2057/2023-276435(4) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ 

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27 Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-6000/2023

г. Владивосток

14 ноября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 ноября 2023 года.  Полный текст решения изготовлен 14 ноября 2023 года.  

 Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Жестилевской О.А. при  ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в  судебном заседании заявление Главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН753602553295, ОГРН317753600027804)  

к Департаменту по недропользованию по Дальневосточному федеральному  округу (ИНН2721117859, ОГРН1042700152990)  

о признании незаконными приказов № 99, № 101, № 102 от 09.03.2023 года об  изъятии для государственных нужд частей земельных участков,  

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета  спора: общество с ограниченной ответственностью «Нергеопром»,  

при участии в заседании: 

от заявителя: ФИО3, доверенность от 06.04.2023, паспорт, диплом  (онлайн),  

от ответчика: ФИО4, доверенность № ДВ/7-3 от 27.02.2023г., диплом,  паспорт,  

от третьего лица: ФИО5, доверенность от 11.05.2022, паспорт, диплом  (онлайн),  

установил:

Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (далее – заявитель, глава КФХ) обратился в арбитражный суд с  заявлением к Департаменту по недропользованию по Дальневосточному федеральному  округу (далее – ответчик, Департамент) о признании незаконными приказов № 99,   № 101, № 102 от 09.03.2023 года об изъятии у индивидуального предпринимателя  ФИО2 для государственных нужд части земельного участка.  

На основании ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено  общество с ограниченной ответственностью «Нергеопром».  

Заявитель настаивал на требованиях, обосновывая требования тем, что, по его  мнению, само по себе наличие действующей лицензии на право пользования недрами  не является безусловным основанием, свидетельствующим о том, что деятельность  заявителя ходатайства об истребовании земельного участка в данном конкретном случае  направлена на удовлетворение публичных интересов и соответствует общественным  потребностям.  

Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными подписями судей по делу №  А51-6000/2023 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) используйте  секретный код:  

 Возможность доступна для пользователей, авторизованных через портал государственных услуг (ЕСИА).  

Ответчик оспорил заявленные требования, полагая издание приказов №№ 99,   № 101, № 102 законными; указывает, что при рассмотрении ходатайства ООО  «Нергеопром» на заседании Комиссии установлено, что основания для отказа в  удовлетворении ходатайства, предусмотренные пп. 1-4 п. 11 ст. 56.4 Земельного кодекса  Российской Федерации, отсутствуют. Оснований, предусмотренных пунктом 7 статьи  56.6 Земельного кодекса Российской Федерации, при которых решение об изъятии  частей земельных участков с кадастровыми номерами 75:03:440101:247,  75:03:000000:409, 75:03:450101:465 не может быть принято, Комиссией Дальнедр не  выявлено.  

Третье лицо поддержало позицию ответчика, полагает несостоятельным довод  заявителя о запрете использования земель сельскохозяйственного назначения,  расположенных на расстоянии не более тридцати километров от границ сельских  населенных пунктов, для целей, не связанных с нуждами сельского хозяйства и  сельскохозяйственным производством, основанный на пункте 4 статьи 78 ЗК РФ.  

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд  установил следующее.  

ФИО2 на праве собственности на основании договора  купли-продажи от 14.10.2017 принадлежат земельные участки сельскохозяйственного  назначения с кадастровыми номерами 75:03:440101:247, 75:03:000000:409,  75:03:450101:465.  

Право собственности на земельные участки с кадастровыми номерами  75:03:440101:247, 75:03:000000:409, 75:03:450101:465 зарегистрировано 09.11.2017  ( №№ государственной регистрации права собственности: 75:03:440101:247-75/001/20171, 75:03:000000:409-75/001/2017-1, 75:03:450101:465-75/001/2017-1).  

Третьему лицу по настоящему делу - ООО «Нергеопром» была выдана лицензия  ЧИТ 04015 БР на пользование недрами с целью геологического изучения, разведки и  добычи россыпного золота, в том числе использования отходов добычи и связанных с  ней перерабатывающих производств, на участке недр «Нижнее течение р. Унды  (участки Ундино-Посельский, Ново-Ивановский, Сарбактуй, Большая Хапчеранга)» в  Балейском районе Забайкальского края.  

