﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-9795/2018

г. Красноярск

18 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «12» января 2021 года. 

Полный текст постановления изготовлен          «18» января 2021 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бутиной И.Н.,

судей: Парфентьевой О.Ю., Петровской О.В., 

секретаря судебного заседания Рукосуева Л.В.,

при участии:

от истца – общества с ограниченной ответственностью «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция»: Спиричева М.Н., представителя по доверенности от 22.10.2020№ ЮО 162/2020 (до перерыва) и от 15.12.2020 (после перерыва), диплом серии ДВС№ 1836272, паспорт; Солоненко Т.Н., представителя по доверенности от 28.01.2020№ ЮО 048/2020 (до перерыва) и от 15.12.2020 № ЮО 002/2021 (после перерыва), диплом серии ИВС № 0723409, паспорт; Косовой В.В., представителя по доверенности от 15.12.2020 № ЮО 001/2021, паспорт (после перерыва),

от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Пермская сервисная компания «Буртехнологии»: Васькиной В.В., представителя по доверенности от 27.12.2019 № 2712/21, диплом серии ВСА № 0246900, паспорт (до и после перерыва);Угольникова Ю.С., представителя по доверенности от 27.12.2019 № 2712/22, паспорт(до и после перерыва); Романова А.П., представителя по доверенности от 27.12.2019№ 2712/23, диплом серии ВСВ № 0706466, паспорт (до и после перерыва);

от третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Везерфорд»:Терешко Е.Н., представителя по доверенности от 28.01.2020 № 1/2020/WF/93, диплом серии КБ № 69112, паспорт (после перерыва),

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Везерфорд», общества с ограниченной ответственностью «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» на решение Арбитражного суда Красноярского края от «24» декабря 2019 года по делу № А33-9795/2018,						

установил:

предметом настоящего спора является требование (уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) общества с ограниченной ответственностью «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» (ИНН 8801011908, ОГРН 1038800003990, далее - ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция», истец) к обществу с ограниченной ответственностью «Пермская сервисная компания «Буртехнологии» (ИНН 5908024608, ОГРН 1025901603287, далее - ООО «ПСК «Буртехнологии», ответчик) о возмещении ущерба в сумме 86 294 300 рублей в связи с ликвидацией аварии на скважине № 29 Тагульского лицензионного участка.

Определением от 16.05.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Везерфорд» (ИНН 5908024608, ОГРН 1025901603287, далее - ООО «Везерфорд», третье лицо).

Решением суда от 24.12.2019 в иске отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» и ООО «Везерфорд» обратились с апелляционными жалобами в Третий арбитражный апелляционный суд.

Доводы апелляционных жалоб истца и третьего лица сводятся к несогласию с выводами экспертного заключения, положенного в основу обжалуемого судебного акта.

Так, истец указал, что суд критически отнесся к выводам судебной экспертизы (эксперт Щербич Н.Е.) относительно несрабатывания подвесного механизма, поставленного третьим лицом (ООО «Везерфорд») и не смог установить вину последнего в причинах аварии. Однако наряду с этим суд пришел к выводу о том, что заключение эксперта Щербича Н.Е. является достаточным доказательством установления отсутствия вины ответчика в причинах аварии.

Такой подход, по мнению истца, противоречит норме статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, из которой следует, что доказательство оценивается судом в целом, право оценивать часть доказательства как допустимое и относимое, достоверное и достаточное не предусмотрено указанной статьей.

 Истец в жалобе также указал на наличие противоречий в заключении эксперта относительно его пояснений, данных в судебном заседании, и содержания документов, переданных эксперту для проведения экспертизы. Истец указал, что ссылаясь на рецензию специалистов на заключение эксперта Щербича Н.Е., в суде первой инстанции ходатайствовал о проведении повторной экспертизы, однако суд отказал в его удовлетворении и не принял рецензию в качестве допустимого доказательства.

Заявитель жалобы полагает, что при рассмотрении настоящего спора суд не установил обстоятельства, исключающие вину ответчика в причинении аварии. Иных причин аварии, помимо несрабатывания подвесного устройства, в заключении судебной экспертизы не указано, цель выполнения судебной экспертизы не достигнута.

В своей апелляционной жалобе третье лицо (ООО «Везерфорд») также выразило несогласие с выводами судебной экспертизы, проведенной экспертом Щербичем Н.Е., полагая заключение неполным и недостаточно ясным, а доводы эксперта – противоречащим технологии производства.  Со ссылкой на это ООО «Везерфорд» также ходатайствовало перед судом первой инстанции о проведении повторной экспертизы, в чем ему было отказано.

