ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

14.10.2024

Дело № А40-187572/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07.10.2024 

Полный текст постановления изготовлен  14.10.2024

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининои? Н.А.,

судей: Зверевой Е.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ООО «РентаСтройТехника» - ФИО1 по доверенности от 07.07.2023 № 1,

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 01.04.2024, 

ФИО4 (паспорт, лично), представитель ФИО5 по доверенности от 13.06.2024,

рассмотрев 07.10.2024 в судебном заседании кассационные жалобы ФИО4 и ФИО2

на решение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2024

по иску ООО «РентаСтройТехника»  к ФИО2,  ФИО4, АО «Объединенная строительная компания» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АкадемПалас».

УСТАНОВИЛ:

ООО «РентаСтройТехника» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО2, ФИО4, акционерному обществу «Объединенная Строительная Компания» о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АкадемПалас».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 исковые требования были удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2024 решение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 было оставлено без изменения.

Не согласившись с решением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО2 и ФИО4 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.

ФИО4 в кассационной жалобе просит судебные акты отменить в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований ООО «РентаСтройТехника» о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АкадемПалас» отказать. Ответчик в кассационной жалобе указывает, что являются ошибочными выводы судов о наличии у должника признаков объективного банкротства в 2017 году, в действительности на балансе должника находились финансовые вложения в виде прав по ДДУ и кредиторская задолженность перед застройщиком, поскольку все ДДУ предусматривали условие об оплате недвижимости после ввода объекта в эксплуатацию. Также суды не учли, что в период полномочий ФИО4 признаки банкротства у должника отсутствовали, стоимость активов должника (4,3 млрд руб.) более чем в 200 раз превышает размер обязательств перед кредитором (21 млн руб.) с наступившим сроком исполнения. При этом, ссылки судов на факт банкротства АО «ОСК» — одного из ответчиков по делу и акционера должника нельзя признать обоснованными, поскольку финансовое состояние должника никак не связано и не обусловлено финансовым состоянием его акционера, банкротство «материнской» компании не может автоматически привести к появлению признаков банкротства у дочернего общества, которым является должник. Кроме того, обязательства перед ООО «РентаСтройТехника» не включаются в размер субсидиарной ответственности, потому что возникли до даты объективного банкротства общества, так, в данном случае обязательства должника перед ООО «РентаСтройТехника» возникли за период с 01.01.2017 по 03.06.2018 (стр. 5 постановления), задолженность перед ООО «РентаСтройТехника» в период полномочий ФИО4 отсутствовала в бухгалтерском и налоговом учете, не была подтверждена первичными документами и не была предъявлена в суд для принудительного взыскания, кредитор также указывает на возникновение задолженности в период с 01.01.2017 по 03.06.2018 и настаивает на включении ее в реестр. Таким образом, учитывая, что объективное банкротство должника возникло не ранее 2020 года, то обязательства 2017-2018 года в состав субсидиарной ответственности не включаются. В отношении обстоятельств непередачи документации общества управляющему, ответчик указывает, что никаких затруднений и препятствий к проведению процедуры банкротства ООО «АкадемПалас» в условиях неполной передачи документов не возникло и не могло возникнуть, так как требования единственного кредитора были подтверждены судебными актами, находящимися в открытом доступе в картотеке арбитражных дел в сети Интернет, равно как и сведения об оспаривании ДДУ, при этом, доказательств сокрытия каких-либо активов, корпоративных и иных документов не представлено. Также в ходе исполнения обязанностей генерального директора ФИО4 сдавал бухгалтерскую отчетность по имеющимся у него сведениям в отношении деятельности должника, ФИО4 в условиях непередачи документов бывшим руководителем были использованы все возможные источники восстановления бухгалтерского учета. Впоследствии, 05.06.2020 между ФИО4 и новым генеральным директором ФИО2 был подписан акт приема-передачи всех имеющихся на дату передачи документов. Таким образом, ФИО4 добросовестно исполнялись обязанности генерального директора, им были предприняты все возможные меры для восстановления учета должника, восстановленные документы были переданы следующему руководителю.

