ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №  А75-2859/2020

21 декабря 2023 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 декабря 2023 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Дубок О.В.,

судей  Сафронова М.М., Целых М.П.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  08АП-11922/2023) ФИО2, (регистрационный номер  08АП-11923/2023) ФИО3 и (регистрационный номер  08АП-12031/2023) конкурсного управляющего ФИО4 на определение  Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры  от 13 октября 2023 года по делу №  А75-2859/2020 (судья Финогенов А.Н.), вынесенное по результатам рассмотрения  заявления конкурсного управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц; ответчики: ФИО3, ФИО2, третьи лица: ФИО5, индивидуальный предприниматель ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СТК «ИнтерСтройТрансАвто» (место нахождения: 628301, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, 

<

...>/1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 - представитель Подпольная О.А., по доверенности от 16.09.2021, срок действия три года;

от ФИО3 - представитель Подпольная О.А., по доверенности от 22.02.2022, срок действия три года,

установил:

Решением суда от 08.09.2020 общество с ограниченной ответственностью СТК «ИнтерСтройТрансАвто» (далее – должник, ООО СТК «Иста») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий, ФИО4).

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц, в последующем уточненном на основании статьи 49 АПК РФ, согласно которому просит суд: установить наличие оснований и привлечь солидарно к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 (далее – ответчик-1, ФИО3) и контролирующее должника лицо ФИО2 (далее – ответчик-2, ФИО2).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 13.10.2023 (резолютивная часть от 06.10.2023) (далее – обжалуемое определение) заявление конкурсного управляющего удовлетворено. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СТК «Иста» привлечены солидарно ФИО3, ФИО2 Приостановлено производство по спору в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО2

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий,  ФИО3, ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО4 в апелляционной жалобе просит изменить обжалуемое определение, дополнив его сведениями о распределении судебных расходов.

ФИО2 в обоснование апелляционной жалобы ссылается на следующее:

- уполномоченный орган не представил суду совокупности согласующихся между собой прямых и косвенных доказательств, которые бы обосновывали утверждение о наличии у ФИО2 статуса контролирующего должника лица;

- ФИО2 выгоды в виде увеличения активов или в виде активов должника в спорный период не получал. Им только производилось пополнение активов должника в виде предоставления многолетних займов.

ФИО3 в обоснование апелляционной жалобы ссылается на следующее:

- момент наступления неплатежеспособности должника надлежащим образом заявителем не подтвержден;

- доказательств того, что ООО СТК «ИСТА» обладало активами, достаточными для расчетов со всеми кредиторами, и, при этом, ФИО3 уклонялся от погашения задолженности, скрывал имущество общества, выводил активы и так далее, заявителем не представлено;

- непогашение задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины директора в неуплате долга при отсутствии доказательств, подтверждающих недобросовестное и неразумное поведение, повлекшее такую неуплату.

Определениями Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2023, 01.12.2023 апелляционные жалобы приняты к производству.

От ФИО4 в материалы дела поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы.

Рассмотрев означенное ходатайство, судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для его удовлетворения на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 265 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции прекращает производство по апелляционной жалобе, если от лица, ее подписавшего, после принятия апелляционной жалобы к производству в арбитражный суд поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы и отказ принят арбитражным судом в соответствии со статьей 49 АПК РФ.

Согласно части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц (часть 5 статьи 49 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев материалы дела, заявление ФИО4 об отказе от апелляционной жалобы, считает возможным его принять, поскольку заявленный отказ не противоречит закону и не нарушает права других лиц, заявлен лично подателем жалобы.

В связи с принятием судом апелляционной инстанции отказа ФИО4 от апелляционной жалобы производство по апелляционной жалобе ФИО4 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры  от 13 октября 2023 года по делу №  А75-2859/2020 подлежит прекращению на основании части 1 статьи 265 АПК РФ.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2023 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено в связи с удовлетворением ходатайства ФИО2 об отложении судебного заседания.

От ФИО3 в материалы дела поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов.

Отказывая в приобщении указанных документов, судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с частями 2, 3 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции при наличии ходатайства лица, участвующего в деле, о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств и при условии надлежащего обоснования лицом, участвующим в деле, невозможности представления в суд первой инстанции данных доказательств по причинам, не зависящим от него, а также в случае отказа судом первой инстанции в удовлетворении соответствующего ходатайства.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

Из буквального толкования вышеизложенных норм следует, что в арбитражный суд апелляционной инстанции могут быть предоставлены только те доказательства, которые фактически существовали на момент рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, но не могли быть представлены для рассмотрения по не зависящимот стороны обстоятельствам.

