшимся обстоятельствам судебный акт, которым с ООО «Трейд-ойл» в пользу ООО «Век-Ойл» взыскано 4 313 690 руб. и в доход федерального бюджета 6 000 руб.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку возражений по проверке только части судебного акта от лиц, участвующих в деле  не поступило, суд, руководствуясь частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверяет законность и обоснованность  судебного акта  только в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Трейд-ойл» создано 19.07.2010, ФИО2 являлась директором должника в период до 29.12.2015, решением общего собрания участников должника от 22.12.2015 ликвидатором должника назначен ФИО5, о чем 29.12.2015 внесена запись в ЕГРЮЛ.

В рамках дела №А07-10681/2016 конкурсный управляющий ООО «Век-Ойл» ФИО7 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением к ООО «Трейд-ойл» о признании сделки должника по перечислению денежных средств в размере 4 313 690 рублей недействительной и применении последствий недействительности сделки. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.03.2018 (резолютивная часть от 19.03.2019) заявление конкурсного управляющего ООО «Век-Ойл» ФИО7 удовлетворено, сделки должника по перечислению обществу с ограниченной ответственностью «Трейд-ойл» денежных средств в сумме 4 313 690 рублей на основании платежных поручений признаны недействительными. С ООО «Трейд-ойл» в пользу ООО «Век-Ойл» взысканы денежные средства в размере 4 313 690 рублей, в доход федерального бюджета 6 000 рублей госпошлины.

Как следует из указанного определения, в обоснование доводов о неравноценности сделки конкурсный управляющий ссылался на то, что данные платежи осуществлены должником в отсутствие документов, подтверждающих заключение договоров поставки товаров. В материалах заявления отсутствуют доказательства наличия оснований для производства должником спорных платежей, а также не представлены доказательства какого-либо встречного предоставления со стороны ответчика. При этом, суд неоднократно предлагал конкурсному управляющему ООО «Трейд-ойл» представить отзыв на заявление и подтверждающие документы, определения суда оставлены без исполнения. 

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий указал, что последствия недействительности сделки в виде взыскания 4 313 690 рублей были применены к ООО «Трейд-Ойл» в связи с непередачей ФИО5 и ФИО2 бухгалтерской и иной документации общества и невозможностью представления указанных документов в ходе рассмотрения обособленного спора в рамках дела №А07-10681/2016.

Удовлетворяя требование частично и взыскивая убытки с ФИО2, суд исходил из того, что бывший директор ООО «Трейд-ойл» ФИО2 учредительные документы, финансовые, хозяйственные, бухгалтерские документы, печать и имущество ООО «Трейд-ойл» ФИО5 не передавала. Несение ООО «Трейд-ойл» заявленных убытков вызвано неполной передачей ФИО2 имеющейся у нее на период рассмотрения спора в рамках дела №А07-10681/2016 бухгалтерской документации должника.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  (далее - Постановление № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (в том числе единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности, директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

         В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. 

В пункте 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) указано, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Ответственность, установленная статьей 44 указанного Закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пункт 2 названной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

          Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (абзац 4 пункта 1 Постановления № 62).

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно пункту 2 вышеназванного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в ущерб юридическому лицу.

Суд первой инстанции, оценив приведенные конкурсным управляющим доводы и возражения, проанализировав представленные в материалы дела доказательства в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял во внимание, что при рассмотрении заявления конкурсного управляющего об истребовании документов, по результатам которого определением от 24.09.2018 в удовлетворении требований отказано, ФИО2 утверждала, что истребуемые документы у нее отсутствуют. Вся документация и оргтехника были вывезены на склад хранения по договору аренды нежилого помещения от 19.10.2015 по адресу: г. Уфа, гараж за ФИО8, д. 1/3, документы должника сгорели при пожаре в арендованном гаражном боксе, произошедшем в ноябре 2015 года, что подтверждается справкой ОНД г. Уфы УНД и ПР ГУ МЧС России по РБ №1184-2-6-22 от 24.11.2015. Все что сохранилось, было передано ФИО5 ФИО6 по акту приема-передачи. 

Однако письмом от 17.09.2018 ФИО2 в ответ на заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков на сумму 4 319 690 руб., направила документы по ООО «Век-Ойл», подтверждающие отсутствие задолженности ООО «Трейд-ойл» перед ООО «Век-Ойл», указав, что задолженность отсутствует, в связи с чем, просила обжаловать определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.03.2018 по делу №А07-10681/2016, а так же отозвать заявление на сумму 4 319 690руб. 