ФИО2 в кассационной жалобе просит судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Ответчик в кассационной жалобе указывает, что у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для возврата дополнительных документов ФИО2, суд апелляционной инстанции отказал в приобщении дополнительных доказательств по формальным причинам, не выяснив обстоятельства невозможности представления  указанных документов в суде первой инстанции. При этом, невозможность представления акта приема-передачи № 1 от 01.09.2020 была обоснована получением указанного документа от конкурсного управляющего уже после принятия обжалуемого решения. Кроме того, суды пришли к ошибочными выводам о периоде исполнения ответчиком обязанностей руководителя должника, так, суды сослались, что ответчик стал генеральным директором общества 28.04.2020, однако, в материалах дела имеется решение № 3 единственного участника ООО «АкадемПалас» от 05.06.2020, в соответствии с которым были прекращены полномочия генерального директора ООО «АкадемПалас» - ФИО4 и новым руководителем общества назначен ФИО2 Таким образом, датой возникновения у ФИО2 полномочий руководителя общества является 05.06.2020. Также 01.09.2020 ФИО2 было направлено в адрес АО ОСК «Объединенная строительная компания» заявление об увольнении с должности генерального директора общества (том 3, л.д. 65), в соответствии с трудовой книжкой ФИО2, он занимал должность генерального директора общества в период с 08.06.2020 по 16.09.2020 (том 3, л.д. 66-68), а не с 28.04.2020 по 16.09.2021, как указал суд первой инстанции. Кроме того, судами не установлено наличие обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в силу статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в частности судами не исследован вопрос о наличии у должника обязательств, возникших после истечения срока для исполнения ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества. Так, единственным кредитором ООО «АкадемПалас» являлось ООО «РентаСтройТехника» по обязательствам, возникшим в 2017 году, ответчик не может быть привлечен к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку у должника не возникло каких-либо новых обязательств, то есть неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве не повлекло наращивание кредиторской задолженности, как условие для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве. В отношении обстоятельств непередачи управляющему документации общества ФИО2 обращает внимание, что надлежащим ответчиком является АО ОСК «Объединенная строительная компания», поскольку именно на АО ОСК «Объединенная строительная компания» лежит ответственность за непредоставление в налоговый орган бухгалтерской отчетности ООО «АкадемПалас» за 2020 год, в том числе ввиду того, что АО ОСК «Объединенная строительная компания» после увольнения ФИО2 с должности руководителя ООО «АкадемПалас» не назначило нового генерального директора, на момент открытия конкурсного производства в отношении ООО «АкадемПалас» ФИО2 не являлся руководителем общества уже более года, вся имеющаяся документация в отношении ООО «АкадемПалас» была переда ФИО2 01.09.2020 в пользу АО ОСК «Объединенная строительная компания» по акту приема-передачи документов № 1 от 01.09.2020.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ответчиков поддержали доводы своих кассационных жалоб.

От ФИО2 и ФИО4 поступили дополнения к кассационной жалобе, дополнения к кассационной жалобе ФИО2 приобщены к материалам дела в качестве правовой  позиции, в приобщении аналогичного  процессуального документа от имени ФИО4 отказано судом кассационной инстанции, поскольку он содержит иные доводы, нежели изложенные в кассационной жалобе и данный процессуальный документ подан по истечении срока на кассационной обжалование.

От истца поступил отзыв на кассационные жалобы, который судебной коллегией приобщен к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ООО «РентаСтройТехника» возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителей сторон, обсудив доводы кассационных жалоб и возражения, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, кассационная инстанция полагает, что решение и постановление подлежат отмене, в связи со следующим.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено судами, определением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2021 по делу № А40-239711/20 было признано обоснованным заявление ООО «РентаСтройТехника» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «АкадемПалас», в отношении должника введена процедура наблюдения, включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «АкадемПалас» требования ООО «РентаСтройТехника» в размере 21 320 000 руб. основного долга, подтвержденные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 23.10.2020 по делу № А41-27379/20.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2021 ООО «АкадемПалас» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Впоследствии, определением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2022 было прекращено производство по делу № А40-239711/20 о банкротстве ООО «АкадемПалас», в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

ООО «АкадемПалас» являлось единственным кредитором в деле № А40-239711/20, чьи требования  были включены в реестр требований кредиторов.

Суды указали, что единственным участником должника в период с 26.02.2016 по настоящее время является АО ОСК «Объединенная Строительная Компания», ФИО2 являлся генеральным директором ООО «АкадемПалас» в период с 28.04.2020 по 16.09.2021, ФИО4 являлся генеральным директором ООО «АкадемПалас» в период с 23.10.2019 по 27.04.2020, что подтверждается также решением от 28.04.2020 № 3 единственного участника общества.

Суды учитывали, что в отношении контролирующего лица АО ОСК «Объединенная Строительная Компания» было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А40-245757/15, решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2018 АО «Объединенная Строительная Компания» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, также было установлено, что АО ОСК «Объединенная Строительная Компания» находилось в состоянии объективного банкротства как минимум с 2011 года.

