ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А65-5768/2020

г. Самара

04 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 сентября 2023 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Гадеевой Л.Р., Машьяновой А.В. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы ФИО2, арбитражного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2023 по жалобе ФИО2, г. Казань, о признании незаконным бездействие финансового управляющего имуществом гражданина ФИО2 и об его отстранении от исполнения своих обязанностей, о взыскании с указанного лица убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, г. Казань

УСТАНОВИЛ:

Определением арбитражного суда от 07.07.2020 в отношении индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Казань (далее - должник), введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3   

Постановлением суда апелляционной инстанции от 05.08.2021 отменено определение арбитражного суда от 07.07.2020, принят новый судебный акт о введении в отношении имущества должника процедуры реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

В последующем решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.02.2022 должник признан банкротом и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.11.2022 производство по делу о банкротстве должника прекращено.

Ранее в рамках указанной процедуры банкротства должником подана жалоба (с учетом последующих изменений) о признании незаконным действий (бездействия) финансового управляющего, его отстранении и о взыскании с него убытков 2 897 039 руб. 34 коп. 

Определением арбитражного суда от 11.08.2022 жалоба должника принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании, к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены орган по контролю (надзору), саморегулируемая организация и страховые компании.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 02.05.2023 следующего содержания: 

«В удовлетворении ходатайств о приостановлении производства по делу, об истребовании доказательств и о привлечении третьего лица отказать.

В удовлетворении жалобы отказать.

Заявление о взыскании убытков удовлетворить частично.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО3, г. Казань, в пользу ФИО2, 

<

...> 377 рублей 32 копейки убытков.

В остальной части заявления отказать.».

ФИО2 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2023.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2023 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 17.07.2023. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2023 судебное заседание отложено на 28.08.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От заявителя апелляционной жалобы ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное невозможностью ее явки в судебное заседание. Указанное ходатайство, в соответствии  статьей 158 АПК РФ отклонено, поскольку неявка стороны сама по себе не свидетельствует о невозможности проведения судебного заседания, необходимостью представления дополнительных доказательств ходатайство не мотивировано, невозможность обеспечения явки в судебное заседание представителя также не подтверждена, при этом судебное разбирательство по апелляционной жалобе ранее уже откладывалось и лица, участвующие в деле, имели возможность сформировать свою позицию по заявленным требованиям и возражениям.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим изменению, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Отклоняя доводы жалобы о незаконности действий (бездействия) финансового управляющего, выразившихся в непредоставлении должнику денежных средств, составляющих прожиточный минимум согласно определению Арбитражного суда Республики Татарстан  от 11.03.2021, суд первой инстанции указал следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу.

Исключение установлено, в частности, в пункте 3 приведенной статьи, согласно которой из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Прожиточный минимум в силу закона подлежит исключению из конкурсной массы вне зависимости от того, какая процедура банкротства действует в отношении имущества должника.

Как установил суд первой инстанции, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.03.2021 из конкурсной массы должника исключены денежные средства в размере прожиточного минимума для трудоспособного населения, установленного в Республике Татарстан в соответствующем периоде ежемесячно, начиная с 29.01.2021 и до завершения процедуры банкротства (либо прекращения производства по делу).

Должник в жалобе ссылался на то, что указанные денежные средства им не были получены от финансового управляющего.

Возражая против удовлетворения жалобы в данной части арбитражный управляющий ссылался на то, что у должника имелись доходы свыше прожиточного минимума, что исключало необходимость в его выплате.

Суд первой инстанции указал, что в этой связи отметил, что условием для удовлетворения жалобы  на действия (бездействие) арбитражного управляющего является нарушение прав и законных интересов заявителя в результате незаконных действий (бездействие) арбитражного управляющего.

В рассматриваемом случае, как установил суд первой инстанции, у должника имелся доход свыше прожиточного минимума согласно представленным должником документам при разработке плана реструктуризации долгов гражданина. Причем в дальнейшем должником с согласия финансового управляющего были получены 11.01.2022 от продажи имущества должника денежные средства в размере чуть более одного миллиона рублей, что подтверждается выпиской по счету, открытому в ПАО «Сбербанк», за период с 01.01.2022 по 29.09.2022, что должником надлежащими доказательствами не опровергнуто.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что должника фактически были предоставлены денежные средства, составляющие прожиточный минимум и указанные суммы в совокупности превышают общую сумму средств, которая подлежала бы исключению из конкурсной массы в силу закона и решения суда за период проведения процедуры банкротства.

Суд первой инстанции отметил, что невыплата арбитражным управляющим указанной суммы прожиточного минимума должнику не свидетельствует сама по себе о наличии на стороне должника убытков. При этом, доказательств того, что заявленная в качестве убытков сумма в размере 251 286 руб. 74 коп. была оставлена арбитражным управляющим за собой, необоснованно потрачена, либо должнику не были переданы средства за вычетом сумм, направленных на удовлетворение требований кредиторов и оплату судебных расходов, не имеется.  

