СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail:17aas.info@arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 17АП-7989/2025(1,2)-АК

Дело № А71-8257/2024

30 октября 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 30 октября 2025 года.  

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Л.М. Зарифуллиной, судей Е.О. Гладких, Т.В. Макарова, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Д.Д. Малышевой,  

при участии в судебном заседании: 

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:  

от ответчика ФИО1 – ФИО2, паспорт, доверенность от 07.05.2024,  

от ответчика ФИО3 – ФИО2, паспорт, доверенность от 07.07.2025,  

от истца общества с ограниченной ответственностью «Яр Энерго» - ФИО4, паспорт, доверенность от 27.03.2023,  

в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ответчиков ФИО1, ФИО3,   

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21 июля 2025 года, принятое судьей Н.А. Трубицыной по делу № А71-8257/2024 

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Яр  

Энерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к ФИО1 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН

<

***>)  

о привлечении к субсидиарной ответственности в солидарном порядке по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Пудемское литье» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

в размере 952 081,21 рубля, 

по встречному иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Яр Энерго» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

о признании незаконными актов забраковки от 09.02.2018 и от 15.03.2018 узлов учета объектов теплоснабжения, расположенных по адресу: 

<

...>, а также акты № 686 от 09.11.2018, № 683 от 31.11.2018, № 931 от 29.12.2018, № 97 от 31.01.2019, № 216 от 28.02.2019, № 337 от 29.03.2019 на сумму 479 311,84 рубля незаконными и обязании ООО «Яр Энерго» определить количество тепловой энергии за ноябрь 2018 года - март 2019 года в отношении ООО «Пудемское литье» на основании показаний приборов учета, исключив из объемов, предъявленных к оплате по указанным актам, объем теплоэнергии в размере 125,755 Гкал (что соответствует стоимости 243 535,88 рубля),  

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Яр Энерго» (далее – ООО «Яр Энерго», истец по первоначальному иску) обратилось в Арбитражный районный суд Удмуртской Республики с иском к ФИО1 (далее – ФИО1, 1-ый ответчик по первоначальному иску) и ФИО3 (далее – ФИО3, 2-ой ответчик по первоначальному иску) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Пудемское литье» (далее – ООО «Пудемское литье») в размере 952 081,21 рубля.  

Определением суда от 17.05.2024 исковое заявление принято к производству.  

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 03.09.2025 поступило встречное исковое заявление ФИО1 к ООО «Яр Энерго» о признании актов забраковки от 09.02.2018 и от 15.03.2018 узлов учета объектов теплоснабжения, расположенных по адресу: 

<

...>, незаконными (л.д.156-158 т.1).  

Определением арбитражного суда от 31.10.2024 в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) встречный иск принят к производству суда для совместного рассмотрения с первоначальным иском.  

Определением от 19.03.2025 в порядке статей 49, 130 АПК РФ приняты уточнения истцом по встречному иску предмета встречного иска (л.д.29 т.2), а  

именно о признании актов забраковки от 09.02.2018 и от 15.03.2018 узлов учета объектов теплоснабжения, расположенных по адресу: 

<

...>, а также актов № 686 от 09.11.2018, № 683 от 31.11.2018, № 931 от 29.12.2018, № 97 от 31.01.2019, № 216 от 28.02.2019, № 337 от 29.03.2019 на сумму 479 311,84 рублей незаконными и обязании ООО «Яр Энерго» определить количество тепловой энергии за ноябрь 2018 года - март 2019 года в отношении ООО «Пудемское литье» на основании показаний приборов учета, исключив из объемов, предъявленных к оплате по указанным актам, объем теплоэнергии в размере 125,755 Гкал (что соответствует стоимости 243 535,88 рубля).  

Определением суда от 02.06.2025 удовлетворено ходатайство истца по первоначальному иску об уменьшении исковых требований (л.д.66 т.2), предмет первоначального иска составил требования о взыскании 876 165,58 рубля, в том числе 479 311,84 рубля долга, 38 223,05 рубля неустойки за период с 17.12.2018 по 12.08.2019, 13 351,00 рублей госпошлины по решению арбитражного суда в рамках дела № А71-14867/2019; 345 279,69 рубля неустойки за период с 13.08.2019 по 26.10.2023, исключая период действия моратория.  

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.07.2025 (резолютивная часть от 07.07.2025) первоначальные исковые требования удовлетворены частично. С ФИО1 и ФИО3 в пользу ООО «Яр Энерго» взысканы солидарно денежные средства в размере 653 795,86 рубля в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пудемское литье», а также 23 523,00 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении встречных исковых требований отказано. ООО «Яр Энерго» из федерального бюджета возвращено 1 519,00 рублей, уплаченных по платежному поручению № 493 от 02.05.2024.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчики ФИО1, ФИО3 подали апелляционные жалобы.  

Ответчик ФИО1 в своей апелляционной жалобе просит решение суда от 21.07.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе истцу в удовлетворении исковых требований и удовлетворить требования ответчика по встречному иску.  

Заявитель жалобы с учетом дополнений к ней указывает на то, что в решении суда описаны все доводы истца, как выводы суда, и не указаны доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания с него субсидиарной ответственности, которые были описаны в пояснениях и заявлены в суде устно, чем нарушена статья 170 АПК РФ. Противоправные действия, причинно-следственная связь между ними и убытками обществу, и вина ФИО1 материалами дела не подтверждается. Противоправные действия ФИО1 не установлены. После подписания всех необходимых документов, заявленных истцом для заключения договора, был подписан договор теплоснабжения № 117 от 02.10.2018. Тепло же было подключено 26.11.2018  

после подписания акта приема узлов учета тепловой энергии. Ни о каких неполадках и нарушениях относительно работы теплового узла со стороны ООО «Яр Энерго» не отмечалось. Это означает, что никаких условий по заключенному договору № 117 (п.п.3,6) не возникло для применения в расчетах между участниками договора приложения № 2 (расчетного способа). Несмотря на это, истец выставлял в отношении ООО «Пудемское литье» акты по расчетному способу, в результате чего завысил объем оказанных услуг по теплоснабжению на 243 535,88 рубля. При этом, счета на тепло без объяснения их происхождения ответчик получил только в апреле 2019 года (письмо ООО «Пудемское литье» от 08.04.2019, заверено представителем истца, доказательств направления в адрес ответчика счетов отсутствуют как в настоящем деле, так и в заделе № А71-14867/2019), с данными счетами он был не согласен в полном объеме, поскольку на заводе температура в зимние периоды не превышала 7,5 градусов, что подтверждается графиком измерения температур, изложенных в актах замера и показаниями счетчиков, своевременно отправляемых истцу для составления счетов на опущенную энергию. Так, согласно справкам замер температур в помещениях средняя температура в декабре 2018 года составляла 7,8 градусов Цельсия, в январе 2019 - 7,2, в феврале 7,9, в марте 11,1 градус Цельсия; данная температура почти парализовала работу общества. При этом, ответчик пытался договориться с истцом, что видно из переписки, но истец не шел на переговоры, каждый месяц ФИО1 направлял справки о замере температур ответчику, но ответчик не реагировал. Оплата, по мнению ответчика, несуществующей задолженности, повлекла бы убытки обществу. Следовательно, ответчик поступал в пределах предпринимательской деятельности. Оплате такая теплоэнергия не подлежала, в случае оплаты теплоэнергии ненадлежащего качества обществу могли быть причинены убытки. Несмотря на ненадлежащее исполнение договора истцом и парализование работы, ФИО1 продолжал осуществлять руководство хозяйственной деятельностью вплоть до середины декабря 2019 года. Для обогрева рабочих мест в помещениях применялись электроприборы. Однако, состояние здоровья, возраст не позволяли осуществлять в дальнейшем руководство, поскольку требовались постоянные коммуникации с поставщиками и покупателями продукции общества, в том числе командировки, в связи с чем, ФИО1 написал заявление об увольнении 17.12.2019 в связи с выходом на пенсию. Как указывает апеллянт, 17.12.2019 ФИО1 не участвовал в судебном заседании, не присутствовал при оглашении решения и не знал о вынесенном решении, что подтверждается решением от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019, в котором указано, что ответчик не явился. Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики по делу № А71-14897/2019 вступило в силу 20.03.2020, на тот момент ФИО1 не руководил деятельностью ООО «Пудемское литье» и не мог знать о присужденном долге. Поскольку ФИО1 во исполнение законодательства поступил предусмотренным  