При этом, согласно бухгалтерскому балансу ООО «АкадемПалас» по состоянию на 31.12.2019 у общества имелись активы на сумму 4 388 641 тыс. руб., финансовая отчётность в налоговый орган за 2020 и 2021 годы не сдавалась. 

Суды указали, что как пояснил ответчик ФИО4, активы ООО «АкадемПалас» выражались в получении от его единственного участника АО ОСК «Объединенная Строительная Компания» прав по договорам участия в долевом строительстве от 25.05.2016 № АП-29/Б, от 25.05.2016 № АП-30/А, от 25.05.2016 № АП-31/В, от 21.06.2016 № АП-32/ММ, от 10.06.2016 № АП-33/АБ, по которым в пользу ООО «АкадемПалас» подлежали передаче квартиры.

Вместе с тем, судами установлено, что впоследствии в рамках дела о банкротстве АО ОСК «Объединенная Строительная Компания» № А40-245757/15 определениями суда указанные договоры были признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу спорных квартир.

В связи с изложенным, суды пришли к выводу, что у ООО «АкадемПалас» фактически отсутствовали какие-либо активы для погашения обязательств перед кредиторами (в частности, перед ООО «РентаСтройТехника») в результате признания недействительными вышеназванных договоров долевого участия. Таким образом, ООО «АкадемПалас» приняло на себя заведомо неисполнимые обязательства перед истцом ООО «РентаСтройТехника» при наличии признаков недостаточности имущества.

По мнению судов, в нарушение пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве  ответчики не исполнили обязанность по подаче заявления о признании ООО «АкадемПалас» несостоятельным (банкротом). Так, ФИО4 и в последующем ФИО2, вступая в должность генеральных директоров ООО «АкадемПалас», провели либо должны были провести анализ финансового состояния подкотрольного им ООО «АкадемПалас», в том числе, посредством использования ресурсов сети «Интернет», размещённых в публичном доступе (например, https://kad.arbitr.ru/) в условиях непередачи документации должника, и должны были впоследствии обратиться в суд с заявлением о признании ООО «АкадемПалас» несостоятельным (банкротом) по причине отсутствия у общества каких-либо активов, которые могли бы быть направлена на погашение требований истца.

Таким образом, суды пришли к выводу о необходимости привлечения АО ОСК «Объединенная Строительная Компания», ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АкадемПалас» на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Также суды установили наличие оснований для ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, исходя из того, что в активах ООО «АкадемПалас» был фактически отражён отсутствующий актив (финансовые вложения) на сумму                     4 391 176 тыс. руб., принимая во внимание недействительность договоров долевого участия, однако, у ООО «АкадемПалас» также имелись иные активы - дебиторская задолженность, денежные средства и денежные эквиваленты.

Вместе с тем, ответчик не исполнил требования определения Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2021 и решения Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2021 по делу № А40-239711/20 об обязании руководителя ООО «АкадемПалас» передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника управляющему, документация и материальные ценности должника конкурсному управляющему в рамках процедуры банкротства ООО «АкадемПалас» не переданы, что также подтверждается отчётами конкурсного управляющего.

При этом, ФИО4 пояснил, что не получал документацию и материальные ценности ООО «АкадемПалас» от предыдушего руководителя - АО ОСК «Объединенная Строительная Компания», также ФИО4 указывал, что между ООО «АкадемПалас» и ООО «ПрофУчет» был заключён договор от 01.11.2019 оказания услуг по инвентаризации, восстановлению бухгалтерского и налогового учёта, имеющаяся документация была передана ответчику ФИО2 по акту от 05.06.2020.

Суды установили, что из акта приёма-передачи от 05.06.2020 следует, что от ФИО4 в пользу ФИО2 переданы выписки ЕГРЮЛ, налоговая документация (декларации, балансы), расчёты по страховым взносам, копии признанных недействительными договоров долевого участия, документация с ООО «ПрофУчет», претензии истца ООО «РентаСтройТехника», выписка по расчётному счёту в АО «Альфа-Банк» и иная справочная документация.

По мнению судов, впоследствии ФИО2 как материально ответственное лицо за документацию и материальные ценности ООО «АкадемПалас» обязан был передать документы должника его участнику - АО ОСК «Объединенная Строительная Компания» (в лице конкурсного управляющего), указанная обязанность ФИО2 не исполнена, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, суды указали, что непередача документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему ООО «АкадемПалас» повлекла невозможность определения основных активов общества и их идентификации, выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, установления содержания принятых органами должника решений, в связи с чем, привлекли ответчиков к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника.

