АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5727/2024

13 февраля 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 04 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Сецко А.Ю., Чумакова Е.С.

при участии:

от ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 01.07.2024;

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационную жалобу ФИО3, ФИО1

на определение Арбитражного суда Сахалинской области от 21.04.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2024

по делу № А59-6905/2021

по заявлению Лексина Анатолия Александровича

к ФИО3, Сопоту Олегу Васильевичу

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Лоер Групп» (ОГРН: 

<

***>,                        ИНН: 

<

***>, адрес: 693013, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Сахалинской области от 24.11.2022 общество с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Лоер Групп» (далее – ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», общество, должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5.

В рамках данного дела о банкротстве общества конкурсный кредитор ФИО4 (далее также – кредитор) 27.02.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс), о привлечении ФИО3 и ФИО1 (далее также – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с них солидарно 5 968 703,59 руб.

Определением суда от 21.04.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО1 солидарно к субсидиарной ответственности. Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2024 определение суда от 21.04.2024 оставлено без изменения.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, ФИО3 и ФИО1 в кассационной жалобе просят их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителей жалобы, поскольку 16.11.2022 и 10.09.2024 необходимая для формирования конкурсной массы документация должника передана, привлечение к субсидиарной ответственности безосновательно. Обращают внимание на то, что на ФИО3 возложена обязанность по передаче документации должника (35 пунктов), при этом часть из них (пункты 1-3) передана конкурсному управляющему, часть (пункты 4, 5, 8-11, 13-16, 20, 23-29, 31-33, 35) отсутствовали у общества, а часть (пункты 12, 17-19, 21, 22, 30) не имела правового значения для определения конкурсной массы. Полагают, что апелляционный суд немотивированно отказал в принятии доказательств передачи и получения дополнительных документов арбитражным управляющим. Приводят доводы о том, что ФИО3 не извещена судом первой инстанции надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства. Представителем ФИО3 в судебном заседании апелляционного суда от 07.08.2024 заявлено о переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, которое не рассмотрено. Отмечает, что в определении суда первой инстанции имеется ссылка на заявление конкурсного управляющего от 09.03.2023 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, которое отсутствует в карточке дела.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 АПК РФ в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных участвующих в деле лиц.

Заслушав представителя ответчика, изучив материалы дел, проверив законность определения от 21.04.2024 и постановления от 01.11.2024, с учетом доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.03.2003.

Основным видом деятельности общества указана деятельность в области права (код ОКВЭД 69.10), дополнительным – консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (код ОКВЭД 70.22).

С 24.08.2004 участниками ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» являются ФИО1 (60% доли в уставном капитале) и ФИО3 (40% доли в уставном капитале), которая с указанной даты и до открытия конкурсного производства также осуществляла полномочия руководителя должника.

Ссылаясь на неисполнение ФИО3 и ФИО1 обязанностей по подаче заявления о признании ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» банкротом и по передаче арбитражному управляющему документации общества, а также на неотображение в бухгалтерской отчетности факта поступления в кассу организации денежных средств в сумме 5 000 000 руб., ФИО4 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;               2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Проверив доводы конкурсного кредитора о наличии у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, арбитражные суды установили, что ФИО3 и ФИО1, ввиду их участия в уставном капитале                                    ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» и осуществления ФИО3  функций единоличного исполнительного органа общества, при наличии совокупности необходимых условий могут быть привлечены к субсидиарной ответственности.

Исходя их разъяснений пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве ответственность, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В пункте 24 постановления Пленума № 53 разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Соответственно, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Кроме того, пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В пункте 9 постановления Пленума № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника, возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 этого же Закона, до дня возбуждения дела о банкротстве (пункт 14 постановления Пленума № 53).

В пункте 12 постановления Пленума № 53 также указано, что наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется.