законом способом, и наоборот указал, что он не является директором в ЕГРЮЛ, то данные действия не могут рассматриваться как недобросовестные; никаких недобросовестных действий ФИО1 не совершал. Выводы суда о том, что хозяйственная деятельность была не обычной, а направлена на вывод имущества из общества, процитированы из доводов истца и не соответствует действительности. До увольнения ФИО1 под его руководством предприятие вело обычную хозяйственную деятельность, после увольнения, как указывает ФИО3, деятельность не велась. Как видно из выписок ПАО Сбербанк, общество осуществляло реализацию хлебных форм, закуп материалов для ее производства, руководство осуществляло взаимодействие с иными организациями покупателями и поставщиками. Без электроэнергии невозможно выпустить продукцию, в связи с чем, электроэнергия подлежала оплате при осуществлении обычной хозяйственной деятельности. Подтверждают обычную хозяйственную деятельность платежи поставщикам сырья и материалов, с использованием которых изготавливалась реализуемая продукция, таким как ООО «Альянс-плюс», ООО «Вторсплав», ООО «Гарант» и иным. Для выпуска продукции также необходимы производственные площади, которые арендовались у ООО «Лантан». Кроме того, по договору аренды, заключенному с ООО «Лантан», обществу «Пудемское литье» был передан автомобиль марки ГАЗ-3309 грузовой с-борт 2012 г.в. Данный автомобиль использовался для осуществления доставки продукции обществом, следовательно, оплата нефтепродуктов была правомерна в полном объеме. Истец ставит в вину ФИО1 получение денежных средств на командировочные расходы 14.10.2019 в размере 10 000,00 рублей и 29.11.2019 в размере 20 000,00 рублей, при этом, ФИО1 ездил в командировки для встречи с поставщиками и покупателями. Участнику и бухгалтеру общества ФИО3 истец поставил в вину получение денежных средств по командировке 13.11.2019 и 29.11.2019 в размере 10 000,00 рублей и 25 000,00 рублей, соответственно, однако, согласно авансовому отчету ФИО3 от 18.11.2019, она была в командировке в г. Уфе с 13.11.2019 по 16.11.2019 с целью проведения сверки и переговоров ООО «Башпроммет» 4 дня с (командировочные 4 х 700 + 2800 х 3 проживание = 11 200,00 рублей), а также согласно авансовому отчету от 29.11.2019, ФИО3 находилась в г. Уфе с 21 по 28 ноября 2019г. для переговоров с поставщиками ПО «Кармаскалинский хлебокомбинат» и ООО «ВС Форни» по оплате продукции (командировочные 8 х 700 + 2800 х 7 проживание = 25 200,00 рублей). В результате сверки были выявлены недоплаты, которые были погашены 27 и 28 ноября на суммы 275 997,60 рубля и 24 780,00 рубля, соответственно. Причиной закрытия 17.12.2019 расчетного счета, которым мог распоряжаться ФИО1, состоит в том, что 17.12.2019 ФИО1 написал заявление об увольнении и для того, чтобы не проводились операции по расчетам после его увольнения от его имени, закрыл расчетный счет и никакой связи с объявлением решения в пользу ООО «Яр Энерго» нет. Новый директор  

мог открыть счета и осуществлять обычную хозяйственную деятельность общества и рассчитаться с кредиторами. Выводы суда первой инстанции о том, что ООО «Пудемское литье» совершало подозрительные сделки, направленные на непогашение задолженности перед истцом, являются незаконными и необоснованными. Как указывает апеллянт, то обстоятельство, что ФИО1 привлекался к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пудемский завод», не влечет привлечение его к ответственности по долгам ООО «Пудемское литье». Никаких неправомерных действий, направленных на вывод имущества, ФИО1 не совершал, вышел на пенсию и перестал осуществлять производственную деятельность. В настоящем деле не указано, какие конкретные умышленные действия ФИО1 направлены на невозможность исполнения обязательств в будущем перед истцом. ФИО1 осуществлял производственную деятельность общества, не выводил денежные средства и не допускал иных действий (бездействий), направленных на банкротство общества и на неспособность осуществить расчеты с кредиторами. Действия истца по подаче теплоносителя при том, что в помещениях было не выше 11 градусов Цельсия, являются недобросовестными. В момент окончания трудовой деятельности ФИО1 в обществе решение суда, на основании которого взыскивается задолженность, не было известно ФИО1, поскольку он не участвовал на последнем судебном заседании, данное решение не вступило в законную силу. Подавать на банкротство общества или ликвидацию у ответчика не было оснований, обратного не установлено.  

При подаче апелляционной жалобы ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере 10 000,00 рублей, что подтверждается чеком по операции от 20.08.2025, приобщенным к материалам дела.  

Кроме того, от ответчика ФИО1 поступило ходатайство об исследовании в ходе судебного заседания следующих доказательств: л.д.14 т.1 - решение арбитражного суда по делу № А71-14867/2019, л.д.95-98, 113-115, 119-123 т.2 - доказательства низкой температуры в помещениях ООО «Пудемское литье» из материалов дела № А71-14867/2019, л.д.126-130 т.2 - письмо Минфина РФ, определение КС РФ и ответ налоговой службы, л.д.3-26 т.2 - выписка СБ РФ, л.д.142-145 т.2 - пояснения ФИО1, л.д.154-166 т.2 - договоры аренды с ООО «Лантан» производственных площадей на 2018 год и 2019 год, л.д.167-170 т.2 - доказательства арены грузового автомобиля, потреблявшего бензин, л.д.171-173 т.2 - доказательства арены офиса, л.д.174 т.2 - представленная истцом в дело № А71-14867/2019 карточка предприятия с указанием данного адреса, л.д.175-194 т.2 - доказательства произведенных командировочных расходов, а также в томе 2: л.д.15 (оплата 16.10.2019 Присяжный В.С. и ФИО5 после 1 командировки ФИО1), л.д.19 оборот (оплата 18.11.2019 ООО «Башпроммет» после 1 командировки ФИО3), л.д.21 оборот (оплата 27 и 28 ноября 2019 ПО «Кармаскалинский Хлебокомбинат» и ООО «ВС Форни», после 2  

командировки ФИО3); л.д.27 оборот и л.д.28 (оплата ФИО5 03.12.2019 и оплата 09.12.2019 Присяжный В.С.) после 2-ой командировки Дидковского, л.д.29 (12.12.2019 оплата ИП ФИО6 после 3 командировки ФИО1).  

Ответчик ФИО3 в своей апелляционной жалобе просит решение суда от 21.07.2025 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе истцу в удовлетворении исковых требований.  

В апелляционной жалобе ссылается на то, что доказательства наличия недобросовестного или неразумного поведения, а равно наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков (учредителя/участника общества) по невозврату денежных средств и наличием убытков истца в заявленном размере, которые могли бы быть возложены на него в субсидиарном порядке по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ общества, истцом не представлены. Оснований для вывода о сокрытии ФИО3 имущества общества из материалов дела не усматривается, как не усматривается и доказательств совершения ответчиком действий по уклонению от исполнения обязательств перед истцом, а также того, что не погашение долгов обусловлено виновными действиями ответчиков. ФИО3 являлась участником ООО «Пудемское литье», при этом, контролирующим лицом ответчика ее признать нельзя, поскольку контролирующим лицом был директор общества. ФИО3 никакие решения в отношении деятельности общества не предпринимала, а лишь как бухгалтер отражала фактические операции в учете, вела сверки с контрагентами. В решении суда не указано, какие конкретно действия ФИО3 привели к убыткам истца и невозможности их удовлетворить. После увольнения по состоянию здоровья и пенсионного возраста директора ФИО1 (17.12.2020) ответчик искала директора, но безуспешно. Все работники уволились, ООО «Пудемское литье» перестало функционировать. Ответчик искала директора более девяти месяцев, и только 21.09.2021 подала заявление о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ. Общество не осуществляло деятельность с 2021 года, а у общества и ответчика не было средств на погашение долгов, на процедуру ликвидации и банкротство. Убыток возник не из-за того, что ответчик подал сведения о недостоверности, а из-за того, что денежных средств в обществе не было, в связи с чем, причинно-следственная связь между убытками истца и действиями ответчика по выходу из состава учредителей отсутствует. В действиях ФИО3 не установлено ни одно из указанных в иске обстоятельств недобросовестности. Поскольку деятельность общества фактически прекратилась, денежных средств для расчета истцом было недостаточно. При этом, ответчик никакие противоправные действия, способствующие банкротству общества, не осуществляла, имущество из общества она не выводила, никакие недобросовестные операции не проводила, до банкротства предприятие не доводила. Все командировки были направлены на получение доходов и расчеты  

с контрагентами, и ответчик, как бухгалтер, обязана была осуществлять такую деятельность. При установлении необоснованного осуществления ФИО3 командировочных расходов в размере 35 000,00 рублей суд неправомерно взыскал 653 795,86 рубля в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Причинно-следственная связь между снятием денежных средств в размере 35 000,00 рублей на командировки и убытками истца в размере 653 795,86 рубля отсутствует, привлечение ответчика к ответственности неправомерно. В ноябре 2018-2019гг. ФИО1 осуществлял ежедневное измерение температуры в помещениях, расположенных по адресу п. Пудем, ФИО7 2а, которое фиксировали в соответствующих актах, температура была не более 11 градусов Цельсия; такой холод заморозил деятельность общества. Несмотря на это, ФИО1, как директор, пытался договориться с истцом, приглашал его на замеры температур, но истец игнорировал. Любой разумный директор отложил бы оплату теплоносителя, при том, что в помещениях было холодно, до рассмотрения судебного спора. Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики по делу № А71-14897/2019 вступило в силу 20.03.2020, на тот момент у общества не было директора, у предприятия не было возможности рассчитаться по долгам. Задолженность возникла не в результате противоправных действий, а в результате отсутствия имущества у общества, вина ответчика в этом отсутствует. Противоправные действия, причинно-следственная связь между ними и убытками обществу, и вина ФИО3 материалами дела не подтверждается, суд, не указав на какие-либо конкретные противоправные действия и причинно-следственную связь между такими действиями и убытками истца в размере 653 795,86 рубля, вынес незаконное и необоснованное решение о взыскании с ответчика денежных средств.  