Обжалуя судебный акт, третье лицо указало, что фактически решение суда по данному иску предрешает исход дела по регрессному иску истца к третьему лицу, поскольку факты, установленные решением суда по рассматриваемому делу, являются обязательными для суда, который будет рассматривать дело по регрессному иску. При этом третье лицо фактически будет лишено возможности защитить свои права и интересы и оспорить выводы, содержащиеся в судебной экспертизе по данному делу.

Определениями Третьего арбитражного апелляционного суда от 05.02.2020 апелляционные жалобы приняты к производству суда. В составе суда производились замены судей.

Судебное заседание откладывалось, по ходатайству ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» судом апелляционной инстанции проведена дополнительная судебная экспертиза, результаты которой поступили в материалы настоящего дела.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали свои правовые позиции по существу спора.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства. 

Между истцом (подрядчиком) и ООО «Тугульское» (заказчиком) заключен договор от 25.11.2016 № 7521316/0203Д на выполнение работ по строительству поисково - оценочной скважины № 29 Тагульского лицензионного участка сроком действия  с 10.01.2017 по 30.08.2019 (пункт 2.2), по условиям которого подрядчик обязуется выполнить работы по строительству поисково-оценочной скважины № 29 Тугульского лицензионного участка в соответствии с проектной документацией, техническим заданием и графиком выполнения работ, передать результат заказчику, а заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их (пункт 3.1).

В целях выполнения работ по строительству скважины между истцом (заказчиком) и ответчиком (подрядчиком) 30.12.2016 заключены договоры № 241/2016 на оказание услуг по инженерно-технологическому сопровождению буровых растворов и № 244/2016 на оказание услуг по инженерно-технологическому сопровождению цементирования (крепления) обсадных колонн при строительстве скважин.

По условиям договора № 241/2016 заказчик поручает, а подрядчик обязуется выполнить инженерно-технологическое сопровождение буровых растворов, а именно:

- выполнить работы по приготовлению, обработке, сопровождению и контролю параметров бурового раствора при строительстве поисково-оценочной скважины № 29 Тугульского месторождения;

- формировать и предоставлять отчетность по проделанным работам на объекте заказчика в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором;

- предоставлять рекомендации по обслуживанию, эксплуатации и поддержанию в рабочем состоянии оборудования систем очистки бурового раствора на объекте заказчика (пункт 1.1) на следующих этапах оказания услуг: в период бурения под направление и крепления; в период бурения под кондуктор и крепления; в период бурения под промежуточную колонну и крепления; в период бурения под хвостовик и крепления (пункт 2.1).

Согласно пункту 3.1 договора подрядчик выполняет инженерное сопровождение буровых растворов в соответствии с условиями договора под надзором и контролем заказчика или его полномочного представителя в лице бурового мастера.

В соответствии с пунктом 4.2.38 договора заказчик вправе в любое время осуществлять контроль за соблюдением подрядчиком и третьими лицами, привлекаемыми подрядчиком. Обнаруженные в ходе проверки нарушения фиксируются в акте, подписываемом представителями заказчика, подрядчика, третьих лиц, привлекаемых подрядчиком.

В пункте 4.2.41 договора установлено, что подрядчик обязан нести ответственность за приготовленный буровой раствор и его свойства, а также воздействие на окружающую среду и людей.

В силу пункта 8.1 договора за невыполнение или ненадлежащее выполнение обязательств по договору стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и договором. 

В пункте 8.2 договора стороны договорились, что определение виновной стороны в произошедшей аварии или осложнении расследуется комиссией с участием представителей заинтересованных сторон. Акт расследования аварии должен быть оформлен в течение десяти дней с момента ликвидации аварии, осложнения или принятия решения о прекращении аварийных работ. В акте расследования указывается виновная сторона и сумма фактических затрат, понесенных при ликвидации аварии. Отказ от подписания акта не допускается.

Согласно пункту 8.3 договора за простои заказчика, включая третьих лиц, привлеченных подрядчиком, произошедшие по обстоятельствам, за которые отвечает подрядчик, последний оплачивает заказчику стоимость простоя на основании составленного двустороннего акта в размере стоимости суток простоя бригады бурения 869 026 рублей 17 копеек.

