АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-633/17 

Екатеринбург 

04 июня 2018 г. Дело № А60-10951/2016  Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2018 г.  

Постановление изготовлено в полном объеме 04 июня 2018 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе:  председательствующего Артемьевой Н.А.  

судей Шершон Н.В., Шавейниковой О.Э. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного  акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) на определение  Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2017 по делу  

 № А60-10951/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 12.03.2018 по тому же делу по заявлению Сбербанка о  разрешении разногласий с конкурсным управляющим Шабуниной Екатериной  Ярославной по вопросу распределения денежных средств, полученных от  реализации буровой установки, рассмотренному в рамках дела о признании  общества с ограниченной ответственностью «Буланашский  машиностроительный завод» (далее – общество «БМЗ», должник)  несостоятельным (банкротом).   

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на  сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании приняли участие: конкурсный управляющий должника Шабунина Е.Я. (паспорт); представитель Сбербанка – Шелухина Н.С. (генеральная доверенность от 26.10.2015 № 5-ДГ, доверенность в порядке передоверия от 14.10.2016  № 5-ДГ/518); 

представитель акционерного общества «ЮниКредит Банк» (далее –  общество «ЮниКредит Банк») - Абрамов Т.А. (доверенность от 13.03.2018  

 № 3056/640). 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.11.2016  общество «БМЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него  открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника  утверждена Шабунина Е.Я.  

Сбербанк, являющийся залоговым кредитором, 08.11.2017 обратился в  Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о разрешении  разногласий с конкурсным управляющим Шабуниной Е.Я. по вопросу  распределения денежных средств, полученных от открытого акционерного  общества «Сургутнефтегаз» (далее - общество «Сургутнефтегаз») по договору  от 11.10.2017 № 3127-У купли-продажи буровой установки УБК-250 МК-Ч,  заводской номер 7.  

Определением суда от 26.12.2017 (судья Сушкова С.А.) в удовлетворении  заявления кредитора отказано.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 

от 12.03.2018 (судьи Нилогова Т.С., Данилова И.П., Мартемьянов В.И.)  определение суда оставлено без изменения.  

В кассационной жалобе Сбербанк просит определение суда первой  инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить,  ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права.  Сбербанк считает, что с учетом норм п. 2 ст. 345 Гражданского кодекса  Российской Федерации, с учетом того, что находящиеся у него в залоге товары  в обороте (комплектующие для бурового оборудования) были использованы  должником в ходе производственной деятельности при создании буровой  установки, у Сбербанка возникло право залога на данную установку как на  товар, полученный в результате переработки заложенного имущества, в  результате чего, 80% денежных средств, вырученных от продажи буровой  установки, отчуждение которой произведено после признания должника  банкротом, подлежат направлению Сбербанку в счет погашения его залоговых  требований. По мнению Сбербанка, в данной ситуации правила п. 2 ст. 357  Гражданского кодекса Российской Федерации не применимы, поскольку в  результате переработки товаров в обороте созданная вещь не приобретает  статуса товара в обороте. Сбербанк ссылается на то, что окончательная  стоимость заложенного имущества для целей проведения расчетов с  кредиторами формируется в момент его реализации, указывает на то, что даже  при получении 80% от денежных средств, вырученных от продажи буровой  установки (394 346 964 руб. 56 коп.), размер непогашенных требований  Сбербанка составит более 110 млн. руб., а реализация товаров в обороте,  находящихся в залоге у Сбербанка, не приведет к полному погашению его  требований, поскольку, как следует из статистических данных, при проведении  торгов цена значительно снижается; считает, что выводы суда апелляционной  инстанции об использовании при создании буровой установки комплектующих  деталей общества «Сургутнефтегаз» не подтверждены документально,  конкурсным управляющим не представлен перечень имущества должника,  использовавшегося в переработке и не находящегося в залоге у Сбербанка.  Сбербанк указывает на то, что имеет право на получение денежных средств,  вырученных от реализации буровой установки, и как незалоговый кредитор  наравне с иными кредиторами третьей очереди.  

В отзывах на кассационную жалобу общество «ЮниКредит Банк» и  конкурсный управляющий Шабунина Е.Я. просят судебные акты оставить без  

изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считают выводы судов  правильными.  

Как следует из материалов дела, определением суда от 28.06.2016 в  третью очередь реестра требований кредиторов должника включены  требования Сбербанка в размере 514 570 962 руб. 68 коп., в том числе  

205 161 910 руб. 77 коп. ссудной задолженности. 

