ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-6651/2015

г. Вологда

16 марта 2021 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2021 года.

В полном объеме постановление изготовлено 16 марта 2021 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Шумиловой Л.Ф., судей Писаревой О.Г. и               Селецкой С.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии от жилищного кооператива «Луч» Мудрой О.А. по доверенности от 28.10.2020, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 27 июля 2020 года по делу № А13-6651/2015, 

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Газпром теплоэнерго Вологда» (далее – ООО «Газпром теплоэнерго Вологда») 13.05.2015 обратилось в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением в порядке статей 3, 6, 11, 39 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) о признании несостоятельным (банкротом) некоммерческого партнерства «Союз собственников жилья» (далее – Партнерство, должник). 

Определением от 14.05.2015 заявление ООО «Газпром теплоэнерго Вологда» принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности                    Партнерства. 

Определением суда от 22.06.2015 в отношении должника введена      процедура наблюдения. Временным управляющим назначен ФИО3.

Решением от 11.12.2015 (резолютивная часть решения объявлена 10.12.2015) Партнерство признано несостоятельным (банкротом) и в отношении его открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим Партнерства утвержден ФИО3 

Конкурсный управляющий ФИО3 12.12.2016 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО4, жилищно-эксплуатационного кооператива «Луч» (далее – ЖЭК «Луч»), жилищно-эксплуатационного кооператива «Уют» (далее – ЖЭК «Уют»), товарищества собственников жилья «Ладья» (далее – ТСЖ «Ладья»).

ООО «Газпром теплоэнерго Вологда» 24.08.2018 обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО4,  ЖЭК «Луч», ЖЭК «Уют»,          ТСЖ «Ладья».

Определением от 14.11.2018 в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заявления конкурсного управляющего и ООО «Газпром теплоэнерго Вологда» объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Заявители в ходе судебного разбирательства уточнили заявленные требования в части размера субсидиарной ответственности, просили взыскать с ответчиков солидарно 14 393 783 руб. 40 коп. Уточнение принято к рассмотрению в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Определением от 11.05.2019 по ходатайству заявителя произведена замена ответчика ЖЭК «Уют» на ТСЖ «УЮТ-24». 

Обособленный спор рассмотрен с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 – лиц, являвшихся участниками ЖЭК «Луч», ТСЖ «УЮТ-24», ТСЖ «Ладья». 

Определением суда от 27.07.2020 заявление конкурсного управляющего ФИО3 и ООО «Газпром теплоэнерго Вологда» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролировавших должника лиц удовлетворить частично. 

С ФИО4 и ФИО2 в солидарном порядке в пользу  Партнерства  взыскано 14 393 783 руб. 40 коп. 

В удовлетворении требований к ЖЭК «Луч», ТСЖ «Ладья»,                          ТСЖ «УЮТ-24» отказано. 

ФИО2 с определением суда от 27.07.2020 не согласился в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскания с него в пользу должника 14 393 783 руб. 40 коп., обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его в обжалуемой части отменить и принять новый судебный акт об отказе в заявленных требованиях. Податель жалобы ссылается на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика, не согласен с выводами суда о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании представитель жилищного кооператива «Луч» поддержал доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в порядке, установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части  проверены в апелляционном порядке в соответствии с частью 5 статьи 268 АПФ РФ.

Как следует из протокола № 1 учредительного собрания «Союза собственников жилья» г. Череповца от 12.08.1997, в котором участвовали   ЖЭК «Луч», ТСЖ «Енисей», ЖЭК «Уют», ТСЖ «Ладья» и ИЧП «Аникор Орлова», единогласно принято решение создать «Союз собственников жилья» г. Череповца в форме некоммерческого партнерства.

Партнерство зарегистрировано в качестве юридического лица мэрией города Череповца 21.08.1997,  запись в Единый государственный реестр юридических лиц  (далее – ЕГРЮЛ) внесена за основным государственным регистрационным номером 1033500323295. 