При подаче апелляционной жалобы заявителями уплачена государственная пошлина в размере 10 000,00 рублей, что подтверждается чеком по операции от 21.08.2025, приобщенным к материалам дела.  

До начала судебного заседания от истца поступил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Указывает на то, что ответчики не только не приняли никаких мер для погашения задолженности, но и своим бездействием фактически бросили подконтрольное общество с долгами и способствовали его исключению из ЕГРЮЛ. Доводы заявителя апелляционной жалобы, касающиеся несогласия с порядком расчета и начисления задолженности ООО «Пудемское литье» по оплате теплоэнергии, размером указанной задолженности, расчетом объема потребленной энергии, качества поставленной теплоэнергии, не могут быть приняты по внимание, поскольку фактически направлены на пересмотр указанных выше вступивших в законную силу судебных актов, установивших сумму долга ООО «Пудемское литье» перед ООО «Яр Энерго», которая на момент исключения ООО «Пудемское литье» из ЕГРЮЛ осталась непогашенной. Основанием для  

привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности явилось наличие задолженности по договору теплоснабжения, подтвержденной решением Арбитражного суда Удмуртской Республики по делу № А71-14867/2019 от 21.12.2019 (резолютивная часть объявлена 17.12.2019). Из материалов дела следует, что при рассмотрении дела № А71-14867/2019 в суде первой инстанции интересы ответчика общества «Пудемское литье» представлял лично директор ФИО1, что отражено в протоколах судебных заседаний от 01.10.2019, 21.10.2019, 04.12.2019 и определениях суда от 01.10.2019, 21.10.2019, 04.12.2019. Отзывы на исковое заявление и пояснения ответчика, имеющиеся в материалах дела, подписаны непосредственно директором общества «Пудемское литье» ФИО1 Несмотря на то, что 18.12.2019 ФИО1 подал заявление о недостоверности сведений о нем как о директоре, 23.01.2020 от ООО «Пудемское литье» в суд подается апелляционная жалоба на указанное решение, подписанная директором ФИО1, т.е. ответчик ФИО1 и после 18.12.2019 сохранял контроль над организацией и продолжал ею фактически управлять. При этом, ФИО1, являясь директором общества «Пудемское литье», был осведомлен о начатом судебном разбирательстве по делу № А71-14867/2019, участвовал в судебных заседаниях, приводил доводы в обоснование своего несогласия с исковыми требованиями, касающиеся расчета, качества, объема оказанных услуг, оценка которым дана судами первой и апелляционной инстанции. Обязательства по оплате теплоэнергии, потребленной одним и тем же объектом – административным зданием по адресу: 

<

...>, должны были исполняться последовательно ООО «Пудемский завод» в период с января 2016 года по май 2018 год (что подтверждается судебными актами по делу № А71-8817/2018, № А71-19483/2018), а затем в последующий период с ноября 2018 года по март 2019 года – ООО «Пудемское литье» (что подтверждается решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019), которые управлялись ФИО1 и фактически подконтрольными ему людьми (ФИО3, ФИО8). Между тем, задолженность перед ООО «Яр Энерго» не погашалась ни ООО «Пудемский завод», ни ООО «Пудемское литье». По сути, деятельность ООО «Пудемский завод» была продолжена под деятельностью ООО «Пудемское литье». При этом, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.06.2024 по делу № А71-6989/2023 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пудемский завод», исключенного из ЕГРЮЛ также по причине недостоверности сведений о директоре и участнике. Истец считает, что схема по исключению организации из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений о нем в целях уклонения от уплаты задолженности являлась для ответчика ФИО1 обычной практикой, связана с нежеланием погашать задолженность «бросив компанию», а не с его «выходом на пенсию». В ходе рассмотрения настоящего дела ответчиками не раскрыты обстоятельства  

передачи документов новому руководителю и/или участнику ООО «Пудемский литье» после так называемого «увольнения» ФИО1, не представлены акты приема-передачи документов. Факт закрытия расчетного счета организации в ПАО «Сбербанк» 17.12.2019, т.е. в день оглашения резолютивной части решения суда о взыскании задолженности в пользу ООО «Яр Энерго», свидетельствует об отсутствии намерения у ответчиков продолжать деятельность компании. При этом, из банковских выписок по расчетному счету ООО «Пудемское литье» № ***2084 следует, что за период с 04.07.2019 по 17.12.2019 (иск от ООО «Яр Энерго подан 04.09.2019, решение суда оглашено 17.12.2019) общество стабильно выплачивало заработную плату работникам и выдавало подотчетные средства, в том числе ФИО1 и ФИО3, рассчитывалось с поставщиками. Суд первой инстанции не ставил в вину ответчикам получение подотчетных сумм и/или заработной платы. Вина состоит в том, что при наличии объективной возможности погасить задолженность перед ООО «Яр Энерго», контролирующими общество лицами эти оплаты намеренно не производились. Ответчик ФИО1 в судебном заседании от 31.10.2024 по настоящему делу подтвердил, что мог расплатиться с заявителем, но не рассчитался, поскольку был не согласен с расчетом задолженности. Ответчик ФИО3, в свою очередь, получив заявление ФИО1 о недостоверности сведений о нем как о директоре, действуя добросовестно и разумно, должна была назначить нового директора. Вместо этого, организация была просто брошена, а затем ФИО3 сама направила в адрес регистрирующего органа сведения о недостоверности о себе как участнике общества. Таким образом, участник общества ФИО3 совершила недобросовестные или неразумные действия, в результате которых общество, исключенное из ЕГРЮЛ, не исполнило обязательства (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Каких-либо мер для исполнения ООО обязательств перед кредиторами ответчик ФИО3 не предприняла (Постановление Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П). С учетом установленных обстоятельств, суд первой инстанции сделал правильный вывод о наличии предусмотренных действующим законодательством оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам общества.  

От ФИО1 поступили пояснения на отзыв истца, в которых указывает на то, что подписание апелляционной жалобы не является фактом продолжения осуществления контроля ФИО1 за деятельностью ООО «Пудемское литье». Апелляционная жалоба была подписана ФИО1, поскольку она была направлена на защиту интересов общества и согласно выписке из ЕГРЮЛ на 30.01.2020 в ней не была отражена запись о том, что ФИО1 не являлся директором. Это не значит, что ФИО1 контролировал деятельность предприятия после 18.12.2019. Он не проводил никаких расчетов и не осуществлял хозяйственных операций, что подтверждается выписками из банков (последняя операция датирована  

17.12.2019, счет закрыт). Имущество ООО «Пудемское литье» ФИО1 не приобретал, никаких операций, направленных на вывод имущества, или на банкротство общества не производил. В настоящем деле требование заявлено идентичное требованиям в рамках дела № А71-6989/2023. Истец же указывает основанием идентичное основанию дела № А71-6989/2023, что противоречит АПК РФ. За деятельность ООО «Пудемский завод» ФИО1 понес ответственность, повторное привлечение к ответственности по тем же основаниям неправомерно. Следовательно, данное основание не может являться основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в настоящем деле. В данном же деле ФИО1 привлекают к ответственности за иной период, в отношении иной организации. Именно в 2019 году истец перестал подавать теплоэнергию в соответствии с условиями заключенного нового договора с ООО «Пудемское литье» и заморозил хозяйственную деятельность данной организации. Данные обстоятельства не были предметом изучения в деле № А71-6989/2023. ООО «Пудемское литье» осуществляло иной вид деятельности, чем ООО «Пудемский завод». По сути, деятельность ООО «Пудемский завод» не была продолжена под деятельностью ООО «Пудемское литье», ООО «Пудемское литье» - это новое и самостоятельное предприятие. Даже если суд сочтет, что, по сути, деятельность ООО «Пудемский завод» была продолжена под деятельностью ООО «Пудемское литье», ООО «Пудемское литье» осуществляло деятельность, а ООО «Пудемский завод» - нет. Это означает, что отсутствует причинно-следственная связь между непогашением долга ООО «Пудемское литье» и продолжением деятельности под деятельностью ООО «Пудемское литье». ООО «Пудемское литье» заключило новый договор с истцом и готово было оплачивать теплоэнергию, но теплоэнергия подавалась в ненадлежащем качестве. В производственных помещениях был холод, заморозивший деятельность общества, все рабочие работали в ненадлежащих условиях. Руководствуясь пунктом 2 статьи 542 ГК РФ, ФИО1 имел право не оплачивать некачественную теплоэнергию, что и было сделано. При этом, ФИО1 обращался к истцу, чтобы тот выехал и замерил температуру, но этого со стороны истца сделано не было. Доказательств того, что ФИО1 при неоплате теплоэнергии действовал недобросовестно или неразумно при осуществлении деятельности ООО «Пудемское литье», в материалах дела отсутствуют. В отношении ФИО1 и ФИО3 заработная плата в последние месяцы не выплачивалась, материалами дела данное обстоятельство не подтверждено. Расход денежных средств, выданных под отчет (а не присвоение данных денежных средств), подтверждается авансовыми отчетами. Истцом не представлено доказательств, что ФИО1 действовал недобросовестно или неразумно. Довод истца о том, что вина состоит в том, что при наличии объективной возможности погасить задолженность перед ООО «Яр Энерго», контролирующими общество лицами эти оплаты намеренно не производилась, является необоснованным и  