Как указано в лицензии, участок недр имеет статус горного отвода. 

Лицензия зарегистрирована 28.01.2020, со сроком действия до 31.12.2045.  

На основании действующей лицензии ООО «НЕРГЕОПРОМ» 02.02.2023  обратилось в Департамент с ходатайством об изъятии земельного участка с кадастровым  номером 75:03:460201:94, частей земельных участков с кадастровыми номерами  75:03:000000:406, 75:03:460201:212, 75:03:460201:96, 75:03:440101:247,  75:03:000000:409, 75:03:450101:465.  

Ходатайство ООО «Нергеопром» было рассмотрено на заседании Комиссии по  рассмотрению ходатайств об изъятии участков для государственных нужд Российской  Федерации в связи с осуществлением недропользования (за исключением земельных  участков, необходимых для ведения работ, связанных с пользованием участками недр  местного значения), отнесенных к полномочиям Департамента по недропользованию по  Дальневосточному федеральному округу, образованной приказом Дальнедр от  30.05.2016 № 390 (в ред. приказа Дальнедр от 19.11.2022 № 421) 06.03.2023.  

Как пояснил Департамент, при рассмотрении ходатайства Комиссией  установлено, что подлежащие изъятию земельные участки располагаются в границах  лицензии ЧИТ 04015 БР, что подтверждается справкой Забайкальского филиала ФБУ  «ТФГИ по Дальневосточному федеральному округу» от 09.02.2023 № 145, и  необходимы для проведения работ, связанных с пользованием недрами.  

09.03.2023 Департаментом по недропользованию по Дальневосточному  федеральному округу изданы приказы № 99 об изъятии у заявителя для  

государственных нужд Российской Федерации части земельного участка площадью 219  950 кв.м. из состава земельного участка с кадастровым номером 75:03:440101:247, №  101 об изъятии у заявителя для государственных нужд Российской Федерации части  земельного участка площадью 1 679 482 кв.м. из состава земельного участка с  кадастровым номером 75:03:000000:409 и № 102 об изъятии у заявителя для  государственных нужд Российской Федерации части земельного участка площадью 971  663 кв.м. из состава земельного участка с кадастровым номером 75:03:450101:465, в  связи с осуществлением третьим лицом — ООО «НЕРГЕОПРОМ» недропользования в  границах лицензии ЧИТ 04015 БР, на основании ходатайства указанного общества от 02  февраля 2023 года.  

Издание Департаментом приказов №№ 99, 101, 102 от 09.03.2023, которые по  мнению заявителя, нарушают его права и законные интересы, послужило основанием  предъявления настоящего заявления в арбитражный суд.  

Изучив позиции лиц, участвующих в деле, исследовав представленные  доказательства, суд пришел к следующим выводам.  

По смыслу части 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ для признания  ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействий) органов,  осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо  наличие в совокупности двух условий: несоответствие ненормативного правового акта,  решений, действий (бездействий) закону и нарушение актом, решениями, действиями  (бездействиями) прав и законных интересов заявителя.  

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания  законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий  (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия решения,  совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо,  которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).  

В соответствии со статьей 25.2 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 №  2395-1 «О недрах» (далее - Закон о недрах) прекращение прав граждан и юридических  лиц на земельные участки и водные объекты, необходимые для ведения работ,  связанных с пользованием недрами, осуществляется в соответствии с гражданским,  земельным, водным законодательством и настоящим Законом; допускается  осуществлять изъятие для государственных или муниципальных нужд земельных  участков, в том числе лесных участков, если такие земельные участки необходимы для  ведения работ, связанных с пользованием недрами.  

В силу статьи 1.2 Закона о недрах недра в границах территории Российской  Федерации, включая подземное пространство и содержащиеся в недрах полезные  ископаемые, энергетические и иные ресурсы, являются государственной  собственностью; вопросы владения, пользования и распоряжения недрами находятся в  совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации;  участки недр не могут быть предметом купли, продажи, дарения, наследования, вклада,  залога или отчуждаться в иной форме; права пользования недрами могут отчуждаться  или переходить от одного лица к другому в той мере, в какой их оборот допускается  федеральными законами.  

