АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2669/22 

Екатеринбург

26 мая 2022 г.

Дело № А07-28411/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Новиковой О.Н., Савицкой К.А.

при ведении протокола помощником судьи Сапанцевой Е.Ю. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Урал-Трейд» (далее – общество «Урал-Трейд», кредитор) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.12.2021 по делу № А07-28411/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие:

представитель конкурного управляющего общества «Урал-Трейд» ФИО1 –  ФИО2 (доверенность от 27.09.2021); 

представитель конкурсного управляющего акционерного общества «Миякимолзавод» ФИО3 –  ФИО4 (доверенность от  06.05.2022).

Представленные через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационную жалобу конкурсного управляющего должника приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.05.2021 акционерное общество «Миякимолзавод» (далее – общество «Миякилмолзавод», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении ликвидируемого должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3).

Общество «Урал-Трейд» обратилось в арбитражный суд 21.07.2021 с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженности в размере 61 559 152 руб. 78 коп., в том числе: 59 704 211 руб. 79 коп. долга по договору поручительства от 30.08.2019 №18756/S2, 1 864 940 руб. 99 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.12.2021 заявленные требования признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество «Урал-Трейд» обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты суда первой инстанции от 06.12.2021 и суда апелляционной инстанции от 21.02.2022 отменить, направить обособленный спор на новой рассмотрение в Арбитражный суд Республики Башкортостан. 

Общество «Урал-Трейд» оспаривает выводы судов о том, что требование кредитора является компенсационным финансированием ввиду заключения договора поручительства в момент нахождения должника в состоянии имущественного кризиса; полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии у общества «Миякимолзавод» имущественного кризиса на дату заключения договора поручительства от 30.08.2019 № 18756/S2 и, соответственно, на дату заключения кредитного соглашения с должником от 30.08.2019 № 18756-NNV не соответствует фактическим обстоятельствам дела; в обжалуемых судебных актах отсутствует ссылка на конкретный подпункт пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее  – Закон о банкротстве), на основании которого судами сделан вывод о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса; полагает, что судами не учтено, что банковский кредит не может быть предоставлен юридическому лицу, находящемуся в состоянии имущественного кризиса; кредитное соглашение от 30.08.2019 № 18756-NNV и договор поручительства № 18756/S2 от той же даты являлись сделками, совершенными в обычной деловой практике, и не преследовали цели скрыть неудовлетворительное финансовое состояние должника.

Помимо изложенного, кассатор приводит доводы о том, что выводы судов о наличии у должника кредиторской задолженности в размере 61 848 641 руб. по состоянию на 30.08.2019 не соответствует материалам настоящего дела; полагает, что фактические обстоятельства настоящего спора явно свидетельствую о том, что у должника отсутствовала задолженность перед обществом «Промсвязьбанк» в размере 48 166 457 руб. на дату заключения договора поручительства от 30.08.2019 № 18756/S2 между кредитором и обществом с ограниченной ответственностью «Райфайзенбанк» (далее – общество «Райфайзенбанк», Банк); выводы о том, что соответствующая задолженность имелась уже на дату заключения договора поручительства от 30.08.2019 № 18756/S2, то есть на дату, более раннюю, чем дата заключения самих договоров, не соответствуют обстоятельствам дела. 

Кроме того, кассатор полагает, что судами неправильно применены положения Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), а также нормы Закона о банкротстве; из материалов дела не следует, что при заключении договора поручительства между Банком и обществом «Урал-Трейд» в обеспечение обязательств должника стороны действовали недобросовестно, имели намерение причинить вред имущественным правам иных лиц, в частности, заемщика по кредитному договору и его кредиторам; фактически цель договора поручительства была достигнута – общество «Райфайзенбанк» получило удовлетворение своих требований за счет поручителя, а поручитель исполнил свои обязательства, что является обычной для гражданского оборота практикой. 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующему выводу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, требование общества «Урал-Трейд» основано на факте исполнения им как поручителем обязательств общества «Миякимолзавод», возникших из соглашения от 30.08.2019 № 18756-NNV об условиях и порядке открытия кредитной линии с лимитом задолженности, заключенного между должником и обществом «Райффайзенбанк», и подтверждено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.04.2021 по делу № А07- 24131/2020.

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, признавая требование обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, исходил из того, что требование аффилированного кредитора, предоставившего компенсационное финансирование, не может конкурировать в одной очередности с требованиями независимых кредиторов, при этом суды руководствовались следующим.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований и нарушения в связи с этим прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, должника и его участников, в связи с чем при установлении требований в деле о банкротстве признание должником обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления от должника).

В ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с лицом, заявившем о включении требований в реестр, и заявлении возражений в части наличия и размера долга должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально для искусственного формирования долга с целью контролируемого банкротства либо имевшихся, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Обзором от 29.01.2020 выработаны дополнительные критерии при проверке обоснованности требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 Обзора от 29.01.2020, предоставление контролирующим должника лицом компенсационного финансирования (в условиях имущественного кризиса либо посредством отказа от принятия мер к истребованию долга в условиях имущественного кризиса) влечет отнесение на такое лицо всех, связанных с указанным, рисков, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

В соответствии с правовым подходом, изложенным в пункте 6.1 Обзора от 29.01.2020 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 № 306-эс20-224, компенсационное финансирование может предоставляться подконтрольному обществу путем заключения с независимым кредитором договора о предоставлении поручительства по обязательствам должника, и тогда нахождение должника в состоянии имущественного кризиса следует устанавливать на момент заключения обеспечительных сделок, а не на момент оплаты поручителем задолженности перед независимым кредитором.

Компенсационное финансирование предоставляется контролирующим лицом с целью возвращения подконтрольного общества, находящегося в трудном экономическом положении, к обычной экономической деятельности, тем самым не исполняется предусмотренная законом обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве этого общества, а независимые кредиторы вводятся в заблуждение относительно реального финансового состояния общества. Соответственно риски, связанные с банкротством, относятся на контролирующее лицо, и его суброгационные требования к должнику в целях защиты прав независимых кредиторов подлежат субординации.

Из материалов дела следует, что 30.08.2019 между обществом «Урал-трейд» (поручителем) и обществом «Райффайзенбанк» (кредитор) заключен договор поручительства № 18756/S2 (далее – договор поручительства), согласно которому поручитель несет солидарную ответственность перед обществом «Райфайзенбанк» за своевременное  и надлежащее исполнение обществом «Миякимолзавод» (заемщик) обязательств по возврату денежных средств по соглашению от 30.08.2019 № 18756-NNV об условиях и порядке открытия кредитной линии с лимитом задолженности (далее – соглашение от 30.08.2019 № 18756-NNV) в размере 60 000 000 рублей, с датой погашения 26.02.2021.

Согласно  пункту 1 договора поручительства в случае неисполнения или неполного исполнения заемщиком своего обязательства перед банком отвечает поручитель. Впоследствии, согласно пункту 2.7 договора, к поручителю переходят все права кредитора в том объеме, в котором он их исполнил в качестве поручителя. Также поручитель вправе требовать возмещения иных расходов, понесенных в результате исполнения обязательства.

В связи с ненадлежащим исполнением основного должника обязательств по соглашению от 30.08.2019 № 18756-NNV, общество «Урал-Трейд» 16.01.2020 частично погасило требования банка в сумме 59 704 211 руб. 79 коп., что подтверждается чек-ордером от 16.01.2020 № 81597. 

В связи с неисполнением обществом «Миякимолзавод» обязательств перед обществом «Урал Трейд», последнее 08.10.2020 обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании 59 704 211 руб. 79 коп. долга по договору поручительства от 30.08.2019 № 18756/S2, 1 864 940 руб. 99 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.04.2021 по делу № А07-24131/2020 исковые требования общества «Урал Трейд» удовлетворены в полным объеме. 

В данном случае из материалов дела следует, что обеспечением исполнения кредитного соглашения от 30.08.2019 № 18756-NNV, заключенного с обществом «Райфанзенбанк», являлось, в том числе, поручительство на основании договора поручительства от 30.08.2019 № 18756/S2, заключенного с обществом «Урал-Трейд», в отношении которого судами обеих инстанций установлена заинтересованность по отношению к должнику, обусловленная вхождением в одну группу компаний с должником и обществом «Экопродукт», выпускающих молочную продукцию под товарным знаком «Белое облако», контролируемую ФИО5 и его супругой – ФИО6; данная заинтересованность лицами, участвующими в деле, не оспаривается. 

При этом, как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, на период заключения договоров поручительства приходится возникновение не погашенных до настоящего времени требований обществ «Стройтех», «Райффайзенбанк», «Газпром газораспределение Уфа», «СПК им. Крупской», «ГИП-Электро», «СПК «Октябрь», «Башагротрейд», Федеральной налоговой службы России, а из анализа судебных актов о включении требований кредиторов в реестр следует, что именно с середины 2019 года началось динамичное накопление задолженности обществом «Миякимолзавод».

