ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-25008/2019

г. Самара

22 декабря 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2020 года.

                        Постановление в полном объеме изготовлено 22 декабря 2020 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О.,

судей Александрова А.И., Садило Г.М.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от конкурсного управляющего - ФИО2, лично, паспорт,

от ФИО3 - представитель ФИО4, по доверенности от 27.08.2020, удостоверение адвоката (№1965 от 19.12.2012, р.г. 16/1829),

от иных лиц - не явились, извещены.

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №1 

апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.09.2020 о замене первоначального кредитора ООО «ЮК Регистр»  на ФИО3 и об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов должника 

по делу №А65-25008/2019 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «СТРОЙКОММАШ», (ИНН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 сентября 2019 года заявление Федеральной налоговой службы России, г.Москва, о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Стройкоммаш», Республика Татарстан, г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано обоснованным и в отношении АО «Стройкоммаш», Республика Татарстан, г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО2.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №177 от 28.09.2019 (сообщение №12010195140), в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве - 23.09.2019 №4191941.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.06.2020 АО «Стройкоммаш», Республика Татарстан, г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО2.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 25.10.2019 (вх.№65147) поступило требование ООО «Юк Регистр» (ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов должника суммы задолженности в размере 32 982 144,7 рублей.

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о процессуальном правопреемстве кредитора ООО «Юк Регистр», в связи заключением договора уступки прав требования по данному обособленному спору, просил включить в реестр, уступленные цессионарию права, с учетом принятых судом первой инстанции уточнений в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в размере 22 564 665, 11 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.09.2020 произведена замена первоначального кредитора ООО «Юк Регистр» на ФИО3. В удовлетворении заявления ФИО3 во включении в реестр требований кредиторов АО «СТРОЙКОММАШ» отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.09.2020, удовлетворить заявленное требование.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.11.2020 апелляционная жалоба принята к производству.

В судебном заседании представитель ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал, просил определение суда первой инстанции отменить, мотивируя тем, что договор уступки является реальной сделкой, возмездной, при этом аффилированность руководителей не должна препятствовать включению в реестр требований кредиторов.

И.о. конкурсного управляющего ФИО2 в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, по основаниям указанным в письменных пояснениях, приобщенных в материалы дела, в порядке ст. 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.09.2020, в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры, применяемой в деле о банкротстве и следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

При этом в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35).

По смыслу названных норм, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных к должнику требований и выясняет наличие оснований для их включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником, ее размера.

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

В обоснование заявленных требований кредитор ссылается на наличие следующих обстоятельств. Соглашение об уступке прав требований (цессии) от 02.10.2019, из которого следует, что АО «ИТС инжиниринг» (ИНН 

<

***>) (цедент) уступило ООО «Юк Регистр» (цессионарий) права требования по договору подряда №53/ИНЖ от 23.07.2017 на сумму 32 982 144,7 рублей. При этом заявитель ссылается на наличие договора по выполнению работ №53/ИНЖ от 23.07.2017, заключенным между АО «ИТС инжиниринг» (заказчик) и АО «Стройкоммаш» (подрядчик). 

По условиям данного договора подрядчик обязался за плату изготовить и поставить в адрес заказчика металлоконструкции. 

Обязательства в размере 32 982 144,7 руб. по указанному договору были уступлены по вышеуказанному договору цессии. 

По условиям договора уступки прав от 02.10.2019 ООО «Юк регистр» принял обязательства по оплате получаемых прав требований. 

Также представлен договор на оказание услуг от 02.10.2019, по которому ООО «Юк регистр» приняло на себя обязательства по осуществлению юридического обслуживания АО «ИТС инжиниринг». 

Раскрывая экономическую целесообразность заключения договора №53/ИНЖ от 23.07.2017 кредитор ссылается на утверждение целевой программы «Чистая вода» (постановление Кабинета Министров Республики Татарстан от 26 апреля 2012 года № 324 «Об утверждении долгосрочной целевой программы "Улучшение обеспеченности населения Республики Татарстан услугами водоснабжения и водоотведения на период 2012-2015 годов и на перспективу до 2020 года», которая предусматривала бюджетное финансирование водонапорных башен до 2020 года (Постановлением КМ РТ от 30 апреля 2014 года № 289 Программа продлена до 2022 года). 