Статьей 56.2 Земельного кодекса Российской Федерации определены органы,  принимающие решения об изъятии земельных участков для государственных или  муниципальных нужд. Изъятие земельных участков для государственных или  муниципальных нужд осуществляется на основании, в том числе решений  уполномоченных федеральных органов исполнительной власти - в случае изъятия  земельных участков для государственных нужд Российской Федерации (федеральных  нужд), в том числе для размещения объектов федерального значения. Уполномоченные  федеральные органы исполнительной власти принимают также решения об изъятии  

земельных участков в связи с осуществлением недропользования (за исключением  земельных участков, необходимых для ведения работ, связанных с пользованием  участками недр местного значения).  

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 56.3 Земельного кодекса Российской  Федерации принятие решения об изъятии земельных участков для государственных или  муниципальных нужд в целях, не предусмотренных пунктом 1 указанной статьи,  должно быть обосновано, в том числе лицензией на пользование недрами (в случае  изъятия земельных участков для проведения работ, связанных с пользованием недрами,  в том числе осуществляемых за счет средств недропользователя).  

Решение об изъятии земельных участков для государственных или  муниципальных нужд может быть принято на основании ходатайств об изъятии  земельных участков для государственных или муниципальных нужд, с которыми в  уполномоченные органы исполнительной власти или органы местного самоуправления,  предусмотренные статьей 56.2 настоящего Кодекса, вправе обратиться, в том числе  организации, являющиеся недропользователями, в случае изъятия земельных участков  для проведения работ, связанных с пользованием недрами, в том числе осуществляемых  за счет средств недропользователей (подпункт 3 пункта 1 статьи 56.4 Земельного  кодекса Российской Федерации).  

Перечень организаций, имеющих право на обращение с ходатайствами об  изъятии земельных участков для федеральных нужд в соответствии с пунктом 1 статьи  56.4 Земельного кодекса Российской Федерации, устанавливается Правительством  Российской Федерации (пункт 2 статьи 56.4 Земельного кодекса Российской  Федерации).  

Такой перечень утвержден Постановлением Правительства Российской  Федерации от 06.05.2015 № 442.  

Материалами дела подтверждается, что ООО «Нергеопром» имеет лицензию  ЧИТ 04015 БР на пользование недрами с целью геологического изучения, разведки и  добычи россыпного золота, в том числе использования отходов добычи и связанных с  ней перерабатывающих производств, на участке недр «Нижнее течение р. Унды  (участки Ундино-Посельский, Ново-Ивановский, Сарбактуй, Большая Хапчеранга)» в  Балейском районе Забайкальского края.  

Следовательно, ООО «Нергеопром» на основании выданной федеральным  органом исполнительной власти лицензии на пользование недрами является  организацией-недропользователем и было вправе обратиться в Департамент с  ходатайством об изъятии земельных участков для государственных нужд.  

Вместе с тем из анализа вышеприведенных норм можно сделать вывод, что  изъятие должно быть обусловлено наличием государственных или муниципальных  нужд; должны быть соблюдены условия для изъятия; принятие соответствующего  решения об изъятии является правом, но не обязанностью уполномоченного  государственного органа.  

Согласно положениям статьи 35 Конституции Российской Федерации право  частной собственности охраняется законом (часть 1) и никто не может быть лишен  своего имущества иначе как по решению суда (часть 3).  

Конституционным Судом Российской Федерации неоднократно отмечалось, что  в случаях принудительного изъятия имущества у собственника - независимо от  оснований такого изъятия - должен осуществляться эффективный судебный контроль,  который может быть либо предварительным, либо последующим и служит гарантией  конституционного принципа неприкосновенности собственности (постановления от  16.07.2008 № 9-П, от 24.02.2004 № 3-П, определения от 11.05.2012 № 758-О, от  03.07.2007 № 714-О-П).  