Принимая во внимание, что вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Московской области от 13.10.2020 по делу № А41-27343/20, от 28.09.2020 по делу № А41-28350/20 и от 23.10.2020 по делу № А41-27379/20 с ООО «АкадемПалас» в пользу кредитора были взысканы 6 890 000 руб. задолженности, 6 890 000 руб. задолженности и 7 540 000 руб. задолженности, соответственно, а также, что ООО «АкадемПалас» не исполнило обязательства перед кредитором на сумму 504 098,26 руб. (текущие требования), и что, полное погашение требований кредиторов ООО «АкадемПалас» невозможно вследствие действий (бездействия) ответчиков, суды  пришли к выводу о взыскании солидарно с ответчиков в пользу истца в порядке субсидиарной ответственности 21 999 698,26 руб.

Между тем, принимая обжалуемые судебные акты, судами не было учтено следующее.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения процедуры банкротства, поскольку после ее введения невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. По общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 ГК РФ, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

При этом, пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъясняет порядок исчисления объема такой ответственности в ситуации, когда обязанность по подаче в суд заявления должника не исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями. Так, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, а последующие – со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Определяя объем ответственности руководителя также необходимо учитывать, что, по общему правилу, не подлежат учету обязательства перед кредиторами, которые в момент их возникновения знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 14 постановления №o 53).

Таким образом, к числу юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному основанию, относится не только дата наступления у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и объем обязательств, возникший у должника перед обманутыми руководителем кредиторами.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2024 № 305-ЭС19-27802 (6, 7, 8, 9) по делу № А40-166456/2018.

Таким образом, для целей определения размера субсидиарной ответственности ответчиков судам следовало исходить не из даты просрочки по обязательству, а из даты возникновения соответствующего обязательства, к числу юридически значимых обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному основанию, относится не только дата наступления у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, но и объем обязательств, возникший у должника перед обманутыми руководителем кредиторами.

Ни дата взыскания, ни дата наступления просрочки в оплате не является определяющей в рассматриваемом случае, так как в соответствии со сложившейся судебной практикой и правовой позицией судов вышестоящих инстанций определяющей является дата возникновения обязательства (наступила ли она после возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, иными словами, продолжил ли руководитель предприятия наращивать задолженность и обманывать контрагентов, в связи с чем, теперь должен понести субсидиарную ответственность по таким обязательствам).

Прежде чем установить наличие обязанности у контролирующего должника  лица по подаче в суд заявления о признании его банкротом, суды обязаны установить пиковую дату, после которой должник фактически утратил возможность исполнять принятые на себя обязанности, прекратил исполнения таких обязательств.

Так, как следует из материалов дела, кредитор является единственным кредитором должника, чьи требования  включены в реестр требований  кредиторов должника.

Требования кредитора вытекают из ненадлежащего исполнения должником обязательств по договору аренды от 01.01.2017 № ГАК-ПАЛ-03.

Между тем обстоятельств того, что по состоянию на 31.12.2016 либо иную дату, предшествующую заключению данного договора аренды, должник обладал признаками объективного банкротства  судами не установлено

При этом, ответчики в кассационных жалобах указывают, что требования кредитора, включенные в реестр требований кредиторов должника, ООО «РентаСтройТехника» возникли за период с 01.01.2017 по 03.06.2018 (стр. 5 постановления), то есть до даты объективного банкротства общества, установленной судами.

Вместе с тем, судами указанные доводы и обстоятельства не были исследованы и учтены.

Также в отношении привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника управляющему, суд округа обращает внимание на следующее.

В соответствии пунктами 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, в случае если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц по своей природе является деликтной и представляет собой обязательство такого лица из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате его неправомерных действий (бездействия), которые выходят за пределы обычного делового риска, стали необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Однако причины банкротства должника не устанавливались судами.

Законом о банкротстве сформулировано только два основания наступления субсидиарной ответственности контролирующих организацию лиц:

1. Неподача (несвоевременная подача) заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом);

2. Доведение организации до банкротства действиями и (или) бездействием контролирующего должника лица.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве  о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Второй из таких презумпций предусмотрено, что отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Разрешая вопрос о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролировавших общество лиц и несостоятельностью последнего суды неверно распределили бремя доказывания и не учли положения подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснения, приведенные в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), согласно которым такая причинно-следственная связь предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, ФИО4 в кассационной жалобе указывает, что сдавал бухгалтерскую отчетность по имеющимся у него сведениям в отношении деятельности должника, а 05.06.2020 между ФИО4 и новым генеральным директором ФИО2 был подписан акт приема-передачи всех имеющихся на дату передачи документов общества.