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ участниками Партнерства являются ЖЭК «Луч» (ИНН 

<

***>) и  ТСЖ «Ладья» (ИНН 

<

***>).

Руководителями Партнерства являлись: в период с 01.02.2005 по 23.01.2013 – ФИО4; в период после 23.01.2013 по 10.12.2015 – ФИО2.

Обращаясь в суд с заявлениями о привлечении бывших учредителей  и руководителей должника к субсидиарной ответственности по обязательствам Партнерства, конкурсный управляющий указал на невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника.

Удовлетворяя требование конкурсного управляющего в отношении ФИО2, суд первой инстанции исходил из наличия оснований для привлечения ответчика  к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона         № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона         № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем действие норм материального права во времени подчиняется пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -             ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Содержащееся в пункте 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ указание на рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных после 01.07.2017, по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ не означает, что нормам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ придана обратная сила.

Таким образом, применению подлежат положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

Согласно статье 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Из содержания приведенных норм следует, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возможно при наличии совокупности следующих условий: возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и установления даты возникновения обстоятельства; неподачи контролирующими лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновения обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по иску о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацами тридцать третьим и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Конкурсный управляющий ссылался на то, что ФИО2, как руководитель должника,  обязан был обратиться с заявлением о банкротстве должника не позднее 30.04.2014.

Суд  посчитал, что ФИО2 обязан был обратиться в суд  не позднее июня 2013 года с учетом трехмесячного срока с момента фактической передачи ему полномочий руководителя Партнерства  и  месячного срока после  принятия решения о необходимости обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

За период с 2012 года по 2013 год у Партнерства образовалась значительная кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, которая подтверждена вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Вологодской области. 

Задолженность Партнерства перед кредиторами на протяжении всего рассматриваемого периода наращивалась, уменьшения кредиторской задолженности не наблюдалось. Партнерство не могло удовлетворить требования кредиторов  в разумные сроки в связи с недостаточностью  у него имущества. 

Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии признаков неплатежеспособности у Партнерства и наступлении обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании банкротом.

Между тем ФИО2, будучи аффилированным лицом по отношению к должнику, имел информацию о финансово-хозяйственной деятельности Партнерства с учетом масштабов его деятельности.

Податель жалобы документально не подтвердил и  не опровергнул выводы суда  применительно к моменту возникновения у должника признаков несостоятельности (банкротства), а именно неплатежеспособности, под которой, как указано выше, понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, что, как ссылается управляющий, имело место уже в декабре 2012 года при прекращении исполнения обязательств перед кредитором - заявителем по делу, притом что недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное, и в данном случае ответчик иного не обосновали.

Следовательно, выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, правомерны.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применимой редакции, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (абзац четвертый        пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве). 

Процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности сопутствуют объективные сложности, возникающие зачастую как в результате отсутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых письменных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие реальное положение дел и действительный оборот, что влечет необходимость принимать во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018                              № 302-ЭС14-1472(4,5,7)). 

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. 

Судом первой инстанции установлено, что в период осуществления  Партнерством финансово-хозяйственной деятельности, последним осуществлялось обслуживание и многоквартирных жилых домов (далее – МКД). За период с 2012 года по 2014 год обслуживаемый жилой фонд не увеличивался и составлял 11 домов и лишь в 2015 году обслуживаемый должником  жилой фонд увеличился до 13 МКД. 

Вместе с тем имеющиеся у должника денежные средства в основной массе расходовались на выплату заработной платы, оплату услуг подрядных организаций, связанных с уборкой территории, помещений общего пользования, вывоз мусора и т.д. Однако приобретаемые от ресурсоснабжающих организаций ресурсы оплачивались по остаточному принципу, о чем свидетельствуют представленные конкурсным управляющим аналитические расчёты. 

В динамике кредиторской задолженности Партнерства перед ресурсоснабжающими организациями в течение всего рассматриваемого периода (2012-2015 годы) наблюдался стабильный рост. 