В соответствии с приведенными нормами и разъяснениями, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Арбитражными судами установлено, что определением суда от 07.02.2023 по данному делу о банкротстве на бывшего руководителя               ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» ФИО3 возложена обязанность передать конкурсному управляющему имущество и иные материальные ценности, печати и штампы общества, а также сведения, документацию в отношении должника за период с 01.01.2018 по 24.11.2022 согласно перечню (35 пунктов).

На принудительное исполнение судебного акта выдан исполнительный лист серии ФС № 039145385, на основании которого 03.06.2023 возбуждено исполнительное производство № 106587/23/65001-ИП.

При рассмотрении данного спора ФИО3 и ФИО1, возражая по требованиям кредитора, указали на передачу арбитражному управляющему документов должника, в подтверждение чего в дело представлено сопроводительное письмо от 16.11.2022, адресованное временному управляющему, согласно которому в адрес последнего направляются приказ об утверждении учетной политики на 2019 год с приложениями, оборотно-сальдовые ведомости за 2021 год, информационное сообщение о состоянии расчетов с бюджетом, извещение о вводе сведений, отраженных в налоговой декларации, с указанием на отсутствие иных документов. В дело представлены названные в письме, а также иные документы должника: приказ об утверждении учетной политики на 2019 год с приложениями; оборотно-сальдовые ведомости за 2021 год, в том числе по счету 66.03 – краткосрочные займы, по счету 71.01 – расчеты с подотчетными лицами, по счету 80.09 – взносы в уставный капитал, по счету 84 – нераспределенная прибыль; информационное сообщение о состоянии расчетов с бюджетом; извещение о вводе сведений, указанных в налоговой декларации; бухгалтерская отчетность общества за 2021 год; сведения о страховом стаже застрахованных лиц общества, приказы от 01.12.2018 № 03 (исх.) и от 01.04.2019 № 01 (исх.).

Иных документов и сведений в отношении должника ответчиками при рассмотрении данного спора в суде первой инстанции не представлено, конкурсному управляющему не направлено.

Между тем, как следует из анализа финансового состояния                      ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», бухгалтерской отчетности общества за 2021 год, оборотно-сальдовым ведомостям по состоянию на 31.12.2021, активы должника составляли 772 000 руб. и представляли собой дебиторскую задолженность в указанной сумме. При этом дебиторская задолженность имелась у должника и на конец 2020 года (в размере              646 000 руб.), 2019 года (в размере 505 000 руб.).

В документах, представленных ответчиками и полученных арбитражным управляющим из государственных органов, отсутствуют сведения, относящиеся к данному активу должника.

Соответственно, представленные в суд первой инстанции доказательства передачи документации свидетельствуют о том, что определение суда от 07.02.2023 об обязании ФИО3 предоставить конкурсному управляющему имущество, сведения и документацию бывшим руководителем общества в полном объеме не исполнено.

Переданные ответчиками арбитражному управляющему документы не позволяют идентифицировать должным образом объем имущества                      ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», осуществить проверку его финансового положения ни в 2021 году, ни за весь подлежащий исследованию конкурсным управляющим период с 2018 по 2022 годы, что влечет невозможность определения основных активов общества (дебиторской задолженности в сумме 772 000 руб.) и их идентификации, выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволяет проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, установить содержание принятых органами управления решений, что исключает проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

При таких обстоятельствах бездействие ФИО3 как бывшего руководителя ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», на которую Законом о банкротстве и определением суда от 07.02.2023 возложена обязанность передать временному/конкурсному управляющему документацию общества, привело к затягиванию процедуры банкротства, связанному с необходимостью проведения мероприятий, обусловленных поиском имущества должника в отсутствие полного пакета документов о финансово-хозяйственной деятельности организации; к существенным затруднениям в определении дебиторов должника в размере 772 000 руб. При этом ответчиком при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции не раскрыты данные дебиторы, не представлена первичная документация. Пояснений о наличии уважительных причин отсутствия документации не дано. Какого-либо разумного объяснения своему поведению, выразившемуся в непредставлении сведений и документов, ответчиком суду не представлено. Доводы об отсутствии иных документов, помимо представленных конкурсному управляющему (на что указано в сопроводительном письме к части направленных документов), свидетельствуют о нарушении бывшим руководителем требований действующего законодательства и уклонении от надлежащего ведения учета и отчетности в обществе.

