831/2023-10602(4) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-36928/2021

г. Краснодар

04 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2023 года. Постановление изготовлено в полном объеме 4 апреля 2023 года. 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Малыхиной М.Н., судей Бабаевой О.В. и Трифоновой Л.А., рассмотрев в судебном  заседании при участии от истца – индивидуального предпринимателя главы крестьянского  (фермерского) хозяйства ФИО1 (ИНН 

<

***>,  ОГРНИП 317237500397308) – Дик Н.А. (доверенность от 08.04.2021), от ответчиков –  общества с ограниченной ответственностью «Ростовская Мельница» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 19.10.2022), общества с ограниченной  ответственностью «Южный Зерновой Терминал» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) – ФИО2 (доверенность от 01.11.2022), в отсутствие ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Мельница» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>), извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе  путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда  в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную  жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение  Арбитражного суда Ростовской области от 09.09.2022 и постановление Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 19.11.2022 по делу № А53-36928/2021, установил  следующее.  

ИП глава КФХ ФИО1 (далее – предприниматель) обратился в арбитражный  суд с иском к ООО «Ростовская Мельница» (далее – общество), ООО «Мельница»  (далее – компания), ООО «Южный Зерновой Терминал» (далее – терминал) о взыскании  солидарно 12 681 687 рублей 36 копеек в счет уплаты долга по договору о переводе долга  от 15.01.2020, 2 108 064 рубля 68 копеек процентов за пользование чужими денежными  средствами с последующим их начислением на сумму долга со следующего дня  по окончании действия моратория, введенного постановлением Правительства  

Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел  о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497),  до момента фактического исполнения основного обязательства, если основное  обязательство не будет исполнено до окончания действия моратория; с терминала  1 426 689 рублей 83 копеек неустойки по договору поручительства от 15.01.2020   № 15/01-2020-1 с последующим начислением на сумму долга со следующего дня  по окончании действия моратория, введенного Постановлением № 497, до момента  фактического исполнения основного обязательства, если основное обязательство не будет  исполнено до окончания действия моратория; с ответчиков 1 221 306 рублей 90 копеек  процентов за пользование чужими денежными средствами по договорам поставки  от 11.12.2018 № М/13122018-1, от 07.12.2018 № М/07122018-1, от 14.12.2018   № М-141218/1 (уточненные требования).  

Определением от 06.06.2022 настоящее дело объединено с делом № А53-11715/22,  возбужденным по иску терминала к предпринимателю о признании договора  поручительства от 15.01.2020 № 15/01-2020-1 недействительным и применении  последствий недействительности сделки.  

Решением от 09.09.2022, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 19.11.2022, в удовлетворении первоначального и встречного  исков отказано. Суды исходили из отсутствия у предпринимателя денежного требования  к ответчикам с учетом согласования способа погашения долга путем оказания услуг  и сохранения у кредитора права требовать оказания соответствующих услуг от нового  должника. Во встречном иске отказано за пропуском исковой давности.  

Предприниматель обжаловал указанные судебные акты в порядке главы 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В кассационной жалобе заявитель просит отменить решение и постановление  и удовлетворить требования первоначального иска.  

Предприниматель не согласен с выводом судов о том, что стороны согласовали  особый порядок погашения долга – путем оказания услуг новым должником кредитору,  а не путем исполнения денежного обязательства. По мнению заявителя, судами сделаны  выводы, не соответствующие обстоятельствам дела. Так, пунктом 4.2 договора о переводе  долга установлена денежная форма погашения долга, иное сторонами не согласовано.  Оказание услуг по переработке, фасовке и хранению пшеницы, создавало денежное  обязательство предпринимателя, которое прекращалось зачетом встречных требований в  объеме оказанных услуг. При этом, такой зачет представлял собой один из вариантов  выплаты долга, но не обязанность истца получить полное удовлетворение требований  