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, и удовлетворяя заявление о замене первоначального кредитора на ФИО3,  суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Судом установлено, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ от 23.09.2019 генеральным директором АО «СТРОЙКОММАШ» является ФИО5. 

Согласно Выписке из ЕГРН от 08.11.2019 генеральным директором АО «ИТС Инжиниринг» с 22.08.2016 является ФИО5. 

ООО «Юк регистр» было создано 04.09.2019. 

Из анализа указанных обстоятельств по делу следует, что при наличии признаков аффилированности суд первой инстанции обоснованно указал, на наличие корпоративных отношений  существующих между АО «ИТС-Инжиниринг» и АО «Стройкоммаш».

В силу положений абзаца 3,4,5,6 ст.4 Закон РСФСР от 22.03.1991 №948-1 (ред. от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», «аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность; аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Под группой лиц согласно ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ (ред. от 18.07.2019) «О защите конкуренции», понимается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: 

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства); 

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо.

Следовательно, ФИО5, АО «Стройкоммаш» и АО «ИТС инжиниринг» входят в одну группу лиц. ФИО5 в соответствии с положениями ст.69 Закона об акционерных обществах имел право давать обязательные указания, как для должника, так и для АО «ИТС Инжиниринг». 

Пунктом 10.1 устава должника предусмотрено, что руководством текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества - генеральным директором. 

Следовательно, что в случае оплаты реализованных товаров и услуг со стороны АО «ИТС Инжиниринг» в адрес АО «Стройкоммаш», последнее оплачивало расходы самостоятельно.

Применительно к п.1 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве. Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не ограничивается проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. При этом суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований кредиторов в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд осуществляет проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора или иного основания, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). В этом случае бремя доказывания обратного возлагается на ответчика. 

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 №7204/12 по делу №А70-5326/2011.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его Генеральный директор как единоличный исполнительный орган (статья 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Согласно сложившейся судебной практике, нашедшей отражение, в частности, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу №А53-885/2014, понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени «единого хозяйствующего субъекта» (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование всеми членами группы одного товарного знака и т.д.). 

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально- юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556(1) по делу №А32-19056/2014). При этом если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 №301ЭС17-4784, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в определении Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в определении от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6), при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Установленные при исследовании материалов дела и отраженные в настоящем определении факты могут свидетельствовать о подаче кредитором заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, получения контроля над ходом процедуры банкротства должника и распределением конкурсной массы (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом установление злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)») (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу №А12-45751/2015).

При разрешении данного конкретного спора, установив недобросовестное и неразумное поведение участников правоотношений в предшествующий банкротству период, не отвечающее интересам должника и его кредиторов, заключающееся в совершении сделок, разумная экономическая целесообразность которых не раскрыта, а также установив создание в результате оспаривания сделок искусственной задолженности должника перед первоначальным кредитором в лице АО «ИТС инжиниринг», суд первой инстанции правомерно установил отсутствие оснований для включения требования в реестр требований кредиторов должника.

Так, материалами дела подтверждается, что заявленные требования основаны на документах по исполнению АО «ИТС-Инжиниринг» за АО «Стройкоммаш» обязательств перед третьими лицами, в том числе перед налоговым органом и поставщиками.

При этом, произведение оплаты за третье лицо в ходе осуществления хозяйственной деятельности в течение трех лет с накопительным эффектом, без предъявления требований о возврате на протяжении всего срока действия договора, непосредственно до процедуры банкротства, квалифицируются, применительно к ст. 170 ГК РФ. 

Кроме того, судом первой инстанции дана оценка обстоятельствам, в частности соотношению срока, в течение которого накапливалась задолженность между аффилированными лицами, и датой уступки права требования (02.10.2019) в адрес ООО «Юк регистр», а также датой создания данного общества (04.09.2019). 

В материалы дела заявителем, а равно как и первоначальным кредитором АО «ИТС-Инжиниринг» не представлено доказательств принятия мер по взысканию задолженности по договору №53/ИНЖ от 23.07.2017.

ООО «Юк регистр» был зарегистрирован в ЕГРЮЛ 04.09.2019, а уступка права требования состоялась 02.10.2019. 

По условиям договора уступки прав от 02.10.2019, ООО «Юк регистр» принял обязательства по оплате получаемых прав требований. 