Вместе с тем согласно реестру требований кредиторов у должника имеется единственный конкурсный кредитор – заявитель по делу о банкротстве ФИО4 с требованием в размере 5 268 156,10 руб., которое до настоящего времени не погашено.

Вступившим в законную силу решением Южно-Сахалинского городского суда от 17.05.2021 по делу № 2-502/2021 частично удовлетворены исковые требования: с ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» в пользу ФИО4 взысканы сумма неосновательного обогащения в размере  5 000 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами – 263 137,59 руб., расходы по уплате государственной пошлины –              35 018,51 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований и в удовлетворении требований к ФИО1 отказано.

Судом общей юрисдикции установлено, что ФИО4 обратился к обществу и ФИО1 за получением юридической помощи в рамках арбитражного дела № A59-1019/2018 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Энергосервис» (далее – ООО «Энергосервис»), в котором он является единственным учредителем. Письменный договор на оказание юридических услуг между сторонами не заключался.

Во исполнение устной договоренности в октябре 2018 года ФИО4 передал денежные средства в размере 3 000 000 руб., а 29.01.2019 дополнительно 2 000 000 руб., всего 5 000 000 руб. Факт передачи денежных средств подтвержден квитанциями ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», в которых проставлена подпись ФИО1 как главного бухгалтера общества.

В ходе судебного разбирательства установлено, что в период с 01.12.2018 по 30.03.2019, в связи с очередным отпуском ФИО3, обязанности директора ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» возложены на ФИО1 Поскольку ФИО4 стало известно, что работа в рамках дела № A59-1019/2018 со стороны ответчиков не ведется, 17.07.2019 он обратился в МВД России по городу Южно-Сахалинску с заявлением о привлечении ответчиков к ответственности по факту мошенничества.

Постановлением оперуполномоченного отдела экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД Россия по городу Южно-Сахалинску от 16.11.2020 отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления. В ходе проверки сообщения о преступлении ФИО1 пояснил, что суммы ФИО4 передавались за оказанные услуги частями, денежные средства тратились на текущие расходы общества, транспортные расходы, оплату услуг экспертов. Отметил, что на каждую сумму выписывался ордера. Также в ходе проверки сообщения о преступлении опрошена ФИО3, которая пояснила, что никакого отношения к представлению юридических услуг ФИО4 не имеет, так как последний являлся клиентом ФИО1

B судебном заседании ФИО1, его представитель, а также представитель ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» не отрицали факт получения денежных средств в размере 5 000 000 руб. от имени общества, утверждали в ходе судебного разбирательства, что денежные средства были внесены в кассу организации. При этом ответчики не отрицали, что денежные средства переданы в счет оказания юридических услуг в рамках разрешения споров в арбитражном суде в отношении                  ООО «Энергосервис» и его учредителя.

Так как доказательств исполнения услуг не представлено, суд общей юрисдикции пришел к выводу, что общество неосновательно приобрело имущество – денежные средства в размере 5 000 000 руб.

Материалы рассматриваемого обособленного спора не содержат доказательств внесения ФИО1 денежных средств в сумме            5 000 000 руб. в кассу ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», на счет общества и/или их расходования на нужды должника. Приобщенные в материалы дела квитанции не могут быть признаны достаточным доказательством внесения денежных средств в кассу, так как квитанция от 29.01.2019 не содержит ссылок на само общество, отсутствует печать последнего, а квитанция на сумму 3 000 000 руб. составлена без указания даты; кассовые книги, иные документы бухгалтерской отчетности должника, подтверждающие внесение 5 000 000 руб., в материалах дела отсутствуют.

ФИО1 не даны пояснения и не представлены доказательства того, что 5 000 000 руб., причитающихся ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» в силу правоотношений между ним и ФИО4 в рамках устных договоренностей по оказанию юридических услуг кредитору, были внесены им в кассу, на расчетный счет общества, потрачены на цели, связанные с осуществлением должником хозяйственной деятельности. Обстоятельства того, каким образом ФИО1 распорядился 5 000 000 руб., установить не представляется возможным.