Ввиду наличия на счетах Партнерства картотек неисполненных обязательств его руководством была применена схема расчетов, при которой ресурсоснабжающие организации не могли получить оплату за предоставленные должнику коммунальные услуги даже при наличии вступивших в законную силу судебных актов о взыскании задолженности. 

Партнерство заключало с товариществами собственников жилья, жилищными эксплуатационными компаниями и жилищными строительными кооперативами (заказчики) типовые договоры, по условиям которых действовало как управляющая организация и принимало на себя обязательства по содержанию, ремонту, управлению МКД. 

Собственники помещений в МКД производили оплату за коммунальные услуги, содержание и ремонт жилого помещения, включающую в себя плату за услуги и работы по управлению МКД, содержанию и ремонту общего имущества в МКД, на счета заказчиков, а те, в свою очередь, рассчитывались с управляющей организацией за работы и услуги по содержанию и эксплуатации МКД путем перечисления сумм (по соглашению сторон именуемых членскими взносами) согласно указаниям Партнерства. 

Фактически поступавшие в распоряжение Партнерства денежные средства, в том числе причитавшиеся ресурсоснабжающим организациям в счет расчетов за поставленные услуги и ресурсы, в большей своей массе аккумулировались на счетах указанных выше товариществ, компаний и кооперативов. 

Вместе с тем, несмотря на наличие в штате достаточного количества работников, Партнерство, тем не менее, заключало договоры подряда с третьими лицами, связанные с уборкой территории, помещений общего пользования, вывозом мусора и др. Экономическая целесообразность заключения данных договоров ответчиком не обоснована. 

Таким образом, Партнерством построена многоуровневая схема расчетов, в которой управлением МКД фактически занималась не одна, а несколько управляющих организаций, каждая из которых имела расчетные счета. 

При этом на расчетный счет должника поступали только денежные средства в объемах, необходимых для выплаты заработной платы, которые списывались в приоритетном порядке,  при наличии у должника картотеки не исполненных в срок обязательств перед ресурсоснабжающими организациями. После списания денежных средств на выплату заработной платы у должника не оставалось денежных средств, необходимых для удовлетворения требований кредиторов.

В 2012 году в  Партнерстве осуществляли трудовую деятельность 32 работника, а в 2015 году - уже 63 работника. 

Между тем ФИО2  при наличии указанной финансовой ситуации производилось неосновательное повышение заработной платы руководящему составу Партнерства – управляющему Партнерства и руководителям  товариществ, компаний и кооперативов, в том числе ФИО13,           ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, дополнительно трудоустроенным в Партнерстве. 

При этом уровень заработной платы рядовых работников Партнерства за период с 2012 года  по 2015 год снижался, в то же время на регулярной основе Партнерство осуществляло выплату надбавок за увеличенный объем работ и дополнительных поощрений управляющему Партнерству и руководителям товариществ, компаний и кооперативов. 

Оформление председателей товариществ, компаний  и кооперативов  в штат Партнерства привело к дополнительным затратам со стороны должника  при наличии у него неисполненных обязательств перед кредиторами. Вместе с тем обоснование необходимости привлечения новых работников и увеличения заработной платы имевшихся работников должника подателем жалобы  не представлено. 

С учетом установленного судом статуса контролирующего должника лица у ФИО2 и степени его непосредственного влияния на принимаемые  Партнерством решения и совершаемые должником действия, в отсутствие соответствующего опровержения нет сомнений в том, что именно  ФИО2 являлся одним из инициаторов действий, проанализированных судом первой инстанции, в результате которых был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В нарушение статьи 65 АПК РФ в  рамках настоящего обособленного спора ФИО2 не представил доказательств того, что банкротство Партнерства произошло вследствие объективных причин.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно привлек ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Все доводы подателя апелляционной жалобы проверены и подлежат отклонению, поскольку не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, не соответствуют фактическим обстоятельствам, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Таким образом, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, подлежит оставлению без изменения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 27 июля       2020 года по делу № А13-6651/2015 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Л.Ф. Шумилова

Судьи

О.Г. Писарева

С.В. Селецкая