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы в данной части.

Отклоняя доводы жалобы о незаконности действий (бездействия) финансового управляющего, выразившихся в несвоевременном принятии мер по удовлетворению требований кредиторов (непогашения реестр требований кредиторов должника до 31.01.2022) суд первой инстанции указал следующее.

Финансовый управляющий обязан провести расчеты с кредиторами в порядке и в соответствии со статьей 213.27 Закона о банкротстве.

Как указал суд первой инстанции, на момент признания должника банкротом в конкурсной массе имелись денежные средства, полученные от продажи имущества должника в первой процедуре банкротства, которые были достаточны для удовлетворения всех требований кредиторов.

Для перечисления денежных средств кредиторам должника финансовым управляющим направлены по имеющимся адресам запросы о представлении ими реквизитов банковских счетов, на которые лишь от отдельных кредиторов финансовым управляющим были получены ответы.

По результатам полученных ответов требования заявителя по делу, банков были удовлетворены 03.03.2022, а требования иных кредиторов были удовлетворены позднее – 04.04.2022 в связи с неполучением финансовым управляющим от них ответа (требования погашены путем внесения денежных средств на депозит нотариуса).

Исходя из совокупности действий, необходимых для удовлетворения требований кредиторов, складывающихся из подготовки и направления 08.02.2022 запросов кредиторам для получения от них ответов о реквизитах банковских счетов, ожидания получения ответа на данные обращения и совершения 03.03.2022 расчетов с кредиторами согласно полученным данным, суд первой инстанции посчитал, что проведение расчета с кредиторами за указанный период является разумным.

При как отмечено судом первой инстанции, реквизиты банковских счетов кредиторов для получения средств при расчете с кредиторами в требованиях кредиторов о включении в реестр не содержались, в связи с этим было оправданным направление арбитражным управляющим запросов конкурсным кредиторам о предоставлении указанной информации.

Доводы конкурсного кредитора ФИО4 о том, что сведения о реквизитах банковских счетов содержались в материалах искового дела о взыскании задолженности, судом первой инстанции отклонены, поскольку в силу статьи 16 Закона о банкротстве данные сведения подлежат указанию кредитором при подаче в арбитражный суд требования о включении в реестр. При отсутствии данных сведений разумными являются действия арбитражного управляющего о направлении запросов конкурсным кредиторам о предоставлении указанных сведений. Законом не предусмотрена обязанность арбитражного управляющего по поиску реквизитов счетов кредиторов вне рамок дела о банкротстве при неуказании их кредитором в требовании, учитывая, что каждое лицо должно действовать добросовестно и оказывать содействие при проведении процедур банкротства.    

Суд первой инстанции отметил также, что арбитражным управляющим представлено письмо от 18.01.2022 конкурсного кредитора ФИО4, в котором последний просил не производить с ним расчеты до рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника, а также заявил о предоставлении реквизитов счета дополнительно.

При этом следует отметить, что использование любых средств связи предполагает определенный период ожидания ответа адресата на обращение и возможной переписки сторон по возникшим у другой стороны вопросам. Следует также учитывать, что использование средств почтовой связи, несмотря на некоторые временные ожидания, является наиболее доступным способом связи с адресатом, по сравнению с таким способом расчета с кредиторами как внесение средств на депозит нотариуса, расходы на  которого относятся на имущество должника.

Должник в жалобе указывал, что ему был предоставлен небольшой промежуток времени для удовлетворения требований кредиторов до момента признании его банкротом, в связи с этим полагает, что в указанный период финансовый управляющий также имел возможность удовлетворить все требования кредиторов после признания его банкротом.

Однако, как отметил суд первой инстанции, решение о признании должника банкротом было принято арбитражным судом не в связи с тем, что у должника было достаточно времени для удовлетворения требований кредиторов в те сроки, на которые указывает должник, а в связи с тем, что должник заявил о намерении удовлетворить требования только отдельных кредиторов, а не весь реестр требований кредиторов.

Учитывая, что оснований для утверждения плана реструктуризации долгов гражданина не имелось вследствие наличия средств в конкурсной массе, достаточных для удовлетворения требований кредиторов, то принятие решения о признании должника банкротом являлось единственным способом, позволяющем достичь цели указанной процедуры банкротства по удовлетворению всех требований кредиторов.

При таких указанных обстоятельствах, суд первой инстанции посчитал, что оснований для удовлетворения жалобы в данной части также не имеется.

В связи с отказом в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) финансового управляющего, суд первой инстанции не нашел оснований для отстранения финансового управляющего.

Оценивая доводы о наличии на стороне должника убытков, вызванных действиями финансового управляющего, суд первой инстанции указал следующее. 

По мнению должника, финансовым управляющим причинен вред в связи с несвоевременной уплатой им обязательных платежей, о чем ему не могло быть неизвестно, в результате которого с должника в судебном порядке, помимо суммы недоимки, были взысканы сумма пени и государственной пошлины (судебный приказ от 22.09.2022 по делу № 2А-520/9/2022).