Осуществление такого контроля подразумевает, в том числе, необходимость  проверки действительного наличия оснований, указанных уполномоченным органом в  качестве целей принудительного изъятия имущества, их соответствия закону.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 235 ГК РФ принудительное изъятие у  собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда основания отчуждения  предусмотрены законом.  

Одним из таких оснований согласно подпункту 3 пункта 2 указанной правовой  нормы является изъятие у собственника земельного участка для государственных или  муниципальных нужд.  

В Обзоре судебной практики № 1 (2016) приведена правовая позиция, согласно  которой под государственными или муниципальными нуждами понимаются  потребности публично-правового образования, удовлетворение которых направлено на  достижение интересов общества (общественно полезных целей), осуществить которые  невозможно без изъятия имущества, находящегося в частной собственности.  Соответственно, принудительное изъятие не может производиться только или  преимущественно в целях получения выгоды другими частными субъектами,  деятельность которых лишь опосредованно служит интересам общества.  

Таким образом, учитывая приведенные разъяснения высшей судебной  инстанции, бремя доказывания наличия государственных (муниципальных) нужд,  удовлетворение которых возможно только лишь изъятием чужого имущества,  возлагается на соответствующий орган, принимающий решение об изъятии.  

Пунктом 2 статьи 279 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК  РФ) предусмотрено, что в результате изъятия земельного участка для государственных  или муниципальных нужд осуществляется: 1) прекращение права собственности  гражданина или юридического лица на такой земельный участок; 2) прекращение права  постоянного (бессрочного) пользования, пожизненного наследуемого владения  земельным участком, находящимся в государственной или муниципальной  собственности; 3) досрочное прекращение договора аренды земельного участка,  находящегося в государственной или муниципальной собственности, или договора  безвозмездного пользования таким земельным участком.  

В статье 49 ЗК РФ установлены исключительные основания для изъятия  земельных участков для государственных или муниципальных нужд.  

Статьей 56.2 ЗК РФ определены органы, принимающие решения об изъятии  земельных участков для государственных или муниципальных нужд.  

В силу подпункта 3 пункта 2 статьи 56.3 ЗК РФ принятие решения об изъятии  земельных участков для государственных или муниципальных нужд в целях проведения  работ, связанных с пользованием недрами, в том числе осуществляемых за счет средств  недропользователя, должно быть обосновано, в частности лицензией на пользование  недрами.  

Решение об изъятии земельных участков для государственных или  муниципальных нужд может быть принято на основании ходатайств об изъятии  земельных участков для государственных или муниципальных нужд, с которыми в  уполномоченные органы исполнительной власти или органы местного самоуправления,  предусмотренные статьей 56.2 настоящего Кодекса, вправе обратиться, в том числе,  организации, являющиеся недропользователями, в случае изъятия земельных участков  для проведения работ, связанных с пользованием недрами, в том числе осуществляемых  за счет средств недропользователей (подп. 3 п. 1 ст. 56.4 ЗК РФ).  

При обращении недропользователя с ходатайством об изъятии в последнем  должна быть указана цель изъятия земельного участка для государственных или  муниципальных нужд (пункт 4 статьи 56.4 ЗК РФ).  

Обращение коммерческого предприятия (недропользователя) с ходатайством об  изъятии земельного участка у иных лиц в целях осуществления им своей коммерческой  деятельности, обусловливается коммерческим интересом указанной организации,  которому сопутствует принятая для соответствующей добывающей отрасли  государственная программа развития, а также специфика правового регулирования  добычи и использования соответствующего ресурса, его социальной значимости.  

Между тем, сам по себе факт планируемого использования земельного участка в  целях добычи тех или иных природных ресурсов не может являться единственным и  безусловным основанием для изъятия земли у собственников и землепользователей.  

Кроме того, из положений ст. 235, 279 ГК РФ и ст. 49, 56.2, 56.3, 56.4 ЗК РФ не  следует, что лицензия на право пользования участком недр местного значения является  основанием для удовлетворения такого ходатайства и влечет безусловное  принудительное изъятие имущества для государственных или муниципальных нужд  при несоблюдении иных условий, при которых возможно изъятие.  