Представленные ответчиком документы, согласно пояснениям представителя, данным в судебном заседании, были получены им после принятия обжалуемого определения, то есть являются результатом сбора дополнительных доказательств в обоснование заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции полагает недопустимым и не отвечающим принципам равноправия сторон и состязательности арбитражного процесса действия стороны по сбору новых доказательств после вынесения обжалуемого решения. Поэтому приобщение к материалам дела дополнительных доказательств и их оценка на стадии рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции не соответствует положениям части 2 статьи 268 АПК РФ.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции отказывает в ходатайстве о приобщении к материалам дела указанных документов.

Судебная коллегия отмечает, что в связи с направлением дополнительных материалов посредством почтовой связи, означенное ходатайство и приложенные к нему материалы будут возвращены управляющему путем направления почтой вместе с копией постановления.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2023 в связи с отсутствием на день рассмотрения апелляционных жалоб судьи Зориной О.В., произведена замена судьи Зориной О.В. на судью Сафронова М.М. 

В судебном заседании представитель ФИО3  и ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционных жалобах, пояснил, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционные жалобы – удовлетворить.

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры  от 13 октября 2023 года по настоящему делу.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление конкурсного управляющего поступило в суд 20.12.2021, следовательно, заявление подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-Ф.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции учитывает, что указанные правила применяются судом только в части процессуальных и процедурных правоотношений.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» нормы материального права, регулирующие основания привлечения к субсидиарной ответственности, должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

То есть применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11 - 61.12 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, касающихся субсидиарной ответственности, зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Такой же подход к действию закона во времени изложен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006, а также в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

Поэтому применению к спорным правоотношениям подлежат нормы, предусмотренные редакциями статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11 - 61.12 Закона о банкротстве, действовавшими в соответствующий период.

В соответствии с частью 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпункту 1 пункта 1 части 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в частности, являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

В силу пунктов 1, 2, 4 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно, несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборотаи иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно материалам регистрационного дела должника, ФИО3 являлся генеральным директором ООО СТК «ИСТА» с 04.03.2009 до 21.07.2019 (том 78, л.д. 71; том 79, л.д. 40) и единственным участником должника в период с 05.02.2015 по 06.09.2019 (том 78, л.д. 149; том 79, л.д. 2, 74-75).

ФИО2 занимал должность исполнительного директора общества, о чем указали ответчики, а также бывший главный бухгалтер общества ФИО5

Таким образом, ФИО3 правомерно признан контролирующим должника лицом, что ответчиком также не оспаривается.

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Обстоятельства контролирующего участия ФИО2 также подтверждаются отзывом кредитора и контрагента ФИО7

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

При этом осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Оценивая степень вовлеченности ФИО2 в процесс управления должником, судом правомерно отмечено значительное влияние ответчика на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Так, из материалов дела о банкротстве, в том числе из материалов обособленного спора по оспариванию сделки должника, заключенной с ФИО2 следует, что последним неоднократно осуществлялось финансирование деятельности должника путем выдачи займов обществу.

При этом единственный установленный существенный актив должника выбыл из его собственности в пользу ФИО2

В частности, из материалов спора по заявлению о признании сделки с ФИО2 недействительной следует,  так как ФИО2 были возвращены не все суммы по договорам займов, генеральным директором было принято решение заключить договор залога техники в качестве обеспечения обязательств по договору займа.

Техника передана ФИО2 в счет погашения задолженности по договору займа от 2015 года и договору залога от 01.02.2018. Задолженность подтверждается актом сверки, подписанным ООО СТК «ИСТА» и ФИО2 03.06.2019, после проведения зачета взаимных требований. Задолженность ООО СТК «ИСТА» перед ФИО2 составляла 5 771 460,28 руб.

В соглашении о зачете взаимных требований указано о наступлении срока возврата займа 31.05.2019, однако из копии договора займа следует, что изначально заём предоставлен сроком до 31.12.2017 и срок возврата продлен после его истечения (01.02.2018).

То есть из материалов дела следует, что в счет исполнения задолженности перед ФИО2 не исполнявшейся с 2017 года, 01.02.2018 заключен договор залога на имущество (экскаватор, автогрейдер, трактор) в пользу ФИО2, после чего договором купли-продажи от 03.06.2019 указанное имущество (экскаватор, автогрейдер, трактор) отчуждается ФИО2 и в связи с проведением зачета взаимных требований, не оплачивается денежными средствами.