Как установил суд первой инстанции, по общему правилу на финансового управляющего возлагается обязанность по уплате обязательных платежей за должника, учитывая, что в силу закона все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе, на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Факт взыскания в судебном порядке с должника суммы неуплаченных в срок обязательных платежей и начисленных в связи с просрочкой ее уплаты пени подтверждается материалами дела. 

Доказательства наличия объективных препятствий по своевременной уплате обязательных платежей финансовым управляющим в материалы дела не представлены.

При этом финансовому управляющему не могло быть неизвестно о наличии у должника обязанности по уплате налогов, учитывая, что каждое лицо обязано уплачивать установленные законом обязательные платежи, а арбитражный управляющий является профессиональный антикризисным управляющим.

В случае отсутствия у финансового управляющего необходимых сведений для уплаты обязательных платежей данное лицо вправе было обратиться к должнику за их получением либо в налоговый орган.

При этом, как отметил суд первой инстанции, должник в электронной переписке с финансовым управляющим заблаговременно указывал ему о необходимости уплаты в срок обязательных платежей, что последним не было опровергнуто.

Уважительность причин неисполнения обязанности по уплате обязательных платежей финансовым управляющим не подтверждена.  

Доводы финансового управляющего о том, что у должника имелись иные источники доходов, о которых ему не было сообщено, за счет которых указанное лицо могло самостоятельно уплатить обязательные платежи, судом первой инстанции не приняты, поскольку указанное не отменяет требование закона об исполнении арбитражным управляющим обязанности об уплате обязательных платежей в случае банкротства гражданина.

Непредоставление должником сведений, подлежащих предоставлению финансовому управляющему, на которое ссылался последний, влечет за собой иные последствия для должника, предусмотренные законом, но не исключает обязанность арбитражного управляющего по уплате обязательных платежей.

В связи с изложенными обстоятельствами, суд первой инстанции посчитал, что причиненные должнику убытки в размере 478 руб. 10 руб. подлежат взысканию с арбитражного управляющего.  

Также заявитель ссылался на необоснованное получение арбитражным управляющим денежных средств должника в размере 44 251 руб. 59 коп., возвращенных кредитором – ПАО «Сбербанк» финансовому управляющему при распределении полученных средств должника по погашению его задолженности по двум кредитным обязательствам.

Как установил суд первой инстанции, данная сумма образовалась в результате закрытия банком задолженности от полученных средств по одному из кредитных обязательств должника и возвращения излишних средств после погашения задолженности финансовому управляющему вместо погашения задолженности по второму кредитному обязательству. Причем по второму кредитному обязательству задолженность в последующем погашена должником самостоятельно.

Указанные средства финансовым управляющим получены, что данным лицом не было оспорено, и до настоящего времени должнику не возвращены (перечисленные в ходе судебного разбирательства по платежному поручению от 19.04.2023 № 587774 средства возвращены арбитражному управляющему). При этом должником предъявлено требование об этом письмом 14.03.2023, направленным по электронной почте с указанием реквизитов счета для возвращения указанных сумм, а также посредством средств почтовой связи 07.04.2023.

Суд первой инстанции посчитал, что времени для возвращения должнику указанных средств у арбитражного управляющего имелось достаточно.

Доводы финансового управляющего о том, что ему не было известно, от кого поступили указанные средства, арбитражным судом первой инстанции не приняты, со ссылкой на то, что любое добросовестное лицо обязано отслеживать источники и основание поступления средств на свои счета. В случае поступления средств, вызывающие сомнения в обоснованности их получения, добросовестный получатель предпримет меры по установлению оснований для их получения и при отсутствии законных оснований для получения средств совершит действия по их возврату лицу, перечислившего средства.

Посчитав, что с момента поступления обозначенных средств на банковский счет арбитражный управляющий необоснованно ими пользовался, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанная сумма с начисленными на нее процентами за пользование чужими денежными средствами за период с 06.03.2022 (со следующего дня после дня их поступления) по 19.03.2023 в размере 4 647 руб. 63 коп. являются убытками должника и подлежат взысканию с арбитражного управляющего.

Кроме того, заявитель ссылался на то, что при проведении финансовым управляющим расчетов с кредиторами должнику были причинены убытки в виде уплаты банку излишней комиссии.

Должник ссылался на то, что арбитражный управляющий мог провести расчеты с кредиторами (заявителем по делу и публичным акционерным обществом «ВТБ») единым платежом, уплатив за это однократную комиссию, а не двумя отдельными платежами, где за совершение каждого платежа уплачивается комиссия в твердой сумме.

Порядок расчета с кредиторами содержится в статье 134 Закона о банкротстве и последующих статьях применительно к каждой очереди удовлетворения требований кредиторов.

В случае недостаточности имущества должника расчеты с кредиторами проводятся по мере поступления денежных средств в очередности, предусмотренной законом.