Основополагающим условием, которое допускает изъятие земельных участков в  порядке, предусмотренном названными наличие государственной или муниципальной  нужды правовыми нормами, является наличие государственной или муниципальной  нужды, которое подлежит доказыванию лицом, обратившимся с соответствующим  ходатайством об изъятии.  

В связи с этим при разрешении спора об изъятии земельного участка для  государственных и муниципальных нужд в целях его использования для  недропользования, подлежит доказыванию наличие непосредственно государственных  (муниципальных) нужд в изъятии конкретного имущества.  

Деятельность лицензиата, лишь опосредованно служащая публичным интересам  и направленная на извлечение прибыли самим заявителем, не определяет наличия  государственных нужд, удовлетворение которых посредством лишения собственности  иных лиц допускается лишь в исключительных случаях.  

Одним из важнейших аспектов оценки при установлении наличия или  отсутствия государственных или муниципальных нужд по основанию использования  земельного участка в целях недропользования является выяснение вопроса о том,  насколько экономически и социально выгоднее для соответствующего публично-правового образования иное использование земельного участка вследствие его изъятия  по сравнению с существующим.  

При оспаривании решения органа, уполномоченного в сфере недропользования,  об изъятии земельных участков для соответствующих публичных нужд такие  обстоятельства в соответствии с требованиями части 1 статьи 65, части 5 статьи 200  АПК РФ подлежат доказыванию указанным органом.  

Как указал Департамент, необходимость обоснования изъятия земельного  участка для государственных или муниципальных нужд какими-либо иными  обстоятельствами помимо факта наличия лицензии на пользование недрами  утвержденной формой ходатайства не предусмотрена. При рассмотрении ходатайства  ООО «Нергеопром» на заседании Комиссии установлено, что основания для отказа в  удовлетворении ходатайства, предусмотренные пп. 1-4 п. 11 ст. 56.4 Земельного кодекса  Российской Федерации, отсутствуют.  

В связи с чем Департамент посчитал, что процедура изъятия земельных участков  для государственных нужд в целях проведения работ, связанных с пользованием  недрами в пользу держателя соответствующей лицензии, прямо предусмотрена  действующим законодательством Российской Федерации; законодательные нормы об  изъятии земельного участка для государственных нужд в целях недропользования,  свидетельствуют об установлении законодателем приоритета публичных интересов над  частными; наличие государственных нужд в случаях изъятия земельных участков в  

целях недропользования, презюмируется в силу положений подпункта 3 пункта 2 статьи  56.3 и подпункта 3 пункта 1 статьи 56.4 ЗК РФ при наличии у ходатайствующего  соответствующей лицензии на пользование недрами.  

Однако суд не может согласиться с указанным доводом, поскольку учитывая  разрешительный характер деятельности по освоению недр, наличие лицензии  предоставляет необходимые права соответствующему лицу, но не свидетельствует о  безусловной направленности его действия на удовлетворение публичного интереса,  обеспечение общественных потребностей.  

Лицензия является документом, удостоверяющим право ее владельца на  пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней  целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее  оговоренных условий.  

Лицензия удостоверяет право проведения работ по геологическому изучению  недр, разработки месторождений полезных ископаемых, размещения в пластах горных  пород попутных вод и вод, использованных пользователями недр для собственных  производственных и технологических нужд при разведке и добыче углеводородного  сырья, использования отходов добычи полезных ископаемых и связанных с ней  перерабатывающих производств, использования недр в целях, не связанных с добычей  полезных ископаемых, образования особо охраняемых геологических объектов, сбора  минералогических, палеонтологических и других геологических коллекционных  материалов.  

Одним из важнейших аспектов оценки при установлении наличия или  отсутствия государственных, или муниципальных нужд по основанию использования  земельного участка в целях недропользования является выяснение вопроса о том,  насколько экономически и социально выгоднее для соответствующего публично-правового образования иное использование земельного участка вследствие его изъятия  по сравнению с существующим.  

Как усматривается из материалов дела, земельные участки с кадастровыми  номерами 75:03:440101:247, 75:03:000000:409, 75:03:450101:465 являются землями  сельскохозяйственного назначения, с видом разрешенного использования: для  сельскохозяйственного производства.  