В соответствии с пунктом 8.6 договора подрядчик гарантирует качественное и добросовестное предоставление услуг в соответствии с принятыми правилами и практикой оказания услуг. Подрядчик в рамках настоящего договора несет полную ответственность за нарушение требований законодательства по охране недр, окружающей среды и природных ресурсов. В случае нарушения им упомянутых норм подрядчик за свой счет оплачивает все штрафные санкции, примененные к заказчику, и возмещает ему все причиненные убытки. Если указанные нарушения сложились в результате неправомерных действий заказчика, о которых он не уведомил подрядчика, то все упомянутые штрафные санкции и убытки относятся на счет заказчика.

В силу пункта 8.17 договора стороны не несут ответственность в связи с косвенными расходами, косвенными убытками и косвенным ущербом и /или упущенной выгодой, возникшими в связи с нарушением настоящего договора.

По условиям договора № 244/2016 заказчик поручает, а подрядчик обязуется качественно и в соответствии с программой по цементированию (приложение № 23) оказать услуги или работы по инженерно-технологическому сопровождению процесса цементирования при креплении обсадных колонн при строительстве поисково-оценочной скважины № 29 Тагульского лицензионного участка на следующих этапах оказания услуг: в период крепления кондуктора; в период крепления технической колонны; в период крепления эксплуатационной колонны; в период крепления хвостовика (пункт 2.1); заказчик обязуется предоставить подрядчику все необходимые для оказания услуг сведения, материалы и оборудование в соответствии с перечнем распределения обязанностей (приложение № 5), а также принять и оплатить оказанные услуги (пункт 2.2); подрядчик приступает к оказанию услуг после получения письменной заявки на оказание услуг по цементированию от заказчика по форме приложения № 16 (пункт 2.3).

Согласно пункту 5.1 договора подрядчик обязан осуществлять выполнение услуг в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание услуг и иные предъявляемые к ним требования, согласовывать с заказчиком любые отклонения и изменения в технологических процессах и процессах подготовки, применение не предусмотренных технической документацией материалов, оборудования, устройств и т.п. 

В силу пункта 6.1 договора услуги оказываются с применением материалов подрядчика в соответствии с перечнем распределения обязанностей между заказчиком и подрядчиком (приложение № 5 к договору).

В соответствии с разделом 8 договора подрядчик обязуется:

- обеспечить своевременное и качественное оказание услуг в соответствии с действующими правилами и нормами, в сроки указанные в заявке (пункт 8.1); 

- осуществлять контроль над производством тампонажных работ согласно планам, согласованным заказчиком. Оперативное руководство процессом цементирования осуществляет ответственный представить подрядчика (инженер по креплению скважин), в соответствии с утвержденным планом работ по креплению скважин. Утвержденная программа цементирования предоставляется подрядчиком заказчику за двое суток до начала оказания услуг. Контроль процесса цементирования, включая замеры параметров цементного раствора, осуществляет ответственный представитель подрядчика (пункт 8.2);

- производить анализы тампонажных растворов, на основании которых обязуется разрабатывать рецептуры тампонажных смесей с целью обеспечения необходимых сроков загустевания и других параметров в соответствии с фактическими горно-геологическими условиями бурения скважин; предоставлять заказчику до начала оказания услуг по креплению результаты анализов тампонажных растворов и рецептуру по их обработке в двух экземплярах; перед началом оказания услуг подрядчик предоставлять подтверждающий тест, при проведении анализов тампонажных растворов использовать тампонажный материалал и химреагенты той же партии из тех же упаковок, что будет использовать на скважине (пункт 8.3);

- обеспечить приготовление тампонажных смесей по рецептурам, согласованным заказчиком (пункт 8.4);

- подготовить программу цементирования и контролировать процесс цементирования в соответствии с программой (пункт 8.6);

- осуществлять техническое руководство работами по креплению скважины под контролем заказчика (пункт 8.7);

- осуществлять контроль за давлением «СТОП» по двум манометрам (пункт 8.9);

- обеспечить наличие следующего минимально требуемого комплекса лабораторного оборудования, в том числе: прибор для определения сроков схватывания цементного раствора; лабораторию, оснащенную ультразвуковым анализатором цемента для выполнения косвенных тестов на предел прочности при сжатии (пункт 8.12);

- производить инженерное сопровождение при цементировании колонн в соответствии со схемами расстановки спецтехники, согласованными заказчиком (пункт 8.14);

- обеспечить проведение лабораторного контроля качества цементного раствора на Ванкорском месторождении, материалов и подбор рецептуры обработки цементных смесей по действующему стандарту ГОСТ и в соответствии с условиями скважины, изложенными в заявке на цементирование и программе на цементирование; подрядчик обязан иметь лабораторию, способную выполнять необходимые анализы всех применяемых при цементировании материалов (пункт 8.28);

- принимать скважины по акту о готовности скважины к креплению, в котором указать параметры раствора, наличие (отсутствие) циркуляции (пункт 8.29).