В свою очередь ФИО1, который в период получения им средств от ФИО4 выполнял функции руководителя общества, и при исполнении этих обязанностей должен был надлежащим образом произвести внесение полученных им средств в кассу и на расчетный счет общества, а также обеспечить надлежащее отражение факта получения денег в документах бухгалтерского (налогового) учета и отчетности, необходимых действий не совершил.

Ввиду изложенного, с учетом того, что единственным кредитором по делу о банкротстве является ФИО4, требования которого составляют               5 268 156,10 руб., недобросовестные и неразумные действия ФИО1 привели к невозможности возврата ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» неосновательного обогащения и объективному банкротству последнего.

Как указано выше, в суд общей юрисдикции при рассмотрении дела      № 2-502/2021 представлены пояснения ФИО3, данные в ходе проверки сообщения о преступлении, согласно которым она никакого отношения к представлению юридических услуг ФИО4 не имеет, так как кредитор являлся клиентом ФИО1 В апелляционных жалобах (с учетом дополнений) приведены пояснения о том, что ФИО3 в период возникновения обстоятельств, установленных решением Южно-Сахалинского городского суда от 17.05.2021 по делу № 2-502/2021, находилась в отпуске и не могла давать указаний либо осуществлять иные действия, повлиявшие на возникновения задолженности и дальнейшее неисполнение решения суда.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 05.08.2024 представитель ФИО3 пояснил, что она не знала о получении                    ФИО1 5 000 000 руб., так как была в отпуске; по выходу из отпуска она узнала о получении указанных денежных средств, однако каких-либо мер по получению информации о том, внесены ли денежные средства в кассу общества, куда они израсходованы, предпринято не было. ФИО1 в апелляционной жалобе также указал на то, что ФИО3 в соответствующий период находилась в отпуске и не могла давать указаний либо осуществлять иные действия, повлиявшие на возникновение задолженности и дальнейшее неисполнение решения суда.

Однако позиция о неосведомленности ФИО3 об указанных выше действиях ФИО1 подлежит критической оценке, поскольку ответчики на протяжении более 15 лет являются участниками общества, ФИО3 – директором, сведений о возникновении между ними когда-либо корпоративных конфликтов в деле не имеется, позиция названных лиц при рассмотрении данного обособленного спора носит согласованный характер (так, документы должника, обязанность по передаче которых возложена на ФИО3, арбитражному управляющему направлены ФИО1 и/или обоими ответчиками, их интересы представляет один представитель как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанций, ФИО1 поддерживает доводы ФИО3 о ее неосведомленности о названных выше действиях ФИО1). Указанное косвенно свидетельствует о том, что участники общества знали о действиях друг друга, связанных с хозяйственной деятельностью общества.

Также следует учитывать, что ФИО3 как руководитель должника не была освобождена от исполнения обязанности по контролю за хозяйственной деятельностью ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», действиями лиц, исполнявших обязанности руководителя должника в период ее отпуска.

В таком случае, бездействие ФИО3, выраженное в непринятии мер по обеспечению поступления в распоряжение общества (на его расчетный счет, в кассу) денежных средств, полученных ФИО1 от ФИО4, являются недобросовестными и неразумными, приведшими и усугубившее финансовое положение должника.

Таким образом, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций усмотрели наличие необходимых условий для привлечения ФИО3 и ФИО1 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Юридическая компания «Лоер Групп» по пункту 1 и подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и приостановления производства по обособленному спору до окончания расчетов с кредиторами.

В то же время, рассмотрев требование кредитора о привлечении ответчиков к ответственности за неподачу заявления о банкротстве                       ООО «Юридическая компания «Лоер Групп», суд первой инстанции констатировал, что оно не подлежат удовлетворению, поскольку спорная задолженность перед ФИО4, которая и послужила единственным основанием для признания должника несостоятельным, не подлежит включению в размер субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, учитывая ее возникновение до истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 указанного Федерального закона.