Земельные участки в составе зон сельскохозяйственного использования в  населенных пунктах - земельные участки, занятые пашнями, многолетними  насаждениями, а также зданиями, строениями, сооружениями сельскохозяйственного  назначения, - используются в целях ведения сельскохозяйственного производства до  момента изменения вида их использования в соответствии с генеральными планами  населенных пунктов и правилами землепользования и застройки (пункт 11 статьи 85 ЗК  РФ).  

Факт добычи полезных ископаемых, относящихся к основным видам  стратегического минерального сырья, также не может являться аргументом,  подтверждающим наличие государственной нужды в настоящем случае.  

Суд также отмечает, что планируемые к добыче полезные ископаемые на  спорных земельных участках (золото) не являются уникальными, не относятся к  категории дефицитных и добываемых только на заявленных к изъятию земельных  участках.  

Исходя из положений статей 42, 77 и 79 ЗК РФ, статьи 1 Закона «Об обороте  земель сельскохозяйственного назначения» для сельскохозяйственных угодий  установлен особый режим, имеющий целью не только охрану и повышение плодородия  почв, но и недопущение выведения таких земель из сельскохозяйственного оборота  либо возведения на них строений, даже в целях их использования в  сельскохозяйственной деятельности.  

Земельный участок сельскохозяйственного назначения может быть использован  для добычи полезных ископаемых лишь после перевода данного участка из указанной  категории. До этого момента его правовой режим использования в силу статей 42, 78 ЗК  РФ ограничен его целевым назначением.  

При этом, в силу статьи 7 Федерального закона от 21.12.2004 № 172-ФЗ «О  переводе земель или земельных участков из одной категории в другую» перевод земель  сельскохозяйственных угодий или земельных участков в составе таких земель из земель  сельскохозяйственного назначения в другую категорию допускается в исключительных  случаях, приведенных в данной статье, в том числе связанных с добычей полезных  ископаемых при наличии утвержденного проекта рекультивации земель (пункт 8 статьи  7).  

Однако у суда отсутствуют сведения о наличии готового проекта рекультивации  земель.  

Кроме того, заслуживает внимания довод главы КФХ относительно того, что  спорные земельные участки изымаются непосредственно в близости к сельскому  поселению.  

В пункте 4 статьи 78 ЗК РФ предусмотрено, что земельные участки из земель  сельскохозяйственного назначения, расположенные на расстоянии не более тридцати  километров от границ сельских населенных пунктов, не могут использоваться для  целей, не связанных с ведением сельского хозяйства, за исключением случаев  размещения линейных объектов в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи.  

Поскольку земельные участки, подлежащие изъятию, относятся к категории  земель – земли сельскохозяйственного назначения, используются исключительно в  сельскохозяйственных целях, а также расположены менее, чем в тридцатикилометровой  зоне от границ сельских населённых пунктов, что также является непреодолимым  правовым препятствием для изъятия земельных участков у заявителя с целью  последующей добычи полезных ископаемых, изъятие земельного участка создает  препятствия заявителю в осуществлении деятельности по эксплуатации земельных  участков в целях ведения сельскохозяйственного производства.  

Таким образом, суд приходит к выводу, что Департаментом не представлено  доказательств наличия непосредственно государственных (муниципальных) нужд в  изъятии, а также наличия исключительных оснований для изъятия в целях  предусмотренных лицензией - для разведки и добычи полезных ископаемых.  

Несмотря на то, что третье лицо попадает под категорию лиц, имеющих право  обратиться с ходатайством об изъятии земельных участков, само по себе данное  обстоятельство не является основанием для удовлетворения такого ходатайства при  несоблюдении иных условий, при которых возможно изъятие земельного участка. Суд  полагает, что мотивы необходимости изъятия не свидетельствуют о том, что изъятие  безусловно направлено на удовлетворение публичных интересов, обеспечение  общественных потребностей и имеет приоритет с существующим использованием (для  сельскохозяйственного производства).  

Доводы Департамента со ссылкой на то, что при решении вопроса об изъятии  земельного участка не должны учитываться все вышеперечисленные аспекты, а  принятие решения должно быть обосновано лицензией на пользования недрами,  отклоняются судом как основанные на формальном подходе к решению вопроса об  изъятии земельных участков для государственных нужд.  