Затем, 21.07.2019 ФИО3 освобождается от должности руководителя должника и 06.09.2019 выходит из состава его участников.

С указанного момента и до момента введения процедуры конкурсного производства доказательства ведения какой-либо хозяйственной деятельности, взыскания дебиторской задолженности отсуствуют, в период конкурсного производства имуществау должника не выявлено.

Таким образом, не смотря на наличие обязательств перед иными кредиторами, единственный установленный ликвидный актив отчужден в пользу ФИО2, требования которого по общему правилу не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов третьей и предшествующих очередей.

Учитывая изложенное, ФИО2 также правомерно признан судом первой инстанции в качестве контролирующего должника лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации,либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

По общему правилу, контролирующее лицо, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В пункте 24 Постановления № 53 приведена правовая позиция, согласно которой в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

-невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

-невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

-невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

При этом, установленная абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать всю документацию должника конкурсному управляющему объективно возникает с даты открытия конкурсного производства и не связывает контролирующее лицо ожиданием такого требования от управляющего.

Из материалов настоящего дела следует, что определением суда от 14.12.2020 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об обязании ФИО3 в срок до 31 декабря 2020 года передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью СТК «ИнтерСтройТрансАвто» ФИО4 учредительных и учетных документов должника. В том числе:

Информацию и документы основания перехода права собственности (отчуждения в пользу третьих лиц) следующих единиц специальной техники:

- Прицеп тракторный «Медведь-12/1» - продан 04.12.2017 - Прицеп-здание мобильное «Башкирия 9ВБ» - продано 04.12.2017,

- Прицеп-здание мобильное «Башкирия 9ВБ» - продано 04.12.2017 - Прицеп-здание мобильное «Башкирия 9СД» - продано 04.12.2017,

- Прицеп-здание мобильное «Башкирия 9ВБ» - продано 04.12.2017 – Прицеп тракторный «Медведь-12/1» - продан 04.12.2017,

- Экскаватор Нitachi 2X240-50 - продан 03.06.2019 - Автогрейдер ДЗ-98В.00010 - продан 03.06.2019,

- Экскаватор гусеничный КОМАTSU РС-300-8 - продан 03.06.2019 – Трактор гусеничный Т-11.02ЯБР-1 - продан 03.06.2019,

с указанием нового правообладателя, сведений об оплате, сведений о соответствие цены реализации рыночной цене.

Информацию и документы о приобретении должником имущества:

 - Автогрейдер ДЗ-90 В 00010;

- гусеничный экскаватор HYUNDAY R260LC, с указанием о фактическом местонахождении имущества в настоящий момент, его техническом состоянии и владельце.

В случае если было произведено его отчуждение, указать нового правообладателя, сведения об оплате, сведения о соответствии цены реализации рыночной цене.

Информацию и документы о приобретении и местонахождении имеющихся на балансе должника запасах в сумме 5 987 000 рублей с предоставлением подтверждающих документов;

Информацию о составе дебиторской задолженности на общую сумму 167 514 000 рублей с предоставлением подтверждающих документов (договоры, дополнительные соглашения к договорам, первичная бухгалтерская документация, вся переписка с дебиторами);

- запасы на сумму 5 987 000 рублей;

- Автогрейдер ДЗ-90 В 00010;

- гусеничный экскаватор HYUNDAY R260LC.

Указанный судебный акт вступил в законную силу, не оспаривался ФИО3

Доказательства исполнения судебного акта в материалах дела отсутствуют.

При этом судом в рамках спора об обязании передать документы и имущество позиция конкурсного управляющего была основана на том, что смена состава участников должника и его единоличного исполнительного органа была произведена ФИО3 с целью причинить вред кредиторам. ФИО3 действовал в обход закона с противоправной целью не удовлетворять требования кредиторов (злоупотребил правом) и фактически документы и имущество должника, отраженные в балансе предприятия новому руководителю и участнику Толмачеву А.В. не передавались.

Данная позиция ответчиком не оспаривалась.

В рамках настоящего спора позиция ответчиков основана на том, что документы и имущество должника, наличие которых могло способствовать наполнению конкурсной массы и наиболее полному удовлетворению требований кредиторов переданы с продажей бизнеса новому владельцу Толмачеву А.В.