неподтвержденным. Истцом не указывается, какими виновными противоправными действиями ФИО1 причинен вред, не указан его размер, и какая между ними причинно-следственная связь.  

От ответчика ФИО3 поступили пояснения на отзыв истца, в которых указывает на то, что поселок Пудем является заброшенной деревней. В ней в основной массе живут пьющие жители, которые не хотят работать. ФИО1 мог их организовать и внушить желание к работе. После его выхода на пенсию ФИО3 не смогла найти директора, который бы организовал такую работу. Истец не доказал, что имелась возможность найти лицо на должность директора. Никаких действий по выводу имущества, нереальных операций, выводу денежных средств и прочее ФИО3 не осуществляла, наоборот после ухода ФИО1 на пенсию, у ФИО3 не было денежных средств к существованию, ей пришлось воспользоваться услугами Фонда занятости. Невозможность найти нового директора в глухой деревне не является недобросовестным и не может влечь применение к ответчику субсидиарной ответственности по долгам общества. Действия ФИО3 не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества.  

В судебном заседании в режиме веб-конференции представитель ответчиков ФИО1, ФИО3 доводы апелляционных жалоб поддержала, просила решение суда отменить, отказать в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.  

Представитель истца с доводами апелляционных жалоб не согласилась, просила решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения по основаниям, изложенным в отзыве.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, ООО «Пудемское литье» (ОГРН 

<

***>) было зарегистрировано в качестве юридического лица 14.11.2017 управлением Федеральной налоговой службы по Удмуртской Республике. Дата прекращения деятельности 27.10.2023 (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).  

Основным видом деятельности общества являлось литье легких металлов (ОКВЭД 24.53), дополнительными видами деятельности – ковка, прессование, штамповка и профилирование, изготовление изделий методом порошковой металлургии (ОКВЭД 25.50), обработка металлов и нанесение покрытий на металлы (ОКВЭД 25.61), сбор неопасных отходов (ОКВЭД 38.11), обработка отходов и лома черных металлов (ОКВЭД 38.32.3), обработка отходов и лома цветных металлов (ОКВЭД 38.32.4), сортировка металлических материалов для дальнейшего использования (ОКВЭД 38.32.11) и другие.  

Единственным участником общества с даты создания юридического лица и до даты прекращения юридического лица (исключения из ЕГРЮЛ) являлась ФИО3 с размером доли в уставном капитале 100% номинальной стоимостью 10 000,00 рублей.  

ФИО3 было принято решение о создании общества «Пудемское литье» (л.д.111, т.1), подписано заявление о его регистрации (л.д.106-110 т.1); 21.09.2021 в ЕГРЮЛ по заявлению ФИО3 внесены сведения о недостоверности сведений о ней как об участнике общества (л.д.134-137 т.1).  

Директором общества «Пудемское литье» с 14.11.2017 согласно сведениям из ЕГРЮЛ (л.д.95 т.1) являлся ФИО1 по 25.12.2019 включительно (внесение в реестр по заявлению от 18.12.2019 ФИО1 сведений о недостоверности сведений о физическом лице как о директоре) (л.д.130-133 т.1).  

Налоговым органом 27.10.2023 внесена в ЕГРЮЛ запись об исключении общества из реестра в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений об обществе, в отношении которого внесена запись о недостоверности.  

Обращаясь с исковым заявлением, истец указал на то, что обществом «Пудемское литье» не исполнены обязательства по оплате предоставленной тепловой энергии за период с ноября 2018 года по март 2019 года, что явилось основанием для взыскания возникшей задолженности в судебном порядке.  

Так, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 с ООО «Пудемское литье» в пользу ООО «Яр Энерго» взыскано 517 534,89 рубля, из которых 479 311,84 рубля долга, 38 223,05 рубля неустойки с последующим начислением на сумму долга, исходя из 1/130 ключевой ставки Банка России, начиная с 13.08.2019 по день оплаты долга, а также в доход федерального бюджета 13 351,00 рублей государственной пошлины (л.д.14-17 т.1).  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества «Пудемское литье» - без удовлетворения (л.д.18-22 т.1).  

Для принудительного исполнения решения суда взыскателю выдан исполнительный лист 15.05.2020 серии ФС 031250884.  

На основании вышеуказанного исполнительного листа судебным приставом-исполнителем Устиновского РОСП г. Ижевска 14.07.2020 было возбуждено исполнительное производство № 6996/21/18018-ИП, которое окончено 30.07.2021 в связи с возвращением исполнительного взыскателю, так как отсутствует имущество, подлежащее взысканию.  

В последующем исполнительный лист был предъявлен повторно в Устиновский РОСП г. Ижевска, возбуждено исполнительное производство № 154173/22/18018-ИП от 30.09.2022, которое было прекращено 08.12.2023 в связи с внесением записи в ЕГРЮЛ записи об исключении из ЕГРЮЛ  

юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности (л.д.13 т.1).  

По состоянию на дату исключения общества «Пудемское литье» из ЕГРЮЛ (27.10.2023) заложенность составила 952 081,21 рубля, в том числе основной долг 479 311,84 рубля, неустойка – 459 418,37 рубля, госпошлина – 13 351,00 рублей.  

Не согласившись с судебными актами ООО «Пудемское литье» в лице ФИО1 подало кассационную жалобу.  

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2024 по делу № А71-14867/20169 в удовлетворении ходатайства ФИО1 о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу кассационной жалобы на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 отказано; производство по кассационной жалобе ФИО1 на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по тому же делу прекращено.  

В последующем ООО «Пудемское литье» в лице ФИО1 была подана кассационная жалоба в Верховный Суд РФ.  

Определением судьи Верховного суда РФ от 19.02.2025 по делу № А71-14867/2019 ФИО1 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  

По расчету истца размер субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 по обязательствам общества «Пудемское литье» составил 876 165,58 рубля, в том числе 479 311,84 рубя долга, 38 223,05 рубля неустойки за период с 17.12.2018 по 12.08.2019, 13 351,00 рублей госпошлины по решению арбитражного суда в рамках дела № А71-14867/2019; 345 279,69 рубля неустойки за период с 13.08.2019 по 26.10.2023, исключая период действия моратория.  

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также на то, что задолженность образовалась за поставленную тепловую энергию за период с ноября 2018 года по март 2019 года на объект – административное здание по адресу: 

<

...>, установлена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019, которое должником добровольно исполнено не было, ООО «Пудемское литье» 27.10.2023 прекратило деятельность в связи с исключением из ЕГРЮЛ при наличии сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, исполнительное производство было прекращено в связи с внесением в ЕГРЮЛ записи об исключении должника - организации из ЕГРЮЛ, ФИО1 и ФИО3 действовали недобросовестно, не намеревались исполнять  

обязательства контролируемого ими юридического лица, вследствие чего, впоследствии ООО «Пудемское литье» было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо и исполнение обязательств им оказалось невозможным, своими действиями (бездействиями) ФИО1 и ФИО3 причинили обществу убытки в заявленном размере, истец по первоначальному иску ООО «Яр Энерго» обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о привлечении ФИО1, ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пудемское литье».  