Раздел 9 договора предусматривает порядок оказания услуг. Согласно пункту 9 договора заказчик не позднее 25 числа с даты заключения договора направляет подрядчику план-график работ, в котором указываются объем, номенклатура и дата планируемых услуг по креплению на следующий месяц. В пункте 9.2 договора установлено, что за пять суток до начала оказания услуг по креплению конкретной обсадной колонны заказчик предоставляет подрядчику заявку, содержащую исходную информацию по скважине. В силу пункта 9.3 договора не позднее, чем за 24 часа до начала цементирования заказчик дублирует письменную заявку подрядчику о предстоящем креплении с фиксированием в журнале регистрации. В соответствии с пунктом 9.4 договора на объекте представитель подрядчика делает представление заказчику о наличии тампонажных материалов, анализ цемента, окончательно согласовывает с полномочным представителем заказчика порядок оказания услуг непосредственно на объекте. Согласно пункту 9.5 договора началом оказания услуг на скважине считается опрессовка нагнетательных линий и подписание полномочными представителями заказчика и подрядчика акта о готовности скважины к креплению, после чего подрядчик несет полную ответственность за полноту и качество услуг по инженерно-техническому сопровождению цементирования на объекте.  В соответствии с пунктом 9.7 договора окончательным оказанием услуг по креплению является снятие давления «стоп» на цементировочной головке после прокачки расчетного объема продавочной жидкости. Пунктом 9.8 договора установлено, что по окончании цементирования уполномоченные представитель заказчика, супервайзер заказчика, представитель подрядчика совместно составляют и подписывают технический акт о проведении услуг по инженерно-технологическому сопровождению цементирования. В силу пункта 9.9 договора подписание сторонами технического акта свидетельствует о том, что подрядчик оказал услуги на скважине. Подписание технического акта не снимает ответственность с подрядчика за качество оказанных услуг и процесса цементирования.

В соответствии с пунктом 10.8 договора в случае возникновения аварийной ситуации для расследования обстоятельств ее возникновения по приказу заказчика создается комиссия из представителей сторон в соответствии с положением «Расследование аварий в процессе строительства, восстановления и ремонта скважин» (приложение № 8).

Пунктом 11.1 договора установлено, что за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору стороны несут имущественную ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и договором.

Согласно пункту 11.1 договора взыскание любых неустоек, штрафов, пеней, процентов, предусмотренных законодательством Российской Федерации и/или настоящим договором за нарушение любого обязательства, вытекающего из настоящего договора, не освобождает стороны от исполнения такового обязательства в натуре. При этом если в результате нарушения одной из сторон любого из обязательств, вытекающих из договора, другой стороне были причинены убытки, последняя имеет право взыскать со стороны, нарушившей обязательство, указанные убытки в полном объеме сверх неустойки (пени, штрафа). В соответствии с пунктом 11.4 договора подрядчик возмещает заказчику все понесенные убытки при возникновении простоя производственного процесса заказчика по вине подрядчика. В пункте 11.15 договора предусмотрено, что, невзирая на любое другое положение договора, утверждающее обратное, стороны не несут ответственности за непрямые, косвенные, специального характера, штрафные или экономические убытки, понесенные другой стороной, ее материнской компанией, дочерними компаниями, партнерами и аффилированными компаниями, включая без ограничений упущенную выгоду, потерю доходов, прекращение эксплуатации, потерю возможностей для бизнеса, недополученную продукцию, остановку бизнеса.

Пунктом 17.1 договора предусмотрено, что договор вступает в силу с момента его подписания и действует до полного выполнения сторонами своих обязательств.

Кроме того, между истцом (заказчиком) и третьим лицом (исполнителем) 01.03.2017 заключен договор № 053/2017 на выполнение работ по технологическому сопровождению работ по сборке, спуску и активации подвески цементируемого хвостовика.

18.08.2017 заказчиком утвержден план работ на спуск и цементирование потайной колонны «хвостовика» на скважине № 29 Тагульского лицензионного участка, разработанной обществом «Везерфорд».

18.08.2017 согласована подрядчиком - обществом «ПСК «Буртехнологии» - и утверждена заказчиком – обществом «БНГРЭ» - программа по цементированию колонны «хвостовика» на скважине № 29 Тагульского лицензионного участка.