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ все имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь вышеназванными нормами права, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что контролирующие лица ФИО5 и ФИО6, действуя через общество «Урал-Трейд» выдавая поручительство, по сути, предоставили должнику компенсационное финансирование, поскольку на указанный период времени уже имелись значительные неисполненные обязательства перед иными кредиторами, при этом общество «Урал-Трейд», частично удовлетворив требования Банка, в течение длительного времени (с 17.01.2020 по 06.10.2020) не предпринимало мер по взысканию этой задолженности, а экономическая целесообразность и разумность столь продолжительного бездействия кредитором обоснована не была; исходя из того, что указанные действия не могут рассматриваться иначе как форма компенсационного финансирования, поскольку свидетельствуют о наличии в анализируемый период угрозы невозможности полного удовлетворения требований кредиторов, суды сделали вывод о том, что суброгационные требования заявителя, возникшие в результате частичного исполнения кредитного обязательства за должника перед обществом «Райффайзенбанк» по договору поручительства, подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, осуществляемой в порядке пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве, после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации 

Суды первой и апелляционной инстанций правильно установили фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, дали им надлежащую правовую оценку, верно применили нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы кредитора об отсутствии оснований для понижения очередности подлежат отклонению, как противоречащие фактическим обстоятельствам дела и основанные на ошибочном толковании норм права и соответствующих разъяснений.

Выдача обеспечения контролирующими лицами в пользу подконтрольного общества является по существу (с экономической точки зрения) кредитованием такого общества. В связи с этим на обеспечение исполнения обязательств следует в полной мере распространять правила о субординации и распределять на них риски.

Обзором от 29.01.2020 сформулировано правило о том, что при рассмотрении споров о включении требований поручителя важным критерием понижения очередности является заключение аффилированным лицом договора поручительства в состоянии имущественного кризиса подконтрольного ему должника, когда контролирующее лицо, по сути, предоставило должнику компенсационное финансирование, а значит, суброгационные требования поручителя не могут конкурировать с требованиями других кредиторов и подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (пункт 6.1).

Основанием для признания за такого рода обязательствами природы компенсационного финансирования является отсутствие реального экономического обоснования совершения таких сделок в предпринимательской деятельности, кроме как содействия должнику в преодолении имущественного кризиса. Причиной субординации требований аффилированных лиц является совершение ими действий по сокрытию реального имущественного положения должника, в результате которых внешне независимые кредиторы не могут располагать информацией о наличии имущественного кризиса должника, а значит, не обладают объективными данными для оценки обоснованности вступления в правоотношения с должником.

В рамках настоящего обособленного спора суды первой и апелляционной инстанции исходили из того, что с учетом анализа сложившихся ранее отношений, а также длящегося периода невзыскания обществом «Урал-Трейд» задолженности с должника (с 17.01.2020 по 06.10.2020), при отсутствия экономической мотивации такого длительного непринятия мер по компенсации кредитором вложенного, при понимании неудовлетворительного финансового состояния должника – заключение договора поручительства было обусловлено использованием обществом «Урал-Трейд» преимуществ своего положения для сокрытия в отношении одного из обществ, входящих в одну группу компаний, – общества «Миякимолзавод» его действительного финансового состояния; в свою очередь, кредитором данные выводы судов не опровергнуты.

Довод кассационной жалобы об ошибочности выводов судов о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса на момент заключения договора, мотивированный отсутствием в указанный период задолженности перед обществом «Промсвязьбанк», судом округа отклоняется; судами было установлено наличие неисполненных обязательств и перед иными кредиторами, что в совокупности с анализом структуры активов и пассивов должника, выводами о неподтвержденности данных бухгалтерского баланса о значительном размере активов, которые в ходе инвентаризации управляющим обнаружены не были, бездействием кредитора по взысканию выплаченных Банку средств с должника, обусловленное пониманием того, что изъятие средств повлечет усугубление негативной финансовой динамики, что применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора и послужило для судов достаточным основанием для вывода о наличии условий субординации требования кредитора.

При этом не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Таким образом, при принятии обжалуемых судебных актов суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств, доказанности материалами дела наличия оснований для признания требований общества «Урал-Трейд» в размере 61 569 152 руб. 78 коп. обоснованными и понижения их очередности, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для иной оценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.12.2021 по делу № А07-28411/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Урал-Трейд» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийЮ.В. Кудинова 

СудьиО.Н. Новикова 

                                             К.А. Савицкая