Привлекая к субсидиарной ответственности ФИО4, суды не учли наличие указанного акта приема-передачи документов в пользу нового руководителя.

Более того, привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности, суды также не оценили доводы ответчика о том, что им были переданы документы общества единственному участнику - АО ОСК «Объединенная Строительная Компания» в лице его конкурсного управляющего, в своем отзыве на иск ФИО2 ссылался на акт приема-передачи документации от 01.09.2020.

Отзыв на иск ФИО2 с приложениями к нему был приобщен к материалам дела судом первой инстанции без указаний на отсутствие каких-либо документов, указанных в приложении к нему (протокол судебного заседания от 07.12.2023, л.д. 114 т. 3).

Однако суд апелляционной инстанции отказал в приобщении к материалам дела копии указанного акта, не приняв во внимание вышеуказанное.

Также суды сославшись на наличие у должника дебиторской задолженности, не исследовали и не установили, какие именно документы не были переданы ответчиками, какова была ликвидность данных требований и могло ли наличие таких документов у управляющего привести к пополнению конкурсной массы и погашению требований кредиторов, на какую сумму.

Между тем, ответчики указывали, что дебиторская задолженность представляла собой стоимость ДДУ, которые впоследствии были признаны недействительными сделками в рамках дела о банкротстве учредителя  - АО «Объединенная Строительная Компания» (дело № А40-245757/15).

Суды не приняли во внимание, что если документация была передана частично, то бывший руководитель может быть привлечен к ответственности в виде убытков в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Суды не учли доводы ФИО2 о том, что в соответствии с трудовой книжкой ФИО2, он занимал должность генерального директора общества в период с 08.06.2020 по 16.09.2020 (том 3, л.д. 66-68), а не с 28.04.2020 по 16.09.2021.

Следует отметить, что генеральный директор не вправе вносить соответствующие сведения в ЕГРЮЛ относительно исполнительного органа общества после его освобождения от занимаемой должности, а первичные документы о приеме ФИО2 на должность генерального директора и его увольнения с занимаемой должности оставить без должной правовой оценки судов.

Фактически суды рассмотрели спор без учета указанных доводов ФИО2 и изложенных им обстоятельств, в подтверждение которых он предоставлял соответствующие письменные доказательства (акт приема-передачи документов № 1 от 01.09.2020, а также документы об его увольнении с должности).

На указанные доводы и документы ФИО2 ссылался в суде апелляционной инстанции, названные письменные доказательства были приложены им к апелляционной жалобе.

В силу положений пункта 29 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом апелляционной инстанции в случае, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, а также если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, не может служить основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции; в то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

Вместе с тем, как обоснованно указывает ответчик, суд апелляционной инстанции, отказав в приобщении дополнительных доказательств, фактически не исследовал обстоятельства того, что данные доказательства были сначала приложены к отзыву в суде первой инстанции, а затем копии  получены им от  конкурсного управляющего АО «Объединенная Строительная Компания» уже после судебного заседания в суде первой инстанции.

Таким образом, судом апелляционной инстанции были нарушены нормы процессуального права при принятии обжалуемого постановления в части приобщения дополнительных доказательств, представленных ответчиком ФИО2

С учетом изложенного, суд округа приходит к выводу об отмене судебных актов, поскольку суды не исследовали фактические обстоятельства по спору, не учли доводы ответчиков.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Судебная коллегия суда кассационнои? инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в обжалуемой части, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных деи?ствии?, установленных для рассмотрения дела в суде первои? инстанции, что невозможно в суде кассационнои? инстанции в силу его полномочии?, спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса России?скои? Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражныи? суд города Москвы. 

При новом рассмотрении спора в отмененной части, суду первои? инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законныи?, обоснованныи? и мотивированныи? судебныи? акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора.

В соответствии с частью 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнение судебного акта приостанавливается на срок до принятия арбитражным судом кассационной инстанции постановления по результатам рассмотрения кассационной жалобы, если судом не установлен иной срок приостановления.

Учитывая, что производство по кассационной жалобе по настоящему делу в суде кассационной инстанции окончено, приостановление исполнения обжалуемого постановления, принятое определением Арбитражного суда Московского округа от 24.07.2024, следует отменить.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2024  по делу № А40-187572/2023 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО4 и ФИО2 по обязательствам ООО «АкадемПалас», в отмененной части направить спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменить приостановление исполнения решение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2024  по делу № А40-187572/2023 введенное определениями Арбитражного суда Московского округа от 24.07.2024 и от 08.08.2024.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

             

Председательствующий-судья                          Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                      Е.А. Зверева

 

                                                                                  Н.Н. Тарасов