Определением суда от 26.02.2017 требование Сбербанка в размере  

205 161 910 руб. 77 коп. признано обеспеченным залогом имущества должника  по договору залога от 29.04.2014 № 71126/1 (товары в обороте: кабельно- проводниковая продукция, металлопрокат, комплектующие для бурового,  нефтегазового, котельного оборудования).  

Определением суда от 10.04.2017 в третью очередь реестра требований  кредиторов должника включены требования Сбербанка в общей сумме  

586 518 968 руб. 99 коп. основного долга, при этом требование в сумме  

300 000 000 руб. включено в реестр как обеспеченное залогом имущества  должника по договорам залога от 14.10.2015 № 71195/1, от 14.10.2015  

 № 71195/2 (товары в обороте: кабельно-проводниковая продукция,  металлопрокат, комплектующие для бурового, нефтегазового, котельного  оборудования).  

Всего в реестр требований кредиторов должника включена  задолженность Сбербанка в размере 1 101 089 970 руб. 58 коп., в том числе  задолженность в размере 505 161 910 руб. 77 коп. как обеспеченная залогом  имущества должника (товаром в обороте).  

В ходе конкурсного производства должником изготовлена продукция  собственного производства - буровая установка УБК-250 МК-Ч, заводской  номер 7.  

На собрании кредиторов от 28.04.2017 принято решение об одобрении  договора купли-продажи готовой продукции должника (буровой установки  УБК-250 МК-Ч, заводской номер 7) по цене не ниже 448 140 000 руб., включая  обязательные платежи, сборы, налоги и пошлины.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.07.2017  по настоящему делу в удовлетворении заявления публичного акционерного  общества «Банк ВТБ» о признании недействительным решения собрания  кредиторов должника от 28.04.2017 отказано. Судом установлено, что буровая  установка УБК-250 МК-Ч, заводской номер 7, может быть реализована  конкурсным управляющим должника как готовая продукция без проведения  торгов.  

Конкурсный управляющий Шабунина Е.Я. заключила прямой договор  купли-продажи буровой установки от 11.10.2017 № 3127-У с обществом  «Сургутнефтегаз», по условиям которого стоимость буровой установки  определена в размере 379 779 661 руб. (без налога на добавленную стоимость).  

Платежным поручением от 26.10.2017 № 68022 общество  «Сургутнефтегаз» перечислило на расчетный счет должника стоимость буровой  установки - 379 779 661 руб.  

Сбербанк, указав на статус залогового кредитора, направил конкурсному  управляющему требование о перечислении денежных средств в пользу  Сбербанка. Данное требование конкурсным управляющим не исполнено.  

Ссылаясь на то, что реализованная на основании договора купли-продажи  от 11.10.2017 № 3127-У буровая установка изготовлена из комплектующих для  бурового оборудования, находящихся в залоге у Сбербанка, и в силу ст. 345  Гражданского кодекса Российской Федерации считается также находящейся в  залоге у Сбербанка, в связи с чем он имеет право на получение 80% из средств,  вырученных от реализации буровой установки как предмета залога, Сбербанк  обратился в арбитражный суд с заявлением о разрешении возникших между  ним и конкурсным управляющим разногласий в порядке ст. 60 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закон о банкротстве) относительно порядка распределения денежных средств.  

Согласно п. 10 ст. 16 Закона о банкротстве разногласия, возникающие  между конкурсными кредиторами, уполномоченными органами и арбитражным  управляющим, о составе, о размере и об очередности удовлетворения  требований кредиторов по денежным обязательствам или об уплате  обязательных платежей, рассматриваются арбитражным судом в порядке,  предусмотренном Законом о банкротстве.  

В силу ст. 138 Закона о банкротстве в случае, если залогом имущества  должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному  договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят  процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по  кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не  более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом  обязательству и причитающихся процентов.  

В п. 1 ст. 357 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,  что залогом товаров в обороте признается залог товаров с оставлением их у  залогодателя и с предоставлением залогодателю права изменять состав и  натуральную форму заложенного имущества (товарных запасов, сырья,  материалов, полуфабрикатов, готовой продукции и т.п.) при условии, что их  общая стоимость не становится меньше указанной в договоре залога. Предмет  залога по договору залога товаров в обороте может быть определен  посредством указания родовых признаков соответствующих товаров и мест их  нахождения в определенных зданиях, помещениях или на земельных участках.  