Представитель заказчика – супервайзер общества «Геогрупп» Жуков С.В. - согласовал составленную буровым мастером Жигальцовым С.А. схему расстановки тампонажной техники на цементаж ОК на скважине № 29 Тугульского лицензионного участка.

19.08.2017 представителями общества «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» и общества «РН-Ванкор» подписан акт о готовности цементировочного оборудования на поисково-оценочной скважине, согласно которому вся цементировочная техника и оборудование находятся в работоспособном состоянии и готовы к работе.

20.08.2017 буровым мастером общества «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» Жигальцовым С.А., инженером СКЦ общества «Ямаллопромгеофизика» Судаковым Д.И., супервайзером общества «Геогрупп» Жуковым С.В. подписан акт о готовности станции контроля цементажа, в соответствии с которым оборудование системы «ИМС 96-03» смонтировано и откалибровано согласно РЭ, показания датчиков соответствуют действительности с учетом погрешности.

21.08.2017 на скважине во время промывки перед цементированием был произведен контрольный замер параметров бурового раствора, по результатам которого установлено, что фактические значения параметров бурового раствора соответствуют проектным значениям. Акт о контрольном замере параметров бурового раствора перед цементированием подписан инженером по растворам общества «ПСК «Буртехнологии» Фроловым А.И., буровым мастером общества «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» Жигальцовым С.А., представителем общества «РН-Ванкор»  супервайзером общества «Геогрупп» Жуковым С.В.

21.08.2017 между истцом и ответчиком подписан технический акт о проведении услуг по инженерно-технологическому сопровождению цементирования скважины № 29 Тагульского лицензионного участка, согласно которому 21.08.2017 обществом «ПСК «Буртехнологии» оказаны услуги по инженерно-технологическому сопровождению цементирования обсадной колоны «хвостовик» 127 мм, при выполнении работ задействованы мастер буровой общества «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция»  Жигальцов С.А., инженер-технолог общества «ПСК «Буртехнологии» Симанов М.Б., супервайзер общества «Геогрупп» Жуков С.В.; услуги выполнены в соответствии с программой.

Согласно доводам истца, изложенным в исковом заявлении, при выполнении работ по цементированию хвостовика на скважине № 29 Тагульского лицензионного участка произошел прихват спускового инструмента общества «Везерфорд» с потайной колонной хвостовика в связи с преждевременным загустеванием, схватыванием и затвердеванием цементного раствора по вине общества «ПСК «Буртехнологии».

По результатам ликвидации аварии комиссией 07.12.2017 составлен акт расследования аварии (брака) при цементировании хвостовика ОК 127мм на поисково-оценочной скважине № 29, из содержания которого следует, что причиной возникновения аварии - неосвобождения спускового инструмента (разъединительного устройства) общества «Везерфорд» с потайной колонной хвостовика в 06 час. 50 мин. 21.08.2018 являются нарушения, совершенные последовательными согласованными действиями /бездействием со стороны общества «Везерфорд» и общества «ПСК «Буртехнологии», которые в совокупности привели к неактивации узла рассоединения установочного инструмента с подвеской хвостовика и преждевременному схватыванию цементного раствора в процессе цементирования колонны. Комиссией принято решение о предъявлении претензии о возмещении затрат (убытков) общества «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция», понесенных в связи с устранением и ликвидацией аварии (брака в работе), и убытков заказчика, вызванных непроизводительным временем, затраченным на ликвидацию аварии (брака в работе), в адрес общества «ПСК «Буртехнологии» и общества «Везерфорд» солидарно.

Техническим заключением федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уфимский государственный нефтяной технический университет» от 26.02.2018 на основании заключенного с истцом 13.08.2018 договора № 063/2018 установлено, что причиной аварии является прихват бурового и спускового инструмента подвески хвостовика в эксплуатационной колонне в связи с преждевременным загустеванием, схватыванием и затвердеванием цементного раствора по вине исполнителя, определен размер ущерба - 86 294 300 рублей, причиненного  в  связи  с  понесенными расходами на ликвидацию последствий аварии: за время простоя, на приобретение сырья и материалов, зарплату, амортизацию основных средств, расходы на текущий ремонт, на налоги и сборы, геолого-разведочные работы, транспортные услуги, прочие работы/услуги промышленного характера, связь, затраты по арендной плате, страхование,  прочие затраты. 