Суд учитывает также сложившуюся по данному вопросу судебную практику, в  частности определение ВС РФ от 13 мая 2022 года № 304-ЭС22-5891, в котором сделан  вывод о том, что сам по себе факт планируемого использования земельного участка в  целях добычи тех или иных природных ресурсов, не может являться единственным и  безусловным основанием для изъятия земли у собственников и землепользователей.  

Деятельность лицензиата, лишь опосредованно служащая публичным интересам  и направленная на извлечение прибыли самим заявителем, не определяет наличия  государственных нужд, удовлетворение которых посредством лишения собственности  иных лиц допускается лишь в исключительных случаях.  

Суд, руководствуясь правовой позицией Конституционного Суда Российской  Федерации, приходит к выводу о том, что принудительное изъятие земельных участков  у собственников и иных законных владельцев допустимо лишь в случае имеющихся  объективных публичных интересов, оправдывающих необходимость такого изъятия.  Соблюдение данного требования приобретает особую значимость при принудительном  изъятии земельного участка у одного хозяйствующего субъекта в целях предоставления  его другому хозяйствующему субъекту - недропользователю, поскольку в данном случае  также возникает связанный, в том числе с осуществлением предпринимательской  деятельности и получением прибыли конфликт частных интересов, наличие которого  обусловливает обязанность уполномоченных государственных и муниципальных  органов действовать при его разрешении с необходимой степенью осмотрительности, с  тем чтобы принудительное перераспределение земельных участков между  хозяйствующими субъектами было действительно нужно для решения Имеющих  приоритетное значение общественных задач, а не сводилось к предоставлению  преимуществ одному хозяйствующему субъекту за счет другого (Определение  Конституционного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 2438-0 «Об отказе в  принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью  «Каменный карьер «Марушкины ворота» на нарушение конституционных прав и свобод  положениями статей 56.3, 56.4 и пунктом 7 статьи 56.6 ЗК РФ»).  

Учитывая значимость такого экономического ресурса, как земли  сельскохозяйственного назначения, а также необходимость выполнения программы  продовольственной безопасности, заключающейся, в том числе в расширении посевов  сельскохозяйственных культур и повышении эффективности государственной  поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей, суд считает, что приведенные  мотивы необходимости изъятия спорных земельных участков сельскохозяйственного  назначения не подтверждают обоснованность такого изъятия публичными интересами,  общественными потребностями и приоритетом в работах, связанных с пользованием  участками недр местного значения.  

В связи с чем суд приходит к выводу о том, что оспариваемые приказы приняты  Департаментом без учета норм земельного законодательства, вследствие несоблюдения  условий изъятия земельных участков для государственных или муниципальных нужд,  предусмотренных статьей 56.3 ЗК РФ, нарушают права и законные интересы главы  КФХ ФИО2, в связи с чем подлежат признанию недействительными.  

Согласно части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что  оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие)  органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют  закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные  интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности,  принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным,  решений и действий (бездействия) незаконными.  

С учетом принятого по делу решения и на основании статьи 110 АПК РФ  судебные расходы истца по оплате государственной пошлины относятся на ответчика.  

Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 8100рублей на  основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату  Главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 из  федерального бюджета.  

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд  

р е ш и л:

Признать недействительными Приказы Департамента по недропользованию по  Дальневосточному федеральному округу №№ 99, 101, 102 от 09.03.2023, как не  соответствующие Земельному кодексу РФ.  

Взыскать с Департамента по недропользованию по Дальневосточному  федеральному округу (ИНН2721117859) в пользу Главы крестьянского (фермерского)  хозяйства ФИО2 (ИНН753602553295) 900 рублей расходов  по уплате государственной пошлины по заявлению.  

Возвратить Главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН753602553295) из федерального бюджета 8 100рублей излишне  уплаченной государственной пошлины.  

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в  течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в  Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со  дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом  рассмотрения апелляционной инстанции.  

 Судья Жестилевская О.А.