Однако в рассматриваемом случае, как указал суд первой инстанции, у должника имелось достаточно имущества для полного расчета с кредиторами, в том числе, на уплату причитающихся кредиторам мораторных процентов. В связи с этим у финансового управляющего не было объективных причин для проведения расчетов с кредиторами отдельными платежами, учитывая, что за каждый платеж уплачивается комиссия, которая покрывается за счет конкурсной массы.

При этом с заявлением о разрешении разногласий о порядке расчета мораторных процентов финансовый управляющий обратился в арбитражный суд после расчета с кредиторами, следовательно, у финансового управляющего до этого момента отсутствовала неясность в порядке расчета мораторных процентов.

При этом суд первой инстанции отметил, что согласно материалам дела излишне уплаченные кредиторам мораторные проценты были возвращены должнику.  

В связи с этим требование о взыскании убытков в виде излишне уплаченной суммы комиссии в отношении двух кредиторов в размере 2 500 руб. (а всего 5 000 руб.) каждому признано судом первой инстанции обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В то же время суд первой инстанции посчитал, что оснований для взыскания убытков в размере 5 000 рублей (другой части комиссии, списанной со счета должника за осуществление платежа в пользу заявителя по делу), не имеется, поскольку требование кредитора на момент первоначального расчета с кредиторами 03.03.2022 не было включено в реестр. Только после признания арбитражным судом данного требования обоснованным оно было удовлетворено арбитражным управляющим, соответственно, за совершение данного платежа была уплачена спорная комиссия. Погашение одновременным с данным платежом мораторных процентов не свидетельствует о необоснованности уплаты арбитражным управляющим комиссии, поскольку данные проценты уплачивались одновременно с подлежащим уплате платежом.

Помимо перечисленного, должник в своем заявлении ссылался на то, что допущенные арбитражным управляющим нарушения при исполнении им своих обязанностей в деле о банкротстве, в том числе, установленные вступившим в законную силу судебными актами, лишают его права на получение вознаграждения арбитражного управляющего.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В связи с этим, а также с учетом того, что правовая природа вознаграждения арбитражного управляющего носит частноправовой встречный характер, если арбитражный управляющий ненадлежащим образом исполнял свои обязанности, размер причитающихся ему фиксированной суммы вознаграждения и процентов по вознаграждению может быть соразмерно уменьшен.

Бремя доказывания ненадлежащего исполнения управляющим своих обязанностей лежит на лице, ссылающемся на такое исполнение.

При рассмотрении вопроса о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего следует учитывать ряд обстоятельств. В частности, имелись ли случаи признания судом незаконными действий этого управляющего, или необоснованными понесенных им за счет должника расходов, или недействительными совершенных им сделок, причинил ли он убытки должнику, а также имелись ли периоды, когда управляющий фактически уклонялся от осуществления своих полномочий.

Право арбитражного управляющего на вознаграждение находится в причинно-следственной связи с фактическим исполнением возложенных на него обязанностей; выплата вознаграждения арбитражному управляющему производится за совершение им деятельности в процедурах банкротства в интересах должника и кредиторов.

Само по себе обладание статусом финансового управляющего не дает права на получение соответствующего вознаграждения в деле о банкротстве при наличии доказательств ненадлежащего исполнения управляющим возложенных на него обязанностей. Вопрос об определении оснований для снижения вознаграждения арбитражного управляющего является прерогативой арбитражного суда, исходя из фактических обстоятельств дела с учетом представленных доказательств.

Вопрос о снижении размера вознаграждения арбитражного управляющего рассматривается судом при наличии возражений лица, участвующего в деле о банкротстве или арбитражном процессе по делу о банкротстве, при рассмотрении заявления арбитражного управляющего о взыскании такого вознаграждения. Если этот вопрос не был рассмотрен при рассмотрении указанного заявления либо если вознаграждение уже было выплачено управляющему без рассмотрения такого заявления, то участвующее в деле о банкротстве лицо вправе потребовать от управляющего возврата соответствующей части выплаченной ему суммы.

Исходя из установленных ранее в судебном порядке фактов нарушения арбитражным управляющим требований закона, а также причинения убытков должнику, часть из которых были признаны им в судебном заседании по настоящему делу, суд первой инстанции посчитал, что имеются основания для снижения размера вознаграждения финансового управляющего до 10 000 рублей. 

Суд первой инстанции указал, что свыше указанной суммы вознаграждение финансового управляющего выплате за счет имущества должника не подлежит, а данную сумма (15 000 руб.) следует взыскать с арбитражного управляющего в качестве убытков.

Должник также полагал, что имеются основания для  взыскания с финансового управляющего убытков в связи с осуществлением указанным лицом расчетов с кредиторами позднее разумных сроков, что привело к выплате кредиторам мораторных процентов в большей сумме, чем должно было быть.

Как установил суд первой инстанции, общим последствием введения процедуры банкротства является установление моратория, то есть запрета на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по обязательствам должника (за пользование займом, по кредиту, коммерческому кредиту). Вместо этого по смыслу законодательства о банкротстве кредиторы получают право на специальные (мораторные) проценты.