После получения технического заключения истец обратился к ООО «ПСК «Буртехнологии» с претензией от 06.03.2018 № 549 о компенсации причиненных убытков в сумме 86 294 300 рублей.

В ответ на указанную претензию ООО «ПСК «Буртехнологии» направило заказчику возражения на претензию от 09.04.2018 № 314 с приложением возражений на технический ответ, в которых указало на несогласие с выводами экспертов, изложенных в техническом отчете, которые не соответствуют действительности при выполнении работ на скважине, в связи с тем, что вина исполнителя в возникновении аварии отсутствует.

Настаивая на виновности ответчика в произошедшей на скважине аварии, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика 86 294 300 рублей ущерба, причиненного истцу в результате ликвидации последствий аварии на скважине.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции с учетом выводов судебной экспертизы не установил наличия вины ответчика в причинении истцу ущерба.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего. 

 Заключенный между сторонами договор является смешанным договором подряда и возмездного оказания услуг, отношения по которому регулируются главами 37 и 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. В силу пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Как верно установлено судом первой инстанции, по условиям заключенных договоров исполнитель принял на себя обязательства выполнить работы по приготовлению, обработке, сопровождению и контролю параметров бурового раствора при строительстве поисково-оценочной скважины № 29 Тугульского месторождения; формировать и предоставлять отчетность по проделанным работам на объекте заказчика в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором; предоставлять рекомендации по обслуживанию, эксплуатации и поддержанию в рабочем состоянии оборудования систем очистки бурового раствора на объекте заказчика (пункт 1.1) на следующих этапах оказания услуг: в период бурения под направление и крепления; в период бурения под кондуктор и крепления; в период бурения под промежуточную колонну и крепления; в период бурения под хвостовик и крепления (пункт 2.1 договора № 241/2016); оказать услуги или работы по инженерно-технологическому сопровождению процесса цементирования при креплении обсадных колонн при строительстве поисково-оценочной скважины № 29 Тагульского лицензионного участка на следующих этапах оказания услуг: в период крепления кондуктора; в период крепления технической колонны; в период крепления эксплуатационной колонны; в период крепления хвостовика (пункт 2.1 договора № 244/2016). 

Исходя из согласованных сторонами условий договоров, суд пришел к правильному выводу о том, что указанный договор является смешанным, поскольку для заказчика важен не только результат работ, но и инженерно-технологическое сопровождение строительства процесса цементирования при строительстве скважины.

В рамках настоящего спора истец, ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком договорных обязательств, просил суд взыскать с ответчика ущерб, возникший в результате ликвидации аварии на скважине, которая, по мнению истца, произошла в результате преждевременного загустевания тампонажного раствора по вине ответчика.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

В пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В предмет доказывания по делам о взыскании убытков входит установление следующих обстоятельств: противоправность действий (бездействия) ответчика; наличие и размер вреда (убытков); причинная связь между действиями (бездействием) ответчиков и возникшим ущербом (убытками); вина ответчика в возникновении убытков. 

В целях установления причин аварии при выполнении работ на скважине № 29 Тагульского лицензионного участка, суд определением от 14.08.2018 по ходатайству ответчика назначил судебную экспертизу, проведение которой  поручил эксперту закрытого акционерного общества «УралНИПИнефть» Щербичу Н.Е.

С учетом результатов судебной экспертизы суд пришел к верному выводу об отсутствии вины ответчика в произошедшей аварии, поскольку в ходе проведения экспертизы не установлено нарушение ответчиком технологии цементирования колонны «хвостовика», способное привести к возникновению аварии.

Истец и третье лицо со ссылкой на противоречие в выводах эксперта, настаивали на проведении дополнительной и повторной экспертизы.

Соответствующее ходатайство рассмотрено судом первой инстанции в порядке статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и обоснованно отклонено судом по основаниям, изложенным в решении.     

Кроме того, истцом в суде первой инстанции заявлялось ходатайство о назначении новой экспертизы в связи с недостаточно полным исследованием экспертом Щербичем Н.Е. вопроса о нештатной работе оборудования подвесного устройства на предмет, были ли допущены ООО «Везерфорд» нарушения технических регламентов выполнения работ, которые могли привести к аварии, кто из лиц, участвующих в работах по спуску и цементированию подвесного устройства ответственен за возникновение нештатной ситуации с оборудованием ООО «Везерфорд». 