Ответчиком ФИО1 заявлены встречные исковые требования к ООО «Яр Энерго» о признании актов забраковки от 09.02.2018 и от 15.03.2018 узлов учета объектов теплоснабжения, расположенных по адресу: 

<

...>, незаконными, с указанием на то, что актами от 09.02.2018 теплосчетчики Взлет ТСР-М (ТСРВ-034) заводской номер 1413494, а также теплосчетчик МАГИКА А2200 заводской номер К1508047 забракованы в связи с отсутствием рабочего проекта на узлы учета, и нахождением тепловычислителя в режиме свободного доступа. Согласно акту забраковки от 15.03.2018 теплосчетчики Взлет ТСР-М ТСРВ-034 заводские номера 1413494, 1427542, 1436453, 1441428, 1391684 признаны непригодными к коммерческим расчётам с 12 час. 00 мин. 15.03.2018 до устранения причины забраковки и повторного допуска, в связи с несоответствием рабочему проекту (фактическое расположение трубопроводов на Т1 и Т2 не соответствует расположению по рабочему проекту (в схеме расположения оборудования, преобразователей). Ответчик возражал относительно предъявленной к взысканию суммы долга, неустойки; заявил о применении судом статьи 333 ГК РФ.  

ООО «Яр Энерго» заявлено о пропуске ФИО1 срока исковой давности для обращения в суд.  

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что наличие задолженности ООО «Пудемское литье» перед ООО «Яр Энерго» за тепловую энергию установлено вступившим в законную силу судебным актом, в настоящее время задолженность не погашена; ФИО1 и ФИО3, достоверно зная о наличии задолженности общества «Пудемское литье» по оплате тепловой энергии перед ООО «Яр Энерго», обратились с заявлениями о недостоверности сведений о директоре (18.12.2019) и об участнике общества (21.09.2021), в результате которых общество было исключено из ЕГРЮЛ (оставлении общества без контроля), что свидетельствует о недобросовестном поведении; ответчики доводы истца не опровергли, доказательств разумности и добросовестности своего поведения, принятия мер к погашению задолженности ООО «Пудемское литье» перед истцом либо невозможности удовлетворения его требований в силу объективных причин в пределах риска предпринимательской деятельности не представили; заявляя встречные исковые требования, ФИО1 в  

настоящем деле фактически просит пересмотреть вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.19.2019 по делу № А71-14867/2019, которое имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела в части установления размера задолженности общества «Пудемское литье», кроме того, по данному требованию истек трехгодичный срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречных требований.  

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, письменные пояснения, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения судом норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.  

Конституция Российской Федерации в качестве одной из основ конституционного строя провозглашает свободу экономической деятельности (статья 8, часть 1) и закрепляет право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1).  

В силу данных конституционных предписаний граждане могут самостоятельно определять сферу своей экономической деятельности и осуществлять ее как непосредственно, в индивидуальном порядке, так и опосредованно, в том числе путем создания коммерческого юридического лица либо участия в нем единолично или совместно с другими гражданами и организациями.  

В то же время осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). Исходя из этого, отдавая предпочтение тому или иному способу осуществления экономической деятельности, граждане соглашаются с теми юридическими последствиями, которые обусловливаются установленным федеральным законодателем - исходя из существа и целевой направленности соответствующего вида общественно полезной деятельности и положения лица в порождаемых ею отношениях - правовым статусом субъектов этой деятельности, включая права и обязанности, а также меры ответственности.  

Пунктом 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что юридическими лицами могут быть организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации) либо не имеющие извлечение прибыли в качестве такой цели и не распределяющие полученную прибыль между участниками (некоммерческие организации).  

Одной из организационно-правовых форм коммерческих организаций, которые создаются в целях осуществления предпринимательской деятельности  

и наиболее востребованы рынком, являются хозяйственные общества, в частности их разновидность - общество с ограниченной ответственностью (пункт 4 статьи 66 ГК РФ).  

Правовое положение обществ с ограниченной ответственностью, корпоративные права и обязанности их участников, регулируются федеральными законами, в частности гражданским кодексом Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью». Федеральный законодатель, действуя в рамках предоставленных ему статьями 71 (пункт «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации полномочий, при регулировании гражданско-правовых, в том числе корпоративных, отношений призван обеспечивать их участникам справедливое, соответствующее разумным ожиданиям граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации в стране, не ущемляющее свободу экономической деятельности и не подавляющее предпринимательскую инициативу соотношение прав и обязанностей, а также предусмотреть соразмерные последствиям нарушения обязанностей, в том числе обязательств перед потребителями, меры и условия привлечения к ответственности на основе конституционно значимых принципов гражданского законодательства.  

Конституционный Суд Российской Федерации ранее обращал внимание на то, что наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями (определение от 3 июля 2014 года № 1564-О).  

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК РФ).  

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации - это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.  

Завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные в том числе на обеспечение интересов их кредиторов. Указанные процедуры, как правило, связаны со значительными временными и финансовыми издержками, желание освободиться от которых побуждает контролирующих общество лиц к уклонению от исполнения установленных законом обязанностей по ликвидации юридического лица.  

В пункте 2 статьи 62 ГК РФ закреплено, что (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического  

лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица. При недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия солидарно за свой счет.  

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК РФ). На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9, пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве).  

Согласно статье 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Аналогичный порядок, как указано выше, предусмотрен и в случае недостоверности сведений о юридическом лице в ЕГРЮЛ.  

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.  

Исключение юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 Кодекса.  

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

 В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от  

08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью) исключение общества с ограниченной ответственностью из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

Данное законоположение направлено, в том числе на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.  

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.  

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО9» указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.  

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в  

отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 1 и 9 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.  

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей.  

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, N581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).  

Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.  

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.  

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно  

затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.  

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.  

По смыслу названного положения статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.  

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.  

Контролирующее общество лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, регулирует отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения), иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.  

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном  

законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) общество не отвечает по обязательствам своих участников.  

Однако имеется исключение из общего правила о самостоятельности и независимости юридического лица, в том числе и от своих участников (членов). Оно оправдано в ограниченном числе случаев, в том числе привлечение к ответственности лиц, фактически определяющих действия юридического лица за убытки, виновно ему причиненные – субсидиарная ответственность.  

По общему правилу субсидиарная ответственность, как и солидарная, применяется в случаях, установленных законодательством или договором. При субсидиарной ответственности субсидиарный должник несет дополнительную ответственность по отношению к ответственности, которую несет основной должник.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 399 ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.  

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.  

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.  

В силу пункта 1 статьи 44 Закона об ООО члены совета директоров (наблюдательного совета) общества с ограниченной ответственностью, единоличный исполнительный орган такого общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.  

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической  

деятельности общества, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством.  

Согласно пункту 2 статьи 44 Закона об ООО единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.  

Положения пунктов 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий исполнительного органа на истца.  

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора.  

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;  

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;  

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;  

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;  

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:  

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей  

значение в данной ситуации;  

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;  

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.  

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.  

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности  

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.  

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, истец сослался на то, что ФИО1 и ФИО3 действовали недобросовестно, не намеревались исполнять обязательства контролируемого ими юридического лица, вследствие чего, впоследствии ООО «Пудемское литье» было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее  

юридическое лицо и исполнение обязательств им оказалось невозможным, своими действиями (бездействиями) ФИО1 и ФИО3 причинили обществу убытки в заявленном размере.  

Как следует из материалов дела, и указано выше, единственным участником ООО «Пудемское литье» с даты его создания являлась ФИО3, директором общества с 14.11.2017 согласно сведениям из ЕГРЮЛ являлся ФИО1 до 25.12.2019 (до внесения в реестр по заявлению ФИО1 от 18.12.2019 сведений о недостоверности сведений о физическом лице как о директоре).  

В последующем директор не избирался. 

Из решения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 следует, что с ООО «Пудемское литье», директором которого являлся ФИО1, в пользу ООО «Яр Энерго» взыскана задолженность за тепловую энергию, поставленную за период с ноября 2018 по март 2019 года на объект – административное здание по адресу: 

<

...>.  

Судом установлено, что при рассмотрении вышеуказанного дела интересы ответчика общества «Пудемское литье» представлял лично директор ФИО1, что отражено в судебных актах от 01.10.219, 21.10.2019, 04.12.2019.  

К участию в деле № А71-14867/2019 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены аффилированные с обществом «Пудемское литье» юридические лица – общество с ограниченной ответственностью «Пудемский завод» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и общество с ограниченной ответственностью «Лантан» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).  

Резолютивная часть по делу № А71-14897/2019 была объявлена 17.12.2019.  

Сопоставив даты объявления резолютивной части делу № А71-14897/2019 (17.12.2019) и подачи ФИО1 заявления о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ о нем, как о директоре по форме Р34001 (18.12.2019 - л.д.140 т.1), то есть на следующий день после объявления резолютивной части по вышеуказанному делу, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 указанные действия совершены при осведомленности задолженности перед поставщиком тепловой энергии, установленной судебным актом по делу № А71-14867/2019.  

В последующем в ЕГРЮЛ также внесены сведения о недостоверности: 26.05.2021 в отношении адреса общества «Пудемское литье» (426072, 

<

...> – место жительства ФИО1); 21.09.2021 – сведений о ФИО3 (учредителе и главном бухгалтере общества) как об участнике общества «Пудемское литье».  

Из материалов дела следует, что общество «Пудемское литье» 27.10.2023  

исключено из ЕГРЮЛ (запись ГРН № 2231801577687) в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.  