только путем оплаты услуг. Выводы о том, что срок исполнения обязательства договором  не установлен, противоречат представленным доказательствам. Срок действия договоров  на переработку, фасовку и хранение истек 31.12.2021. Решение судов понуждает  предпринимателя к заключение договоров на новый срок в нарушение принципа свободы  договора. По правилам статей 717, 782, 904 Гражданского кодекса Российской Федерации  и согласно пункту 4.1 дополнительного соглашения от 15.01.2020 к договору о переводе  долга заявитель вправе отказаться от исполнения дополнительного соглашения.  Предпринимателем данное право реализовано, в силу чего он правомерно требует  взыскания с ответчиков денежных средств в качестве неосвоенной суммы аванса. Суд  первой инстанции нарушил нормы процессуального права, поскольку по выходу  из совещательной комнаты объявил о возобновлении исследования доказательств  и о перерыве в судебном заседании, однако нормами Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации не предусмотрена такая возможность после объявления  о завершении исследования доказательств и удаления суда в совещательную комнату.  

В отзыве на кассационную жалобу общество отклонило доводы жалобы. 

Определением суда округа от 02.03.2023 судебное разбирательство откладывалось  в соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

До судебного заседания от сторон поступили дополнительные письменные  пояснения. Стороны пояснили, что не полагают заключение дополнительного соглашения  новацией долга, по мнению истца, согласован альтернативный способ погашения долга,  по мнению ответчиков, согласовано прекращение обязательства отступным.  

Определением от 24.03.2023 произведена замена судьи Алексеева Р.А. на судью  Трифонову Л.А. (часть 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал доводы жалобы.  

Представитель общества и терминала возражал против удовлетворения жалобы,  ссылался на соответствие сделанных судами выводов закону и имеющимся в деле  доказательствам.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав  участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит  к следующим выводам.  

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и подтверждается  материалами дела, компания (должник) и предприниматель (кредитор) заключили  соглашение от 13.09.2019 № 13/09.2019, которым констатировали, что предпринимателем  

приобретены по договорам цессии права требования к компании, возникшие из договоров  поставки от 11.12.2018 № М/13122018-1, от 07.12.2018 № М/07122018-1, от 14.12.2018   № М-141218/1 и не погашенные по состоянию на дату заключения соглашения на сумму  15 036 285 рублей 95 копеек (пункты 1.1.1 – 1.1.5 соглашения).  

В соответствии с пунктом 1.2 данное соглашение заключено в целях определения  условий и порядка погашения таких обязательств должника перед кредитором способом,  определенным пунктом 1.1.6 – путем оказания должником кредитору либо названному  кредитором лицу (согласно пункту 2.5 – ООО «Алиса») услуг по переработке, фасовке  и хранению давальческого сырья (пшеницы) с зачетом стоимости таких услуг (кроме  фактической себестоимости) в счет погашения обязательств должника, указанных  в пунктах 1.1.1 – 1.1.5 соглашения.  

Пунктом 2.7 предусматривалось заключение отдельного договора на оказание  каждого вида услуг.  

Во исполнение соглашения заключено 6 договоров (по 3 с предпринимателем  и с ООО «Алиса») от 13.09.2019.  

15 января 2020 года компания (первоначальный должник), общество (новый  должник) и предприниматель (кредитор) заключили договор о переводе долга,  по условиям пункта 1.1 которого обществом приняты обязательства по уплате кредитору  долга компании по Соглашению от 13.09.2019 № 13/09.2019 в размере 14 092 390 рублей  36 копеек (с учетом уменьшения обязательства за время исполнения договоров  от 13.09.2019). За перевод долга компания оплачивает обществу сумму, равную номиналу  долга до 31.12.2020 (пункт 1.2).  

В силу положений пунктов 4.1 и 4.2 договора новый должник обязан выплатить  сумму принятого долга кредитору согласно дополнительному соглашению к договору,  выплата по которому осуществляется путем перечисления денежных средств  на расчетный счет кредитора, либо путем внесения наличных денежных средств в кассу  кредитора, либо путем взаимозачета, либо иным путем, согласованным в дополнительном  соглашении кредитора и нового должника, прилагаемом к договору.  