Товары в обороте, отчужденные залогодателем, перестают быть  предметом залога с момента их перехода в собственность, хозяйственное  ведение или оперативное управление приобретателя, а приобретенные  залогодателем товары, которые указаны в договоре залога товаров в обороте,  становятся предметом залога с момента возникновения у залогодателя на них  права собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления  

(п. 2 ст. 357 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Из системного толкования положений ст. 357 Гражданского кодекса  Российской Федерации следует особенность такого вида залога как залог  товаров в обороте, которая заключается в способности нахождения предметов  

залога в свободном обращении (без согласия залогодержателя) при условии их  замещения иными товарами, общая стоимость которых должна быть не меньше  залоговой стоимости, указанной в договоре. Смысл залога товаров в обороте  заключается в том, что его предмет находится в постоянном изменении, а  стороны продолжают действовать в рамках одного и того же договора залога.  

В подп. 1 п. 2 ст. 345 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что независимо от согласия на это залогодателя или  залогодержателя считается находящимся в залоге новое имущество, которое  принадлежит залогодателю и создано либо возникло в результате переработки  или иного изменения заложенного имущества.  

Судами отмечено, что должник является производителем нескольких  видов бурового оборудования (различные модификации буровых установок,  буровых насосов, насосных станций и т.д.), производит роторы, буровые  лебедки, вертлюги, крюкоблоки, устройства для перемещения превенторов и  др.; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  

от 14.08.2017 по настоящему делу установлено, что спорная буровая установка  УБК-250 МК-Ч состоит в том числе из комплектующих общества  «Сургутнефтегаз»; из промежуточных итогов инвентаризации имущества  должника следует, что у должника в наличии имеются товарно-материальные  ценности, предназначавшиеся для использования в производственной  деятельности, общей балансовой стоимостью более 800 млн. руб., что  превышает минимальный порог по договорам залога товаров в обороте со  Сбербанком.  

Доводы Сбербанка о трансформировании залога товаров в обороте в  залог индивидуально-определенной вещи суды признали необоснованными, не  соответствующими нормам материального права.  

Согласно п. 5 ст. 345 Гражданского кодекса Российской Федерации в  случаях, указанных в п. 2 данной статьи, имущество, которое заменяет предмет  залога, в том числе право (требование), считается находящимся в залоге вместо  прежнего предмета залога с момента возникновения на него прав залогодателя  или с момента возникновения права.  

Условия договора залога, а также иных соглашений, заключенных  сторонами в отношении прежнего предмета залога, применяются к правам и  обязанностям сторон в отношении нового предмета залога в той мере, в какой  они не противоречат существу (свойствам) этого предмета залога.  

Поскольку изменение предмета залога по правилам п. 2 ст. 345  Гражданского кодекса Российской Федерации происходит в силу  законодательного предписания, независимо от воли сторон договора залога, то  изменение заложенного имущества не должно влечь изменение условий  договора.  

Суды обоснованно исходили из того, что в договорах залога предмет  залога определен родовыми признаками и обозначен как кабельно- проводниковая продукция, металлопрокат, комплектующие для бурового,  нефтегазового, котельного оборудования, следовательно, указание в договорах  залога на родовые признаки товаров позволяет залогодержателю получить  

удовлетворение своих требований за счет аналогичных товаров такого же рода;  оснований считать, что у Сбербанка возникло право залога на индивидуально- определенную вещь - буровую установку УБК-250 МК-Ч заводской номер 7 -  не имеется.  

То обстоятельство, что часть товарно-материальных ценностей  (комплектующие для бурового оборудования) была использована должником в  своей производственной деятельности при изготовлении буровой установки,  как продукции собственного производства, само по себе не является  основанием для применения п. 2 ст. 345 Гражданского кодекса Российской  Федерации и признания за Сбербанком прав залогодержателя в отношении  нового имущества.  

Сбербанк как был, так остается залогодержателем товаров в обороте,  родовые признаки которых перечислены в приложениях № 1 к договорам  залогам. Вопросы о замещении товаров в обороте подлежат разрешению между  залоговым кредитором и конкурсным управляющим в порядке ст. 357  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Вопреки доводам кассационной жалобы выводы судов являются  верными, основаны на правильном применении норм материального права,  соответствуют материалам дела.  

Приведенные в кассационной жалобе доводы о том, что реализация  товаров в обороте, находящихся в залоге у Сбербанка, не приведет к полному  погашению его требований, о том, что конкурсным управляющим не  представлен перечень имущества должника, использовавшегося в переработке  и не находящегося в залоге у Сбербанка, отклоняются как не имеющие  правового значения для настоящего спора.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  в силу ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции, не  установлено.  

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной  жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда  апелляционной инстанции отмене не подлежат.  

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 26.12.2017 по делу   № А60-10951/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 12.03.2018 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк  

России» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  

месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий Н.А. Артемьева 

Судьи Н.В. Шершон 

 О.Э. Шавейникова