АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

ул. Красная, д.8, г. Кемерово, 650000, тел. (3842) 58-43-26, факс. (3842) 58-37-05

www.kemerovo.arbitr.ru, info@kemerovo.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А27-5866/2017

город Кемерово

7 июля 2017 года

Резолютивная часть решения оглашена  5 июля 2017 года

Решение в полном объеме изготовлено  7 июля 2017 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Исаенко Е.В., при ведении протокола судебного заседания с применением средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании заявление публичного акционерного общества «Кокс», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам №1 по Кемеровской области, г.Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о признании недействительным решения от 15.12.2016 №18

при участии:

от заявителя: ФИО2 – представитель, доверенность от 13.01.2017, паспорт, ФИО3 – представитель, доверенность от 01.11.2016, паспорт;

от налогового органа: ФИО4 – заместитель начальника, доверенность от 09.01.2017 №03-22/08, служебное удостоверение, ФИО5 – главный государственный инспектор отдела выездных налоговых проверок, доверенность от 15.02.2017 №03-24/22, служебное удостоверение, ФИО6 – главный государственный налоговый инспектор, доверенность от 09.12.2016 №03-22/130, служебное удостоверение, ФИО7 – начальник отдела выездных проверок, доверенность от 09.01.2017 №03-22/01, служебное удостоверение.

В качестве слушателя присутствует ФИО8, паспорт,

у с т а н о в и л :

Публичное акционерное общество «Кокс» (далее по тексту – заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением к инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам №1 по Кемеровской области (далее – инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 15.12.2016 №18 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Общество в заявлении и его представители в судебном заседании указывают, что налогоплательщиком правомерно предъявлен к возмещению из бюджета налог на добавленную стоимость (далее по тексту – НДС) по приобретению угля у ООО «Коксохимсбыт».  Реальность хозяйственных операций, надлежащее подписание первичных документов уполномоченными лицами контрагента не оспаривается инспекцией. Оплата произведена в безналичном порядке в полном объеме. Взаимозависимость между заявителем и контрагентом отсутствует. Хозяйственные отношения с контрагентом являются длительным, претензии инспекции касаются только приобретения угля, и не относятся к приобретению угольного концентрата. Уголь приобретался для обеспечения непрерывного технологического процесса производства кокса. Заявитель действительно не имел сведений о производителе приобретаемого угля, не получал удостоверений качества производителя, однако он не обязан получать данную информацию. Заявитель первоначально убедился в надлежащем качестве угля, выехав на место и отобрав пробы для анализа, в течение поставки предпринимались повышенные меры для контроля качества: на месте отгрузки и по прибытию состава на завод. Хотя производитель приобретаемого угля и не установлен, но противоправный характер его происхождения не доказан. К цене товара применялись скидки по качеству, что свидетельствует об отсутствии согласованности действий общества и контрагента. Входящий контроль качества применяется во взаимоотношениях со всеми поставщиками, показатели в удостоверениях качества производителей никогда не принимаются «на веру» и не служат основанием для определения цены. Взаимодействие с должностными лицами контрагента и его поставщика в ходе поставки является обычной хозяйственной практикой, осуществляется со всеми поставщиками в производственных целях. Заявитель не знал и не мог знать о нарушениях, допущенных поставщиком контрагента, о несформированности источника для возмещения НДС, на него не может быть возложена ответственность за действия контрагентов первого и последующих звеньев. 

Налоговый орган требования не признал в полном объеме, представил отзыв. По мнению инспекции, имеет место взаимозависимость заявителя и контрагента. Коксовые печи являются дорогостоящими и могут быть выведены из строя вследствие загрузки в них некачественного сырья (угольной шихты), уголь и угольный концентрат при поступлении на завод после выгрузки уже не может быть возвращен поставщику даже в случае установления его ненадлежащего качества. Для производства кокса используется только угольный концентрат, уголь марки К и его разновидности, он является относительно редким и все его производители известны. В силу указанных особенностей коксохимического производства заявитель не мог легкомысленно отнестись к приобретению угля, следовательно, ему было известно его фактическое происхождение, а с учетом взаимозависимости с контрагентом и обстоятельства несформированности источника для возмещения НДС из бюджета. Источник отсутствует, поскольку поставщик контрагента перечислял денежные средства не реальным производителям угля – добросовестным плательщикам НДС, а фирмам-однодневкам с последующим обналичиванием. В отношениях с другими поставщиками производитель угля (концентрата) известен, не только предусмотрены договором, но и фактически предоставляются удостоверения качества производителя. Заявителем не проявлена должная осмотрительность при выборе контрагента.  