Такое дополнительное соглашение заключено предпринимателем и обществом  в тот же день – 15.01.2020 и его условия аналогичны условиям соглашения от 13.09.2019.  Так, в силу пункта 1.2 данного соглашения исполнение обязательств осуществляется  новым должником путем оказания кредитору или указанному им лицу (согласно пункту  2.5 – ООО «Алиса») комплекса услуг по переработке, фасовке и хранению давальческого  сырья (пшеницы) с зачетом причитающегося за оказание таких услуг вознаграждения  (не учитывающего фактическую себестоимость услуг) в счет погашения долга.  

Пунктом 2.7 предусматривалось заключение отдельного договора на оказание  каждого вида услуг и такие договоры заключены обществом и предпринимателем  (3 договора от 15.01.2020), обществом и ООО «Алиса» (3 договора от 15.01.2020).  

В соответствии с пунктом 4.1 дополнительного соглашения от 15.01.2020  к договору о переводе долга при неисполнении условий соглашения кредитор вправе  отказаться от его исполнения в одностороннем порядке и потребовать уплаты должником  – обществом – денежных средств в размере суммы долга.  

Обязательства общества из договора о переводе долга и дополнительного  соглашения к нему от 15.01.2020 обеспечены поручительством терминала по договору  поручительства от 15.01.2020 № 15/01-2020-1. Ответственность поручителя определена  равной объему ответственности должника (общества) и является солидарной (пункты 2.1,  2.2 договора).  

Как утверждает предприниматель, после ноября 2020 года переработка, фасовка  и хранение давальческого сырья (пшеницы) новым должником не осуществлялись,  какие-либо денежные средства предпринимателю не уплачивались, а существующий долг  не уменьшался. Предприниматель письмом от 19.07.2021 отказался от исполнения  дополнительного соглашения от 15.01.2020 к договору о переводе долга от 15.01.2020  и потребовал от нового должника уплаты денежных средств в размере непогашенного  долга 12 681 687 рублей 36 копеек (определен за вычетом оказанных услуг по акту сверки  по состоянию на 11.11.2020) и процентов за пользование чужими денежными средствами.  

Письмами от 24.09.2021 предприниматель аналогичные требования предъявил  компании и терминалу.  

Ссылаясь на то, что должниками и поручителем обязательства не исполнены,  предприниматель обратился в суд с иском.  

Указывая, что договор поручительства является недействительной сделкой,  терминал обратился в суд со встречным иском.  

Законность судебных актов проверяется кассационным судом в пределах доводов,  изложенных в кассационной жалобе (части 1 и 3 статьи 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Суды, руководствуясь статьями 309, 310, 382, 384, 390, 450, 450.1 Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) и проанализировав условия договора  перевода долга, пришли к выводу о том, что у кредитора отсутствует право требовать  выплаты денежного возмещения от должников и поручителя. Суды установили, что  из буквального толкования условий договора о переводе долга и дополнительного  соглашения к нему следует, что общество приняло на себя долг компании перед  

предпринимателем. Вместе с тем стороны согласовали особый порядок погашения долга –  путем оказания услуг новым должником кредитору либо указанному им лицу, а не путем  исполнения денежного обязательства за первоначального должника. Предпринимателем  не доказано нарушение обязательств со стороны нового должника для предъявления  денежного требования новому должнику и поручителю и наличия оснований для  солидарной ответственности компании. Обязательства нового должника по отношению  к кредитору в настоящее время не прекращены, так как и договор о переводе долга,  и дополнительное соглашение к нему являются действующими.  

Вместе с тем, придя к выводу о замене в результате заключения дополнительного  соглашения денежного обязательства на обязательство по оказанию услуг переработки,  фасовке и хранению пшеницы, суды не указали, с использованием какого правового  института произведена такая замена: как реализация должником исполнения в порядке  альтернативного либо факультативного обязательства (статьи 308.1, 308.2 Кодекса), как  отступное (статья 409 Кодекса) либо новация (статья 414 Кодекса), в то время как  установление данного обстоятельства необходимо для определения объема правомочий  кредитора по отношению к должнику.  