Таким образом, по результатам исследования указанных ответчиком ФИО2 доводов, суд установил, что ФИО2 действовала недобросовестно, в момент спора в рамках дела №А07-10681/2016 обладала документами общества, в связи с чем, должна была исполнить обязанность по их передаче конкурсному управляющему.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что несение ООО «Трейд-ойл» убытков в размере 4 319 690 рублей вызвано неполной передачей ФИО2 бухгалтерской документации должника, которая у нее имелась в наличии на период рассмотрения спора в рамках дела №А07-10681/2016.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, и о недоказанности ответчиком отсутствия вины в причинении убытков, совершении действий  директора в интересах общества. Передача документации директором ликвидатору общества и конкурсному управляющему при возникновении процедуры банкротства находится  в сфере ответственности руководителя. 

Довод о том, что суд не исследовал факт несения расходов в сумме 4 319 690 руб., отклоняется, поскольку указанный факт подтверждается вступившим в законную силу определением суда от 26.03.2018 (резолютивная часть от 19.03.2019) по делу №А07-10681/2016, а также определением от 20.12.2018 по настоящему делу.

Не принимается довод о том, что не исследована информация, представленная в письме ФИО2 в адрес конкурсного управляющего должника, с точки зрения относимости имеющейся у нее документации ООО «Трейд-ойл» к бухгалтерской. Наличие таких документов не обозначалось ФИО2 в споре об истребовании документации, ФИО2 ссылалась лишь на уничтожение документов при пожаре а, действуя разумно и добросовестно, должна была представить имеющиеся у нее копии документов по ходатайству об истребовании документации.

         Довод о том, что конкурсным управляющим не принято мер к оспариванию сделки по вновь открывшимся обстоятельствам также подлежит отклонению. Само по себе данное обстоятельство на верность выводов не влияет, так как в силу пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. 

Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Аналогичная правовая позиция сформирована в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 9324/13 от 21.01.2014.

В силу пункта 1 и пункта 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона); при невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», сделка, на основании которой было отчуждено имущество должника, признанного банкротом, может быть признана недействительной, однако должник вправе истребовать спорную вещь у ее последующего приобретателя посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ. Принятие судом в деле о банкротстве судебного акта о применении последствий недействительности первой сделки путем взыскания с другой стороны сделки стоимости вещи не препятствует удовлетворению иска о ее виндикации.

По смыслу изложенных разъяснений следует сделать вывод, что имущественные потери лица, находящегося в процедуре банкротства, исходя из целей и задач указанной процедуры, направленных на максимальное удовлетворение требований кредиторов, подлежат компенсации способами, не запрещенными действующим законодательством.

Исходя из фактических обстоятельств настоящего дела, такой подход представляется оправданным, поскольку определением арбитражного суда от 26.03.2018 по делу №А07-10681/2016 сделки ООО «Век-Ойл» по перечислению обществу с ограниченной ответственностью «Трейд-ойл» денежных средств в сумме 4 313 690 рублей признаны недействительными. Денежные средства в указанном размере взысканы с ООО «Трейд-ойл» в пользу ООО «Век-Ойл».

В силу изложенных фактических обстоятельств удовлетворение заявления о признании сделок недействительными и применение последствий в виде взыскания с ООО «Трейд-ойл» в пользу ООО «Век-Ойл» денежных средств, полученных по недействительной сделке, не может лишать должника права на полную компенсацию имущественных потерь путем взыскания убытков с бывшего руководителя должника, тем более при отсутствии доказательств фактического исполнения определения от 26.03.2018.

Само по себе представление копий счетов-фактур, акта сверки реальности отношений не подтверждает. В дело не представлены копии товарных накладных, не даны пояснения о том, как использован товар. Ссылка на уничтожение документов пожаром также подлежит отклонению, поскольку утратив документы, ФИО2 не приняла мер к их восстановлению, а значит, не проявила той степени заботливости и осмотрительности, которые от нее требовались как от руководителя должника.

При указанных обстоятельствах оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.  

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины по настоящей жалобе не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.08.2019 по делу № А07-15262/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

   Председательствующий судья                                  О.В. Сотникова

   Судьи:                                                                        И.В. Калина

                                                                                              С.В. Матвеева