Мораторные проценты начисляются с даты введения процедуры реструктуризации долгов в рамках дела о банкротстве гражданина, в том числе в случае отсутствия плана реструктуризации.

В абзаце втором пункта 2 статьи 213.19 Закона о банкротстве содержится правило о начислении мораторных процентов, которое осуществляется финансовым управляющим после удовлетворения в полном объеме требований кредиторов в соответствии с реестром требований кредиторов и при условии достаточности у гражданина денежных средств для уплаты процентов.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции пришел к выводу о том, что дата удовлетворения финансовым управляющим требований большинства кредиторов (03.03.2022) является разумным сроком удовлетворения требований кредиторов, тогда как удовлетворение требований кредиторов после указанной даты является необоснованным.

В данном случае требования отдельных кредиторов (ФИО4 и ООО «Время» Комплексный сервис») удовлетворены после 03.03.2022 и финансовым управляющим в связи с этим начислены мораторные проценты до фактического удовлетворения требований кредиторов.

Однако, как установил суд первой инстанции, упомянутые кредиторы возвратили должнику излишне выплаченные суммы мораторных процентов, о чем указано должником в тексте заявления об увеличении размера убытков.

При этом заявитель по делу также возвратил должнику часть излишне выплаченных мораторных процентов, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями. 

Как указал суд первой инстанции,  излишне уплаченные арбитражным управляющим заявителю по делу мораторные проценты в размере 20 524 руб. 32 коп. и за период с 03.07.2020 по 11.08.2020 не подлежат взысканию с арбитражного управляющего по следующим основаниям.

Заявитель по делу согласился с фактом излишнего получения указанных мораторных процентов и выразил согласие на их возврат, представив в подтверждение своих доводов платежные документы о возврате 20 524 руб. 32 коп. Суд первой инстанции указал, что первоначально платеж не был исполнен банком в связи с закрытием счета должника, а во второй раз совершенный конкурсным кредитором платеж возвращен должником с указанием на отсутствие договорных обязательств с заявителем по делу.

Между тем, как отметил суд первой инстанции, должнику было известно о намерении конкурсного кредитора возвратить излишне уплаченные мораторные проценты, учитывая, что представитель должника участвовал в судебном заседании. При этом конкурсный кредитор обращался к должнику по электронной почте с просьбой о предоставлении реквизитов счета для возврата денежных средств, а также учитывая назначение совершенных кредитором двух платежей (возврат неверно начисленных мораторных процентов).

Однако данное обращение было оставлено должником без ответа.

Суд первой инстанции указал, что каких-либо объективных препятствий для разрешения указанной ситуации со стороны должника, например, в выяснении у кредитора оснований для перечисления средств в случае сомнения в обоснованности получения платежа (при этом основания двух платежей кредитором были приведены, о чем должнику было известно, учитывая подачу настоящего заявления, участие представителя в судебном заседании и намерение кредитора возвратить средства), при этом переплата в мораторных процентах была осуществлена не по вине кредитора, с которым должник ранее состоял в договорных правоотношениях, либо представить реквизиты для перечисления указанных средств кредитором.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что должником была искусственно создана ситуация для целей привлечения арбитражного управляющего к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него указанных убытков (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим, учитывая, что должник отказался от принятия средств и не совершил действий по их получению от кредитора, который, в свою очередь заявил о готовности возвратить указанные средства должнику, суд первой инстанции не нашел оснований для взыскания с арбитражного управляющего обозначенных сумм.

В обоснование наличия убытков заявитель также ссылался на то, что арбитражным управляющим были сняты со счета должника 297 800 руб. 61 коп., при этом суд первой инстанции установил, что сумма в размере 292 800 руб. 61 коп. была направлена на удовлетворение требования заявителя, 5 000 руб. на уплату комиссии.

Как установил суд первой инстанции, совершение данного платежа подтверждается выпиской по счету должника.

Из материалов дела следует, что данный платеж составляет сумму удовлетворения требования кредитора, включенного в реестр (определение арбитражного суда от 05.09.2022), и начисленных мораторных процентов (расчет произведен арбитражным управляющим с учетом разрешенных судом разногласий о порядке их расчета, при этом учтены фактически выплаченные и в последующем возвращенные кредитором мораторные проценты).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что факт необоснованного получения кредитором указанных средств материалами дела не подтверждается, равно как и необоснованное получение указанным сумм арбитражным управляющим.  

Кроме того в обоснование факта наличия убытков  должника ссылался на то, что финансовым управляющим необоснованно использован такой способ исполнения обязательства должника как внесение средств на депозит нотариуса, что привело к оплате услуг нотариуса в размере 19 499 рублей.

Как указывал должник, у финансового управляющего имелись реквизиты банковских счетов кредиторов для перечисления им денежных средств в счет погашения задолженности, однако вместо скорейшего исполнения обязательств должника по имеющимся сведениям, финансовым управляющим были совершены действия по запросу у кредиторов указанных сведений и после неполучения ответов от отдельных кредиторов обязательство должника было исполнено внесением средств на депозит нотариуса.  