При этом, судом принято во внимание, что заявления о недостоверности сведений о ФИО1 (директоре общества) и ФИО3 (участнике общества) были поданы лично ответчиками, что в силу имеющейся у последних информации о непогашенной задолженности перед обществом «ЯР-Энерго» свидетельствует об их недобросовестном поведении, направленном на оставление общества без контроля и уклонения от исполнения обязательств перед кредитором. В результате согласованных неправомерных действий участника и директора должника общество оказалось «брошенным», не способным исполнять свои обязательства.  

При изложенных обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о том, что вышеуказанные лица являются контролирующими общество «Пудемское литье» лицами, является верным. Указанные лица несут гражданско-правовую ответственность за неправомерные действия, повлекшие причинение убытков кредиторам, солидарно.  

Обстоятельства и размер причинных убытков подтверждены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019, имеющим преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора.  

Действия контролирующего должника лица, связанные с неисполнением обязательств перед поставщиком тепловой энергии (в связи с несогласием обстоятельств возникновения задолженности), имели место и в обществе «Пудемский завод».  

Так, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.06.2024 по делу № А71-6989/2023 с ФИО1 в пользу общества «Яр Энерго» взыскано 356 041,29 рубля задолженности в порядке привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Пудемский завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата прекращения деятельности 03.08.2020), а также 9 595,31 рубля в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.  

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что обязательства по оплате тепловой энергии, потребленной одним и тем же объектом - административным зданием по адресу: 

<

...>, должны были исполняться последовательно обществом «Пудемский завод» за период с января 2016 года по май 2018 года, что подтверждается судебными актами по делу № А71-8817/2018, № А71-19483/2018, затем обществом «Пудемское литье» за период с ноября 2018 года по март 2019 года, что подтверждается судебным актом по делу № А71-14867/2019, вышеуказанными обществами руководил ФИО1 и подконтрольными ему лицами ФИО10 (единственный участник и учредитель общества «Пудемское литье») и ФИО8 (заместитель директора общества «Пудемский  

завод»).  

Вступившим в законную силу судебным актом по делу № А71-14867/2019 установлено, что обществом «Пудемское литье» не погашена задолженность по тепловой энергии за период с ноября 2018 года по март 2019 год, т.е. в период, когда общество находилось под контролем ответчиков.  

С учетом вышеуказанного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 и ФИО3 достоверно знали о наличии задолженности общества «Пудемское литье» по оплате тепловой энергии перед обществом «Яр Энерго» на момент подачи заявления о недостоверности сведений о директоре (18.12.2019) и об участнике общества (21.09.2021).  

Резолютивная часть решения арбитражного суда по делу № А71-14867/2019 была принята 17.12.2019, однако, уже 18.12.2019 директором ООО «Пудемское литье» ФИО1 в регистрирующий орган направлено заявление по форме Р34001 о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ о нем, как о директоре (соответствующая запись внесена в ЕГРЮЛ 25.12.2019).  

Последующее внесение налоговым органом 26.05.2021 в ЕГРЮЛ записи о недостоверности адреса ООО «Пудемское литье»; 21.09.2021 - записи о недостоверности сведений о ФИО3 (которая являлась и главным бухгалтером ООО «Пудемский завод») как об участнике ООО «Пудемское литье», явилось основанием для принятия регистрирующим органом решения от 24.01.2022 о предстоящем исключении общества «Пудемское литье» из ЕГРЮЛ.  

При этом, задолженность перед ООО «Яр Энерго» осталась непогашенной.  

Таким образом, на момент исключения ООО «Пудемское литье» из ЕГРЮЛ у него имелась подтвержденная вступившим в законную силу судебным актом и неисполненная в рамках исполнительного производства задолженность перед ООО «Яр Энерго».  

Обстоятельства невозможности исполнения обязательств перед теплоснабжающей организацией потребителем энергии по объективным причинам, связанным с деятельностью общества-должника ответчиками не доказаны. Доводы, на которые ссылается истце в обоснование своей позиции о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, ответчиками не опровергнуты, доказательств иного суду не представлено, как и не представлено доказательств разумности и добросовестности поведения ответчиков, принятия мер к погашению задолженности ООО «Пудемское литье» перед истцом либо невозможности удовлетворения его требований в силу объективных причин в пределах риска предпринимательской деятельности.  

Доказательств того, что контролирующими должника лицами (единоличным исполнительным органом и участником общества) были приняты меры по направлению в регистрирующий орган возражений  

относительно принятого решения, в материалы дела не представлено.  

В рассматриваемом случае ответчиками не были приняты меры по недопущению исключения общества из ЕГРЮЛ (как недействующего юридического лица); в материалы дела не представлено доказательств разумности и добросовестности своего поведения, которое способствовало бы погашению требований истца либо невозможности удовлетворения его требований в силу объективных причин в пределах риска предпринимательской деятельности, т.е. предприятие оказалось «брошенным» по вине его учредителя и руководителя при наличии непогашенной кредиторской задолженности.  

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что неправомерное поведение ответчиков, сознательно утративших контроль над обществом, привело к невозможности полного удовлетворения требований истца.  

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, несогласие с размером установленной судебными актами по делу № А71-14867/2019 задолженности не освобождало ответчиков от погашения задолженности обществом «Пудемское литье», установленной вступившим в законную силу судебным актом, обязательным для исполнения в силу положений статьи 16 АПК РФ.  

Помимо прочего, судом первой инстанции установлено, что согласно сведениям о банковских счетах (депозитах) организации по состоянию на 10.07.2024, ООО «Пудемское литье» имело два расчетных счета, открытых в АО «Альфа-Банк» № ***0872 (дата открытия 09.12.2017, дата закрытия 17.07.2019) и ПАО Сбербанк России № ***2084 (дата открытия 04.07.2017, дата закрытия 17.12.2019).  

Из представленной ПАО Сбербанк России выписки за период с 04.07.2019 по 17.12.2019 (л.д.2-26 т.2) усматривается, что по счету № ***2084, открытому в ПАО Сбербанк России, за указанный период общество выплачивало заработную плату работникам и выдавало в подотчет денежные средства, в том числе ФИО1 и ФИО3, производило расчеты с контрагентами за нефтепродукты в ООО «Упал-Топ-Кард», электроэнергию в ОАО «Энергосбыт плюс», производило оплату за аренду офиса ИП ФИО11, за аренду в пользу аффилированного общества «Лантан» (10.12.2019 в размере 100 000,00 рублей, на тот момент директором общества «Лантан» являлся ФИО1), оплату поставщикам по договорам ООО «Альянс-плюс», ООО «Вторсплав», ООО «Гарант» и иным, в том числе в порядке предоплаты. При этом, все счета, оплачиваемые ООО «Пудемское литье» являлись текущими. Задолженности ни перед поставщиками ТМЦ, ни перед поставщиками ресурсов, за исключением ООО «Яр Энерго», у общества «Пудемское литье» не имелось. Указанное свидетельствует о сознательном уклонении ответчиками от исполнении обязательств перед отдельно взятым кредитором, что не соответствует стандарту добросовестного поведения стороны в гражданском обороте.  

Расчетный счет ООО «Пудемское литье» № ***2084, открытый в ПАО Сбербанк России, был закрыт 17.12.2019, то есть в день объявления резолютивной части по делу № А71-14867/2019.  

Причины закрытия счета именно в эту дату ответчиками не раскрыты.  

Доводы ответчика ФИО1 о закрытии счета в связи с прекращением деятельности в качестве руководителя общества-должника (с целью недопущения использования счета иными лицами), не являются безусловным доказательством добросовестности поведения директора, поскольку решение о прекращении деятельности участником общества не принималось, как не принималось и решение о добровольной ликвидации общества. Более того, прекращение директором своих полномочий не является основанием для закрытия расчетного счета общества. Эти доводы ответчика подлежат отклонению, поскольку не свидетельствуют о правомерности действий руководителя и не опровергают правильности выводов суда первой инстанции.  

Кроме того, из анализа вышеуказанной банковской выписки следует, что фактически перед закрытием счета и прекращением деятельности организации ответчикам подотчет были выданы денежные средства на командировочные расходы: 14.10.2019 в размере 10 000,00 рублей ФИО1, 13.11.2019 в размере 10 000,00 рублей ФИО3, 29.11.2019 в размере 20 000 рублей ФИО1, 29.11.2019 в размере 25 000,00 рублей ФИО3  

Тем не менее, ФИО1 и ФИО3 не предприняли действий к погашению задолженности.  

Вопреки доводам апеллянтов, основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности явилось не само перечисление денежных средств для возмещения их командировочных расходов, а их целенаправленные действия по игнорированию законных требований истца по погашению долга и совершению платежей в пользу иных контрагентов; а то обстоятельство, что размер перечислений (командировочных расходов) не сопоставим с размером заявленных истцом требований, в данном случае правового значения не имеет.  