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, явившихся в судебное заседание, судом установлено следующее.

Инспекцией проведена выездная налоговая проверка заявителя за 2013-2014 годы, по результатам проверки вынесено решение от 15.12.2016 №18 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Решением доначислен НДС по хозяйственным операциям с ООО «Коксохимсбыт» в размере 12 187 610 руб., соответствующие суммы пени и штрафа.

Управление Федеральной налоговой службы по Кемеровской области оставило жалобу налогоплательщика без удовлетворения.

Посчитав нарушенными свои права и законные интересы, налогоплательщик обратился в суд. 

В силу пункта 1 статьи 171 НК РФ  налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в порядке, предусмотренном статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении: 1) товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ; 2) товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи. 

Порядок применения налоговых вычетов установлен статьей 172 НК РФ, которая предусматривает, что налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг),  и при наличии соответствующих первичных документов. 

Согласно пунктам 1, 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 этой статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Федерального закона от 6.12.2011 года №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственной операции, в том числе о лицах, подписавших договоры поставок, счета-фактуры должны соответствовать фактическим обстоятельствам. Требования к порядку составления документов относятся не только к полноте заполнения всех реквизитов, но и к достоверности содержащихся в них сведений.

В силу изложенного право налогоплательщика на применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и уменьшение полученного дохода на сумму произведенных расходов непосредственно связано с представлением организацией соответствующих подтверждающих документов. Причем, документы, представляемые налогоплательщиком с целью подтверждения права должны содержать достоверную информацию.

В силу правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №53 от 12.10.2006 года «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п.4). Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п.9).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 20.02.2001 года № 3-П  и в Определении от 25.07.2001 года № 138-О, право на возмещение налога на добавленную стоимость из бюджета предоставляется добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

Следовательно, налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль  правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

При этом исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 года № 93-О обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком - покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, определенных статьей 169 НК РФ, возлагается на продавца. Следовательно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.

В п.31 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017)" от 16.02.2017, отмечено, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

При решении вопроса о правомерности применения налоговых вычетов судом учитываются не только наличие документов, подтверждающих факты оформления сделки, оформления принятия товара к бухгалтерскому учету, его оплаты в том числе, налога на добавленную стоимость, но и результаты встречных проверок, проведенных  налоговым органом, достоверности, комплектности и непротиворечивости представленных документов; оценивается не только формальное соответствие представленных документов требованиям закона, но и действительное наличие тех обстоятельств, с которыми НК РФ связывает предоставление права на  вычет. То есть, оцениваются все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

Как следует из материалов дела, ООО «Коксохимсбыт» закупало у заявителя коксохимическую продукцию. Также на основании договора поставки №35-271/12-32 в 2013, 2014 году контрагент поставлял заявителю угольный концентрат. В этой части правомерность применения налоговых вычетов по НДС инспекцией не оспаривается.

Кроме того на основании приложений к указанному договору № 19 от 03.12.2013, № 20 от 17.01.2014, № 24 от 31.03.2014,  № 26 от 29.04.2014, № 28 от 09.06.2014  в декабре 2013 года, январе, апреле, марте и июле 2014 года поставлен низкозольный уголь марки К на общую сумму 67 708 945,72 руб., а также НДС 12 187 610,23 руб.

В возмещении указанной суммы НДС отказано оспариваемым решением инспекции.

Договором было предусмотрено предоставление сертификатов (удостоверений качества) производителя на товар, вместе с тем  приемка  по качеству производится у грузополучателя  ОТК и ЦЗЛ ПАО «Кокс», удостоверениями качества которые являются окончательными для обеих сторон и служат основанием для взаиморасчетов.

Фактически удостоверения качества производителя отсутствуют, не представлены ни заявителем, ни контрагентом. Имеющиеся первичные документы не содержат информации о производителе. Угледобывающие организации, имеющие лицензии на добычу угля марки К на территории Кемеровской области поставку в адрес ООО «Коксохимсбыт» и его поставщиков не подтвердили. Должностные лица заявителя, контрагента ООО «Коксохимсбыт» и его поставщика ООО «ТД «КузбассУгольТрейд» также не смогли ответить инспекции на вопрос о производителе угля. Установлено, что грузоотправитель ООО «Разрез Сергеевский» (ж/д ст. ФИО9 Камень) также уголь не добывал.