Учитывая, что ответчиком по настоящему спору является ООО «ПСК «Буртехнологии», с которым истцом заключены договоры на выполнение работ по подготовке бурового раствора и оказание услуг по инженерно-техническому сопровождению цементирования при строительстве скважины; оценка фактов, требующая специальных познаний относительно того, могли ли действия (бездействие) ответчика явиться причиной аварии, отражена в заключении судебной экспертизы, подготовленной экспертом Щербичем Н.Е., сомнений в обоснованности которой или наличия противоречий в выводах эксперта у суда не возникло; в предмет доказывания по настоящему делу не входят установление обстоятельств о работе оборудования подвесного устройства общества «Везерфорд» в связи с тем, что стороной по делу указанное лицо не является, и в силу договорных обязательств и требований действующего законодательства ответчик и третье лицо солидарной ответственности за действия друг друга не несут, суд пришел к выводу об отсутствии необходимости в назначении новой экспертизы по указанным истцом вопросам, в связи с чем отказал в удовлетворении ходатайства о проведении новой экспертизы.

В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, оценив представленное ООО «УралНИПИнефть» экспертное заключение (подготовленное экспертом Щербичем Н.Е.), учитывая доводы ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» и ООО «Везерфорд», суд признал заключение эксперта не полным, поскольку у судебной коллегии возникли вопросы в отношении ранее исследованных судом первой инстанции обстоятельств.

Поскольку цель назначения и проведения судебной экспертизы в полной мере не была достигнута на стадии рассмотрения дела судом первой инстанции, учитывая, что для рассмотрения апелляционных жалоб необходимо разрешение вопросов, требующих специальных знаний в соответствующей области, суд апелляционной инстанции удовлетворил ходатайство ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» о назначении дополнительной судебной экспертизы, проведение которой поручил тому же эксперту ООО «УралНИПИнефть» Щербичу Н.Е.

Перед экспертом суд поставил следующие вопросы: с учетом Программы по применению буровых растворов, указанной в договоре от 30.12.2016 № 241/2016, ответить на вопрос - имелось ли превышение использования баритового концентрата и глинопорошка при приготовлении бурового раствора при бурении секции скважины под хвостовик в интервале 3700-3950м? Если имелось, то могло ли оно привести к возникновению аварии, произошедшей 21.08.2017 на скважине № 29 Тагульского лицензионного участка?

По результатам исследования эксперт пришел к следующим выводам:

при бурении секции 3700-3950м максимальная концентрация барита в буровом растворе составляла 852 кг/м3 (140 000 кг барита /164,15 объем раствора = 852 кг), что допускается Программой работ с учетом аварийного запаса. Концентрация барита 852 кг/м3 подтверждается суточными рапортами по буровым растворам и контрольными расчетами (приложение 1).

глинопорошок для приготовления бурового раствора на секции 3700-3950м был использован в соответствии с мероприятиями, предусмотренными программой, для обеспечения максимальной выносящей способности бурового раствора и седиментационной стабильности, что подтверждается ростом показателей СНС и ДНС в период ввода глинопорошка 11.07.2017 и 12.07.2017;

- поскольку увеличения плотности бурового раствора сверх 1,68-1,69 г/см3 не отмечалось (согласно суточным рапортам и актам контрольного замера), то и концентрация барита в растворе оставалась 850-860 кг/м3 (приложение 1). Дополнительное количество барита, которое было затрачено на   бурение   интервала   3700-3950 использовалось исключительно для поддержания требуемой плотности бурового раствора, ввиду того что часть барита постоянно удалялась при работе пескоотделителя [8.9].

- при концентрации барита 1074 кг/м3 плотность бурового раствора составила бы 1,82 г/см3, что не соответствует действительности (приложение 1).

С учетом результатов основной и дополнительной судебных экспертиз, коллегия судей признала обоснованным вывод суда первой инстанции о недоказанности факта нарушения ответчиком технологии цементирования колонны «хвостовика», соответственно, об отсутствии вины ответчика в произошедшей аварии.

Таким образом, истцом не доказано наличие условий, необходимых для взыскания убытков.

При этом в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции истец и ООО «Везерфорд» вновь ходатайствовали о назначении по настоящему делу повторной судебной экспертизы по ранее поставленным вопросам, в том числе по вопросу о причинах аварии, произошедшей 21.08.2017 на скважине №29 Тагульского лицензионного участка.