При этом, из материалов настоящего дела следует, что ответчики фактически не согласны с судебным актом о взыскании с общества долга, поскольку истцом предоставлялась услуга ненадлежащего качества и оплата стоимости указанной услуги причинила бы вред обществу.  

Вместе с тем доводам общества-должника в указанной части была дана надлежащая правовая оценка и при взыскании суммы долга, судом оснований для освобождения общества «Пудемское литье» от исполнения обязательств перед ООО «Яр энерго» либо для снижения размера задолженности, не установлено.  

Соответственно, у общества «Пудемское литье» возникла обязанность по надлежащему исполнению судебного акта, чего сделано не было. Данное обстоятельство явилось основанием для предъявления требований к ответчикам о привлечении их к гражданско-правовой ответственности по обязательствам  

подконтрольного общества.  

В этой связи, выводы суда первой инстанции о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности являются законными и обоснованными. Основания для освобождения указанного лица от ответственности судом апелляционной инстанции также не установлены.  

Кроме того, истцом заявлено о солидарной ответственности бывшего директора общества с его участником (учредителем).  

Судом первой инстанции в указанной части также сделан вывод о правомерности заявленных требований, исходя из следующего.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.  

По смыслу указанной нормы права контроль за финансово-хозяйственной деятельностью общества возлагается за его учредителя (участника).  

Вместе с тем, ФИО3, получив заявление ФИО1 о недостоверности сведений о нем как о директоре, действуя добросовестно и разумно, в рамках действующего законодательства должна была инициировать процедуру назначения нового директора. Однако, вместо этого, ФИО3 лично направила в адрес регистрирующего органа сведения о недостоверности о себе, как об участнике общества.  

Как обоснованно указано судом первой инстанции, единственный участник и учредитель общества ФИО3 совершила недобросовестные и неразумные действия, в результате которых общество, исключенное из ЕГРЮЛ, не исполнило обязательства (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).  

Таким образом, ФИО3, будучи единственным участником общества «Пудемское литье», сохраняла фактическое руководство детальностью общества после увольнения ФИО1, не обеспечила погашение задолженности, установленной вступившим в законную силу судебным актом, т.е. «бросила» общество.  

Учитывая, что общество «Пудемское литье» закрыло свои счета без остатка каких-либо средств, у истца отсутствовала возможность взыскать денежные средства по судебному акту с общества «Пудемское литье» в принудительном порядке.  

Отсутствие у общества «Пудемское литье» имущества (что подтверждено ответами государственных органов на определения суда об истребовании доказательств) лишило истца возможности привести в исполнение вступивший в силу судебный акт, взыскать задолженность в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества – участвовать в ликвидации  

должника путем включения требований в промежуточный ликвидационный баланс.  

Фактически совместные неправомерные действия ответчиков привели к невозможности погашения требований кредитора.  

Доказательства, свидетельствующие о том, что ответчиками были предприняты все необходимые меры для оплаты задолженности перед истцом, в материалы дела не представлены.  

Не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции.  

Вопреки доводам апеллянтов, именно поведение ответчиков (директора ФИО1 и учредителя общества ФИО10) не отвечает интересам юридического лица и влечет за собой имущественные потери на стороне истца. Действуя добросовестно и разумно, директор, а также учредитель общества должны были предпринять действия по преодолению созданной кризисной ситуации, разработать план для расчета с кредиторами, исполнения судебных решений и принять меры к их реализации.  

Доказательства, свидетельствующие о том, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от ответчиков по обычным условиям делового оборота, они действовали добросовестно и приняли все меры для исполнения обществом обязательств перед своим кредитором, принимая во внимание, что задолженность общества перед истцом, ответчиками в материалы дела не представлены.  

При изложенных обстоятельствах, проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая, что именно на ответчиков возлагается обязанность по доказыванию отсутствия связи между исключением юридического лица из ЕГРЮЛ и невозможностью исполнения обязательств ООО «Пудемское литье» перед истцом, установив, что ответчиками в материалы дела не представлены доказательства того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества «Пудемское литье» предпринимательских рисков ответчики действовали добросовестно и приняли все меры для исполнения обществом обязательств перед своим истцом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что бездействие ФИО1 и ФИО3 нельзя признать добросовестным.  

Действительно, исключение юридического лица из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа в силу статьи 21.1 Закона об обществах с ограниченной ответственностью само по себе не является достаточным основанием для привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности ввиду того, что, согласно указанной норме, одним из условий удовлетворения требования кредиторов является установление того обстоятельства, что долг возник в результате неразумности и недобросовестности лиц, указанных в названной статье ГК РФ.  

Между тем, прекращение правоспособности юридического лица в  

административном порядке на основании статьи 21.1 Закона об обществах с ограниченной ответственностью при наличии неисполненных обязательств общества нарушает права кредитора, поскольку не позволяет взыскать задолженность, а также применить в должной мере альтернативные механизмы удовлетворения требований кредитора.  

Ответчики, будучи осведомленными о наличии задолженности, не обжаловали в судебном порядке процедуру административной ликвидации общества, не поставили в известность регистрирующий орган о наличии кредиторской задолженности, мер по погашению задолженности перед кредитором не предприняли, несмотря на наличие таковой возможности у общества, не представили доказательств, свидетельствующих о наличии объективных причин, препятствующих ему представлению регистрирующему органу достоверной информации в отношении принадлежащего ему общества.  

Фактически общество оказалось брошенным и оставленным без контроля со стороны ответчиков, что привело к невозможности погашения имеющейся кредиторской задолженности. Такие действия контролирующих лиц не соответствуют стандарту добросовестного поведения в гражданском обороте.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные ООО «Яр Энерго» требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пудемское литье».  

По расчету ООО «Яр Энерго», размер субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 по обязательствам общества «Пудемское литье» составляет 876 165,58 рубля, в том числе 479 311,84 рубля долга, 38 223,05 рубля неустойки за период с 17.12.2018 по 12.08.2019, 13 351,00 рублей госпошлины по решению арбитражного суда в рамках дела № А71-14867/2019; 345 279,69 рубля неустойки за период с 13.08.2019 по 26.10.2023, (за исключением периода действия моратория).  

При рассмотрении настоящего дела ответчиками заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.  

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе неустойкой.  

Пунктом 1 статьи 330 ГК РФ предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.  

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.  

В пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений  

Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7) содержатся разъяснения, согласно которым если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).  

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).  

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учётом конкретных обстоятельств дела (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17).  

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.) (пункт 74 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).  

Как разъяснено в пункте 75 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения  

обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).  

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.  

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 69 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7, подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).  

Согласно абзацу 2 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).  

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.  

Степень соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют правила статьи 71 АПК РФ.  

Принимая во внимание размер начисленной истцом за последующий за судебным актом по делу № А71-14867/2019 период начисления неустойки с 13.08.2019 по 26.10.2023 в размере 345 279,69 рубля, с учетом исключения периода действия моратория, а также принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего спора, компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, принципы добросовестности, разумности и справедливости, необходимость соблюдения баланса интересов сторон, недопущения извлечения одной стороной финансовой выгоды за счет другой, материальное положение сторон и доказательства, предоставленные в обоснование снижения неустойки (нахождение первого ответчика на пенсии, справка о доходах), суд первой инстанции пришел к верному выводу о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и с целью установления баланса интересов сторон уменьшил ее размер до 122 909,97 рубля (произведя расчет указанной суммы применительно к процентной ставке и положениям статьи 395 ГК РФ).  

Таким образом, с учетом произведенного судом первой инстанции перерасчета, размер субсидиарной ответственности, установленной судебным актом по делу № А71-14867/2019, составляет 653 795,86 рубля (в том числе 479 311,84 рубля долга, 38 223,05 рубля неустойки за период с 17.12.2018 по 12.08.2019, 13 351,00 рублей госпошлины, 122 909,97 рубля неустойки за период с 13.08.2019 по 26.10.2023, исключая период моратория, исходя из однократной учетной ставки Банка России по правилам статьи 395 ГК РФ).  

Произведенный судом первой инстанции расчет судом апелляционной инстанции проверен, признан верным.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчиков ФИО1 и ФИО3 в пользу истца ООО «Яр Энерго» солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пудемское литье» денежные средства в размере 653 795,86 рубля.  

Выводы суда в указанной части являются законными и обоснованными, переоценке не подлежат.  

Приведенная судом позиция ответчика ФИО1 относительно неисполнения обязательств перед истцом, не привела к принятию ошибочного судебного акта и не повлияла на правильность его выводов. В связи с чем,  

доводы апеллянта ФИО1 в указанной части подлежат отклонению.  

Судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении встречного иска с учетом следующих обстоятельств.  