Так, согласно статье 414 Кодекса обязательство прекращается соглашением сторон  о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим  обязательством между теми же лицами (новация), если иное не установлено законом или  не вытекает из существа отношений. Новация прекращает дополнительные обязательства,  связанные с первоначальным обязательством, если иное не предусмотрено соглашением  сторон.  

Как разъяснено в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений  Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее –  постановление № 6), если в результате новации договорного обязательства соглашение  сторон утратило признаки первоначального договора (например, если предметом нового  обязательства стали уплата процентов и возврат суммы денежного долга вместо передачи  товаров, которая являлась предметом первоначального обязательства), то с момента  новации к отношениям сторон применяются правила о договоре, возникшем в результате  новации, или правила о непоименованных и смешанных договорах (пункт 3 статьи 420  Гражданского кодекса Российской Федерации)  

Если сторонами произведена новация долга, то учету подлежит присущее  новированным договорным конструкциям право заказчика и поклажедателя  на односторонний отказ от исполнения договоров подряда, возмездного оказания услуг,  

хранения, закрепленное нормами Гражданского кодекса Российской Федерации  (статьи 717, 982, 904) в силу экономической и правовой сущности таких отношений.  Право на такой отказ имманентно присуще соответствующим договорным конструкциям  и сама по себе его реализация не может свидетельствовать о недобросовестности  заказчика либо поклажедателя лишь в силу того, что другая сторона рассчитывала  на дальнейшее сохранение и исполнение договорных обязательств. Кроме того, при такой  новации, стоимость услуг по сути проавансирована заказчиком, а положения абзаца 2  пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривают  выход сторон из договорного правоотношения без формирования неосновательного  обогащения на одной из них. Кроме того, в пункте 25 постановления № 6 разъяснено, что,  если иное не предусмотрено соглашением о новации, с момента заключения такого  соглашения прекращаются дополнительные требования, включая обязанность уплатить  за предшествовавший заключению указанного соглашения период неустойку,  начисленную в связи с просрочкой исполнения должником первоначального  обязательства (пункт 2 статьи 414 Кодекса).  

По смыслу разъяснений, приведенных в пунктах 2, 4 и 5 постановления № 6,  правила об отступном также не исключают, что в качестве отступного будут выполнены  работы, оказаны услуги или осуществлено иное предоставление (пункт 1 статьи 407,  статья 421 Кодекса).  

В случае заключения соглашения об отступном кредитор не вправе требовать  исполнения первоначального обязательства до истечения установленного сторонами  срока предоставления отступного, если иное не установлено таким соглашением. Если  стороны не договорились об ином, в отсутствие согласованного срока для предоставления  отступного в качестве исполнения факультативного обязательства должник вправе  предоставить отступное в течение разумного срока с момента заключения соглашения.  Когда должник предоставляет отступное по истечении указанного срока, кредитор вправе  отказаться от принятия отступного и потребовать исполнения первоначального  обязательства (пункт 1 статьи 314, пункт 1 статьи 320.1, статья 421 Кодекса).  

Если должник в течение соответствующего срока не осуществил факультативное  предоставление (не предоставил отступное), кредитор вправе потребовать исполнения  первоначального обязательства, но не предоставления отступного (пункт 1 статьи 320.1,  статья 409 Кодекса). В таком случае кредитор вправе воспользоваться средствами защиты,  установленными на случай неисполнения первоначального обязательства, включая  взыскание неустойки и (или) процентов за просрочку исполнения первоначального  денежного обязательства, которые начисляются начиная с первого дня просрочки  

исполнения первоначального обязательства.  

Таким образом, в отличие от новации, применительно к отступному кредитор  сохраняет правомочия из первоначального обязательства, однако реализация таковых  обусловлена неисправностью должника в предоставлении отступного.  