По мнению ООО «Везерфорд», при производстве судебной экспертизы экспертом  Щербичем Н.Е. не был принят во внимание процесс ликвидации аварии, а технология цементирования имела ряд нарушений в части проведения лабораторных исследований тампонажных растворов на предмет определения сроков загустевания и непосредственно процесс цементирования сопровождался осложнениями. В акте № 1 коллегиального осмотра оборудования от 08.11.2017, содержащимся в материалах дела, представителями истца, ответчика и третьего лица зафиксировано, что оборудование, которое, по мнению эксперта, послужило причиной возникновения аварии, не имеет видимых повреждений, из чего следует то, что оборудование было исправным. Кроме того, в судебном заседании от 02.09.2019, проведенном посредством видео-конференцсвязи, эксперт путался в даче пояснений по экспертизе, противоречил сделанным им выводам и не давал четких ответов на вопросы, поставленные истцом и третьим лицом.

ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» также указало на противоречивость выводов эксперта Щербича Н.Е., на наличие оснований сомневаться в его объективности и беспристрастности по отношению к истцу, на отсутствие у эксперта компетенции в вопросах устройства и эксплуатации подвесных устройств ООО  «Везерфорд».

Как указал истец, необходимость повторной экспертизы обоснована также тем, что основное экспертное заключение не позволяет установить причину произошедшей аварии, то есть обстоятельства, подлежащие установлению судом для правильного разрешения настоящего спора.

Рассмотрев ходатайства истца и третьего лица о назначении по делу повторной экспертизы, выслушав мнение ответчика, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции отказал в их удовлетворении ввиду отсутствия правовых оснований для назначения повторной экспертизы.

Довод истца о том, что установление причин аварии входит в предмет исследования по настоящему спору, является неверным.

Как следует из материалов дела, предметом настоящего спора является взыскание убытков с ООО «ПСК «Буртехнологии», возникших вследствие нарушения последним условий договоров, заключенных с истцом.

В ходе проведенных судом экспертиз был установлен факт отсутствия нарушений при производстве работ ответчиком, соответственно, отсутствия оснований для взыскания убытков с ООО «ПСК «Буртехнологии».

Суд обращает внимание, что в силу статей 47, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации право определения предмета спора, объема требований и ответчика  принадлежит истцу.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, сборка, спуск и активация подвески хвостовика Weatherford осуществлена в соответствии с договором от 01.03.2017 № 053/2017, заключенным между ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» и ООО  «Везерфорд».

Между тем исковые требования, связанные с ненадлежащим исполнением указанного договора, истцом не заявлялись, ООО  «Везерфорд» в качестве второго ответчика истцом не привлекалось.

Необходимо отметить при этом, что с момента поступления в суд экспертного заключения Щербича Н.Е., в котором эксперт высказался о некачественности оборудования ООО «Везерфорд» (октябрь 2018 года), и до момента принятия судом обжалуемого судебного акта (декабрь 2019 года) прошло более года, то есть у истца была реальная возможность ходатайствовать о привлечении ООО «Везерфорд» к участию в деле в качестве второго ответчика с тем, чтобы также включить в предмет доказывания по настоящему спору вопрос о вине ООО «Везерфорд» и о возможности наличия иных причин возникшей аварии (например, геологических и т.п.).

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации права участников процесса неразрывно связаны с их процессуальными обязанностями, поэтому в случае нереализации участниками процесса предоставленных им законом прав последние несут риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с несовершением определенных действий.

При заявленном истцом предмете спора и определенном им ответчике исследование факта надлежащего или ненадлежащего исполнения обязательств, возникших из других договоров, заключенных истцом с другим лицом  (ООО «Везерфорд»), как справедливо указано ответчиком в письменных пояснениях (вх.252 от 11.01.2021), не соответствует статьям 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также задачам судопроизводства в арбитражных судах.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно не принял во внимание выводы эксперта Щербича Н.Е. относительно качества оборудования ООО «Везерфорд», в связи с чем сами по себе такие выводы эксперта не нарушают прав ООО «Везерфорд» и не могут являться основанием для назначения повторной экспертизы.

Довод ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» относительно невозможности принятия во внимание части выводов судебного заключения основан на неверном толковании истцом норм процессуального права.    

С учетом вышеизложенного также судом не принимаются доводы апеллянтов об отсутствии у эксперта Щербича Н.Е. компетенции в оценке качества оборудования при том, что наличие у этого эксперта достаточных знаний при оценке им спорных работ не вызывает сомнений.

Иные доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Решение суда является законным и обоснованным.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на заявителей.

  Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «24» декабря 2019 года по делу № А33-9795/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

И.Н. Бутина

Судьи:

О.Ю. Парфентьева

 

О.В. Петровская