В соответствии с пунктами 7, 8 статьи 16 Закона о банкротстве при заявлении требований кредитор обязан указать сведения о себе, в том числе, банковские реквизиты (при их наличии). Лицо, требования которого включены в реестр требований кредиторов, обязано своевременно информировать арбитражного управляющего об изменении указанных сведений. В случае непредставления таких сведений или несвоевременного их представления арбитражный управляющий и должник не несут ответственность за причиненные в связи с этим убытки.

Однако, как установил суд первой инстанции, кредиторами при предъявлении требований о включении в реестр сведения о реквизитах счетов не были указаны. В этой связи суд первой инстанции констатировал правомерность действий финансового управляющего по принятию мер по их получению от кредиторов.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку двумя кредиторами не были представлены ответы о реквизитах банковских счетов, финансовый управляющий вынужден был исполнить обязательство должника внесением средств на депозит нотариуса.

Погашение задолженности должника перед указанными кредиторами путем внесения средств на депозит нотариуса было обусловлено бездействием данных кредиторов, а не действиями арбитражного управляющего.

При этом другими кредиторами при получении обращений от финансового управляющего были предоставлены все необходимые сведения о реквизитах счета, в результате чего их требования были удовлетворены 03.03.2022 путем перечисления средств со счета должника.

Соответственно, как указал суд первой инстанции, в указанной ситуации финансовый управляющий был вынужден использовать депозит нотариуса для исполнения обязательств должника и оплатить данные услуги за счет имущества должника.

Кроме того, должник указывал, что ему были причинены убытки в размере 10 294 руб. 46 коп. в связи с закрытием банковского счета, на котором имелись денежные средства и их переводом на другой счет, составляющие сумму комиссии за совершение операции по счету.

Суд первой инстанции указал, что в ходе реализации имущества гражданина финансовый управляющий от имени гражданина, в том числе распоряжается средствами гражданина на счетах и во вкладах в кредитных организациях; открывает и закрывает счета гражданина в кредитных организациях (пункт 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве.

Применительно к пункту 1 статьи 133 указанного закона арбитражный управляющий обязан использовать только один счет должника в банке или иной кредитной организации (основной счет должника), а при его отсутствии или невозможности осуществления операций по имеющимся счетам обязан открыть в ходе конкурсного производства такой счет.

В силу пункта 2 статьи Закона о банкротстве на основной счет должника зачисляются денежные средства должника, поступающие в ходе процедуры. С основного счета должника осуществляются выплаты кредиторам в порядке, предусмотренном статьей 134 данного закона.

Денежные средства в погашение требования, включенного в реестр требований кредиторов, передаются арбитражным управляющим кредитору либо перечисляются на его счет (либо во вклад). При невозможности осуществления названных действий арбитражный управляющий, в силу абзаца 2 пункта 2 статьи 142 Закона о банкротстве вносит причитающиеся кредитору денежные средства в депозит нотариуса по месту нахождения должника.

Приведенные положения закона обеспечивают контроль денежных операций по выплатам, предназначенным кредиторам в период конкурсного производства, по расходованию конкурсной массы и подлежат применению в деле о банкротстве гражданина при введении процедуры реализации его имущества.

При этом неисполнение указанных императивно установленных законом требований существенно затрудняет для должника и кредиторов осуществление контроля за деятельностью финансового управляющего по расходованию находящихся на счете должника денежных средств, тем самым приводит к нарушению их прав.

Учитывая перечисленное суд первой инстанции признал действия финансового управляющего по закрытию счета соответствующими требованиям закона, соответственно, оснований для взыскания с финансового управляющего указанных расходов, возникающих в связи с применением в отношении имущества должника процедуры банкротства, не имеется.

Доводы о наличии на стороне должника убытков в виде неполученной прибыли в размере 2 180 000 руб., в связи с признанием его банкротом, судом первой инстанции также отклонены.

Суд первой инстанции указал, что не полученная должником прибыль после признания его банкротом не может быть взыскана с арбитражного управляющего, поскольку указанное последствие вызвано действиями самого должника, не удовлетворившего своевременно требования кредиторов.

Оценив доводы сторон и представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции посчитал подлежащей взысканию с финансового управляющего суммы убытков в размере 69 377 руб. 32 коп. (478,1 руб. – штрафные санкции по обязательным платежам; 44251,59 руб. – излишне выплаченное кредитору, возвращенного кредитором, но не возвращенного финансовым управляющим; 4647,63 руб. – проценты на указанную сумму; 5000руб. – комиссия банка, 15000 руб. – часть вознаграждения арбитражного управляющего), в остальной части заявления судом отказано.

Арбитражный апелляционный суд в целом соглашается с указанными выводами суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) подлежат рассмотрению жалобы кредиторов, представителя учредителей (участников) должника, иных лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и законные интересы.

