СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-4987/2023(1)-АК

Дело № А71-18047/2019

16 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 июня 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Макарова Т.В., 

судей                                      Гладких Е.О., Даниловой И.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 19.09.222, паспорт);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 04 апреля 2023 года 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 19.09.2019, заключенного между должником и ФИО2

вынесенное в рамках дела № А71-18047/2019 

о банкротстве ФИО5 (ИНН 

<

***>)

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 13.11.2019 к производству суда принято (поступившее в суд 06.11.2019) заявление общества с ограниченной ответственностью Микрофинансовая компания «КарМани» о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.02.2020 (резолютивная часть от 05.02.2020) заявление ООО МФК «КарМани» признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО6, являющийся членом Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих». 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.08.2020 (резолютивная часть решения от 05.08.2020) ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» ФИО6. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.04.2022 (резолютивная часть от 11.04.2022) арбитражный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО5.

Определением Арбитражного суда Удмуртской республики от 07.09.2022 (резолютивная часть от 04.07.2022) финансовым управляющим имуществом ФИО5 утвержден член Союза арбитражных управляющих «Возрождение» ФИО4. 

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 18.08.2022 поступило заявление финансового управляющего ФИО4 о признании на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 12.03.2020, заключенного между ФИО5 (продавец) и ФИО2 (покупатель), недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04.04.2023 (резолютивная часть от 28.03.2023) в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 ФИО4 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 19.09.2019, заключенного между ФИО5 и ФИО2, недействительной сделкой отказано. 

Финансовый управляющий ФИО4, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт.

В апелляционной жалобе оспаривает вывод суда о пропуске годичного срока исковой давности. Ссылаясь на то, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права; указав на то, что сведения об обстоятельствах отчуждения спорного автомобиля были получены финансовым управляющим от должника 22.07.2022; сведения о том, что стоимость транспортного средства была значительно занижена стали известны из ответа оценочной компании Исх.№ 47 от 27.07.2022, настаивает на том, что реальная возможность узнать о нарушении права появилась не ранее 27.07.2022. Отмечает, что только в ходе рассмотрения настоящего заявления раскрылись обстоятельства совершения сделки, которые были раскрыты в рамках настоящего обособленного спора, в частности наличие договора займа, заключенного должником с ФИО8 в спорный период времени – 07.11.2019. Кроме того, оспаривает вывод суда о том, что разница договорной цены от рыночной, более чем на 30 % презюмирует равноценность исполнения обязательства. Указав на то, что вопрос об отклонении рыночной стоимости от продажной фактически является решающим для правильного рассмотрения спора, настаивает на том, что суду следовало исходить из принципа определения цены товаров, работ и услуг для целей налогообложения, установленного пунктом 3 статьи 40 Налогового кодекса российской Федерации, в соответствии с которым отклонение цены товаров, работ или услуг, примененное сторонами сделки, в сторону повышения или сторону понижения принято считать более чем 20 % от рыночной цены идентичных (однородных) товаров (работ или услуг). Относительно выводов суда о том, что отклонение цены на 31,8% от рыночной, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности о технических параметрах и состояния автомобиля, указывает, что в рассматриваемой ситуации дополнительным и убедительным доводом о техническом состоянии автомобиля является его страхование по продукту КАСКО страховым полисом Тинькофф в спорный период времени, поскольку автомобиль был осмотрен страхователем, о чем составлен акт, из которого следует, что повреждения авто не зафиксированы. Считает, что легковые автомобили из люксовых линеек, такие как Audi, BMV и Mercedes-Benz отнесены к «высшему классу» в сторону увеличения срока их полезного использования; ожидаемый физический износ автомобиля марки премиум за три года эксплуатации минимален. Кроме того, считает, что судом первой инстанции не была учтена экономическая мотивация взаимно обусловленных действий участников спорных отношений; не учтено совершение участниками спорной сделки определенной последовательности действий, в том числе заключение должником 28.10.2019 (после совершения оспариваемого договора купли-продажи от 19.09.2019) как владельцем спорного автомобиля договора КАСКО; заключения должником 07.11.2019 договора займа с ФИО8 Также указав на то, что 13.11.2019 (в день принятия заявления о признании должника банкротом) произведена перерегистрация автомобиля в органах ГИБДД на ФИО2, настаивает на том, что в условиях финансовых трудностей должника, его воля направлена исключительно на получение займа в размере 1 200 000 руб. под залог автомобиля. Считает, что договор купли-продажи автомобиля от 19.09.2019 и договор займа от 07.11.2019 являются взаимосвязанными, а спорный договор (от 19.09.2019) является притворным, прикрывающим выдачу заемщику денежных средств. Кроме того, считает, что вывод о наличии финансовой возможности приобрести автомобиль был сделан судом первой инстанции без наличия достаточных в деле документов. Считает, что анализ доказательств, представленные в обоснование доводов о наличии у ФИО9 финансовой возможности для покупки транспортного средства стоимостью 1 500 000 руб. указывает, что финансовое положение не позволяло ей представить должнику соответствующие денежные средства. Настаивает на том, что с экономической точки зрения, имело место получения должником денежных средств взаймы, несмотря на то, что юридически такая воля была и оформлена через цепочку взаимосвязанных сделок. 