В числе прочего представлен договор на оказание услуг от 02.10.2019, по которому ООО «Юк регистр» приняло на себя обязательства по осуществлению юридического обслуживания АО «ИТС инжиниринг». 

Также представлено соглашение об определении стоимости к договору об уступке от 02.10.2019, по которому стоимость уступаемого требования определена как оплата за оказанные юридические услуги по вышеуказанному договору. 

Следовательно, уступка прав требований по первоначальному требованию на общую сумму 32 982 144,7 рублей (с учетом уточнения 22 564 665,11 рублей) оценена в стоимость оказания юридических услуг менее чем за один месяц.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно применил к правоотношениям, вытекающим из договора №53/ИНЖ от 23.07.2017 и соглашению об уступке права требования от 02.10.2019, положения ст. 170 ГК РФ, а также отвечающие признакам экономической целесообразности.

По условиям договора цессии от 02.10.2019 ООО «Юк Регистр» получило все документы, подтверждающие возникновение права требования, в том числе все приложения и дополнения к договору №53/ИНЖ от 23.07.2017 и не вправе ссылаться на то обстоятельство, что ему было не известно о факте выполнения обязательств со стороны должника по данному договору. Цедент должен был передать цессионарию, в том числе, и акты выполненных работ по данному договору. 

Факт отражения выполненных работ в книге продаж свидетельствует об их фактической сдаче АО «ИТС «Инжиниринг», поскольку в свою очередь такая проводка должна быть отражена в книге покупок АО «ИТС Инжиниринг». 

При условии оплаты реализованных товаров и услуг АО «Стройкоммаш» могло самостоятельно осуществлять, перечисленные в требовании о включении в реестр платежи, осуществление таких платежей аффилированным лицом преследовало цель искусственного создание кредиторской задолженности с целью последующего контроля над реестром. 

То обстоятельство, что между должником и первоначальным кредитором в лице ООО «ИТС-Инжиниринг» фактически отсутствовали денежные отношения свидетельствуют о порочности воли сторон при совершении сделок.

Таким образом, указанные в заявлении платежи о включении в реестр требований кредиторов носят компенсаторный характер, и совершены они были в условиях имущественного кризиса АО «Стройкоммаш» (общество самостоятельно не осуществляло платежей и не обладало денежными средствами).

При рассмотрении настоящего обособленного спора судом первой инстанции правомерно принято во внимание, то, что кредитором на протяжении длительного времени не предпринимались какие-либо попытки, связанные с взысканием данной задолженности, а также то, что спорные договора заключены на условиях отсутствия какой-либо предоплаты, без какого-либо обеспечения, что в свою очередь свидетельствует о согласованных действиях кредитора и должника.

Изложенное свидетельствует о попытке создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве, о подаче кредитором заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах кредитора и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ).

Давая оценку заявленным требованиям в части замены ФИО3 в обязательстве, в связи имеющимся договором уступки права требования, судом установлено следующее.

В материалы дела представлен договор уступки права требования между ООО «Юк регистр» (цедент) и ФИО3, также в материалы дела представлены доказательства исполнения обязательств по оплате данного требования.

В соответствии со статьей 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Замена выбывшей стороны ее правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Суд первой инстанции, оценив фактические обстоятельства дела, обоснованно установил, что задолженность ООО «Юк регистр» в пользу ФИО3 была уступлена формально не аффилированному с должником и лицу.

Проанализировав содержание договора №1\1 уступки требования (цессии) и переводя обязанностей от 23.06.2020, суд первой инстанции приходит к выводу, что право требования с Общества перешло к ФИО3

Принимая во внимание, что факт выбытия ООО «Юк регистр» в спорном материальном правоотношении документально подтвержден, данное обстоятельство в силу статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признано судом первой инстанции основанием для осуществления процессуального правопреемства ООО «Юк регистр» на ФИО3

Судебная коллегия полагает необходимым указать на то, что заявленное требование ФИО3 не может быть квалифицировано судом в качестве денежного требования конкурсного кредитора, поскольку по своему характеру оно является корпоративным обязательством, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов АО «Стройкоммаш» обоснованным.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.09.2020 по делу №А65-25008/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Г.О. Попова

Судьи                       А.И. Александров

                                                                                                                      Г.М. Садило