Оценивая соглашение сторон о порядке исполнения на предмет возможности его  квалификации в качестве отступного, надлежит принять во внимание отсутствие  у должника возможности предоставить отступное, пока кредитор не передаст ему  необходимую для оказания услуг пшеницу.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 47 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах  применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации  об обязательствах и их исполнении» (далее – постановление № 54) право должника  заменить основное исполнение другим (факультативным) исполнением (статья 308.2)  может быть согласовано сторонами в момент заключения договора, из которого возникает  основное обязательство, либо в последующем до исполнения основного обязательства.  Такое соглашение, по общему правилу, порождает право, но не обязанность должника  предоставить иное (факультативное) исполнение с целью прекращения обязательства.  Если должник не исполняет это соглашение, кредитор вправе требовать исполнения  должником основного обязательства и возмещения убытков, вызванных просрочкой или  невозможностью исполнения основного обязательства (пункт 1 статьи 320.1 Кодекса).  

Если же обязательство является альтернативным, то по смыслу статьи 308.1  Кодекса при выборе управомоченным лицом одной из альтернативных обязанностей  обязательство перестает быть альтернативным и считается, что оно состояло  из выбранного действия (воздержания от действия) с момента его возникновения. После  осуществления выбора управомоченное лицо не вправе в одностороннем порядке его  отозвать (пункт 43 постановления № 54).  

При этом в пункте 3 постановления № 6 указано, что стороны также вправе  заключить соглашение об отступном, которое порождает право кредитора по своему  выбору потребовать либо исполнения первоначального обязательства, либо иного  указанного в соглашении предоставления. В этом случае к отношениям по исполнению  обязательства применяются правила об альтернативных обязательствах (статьи 308.1, 320  Кодекса).  

Таким образом, для правильного определения объема прав предпринимателя как  кредитора в рамках обязательства из договора о переводе долга и дополнительного  соглашения к нему от 15.01.2020, а соответственно, и наличия и объема обязательств  

должника и поручителя, судам надлежало дать оценку направленности воли сторон  на избрание одного из указанных способов исполнения или прекращения обязательства,  что относится к сфере установления фактических обстоятельств дела.  

До установления таких обстоятельств и толкования с их учетом условий договора  от 15.01.2020 невозможна верная правовая квалификация правоотношений сторон,  выводы судов об отсутствии у предпринимателя права требовать денежного исполнения  не могут считаться соответствующими обстоятельствам дела и являются  преждевременными. В силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации установление обстоятельств дела к правомочиям суда округа не  отнесено.  

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный  суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой  инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части  и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение,  постановление которого отменено или изменено, если выводы, содержащиеся  в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу  фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.  

В части встречных требований терминала о признании договора поручительства  недействительным как крупной сделки и сделки с заинтересованностью, совершенной без  надлежащего одобрения участниками, суд пришел к выводу о пропуске исковой  давности, о применении которой заявлено стороной.  

Возражений в части правильности применения норм материального права судами  в отношении встречных исковых требований стороны не приводят.  

Доводы заявителя о процессуальных нарушениях суда – недопустимости  возвращения суда на стадию исследования доказательств после удаления  в совещательную комнату – основаны на ошибочном понимании заявителем норм  процессуального права и сами по себе не могут являться основанием к отмене решения.  Нарушений, указанных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, судами не допущено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без  изменения в части отказа в удовлетворении встречного иска о признании  недействительным договора поручительства, а в остальной части судебные акты надлежит  отменить и направить дело в соответствующей части на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить допущенные нарушения,  установить фактическую волю сторон при заключении договоров от 15.01.2021  на создание прав, обязанностей и возникновение правовых последствий, свойственных  соглашению об отступном, либо новации, либо согласованию права должника  на альтернативный или факультативный способы исполнения, с учетом чего дать  правовую квалификацию спорным правоотношениям, исходя из которой определить  объем прав кредитора и обязательств должника и поручителя, оценить по правилам статьи  71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доводы  и пояснения сторон, представленные доказательства, разрешить спор при правильном  применении норм материального и процессуального права, принять по делу законное  и обоснованное решение.  

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 09.09.2022 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2022 по делу   № А53-36928/2021 в части отказа в удовлетворении встречного иска оставить без  изменения, в остальной части судебные акты отменить, направить дело на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий М.Н. Малыхина  

Судьи О.В. Бабаева 

Л.А. Трифонова