До начала судебного заседания от ФИО2 поступили письменные возражения на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

От финансового управляющего ФИО4 поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе, в которых управляющий просит приобщить к материалам дела краткую выписку из реестра уведомлений о залоге движимого имущества от 24.04.2023, из которой следует, что ФИО2 был предоставлен залог на спорный автомобиль (дата регистрации залога – 30.04.2021, на дату получения выписки состояние залога – актуальное). Ссылаясь на то, что из пояснений ФИО2 спорный автомобиль физически не существует, ввиду того что он сгорел, указывает на невозможность предоставить в залог физически уничтоженный, в результате пожара в 2019 году и снятый с учета в 2020 году автомобиль по договору залога № 1 от 25.04.2021. 

От ФИО2 поступили письменные возражения на дополнения к апелляционной жалобе, в которых указывает, что документ, на который ссылается ФИО4 в тексте своего дополнения к апелляционной жалобе, свидетельствует о действиях, совершенных ФИО8 и ФИО2 за пределами настоящих спорных обстоятельств и свидетельствует об отсутствии их доказательного значения для правильного разрешения данного спора. 

В судебном заседании представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Ходатайство финансового управляющего ФИО4 о приобщении к материалам дела краткой выписки из реестра уведомлений о залоге движимого имущества от 24.04.2023 рассмотрено судом в порядке статьи 159 АПК РФ и отклонено, ввиду отсутствия оснований предусмотренных частью 2 статьи 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.08.2020 (резолютивная часть решения от 05.08.2020) ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.04.2022 (резолютивная часть от 11.04.2022) арбитражный управляющий ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника; финансовым управляющим имуществом ФИО5 утвержден член Союза арбитражных управляющих «Возрождение» ФИО4 (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 07.09.2022). 

В ходе исполнения своих обязанностей, финансовому управляющему стало известно, что между ФИО7 (продавец) и ФИО2 (покупатель) 19.09.2019 заключен договор купли-продажи автомобиля Mercedes-Benz AMG GLA 45, гос. номер У849НС18, 2016 г.в. (далее – договор), по условиям которого продавец продал, а покупатель купил автомобиль. Согласно договору цена автомобиля составляет 1 500 000 руб., денежные средства за автомобиль переданы покупателем должнику. 

Полагая, что сделка купли-продажи автомобиля - Mercedes-Benz AMG GLA 45, гос. номер У849НС18, 2016 г.в. отвечает признакам, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заключена в нарушение запретов, предусмотренных статьями 10, 168, 170 ГК РФ, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной, указывая, что ФИО7 допущено отчуждение принадлежащего ему ликвидного имущества с неравноценным встречным исполнением обязательств другой стороной сделки, а также с нарушением установленного Гражданским кодексом Российской Федерации запрета на злоупотребление правом. 

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными этим Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Как следует из материалов дела, при рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО2 заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для обращения с настоящим заявлением, указано, что сделка была совершена 19.09.2019, финансовый управляющий в деле о банкротстве должника был утвержден 05.02.2020, однако с заявлением о признании сделки не действительной финансовый управляющий обратился 17.08.2022, то есть за пределами установленного срока.

Изучив материалы дела, суд пришел к выводу, что заявителем срок исковой давности пропущен. 

Арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике у государственных органов, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, а конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц (пункт 1, подпункт 4 пункта 2 статьи 20.3, пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно пункту 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве, утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, но при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 32 Постановления Пленума ВАС РФ № 63). 

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации); если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

 Из системного толкования вышеназванных правовых норм, а также разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что применительно к сделкам, оспариваемым по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, течение годичного срока исковой давности начинается с момента, когда утвержденный в деле о банкротстве арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П). 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.02.2020 (резолютивная часть определения от 05.02.2020) заявление ООО Микрофинансовая компания «КарМани» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО7 признано обоснованным и в отношении должника введена процедуру реструктуризацию долгов, финансовым управляющим должника утвержден член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» ФИО6.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.02.2020 (резолютивная часть решения от 05.08.2020) ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден член Союза «Саморегулируемая организация «Гильдия арбитражных управляющих» ФИО6.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.04.2022 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО5, финансовым управляющим имуществом ФИО5 утвержден член Союза арбитражных управляющих «Возрождение» ФИО4.

В рамках настоящего дела о банкротстве финансовым управляющим был проведен анализ финансового состояния должника, датированный 20.05.2020. 

С учетом изложенного, как верно отмечено судом первой инстанции к дате проведения анализа финансового состояния (20.05.2020) финансовый управляющий должен был располагать сведениями о совершенных должником сделках.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, с заявлением о признании спорной сделки недействительной финансовый управляющий ФИО4 обратился 17.08.2022, то есть с пропуском годичного срока исковой давности. 

Убедительных доводов об обстоятельствах, препятствующих своевременному обращению ФИО6 в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки должника, финансовый управляющий ФИО4 не привел.