В обоснование встречного иска ФИО1 указал, что основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности является задолженностью общества «Пудемское литье» перед обществом «Яр Энерго», установленной решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.19.2019 по делу № А71-14867/2019, и в настоящем споре не имеет преюдициального значения. В вышеуказанном судебном акте отражено, что приборы учета общества «Пудемское литье» были забракованы актами от 09.02.2018, 15.03.2018, расчет стоимости объема теплопотребления в исковой период истцом произведен расчетным способом, исходя из объемов отапливаемых помещений, согласно актам обмера.  

ФИО1 также указал на забраковку теплосчетчиков Взлет ТСР- М (ТСРВ-034) заводской номер 1413494 и МАГИКА А2200 заводской номер К1508047 по актам от 09.02.2018 в связи с отсутствием рабочего проекта на узлы учёта, и нахождением тепловычислителя в режиме свободного доступа.  

Согласно акту забраковки от 15.03.2018, теплосчетчики Взлет ТСР-М ТСРВ-034 заводские номера 1413494, 1427542, 1436453, 1441428, 1391684 признаны непригодными к коммерческим расчётам с 12 час. 00 мин. 15.03.2018 до устранения причины забраковки и повторного допуска, в связи с несоответствием рабочему проекту (фактическое расположение трубопроводов на Т1 и Т2 не соответствует расположению по рабочему проекту (в схеме расположения оборудования, преобразователей).  

Кроме того, ФИО1 указал, что согласно акту забраковки от 15.03.2018, теплосчетчики Взлет ТСР-М ТСРВ-034 заводские номера 1413494, 1427542, 1436453, 1441428, 1391684 признаны непригодными к коммерческим расчетам с 12 час. 00 мин. 15.03.2018 до устранения причины забраковки и повторного допуска, в связи с несоответствием рабочему проекту (фактическое расположение трубопроводов на Т1 и Т2 не соответствует расположению по рабочему проекту (в схеме расположения оборудования, преобразователей).  

При этом, ФИО1 полагает, что рабочий проект имелся у теплоснабжающей организации, следовательно, акт от 09.02.2018 является незаконным.  

Согласно акту разграничения балансовой принадлежности тепловых сетей и эксплуатационной ответственности сторон б/н б/д (материалы дела № А71-14867/2019, л.д.28,29 т.1), тепловая сеть 2Т находится в собственности МУП «ТВС», эксплуатируется теплоснабжающей организацией. Такая сеть как Т1 вообще отсутствует.  

ФИО1 ссылается на то, что в нарушение пункта 84 Правил № 34 энергоснабжающая организация не заявляла о проведении внеочередной проверки, следовательно, отсутствуют основания признания прибора учета вышедшим из строя. Поскольку обжалуемые акты являются основанием для  

выставления актов приема – передачи тепловой энергии за ноябрь 2018 –март 2019, которые в свою очередь явились основанием для вынесения решения Арбитражным судом Удмуртской Республики по делу № А71-14867/2019, считает, что акты забраковки от 09.02.2018 и 15.03.2018 являются незаконными.  

Указанные незаконные акты забраковки не могли являться основанием для принятия законного и обоснованного решения арбитражным судом в рамках дела № А71-14867/2019.  

При рассмотрении настоящего дела истцом по первоначальному иску ООО «Яр Энерго» заявлены возражения против встречного иска с указанием на пропуск ответчиками срока исковой давности для обращения в суд (л.д.145-146 т.1, л.д.44-45 т.2).  

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, акты забраковки от 09.02.2018 и 15.03.2018 узлов учета объектов тепловой энергии, расположенных по адресу административного здания по адресу: 

<

...>, являлись предметом исследования в рамках дела № А71-14867/2019, им была дана надлежащая правовая оценка.  

Фактически доводы ФИО1, направлены на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта – решения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 в обход законодательно установленного порядка, на преодоление его законной силы, что противоречит положениям статьи 69 АПК РФ.  

Так, из материалов дела № А71-14867/2019 следует, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции интересы ответчика (ООО «Пудемское литье») представлял лично ФИО1, являющийся директором общества, указанный факт отражается в протоколах судебных заседаний и определениях суда от 01.10.2019, 21.10.2019, 04.12.2019.  

При этом, отзыв на исковое заявление и пояснения ответчика, имеющиеся в материалах дела, подписаны самим ФИО1  

Апелляционная жалоба на решение суда по делу № А71-14867/2019 подана обществом «Пудемское литье» 23.01.2020, также подписана директором ФИО1, следовательно, ФИО1 был осведомлен о принятии и рассмотрении апелляционной жалобы в суде апелляционной инстанции.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № 14867/2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества «Пудемское литье» - без удовлетворения.  

В последующем, 18.07.2024 ФИО1, ссылаясь на нормы статьи 42 АПК РФ, обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение судами при рассмотрении спора норм материального и процессуального права, просит обжалуемые судебные акты отменить,  

направить дело на новое рассмотрение.  

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на то, что по делу № А71-8257/2024 к производству суда принято исковое заявление общества «Яр Энерго» к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Пудемский завод». Как указывает заявитель жалобы, ФИО1 привлекается к ответственности по долгам общества «Пудемское литье», на основании судебных актов по делу № А71-14867/2019.  

При подаче кассационной жалобы ФИО1 также было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу кассационной жалобы, обоснованное тем, что ФИО1 стало известно о том, что с него взыскивают задолженность в порядке субсидиарной ответственности на основании обжалуемых судебных актов 26.06.2024.  

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2024 в удовлетворении ходатайства ФИО1 о восстановлении пропущенного процессуального срока на подачу кассационной жалобы на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 отказано. Производство по кассационной жалобе ФИО1 на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по тому же делу прекращено. ФИО1 возвращена из федерального бюджета государственная пошлина в сумме 3 000,00 рублей, уплаченная по чеку от 18.07.2024.  

В судебном акте кассационной инстанции суд указал, что заявитель сам отмечает, что ФИО1 не является директором общества «Пудемское литье», деятельность, связанную с ответчиком не осуществлял с 25.12.2019, право на обжалование судебных актов у него отсутствовало. Срок подачи кассационной жалобы на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.12.2019 по делу № А71-14867/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по тому же делу истек 20.05.2020. Между тем, кассационная жалоба подана ФИО1 посредством электронной системы «Мой Арбитр» 18.07.2024, то есть после истечения срока на обжалование. ФИО1, являясь директором общества «Пудемское литье», действуя от имени ответчика, воспользовавшись правом на апелляционное обжалование, был осведомлен о начатом судебном разбирательстве по делу № А71-14867/2019 в суде апелляционной инстанции. Заявитель жалобы получил возможность обжалования судебных актов в суд кассационной инстанции по делу № А71-14867/2019 с 20.03.2020. Вместе с тем кассационная жалоба подана ФИО1 18.07.2024, по истечении установленного законом двухмесячного срока подачи кассационной жалобы (часть 1 статьи 276 АПК РФ).  

ФИО1 обратился с жалобой на определение Арбитражного  

суда Уральского округа от 26.09.2024 о прекращении производства по кассационной жалобе по делу № А71-14867/2019 Арбитражного суда Удмуртской Республики.  

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 01.11.2024 определение Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2024 по делу № А71-14867/2019 Арбитражного суда Удмуртской Республики оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.  

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 19.02.2025 № 309-ЭС24-24333 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации ФИО1 отказано.  

При этом, акты забраковки от 09.02.2018 и 15.03.2018 узлов учета объектов тепловой энергии, расположенных по адресу административного здания – 

<

...> а, являлись предметом исследования в рамках дела № А71-14867/2019, и им была оценка.  

ФИО1, являвшийся директором ООО «Пудемское литье», не мог не знать о наличии задолженности перед ООО «Яр Энерго» и в случае несогласия мог принять меры по оспариванию выставленных актов от имени ООО «Пудемский завод».  

Само по себе несогласие ФИО1 с расчетом тепловой энергии, произведенном ООО «Яр Энерго», не может являться основанием для признания актов забраковки от 09.02.2018 и 15.03.2018 незаконными.  

Кроме того, судом установлено, что по данному требованию истек трехгодичный срок исковой давности, что в силу статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречных требований.  

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении встречного иска ФИО1 к ООО «Яр Энерго».  

Аргументов, которые опровергали бы правильность выводов суда первой инстанции в указанной части апеллянтом не приведено. Не установлено таких обстоятельств и судом апелляционной инстанции. В связи с чем, доводы апеллянта и в указанной части подлежат отклонению как необоснованные.  

Вопреки доводам апеллянтов, судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.  

Основания переоценивать выводы суда первой инстанции судебная коллегия не находит.  

Доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат  

фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого судебного акта.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.  

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.  

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит отнесению на их заявителей, поскольку в удовлетворении апелляционных жалоб отказано.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражный суд Удмуртской Республики от 21 июля 2025 года по делу № А71-8257/2024 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.  

Председательствующий Л.М. Зарифуллина  

Судьи Е.О. Гладких  

 Т.В. Макаров  

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 20.08.2025 6:33:34

Кому выдана Гладких Елена Олеговна