Поставщик заявителя ООО «Коксохимсбыт» представил документы, согласно которым приобретал уголь у ООО «ТД «КузбассУгольТрейд». Уголь завозился неустановленным автомобильным транспортом на промышленную площадку ООО «Разрез Сергеевский», где производилась его переработка на дробильной установке ООО «ТД «КузбассУгольТрейд». ООО «Разрез Сергеевский оказывал ООО «ТД «КузбассУгольТрейд» услуги по хранению и погрузке угля в ж/д вагоны, он же являлся заказчиком услуг по проверке качества угля, имел договор с ООО «Центральная углехимическая лаборатория» и перечислил данной организации 484 942 руб. в 2013-2014 годах. Исполнительный директор данной лаборатории в указанном периоде ФИО10 в своих свидетельских показаниях подтвердила отбор и производство исследований в таком же порядке как при выдаче удостоверений качества по форме УПД-35 (удостоверения качества производителя).

Заявитель также дополнительно проверял качество угля перед началом поставки, направлял своих специалистов на место отгрузки, отобранные пробы исследовались в собственной лаборатории завода. Данные обстоятельства следуют из пояснений представителя заявителя и свидетельских показаний начальника управления угольных поставок общества в спорном периоде ФИО11

По прибытии угля на завод после выгрузки его на вагоноопрокиде уголь перемещался для хранения, шихтования и загрузки в коксовые печи. Обратная загрузка и отправка товара его поставщику технологически не предусмотрена. Отбор проб осуществляется из уже выгруженного угля. Полученные результаты анализа используются для определения цены угля и расчетов с поставщиком, а также для составления шихты.

Налоговый орган указывает, что условия взаимодействия с контрагентом существенно отличались от условий взаимодействия с иными (добросовестными) поставщиками угольного концентрата (угля). Однако по вопросам технологии выгрузки, входного контроля качества и использования его результатов во взаиморасчетах никаких особенностей не выявлено. Цены поставки также сопоставимы с другими поставщиками. Порядок расчетов – во всех случаях безналичный, расчет произведен полный.

Фактически единственным отличием является отсутствие информации о производителе товара и соответствующих удостоверений качества, в связи с чем проверка качества товара перед отправкой осуществлялась грузоотправителем и непосредственно заявителем.

Принятие указанных дополнительных мер по проверке качества угля было призвано исключить риски производственного характера, связанные с отсутствием у общества информации о производителе угля. 

Закон не устанавливает обязанность покупателя выяснять источник происхождения угля при его приобретении. Хозяйственные отношения заявителя и контрагента являлись длительными и охватывали не только поставку угля, но и поставку угольного концентрата, закупку коксохимической продукции. Инспекцией не представлено доказательств нелегального, преступного происхождения товара. Доказательств того, что заявитель организовывал, контролировал закупку угля при формальном участии в данном процессе контрагента, применял явно нерыночные цены или возвращал себе часть уплаченных за товар денежных средств, также не представлено.

При таких обстоятельствах суд не может согласиться с выводом налогового органа о том, что, не выяснив производителя приобретаемого угля, заявитель мог и должен был предполагать нелегальный характер его происхождения и несформированность соответствующего источника для возмещения НДС из бюджета.

Оценивая доводы сторон относительно взаимозависимости заявителя и контрагента, суд исходит из следующего.

Согласно п.1 статьи 105.1 НК РФ, п.4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 НК РФ (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017) взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 105.1 НК РФ, в частности, по основаниям, связанным с участием в капитале, осуществлением функций управления, служебной подчиненностью. Помимо указанных формально-юридических признаков взаимозависимости пунктом 7 статьи 105.1 НК РФ суду предоставлено право признать лица взаимозависимыми по иным основаниям - если отношения между этими лицами содержательно (фактически) обладают признаками, указанными в пункте 1 статьи 105.1 НК РФ, то есть имеется иная возможность другого лица определять решения, принимаемые налогоплательщиком.

На налоговом органе лежит бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих, что при отсутствии предусмотренных пунктом 2 статьи 105.3 НК РФ признаков контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ним лица) тем не менее имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит (к выгоде третьих лиц), был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

Налоговый орган основывает свой вывод о взаимозависимости на следующем: 

1) ООО «Коксохимсбыт» приобретает коксохимическую продукцию и реализует уголь и угольный концентрат преимущественно у заявителя. Однако в судебном заседании было установлено, что доля поставок контрагента среди других поставщиков заявителя относительно невелика в 2013 году – 1,5%, в 2014 году – 12%, максимально (с учетом поставок контрагента в адрес аффилированного с заявителем ООО «ЦОФ Березовская») – до 23%. При этом отклонений цен от рыночного уровня инспекцией не выявлено. 