По общему правилу, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом:

- несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

- несоответствия этих действий требованиям разумности;

- несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Таким образом, действия (бездействие) арбитражного управляющего могут быть обжалованы, а лицо, подающее жалобу, исходя из статьи 65 АПК РФ, должно доказать незаконность, неразумность и недобросовестность действий арбитражного управляющего, а также нарушение данными действиями своих прав и законных интересов.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

В пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, причинившего вред, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, предусмотренная приведенными нормами права мера ответственности носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются, в т.ч. расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил следующее.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12).

Деликтная ответственность за причинение убытков наступает при наличии ряда условий: подтверждения со стороны лица, требующего возмещения убытков, наличия состава правонарушения, наступления вреда и размера этого вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие какого-либо одного из указанных элементов исключает возможность привлечения лица к деликтной ответственности. Данный подход изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2016 № 305-КГ15-3882.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» также разъяснил следующее.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 5).

Под причинно-следственной связью понимается объективно существующая связь между явлениями, при которой одно явление (причина) предшествует во времени другому (следствию) и с необходимостью порождает его. Причинная связь между фактом причинения вреда (убытков) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной).

Необходимым условием (conditio sine qua non) возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, включая публично-правовые образования, является причинная связь, которая и определяет сторону причинителя вреда в деликтном правоотношении.

При этом наступление вреда непосредственно вслед за определенными деяниями не означает непременно обусловленность вреда предшествующими деяниями. Отсутствие причинной связи между ними может быть обусловлено, в частности, тем, что наступление вреда было связано с иными обстоятельствами, которые были его причиной (пункта 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 02.07.2020 N 32-П).

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отклоняя доводы  жалобы о незаконности действий (бездействия) финансового управляющего, выразившихся в непредоставлении должнику денежных средств, составляющих прожиточный минимум, суд первой инстанции сослался на недоказанность нарушения указанным прав и законных интересов заявителя учитывая, что в распоряжении должника оставались доходы свыше прожиточного минимума, что исключало необходимость в его повторной выплате. 

Данные выводы суда первой инстанции каким-либо образом должником не опровергнуты.

Отклоняя доводы жалобы о незаконности действий (бездействия) финансового управляющего, выразившихся в несвоевременном принятии мер по удовлетворению требований кредиторов (непогашения реестр требований кредиторов должника до 31.01.2022), суд первой инстанции признал фактические сроки расчета разумными с учетом действий арбитражного управляющего, совершенных для их осуществления.

Закон о банкротстве не  устанавливает сроков для начала расчета с кредиторами за счет конкурсной массы, в то  же время, по мнению суда, осуществление расчета до 31.01.2022 (как о том заявляет должник) с учетом того, что процедура реализации имущества должника введена решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.02.2022 (резолютивная часть опубликована 25.01.2022) не могло состояться исходя из комплекса мероприятий, которые подлежали выполнению в ходе указанной процедуры.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

Приступая к расчетам с кредиторами до истечения указанного срока, финансовый управляющий фактически действовал на свой риск.

Расчеты с большинством кредиторов осуществлены 03.03.2022, то есть через месяц после введения процедуры реализации имущества должника, расчеты с оставшимися кредиторами (ФИО4 и ООО «Время» Комплексный сервис») проведены через два месяца после введения указанной процедуры (распоряжение о зачислении на депозитный счет нотариуса направлено только 29.03.2022).

Оснований для признания незаконными действий (бездействия) финансового управляющего по непогашению реестр требований кредиторов должника до 31.01.2022, у суда первой инстанции, по мнению судебной коллегии, не имелось.

При этом, действия арбитражного управляющего ФИО3, выразившиеся в начислении и выплате кредиторам мораторных процентов, в связи с неправильным определением периода начисления и процентной ставки начисленных мораторных процентов уже признавались судами незаконными (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2023; постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 25.07.2023 № Ф06-2880/2021 по делу № А65-5768/2020, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022, постановлением Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 07.03.2023 № Ф06-2880/2021 по делу № А65-5768/2020). 

При этом судами установлено, что финансовый управляющий погасил требования перед кредиторами (ФИО5, Банком ВТБ (ПАО), ПАО «Сбербанк») 03.03.2022, тогда как доказательств наличия препятствий для внесения денежных средств в депозит нотариуса для расчета с кредиторами ФИО4, ООО «ВКС» в указанную дату финансовый управляющий не представил. При этом направление финансовым управляющим ФИО3 07.02.2022 запросов о представлении реквизитов ООО «ВКС» и ФИО4, ответов на которые не поступило, суды не признали препятствием в направлении денежных средств на депозит нотариуса в разумный срок (распоряжение о зачислении на депозитный счет нотариуса направлено только 29.03.2022) и погашении задолженности одновременно с вышеуказанными кредиторами - 03.03.2022. Таким образом, вопрос последствий просрочки удовлетворения требований отдельных кредиторов (ФИО4 и ООО «Время» Комплексный сервис») уже разрешен в судебном порядке.