Учитывая изложенное, суд пришел к обоснованному выводу, что годичный срок исковой давности по настоящему спору финансовым управляющим пропущен, что в силу статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, заявитель также ссылался на нарушение должником при совершении оспариваемой сделки положений статей 10, 168, 170 ГК РФ. 

Между тем, вмененные финансовым управляющим нарушения в полной мере укладывались в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. В качестве основания для квалификации оспариваемой сделки как притворной указаны доводы о намерении причинить оспариваемой сделкой вред имущественным правам кредиторов. Все перечисленные признаки недействительности сделки охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и, в силу приведенной выше правовой позиции, не требуют дополнительной квалификации по статьям 10, 168, 170 ГК РФ.

Сформированная Верховным Судом Российской Федерации судебная практика также исходит из недопустимости квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

С учетом изложенного оснований для применения к спорным отношениям положений статей 10, 168, 170 ГК РФ судом не установлено, как следствие, оснований для применения трехлетнего срока исковой давности так же не имеется.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления; сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом была заключена спорная сделка и имела ли место неравноценность встречного исполнения.

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства совершения сделки в установленный период подозрительности, причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Как следует из материалов дела заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражного суда определением от 13.11.2019, оспариваемая сделка совершена 19.09.2019, то есть в пределах периодов подозрительности, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, доводы финансового управляющего о том, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки судом рассмотрены и признаны подлежащими отклонению. 

Из диспозиции названной нормы следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2)).

При оценке приведенных конкурсным управляющим доводов значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного предоставления по сделке со стороны покупателя, то есть о соответствии согласованной договором купли-продажи цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения.

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т.п.).

Суд соглашается с доводами финансового управляющего о том, что рыночной стоимостью спорного автомобиля на дату его продажи следует считать 2 200 000 рублей, что подтверждается совокупностью представленных доказательств, в том числе письмами ООО «Центр оценки и консалтинга «АММАКС» от 27.07.2022, от 05.10.2022 с анализом цен автомобилей, страховым полисом Тинькофф Страхование по продукту КАСКО от 28.10.2019. 

Между тем, в рассматриваемой ситуации само по себе отклонение стоимости автомобиля на 31,8% от рыночной цены, не может рассматриваться как неравноценное без приведения дополнительных доводов, в частности о том, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого транспортного средства для общества было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения. 

Однако подобные обстоятельства не установлены. Напротив, из пояснений должника следует, что имела место необходимость быстрого получения денежных средств, при том, что короткий срок экспозиции товара на рынке всегда значительным образом сказывается на стоимости реализации транспортных средств, и в большей степени это может относиться к автомобилям премиум марок. 

Таким образом, судом не установлено, что условия оспариваемого договора купли-продажи существенно отличаются для должника в худшую сторону от цены, по которой в сравнимых обстоятельствах в короткий срок совершаются аналогичные сделки. 

Факт оплаты по договору подтверждается содержанием договора купли-продажи, финансовая возможность заинтересованного лица передать денежные средства подтверждена совокупностью представленных в материалы дела доказательств о доходах заинтересованного лица и выписками по счетам.

Таким образом, доводы финансового управляющего о том, что сделкой причинен вред кредиторам, судом рассмотрены и признаны подлежащими отклонению. 

При этом в материалах дела также отсутствуют достаточные доказательства того, что покупатель по отношению к должнику является заинтересованным лицом, знал или должен был знать о несостоятельности должника. 

Довод финансового управляющего о том, что в отношении должника были возбуждены три исполнительных производства, сам по себе, с учетом содержания названных исполнительных производств, не указывает на то, что покупатель был осведомлен о неплатежеспособности должника. 

При этом судом первой инстанции были рассмотрены и обоснованно отклонены доводы должника о том, что реализовывать автомобиль он не имел намерения, а договор купли-продажи с ФИО2 был подписан по требованию ФИО8, в качестве обеспечения исполнения договора займа, как не нашедшие своего подтверждения материалами дела.

Факт передачи автомобиля покупателю и намерение его продать ФИО2 подтверждается нахождением автомобиля на момент его повреждения пожаром по адресу места жительства покупателя (несовпадающего с местом жительства ФИО8), подписью должника в графе «подпись прежнего собственника» в Паспорте транспортного средства, а также последующим получением от ФИО2 как от собственника транспортного средства доверенности на имя должника на право получения страхового возмещения. 

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что цель совершения оспариваемой сделки также не отлична от целей, обычно преследуемых при совершении сделок соответствующего вида. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении оспариваемой сделки стороны действовали с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, что сделкой фактически причинен вред имущественным правам кредиторов, в материалах дела отсутствуют.

С учетом изложенного, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со статьей 71 АПК РФ и не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Что касается возможности передачи автомобиля ФИО2 в залог ФИО8 25.04.2021, как на том настаивает финансовый управляющий, и если это обстоятельство не было ему известно в момент судебного разбирательства, то финансовый управляющий не лишен возможности настаивать на пересмотре состоявшегося судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам на основании пункта 1 части 2 статьи 311 АПК РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 04 апреля 2023 года по делу № А71-18047/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 за счет конкурсной массы должника 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Т.В. Макаров 

 

Судьи

 

Е.О. Гладких 

 

И.П. Данилова