2) Имеет место наличие длительного сотрудничества ПАО «Кокс» с одним и тем же кругом физических лиц, в частности с ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, которые обеспечивают деятельность ООО «Коксохимсбыт», ООО «ТД «КузбассУгольТрейд», ООО «Разрез Сергеевский». При этом, при смене организаций (например, ООО «ТД «КузбассУгольТрейд» с различными ИНН) круг физических лиц, с которыми осуществляется взаимодействие в рамках поставки угольной продукции, не меняется.

По мнению суда, данные обстоятельства свидетельствуют о взаимозависимости организаций и физических лиц на стороне поставщика-контрагента. Отношения же ООО «Коксохимсбыт» с заявителем являются длительными хозяйственными связями, обусловлены экономическим интересом, что не является признаком необоснованности налоговой выгоды.

3) Финансовый директор ООО «ТД «КузбассУгольТрейд» ФИО13 Участвовал в производственных совещаниях заявителя по вопросам поставки угля.

Заявителем даны пояснения и представлены письменные подтверждения поставщиков сырья, из которых следует, что в целях бесперебойного обеспечения непрерывного технологического процесса производства кокса заявитель систематически проводит производственные совещания с поставщиками по вопросам поставок угля и угольного концентрата. Это согласуется со свидетельским показаниями сотрудников заявителя и представителей контрагента, полученными инспекцией в ходе мероприятий налогового контроля.

С учетом изложенного, суд полагает, что ФИО13 участвовал в совещаниях по поручению и в интересах контрагента. Инспекцией не представлено доказательств того, что контрагент был введен в документооборот формально (только по документам) при организации поставки товара самим заявителем.

4) Руководитель   ООО  «Коксохимсбыт» ФИО14 и акционер ПАО «Кокс» ФИО16 (согласно списков аффилированных лиц по состоянию на 31.12.12г., на 31.12.14г., размещенных на сайте http://www.koksgroup.ru) ранее являлись учредителями в организации ТОО  «Коксохимсбыт» (ранее ТОО «МАРКАП», ныне ООО  «Коксохимсбыт»). В 2000 году ФИО16 вышел из состава учредителей ООО  «Коксохимсбыт». С этого времени, в т.ч. в проверяемом периоде, ФИО14 являлся единственным учредителем.

Суд отклоняет данный довод инспекции, поскольку с момента отпадения аффилированности к проверяемому периоду прошло 13 лет, доказательств сохранения коммерческого интереса ФИО16 в деятельности ООО «Коксохимсбыт» инспекцией не представлено.

Остальные доводы инспекции относятся не к взаимозависимости с заявителем, а к взаимозависимости физических лиц на стороне контрагента (ФИО14, ФИО12, ФИО13, ФИО17).

Суд признает обоснованным вывод инспекции о несформированности источника для возмещения НДС из бюджета. Инспекцией собраны доказательства того, что денежные средства контрагентами по «цепочке» за уголь не уплачивались, а были перечислены торговым организациям в качестве торговой выручки, либо обналичены физическими лицами. НДС контрагентами по «цепочке» исчислен и уплачен в бюджет в минимальных размерах. Однако сам по себе данный факт, в отсутствие доказательств направленности действий заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды, не является основанием для отказа в предоставлении налогового вычета.

Суд отклоняет довод инспекции о том, что положительный экономический эффект от сделки с контрагентом заключается только в получении необоснованной налоговой выгоды в виде возмещения НДС из бюджета заявителем.

Общество уплатило НДС в составе цены товара контрагенту. Достаточных доказательств непроявления обществом должной осмотрительности в выборе контрагента инспекций не предоставлено. Кроме того, в рассматриваемом случае налогоплательщику в вину по сути вменяется не неосмотрительность при выборе контрагента, а неосмотрительность при закупке конкретного товар у действующего контрагента. Доказательств согласованности действий заявителя и контрагента, направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды по НДС, не представлено. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что налоговым органом не опровергнута правомерность применения заявителем налоговых вычетов по НДС по хозяйственным операциям с ООО «Коксохимсбыт».

Удовлетворяя требования заявителя, суд в соответствии со ст.110 АПК РФ относит судебные расходы по уплате государственной пошлины на инспекцию. 

Руководствуясь статьями 167-170, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

требования удовлетворить. 

Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам №1 по Кемеровской области от 15.12.2016 №18 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам №1 по Кемеровской области, г.Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу публичного акционерного общества «Кокс», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 3 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты изготовления решения полном объеме. 

Судья                      Е.В. Исаенко