Суд первой инстанции последовательно оценил доводы должника о фактах, связанных с причинением в ходе процедуры убытков, и почитал часть обстоятельств доказанной, позволяющей взыскать с финансового управляющего убытки в сумме 69 377 руб. 32 коп., в остальной части не установил совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии упомянутых убытков.

В то же время, по мнению судебной коллегии, суд первой инстанции ошибочно отнес к убыткам должника  4647,63 руб. – проценты на невозвращенную конкурсным управляющим сумму (44251,59 руб.) и 15000 руб. – часть вознаграждения арбитражного управляющего (с учетом выводов о снижении размера вознаграждения).

Сумма процентов, установленных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, засчитывается в сумму убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением денежного обязательства (пункт 1 статьи 394 и пункт 2 статьи 395 Кодекса). Обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником (пункты 41, 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

С учетом приведенных разъяснений, в удовлетворении требования о взыскании в пользу должника процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 4647,63 руб. должно быть отказано, так как обязанность по уплате процентов возникает лишь со дня вступления в законную силу судебного акта об удовлетворении требования о возмещении убытков в случае невыплаты ответчиком суммы убытков.

Данный правовой подход нашел отражение в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.09.1998 № 2959/98, от 18.03.2003 № 10360/02 и от 22.05.2007 № 420/07.

Взыскивая с финансового управляющего в качестве убытков 15000 руб. как излишне выплаченного вознаграждения арбитражного управляющего, суд первой инстанции не установил и не привел обстоятельств и доказательств, свидетельствующих о факте выплаты соответствующих денежных средств в пользу финансового управляющего.

В силу абзаца седьмого пункта 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве, размер фиксированной суммы вознаграждения, выплачиваемого финансовому управляющему, составляет 25 тысяч рублей единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

При этом из содержания статей 20.6 и 213.9 Закона о банкротстве следует, что фиксированная сумма вознаграждения выплачивается финансовому управляющему единовременно по завершении процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина, независимо от срока, на который была введена каждая процедура, то есть по завершении дела о банкротстве гражданина.

Таким образом, каждая процедура банкротства предполагает выплату вознаграждения финансового управляющего в сумме 25 тысяч рублей. 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.02.2022 (резолютивная часть опубликована 25.01.2022) утверждено вознаграждение финансового управляющего имуществом должника в размере 25 тысяч рублей за процедуру реализации имущества гражданина, а также предписано выплатить финансовому управляющему ФИО3 с депозитного счета Арбитражного суда Республики Татарстан 25 тысяч рублей вознаграждения за процедуру реструктуризации долгов гражданина, внесенных на депозитный счет суда по платежному документу от 10.03.2020. 

Таким образом, размер вознаграждения за процедуру реструктуризации долгов гражданина не уменьшался, денежные средства за процедуру реструктуризации долгов гражданина выплачены из денежных средств, внесенных по платежному поручению от 10.03.2020 платежным поручением суда первой инстанции от 13.04.2022 №9660.

В то же время, доказательств выплаты денежных средств в качестве вознаграждения финансового управляющего за процедуру реализации имущества гражданина материалы обособленного спора не содержат. С учетом перечисленного, оснований для взыскания их части с финансового управляющего не имелось.

При указанных обстоятельствах размер убытков следует уменьшить на 19 647,63 руб. (15 000 руб. + 4647,63 руб.) до суммы 49 729 руб. 69 коп.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при наличии письменного протокола судебного заседания отсутствие аудиозаписи судебного заседания указанных заявителем ФИО2 промежуточных судебных заседаний суда первой инстанции само по себе не является основанием для отмены судебного акта с учетом положений абзаца второго пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации». Данное обстоятельство является основанием для отмены судебного акта, лишь если посредством аудиозаписи зафиксированы сведения, послужившие основанием для его принятия. Таких обстоятельств не установлено. Протоколы всех судебных заседаний в письменной форме имеются в материалах дела.

Доводы о том, что с учетом прекращения процедуры банкротства ФИО3 не вправе был составлять представленный в материалы дела отчет финансового управляющего от 02.04.2023, не принимаются судом, поскольку для целей рассмотрения обособленного спора имеют значение фактические сведения, содержащиеся в указанном документе, а не его форма, в том числе сведения о движении денежных средств в период процедуры. Указанные сведения оценены судом первой инстанции, документы, их опровергающие, в материалы дела не представлены.

Вопреки доводам апелляционной жалобы из материалов дела не следует, что выводы суда первой инстанции в обжалуемом судебном акте различаются с ранее установленными судами в рамках настоящего дела обстоятельствами.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемый судебный акт подлежит изменению по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ, в части размера установленных убытков.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2023 по делу № А65-5768/2020 изменить, изложив абзац 4 резолютивной части судебного акта следующим образом.

Взыскать с арбитражного управляющего ФИО3, г. Казань, в пользу ФИО2, 

<

...> 729 рублей 69 копейки убытков.

В остальной части Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2023 по делу № А65-5768/2020 оставить без изменения. 

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

СудьиЛ.Р. Гадеева 

А.В. Машьянова