Оснований не согласиться с выводами судов у кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы о том, что привлечение к субсидиарной ответственности, учитывая передачу 16.11.2022 и 10.09.2024 документации, необходимой для определения конкурсной массы должника, безосновательно; апелляционный суд немотивированно отказал в принятии доказательств передачи и получения дополнительных документов арбитражным управляющим, отклоняются судом округа.

При рассмотрении апелляционных жалоб ответчиками представлены пояснения о направлении конкурсному управляющему части документов, подтверждающих дебиторскую задолженность и расходы подотчетного лица, 06.09.2024 почтовым отправлением и электронной почтой, иной документации 10.09.2024, а также дополнительные доказательства, которые, как указывает ФИО3, подтверждают, что дебиторская задолженность общества обусловлена выданными ФИО1 под отчет денежными средствами, которые были израсходованы на обеспечение нужд должника.

Однако, ФИО3, равно как и ФИО1, не обосновали невозможность представления дополнительных доказательств в суд первой инстанции по уважительным причинам, напротив, представитель ответчиков в судебном заседании апелляционного суда подтвердил, что данные дополнительные доказательства найдены у бывшего бухгалтера после принятия обжалуемого судебного акта, при этом невозможность обращения к бухгалтеру ранее не обоснована, документально доводы не подтверждены.

Документы, о приобщении которых просили ответчики, в том числе касающихся дебиторской задолженности, не являлись предметом исследования суда первой инстанции, ввиду чего апелляционный суд правомерно отказал в удовлетворении ходатайства о приобщении дополнительных доказательств к материалам дела в соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ.

В отношении утверждения о том, что лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, может передать необходимые документы арбитражному управляющему на любой стадии судебного процесса, в том числе на этапе рассмотрения апелляционной жалобы, апелляционным судом отмечена его правомерность, между тем указанное само по себе не является основанием для принятия данных документов и разрешения данного спора с их учетом, в том числе принимая во внимание приостановление судом первой инстанции производства по спору в части размера субсидиарной ответственности.

Данные документы и указанные ответчиками обстоятельства, связанные с дебиторской задолженностью должника, подлежат учету судом первой инстанции при определении размера субсидиарной ответственности                 ФИО3

ФИО1, который непосредственно перед возбуждением процедуры банкротства общества имел исключительно статус участника должника, в любом случае не является субъектом субсидиарной ответственности за непередачу документации.

Доводы о том, что ФИО3 не извещена судом первой инстанции надлежащим образом о дате, времени и месте судебного разбирательства; в судебном заседании апелляционного суда от 07.08.2024 заявлялось о переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, которое не рассмотрено, не принимаются окружным судом.

Отмена судебных актов по основаниям пункта 2 части 4 статьи 270 и пункта 2 части 4 статьи 288 АПК РФ предполагает не только формальное несоблюдение правил об извещении лиц, участвующих в деле, но и неучастие одной из сторон в судебном разбирательстве вследствие неполучения информации о ходе дела из-за допущенных судами нарушений.

В рассматриваемом случае ФИО3, как и ФИО1, об обращении кредитора с требованием о привлечении их к субсидиарной ответственности знала и участвовала через своего представителя в рассмотрении обособленного спора, начиная с первой инстанции, в связи с чем условия для применения апелляционным судом положений части 6.1 статьи 268 АПК РФ отсутствовали.

Ссылка на ошибочное указание в определении суда первой инстанции на подачу заявления конкурсным управляющим, а не конкурсным кредитором 09.03.2023 (дата принятия заявления кредитора к производству), также не свидетельствует о незаконности выводов суда, учитывая, что обособленный спор рассмотрен по заявленным ФИО4 требованиям.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Сахалинской области от 21.04.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2024 по делу № А59-6905/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                                  Е.О. Никитин

Судьи                                                                                           А.Ю. Сецко

Е.С. Чумаков