Между тем, данная позиция не подтверждена достаточными и достоверными доказательствами, при этом убедительно опровергнута конкурсным управляющим.

Так, представленная в обоснование позиции копия акта приема-передачи бумажного документооборота и электронного документооборота ООО СТК «ИнтерСтройТрансАвто» за период с 26.04.2017 по 19.07.2019 признана судом недостоверным доказательством.

Ответчиками в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств, опровергающих указанную позицию суда, в связи с чем у судебной коллегии отсутствуют основания для иного вывода.

По убеждению суда пояснение главного бухгалтера должника ФИО5 также не содержит объективных, проверяемых данных, позволяющих судить о действительном наличии спорного акта и факта передачи документов и в совокупности с тем обстоятельством, что ФИО5 находилась в служебной зависимости от одной из спорящих сторон (ответчика-1) не признано судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта.

Суд также пришёл к выводу о том, что ответ компании ООО «Новый Мир» не является доказательством факта передачи документов и имущества Толмачеву А.В., поскольку с ним не представлено объективных, проверяемых данных, а именно: договора на бухгалтерское обслуживание, перечня переданных Толмачевым А.В. документов, перечня, акта (описи), переданных адвокату Толмачева А.В. и данных о получившем их лице, перечня (акта об уничтожении) документов, уничтоженных после смерти Толмачева А.В.

Факт передачи какого бы то ни было имущества из указанного ответа не следует, тогда,  как в качестве основания ответственности указано на не передачу запасов, стоимостью 5 987 000 рублей. В указанной части, бывший главный бухгалтер об ошибочности учета не заявлял.

Учитывая данные обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами арбитражного управляющего о наличии признаков недобросовестного поведения в действиях ФИО3, не обеспечившего передачу всей первичной документации и имущества должника.

В отсутствие у конкурсного управляющего первичной документации, подтверждающей наличие дебиторской задолженности, не могли быть осуществлены действия по направлению контрагенту претензий и предъявлению иска.

Таким образом, при рассмотрении иного обособленного спора были установлены обстоятельства несвоевременной передачи руководителем должника управляющему первичных документов и имущества должника.

В отсутствие бухгалтерской документации у конкурсного управляющего отсутствовала и отсутствует возможность взыскать дебиторскую задолженность, проанализировать сделки должника, установить наличие либо отсутствие нематериальных активов, резервного капитала и запасов. В отсутствие первичных бухгалтерских документов, в частности, договоров с контрагентами, которыми оформлялись сделки должника, актов сверок отношений, конкурсный управляющий не имеет возможности определить состав таких контрагентов, установить их адреса, наличие и размер задолженности, направить претензию о погашении дебиторской задолженности. В материалы дела не представлены доказательства передачи конкурсному управляющему первичной документации, сопровождающей хозяйственную деятельность должника показатели, отраженные в бухгалтерских балансах.

В рассматриваемом случае отсутствие документов не позволило конкурсному управляющему иметь полную и достоверную информацию о деятельности должника, совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве (Определение Верховного Суда РФ от 16.10.2017 по делу № 302-ЭС17-9244, А33-17721/2013).

В нарушение принципов состязательности и равноправия сторон, ФИО3 в материалы обособленного спора не представлены достоверные доказательства того,что имеющаяся в его распоряжении документация общества передана, либо отсутствие у конкурсного управляющего указанных им сведений не затрудняет проведение процедур банкротства.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии вины ФИО3 в том, что в результате непредставления первичных документов конкурсный управляющий не смог надлежащим образом сформировать конкурсную массу должника, провести работу по инвентаризации и реализации имущества должника с целью формирования конкурсной массы и дальнейшего удовлетворения требований кредиторов.

При этом ответчиком, не исполнившим вступившее в законную силу решение суда о возложенной обязанности передать документацию конкурсному управляющему, надлежащим образом,  не доказавшим в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора факт передачи документов бухгалтерского учета в необходимой полноте, не приведено ни в коей степени обоснования того, что фактически выявленное управляющим имущество составляет все имевшиеся у должника активы, подлежащие включению в состав конкурсной массы, а обстоятельства хозяйственной деятельности должника исключают наличие сделок, подлежащих оспариванию, отсутствуют лица, причинившие должнику вред, не объяснены причины образования такого значительной задолженности перед кредиторами, находящейся в очевидном дисбалансе с обнаруженными активами.

Конкурсный управляющий в уточненном заявлении также указал, что имеются основания для привлечения солидарно ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве (не исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве), поскольку при наличии неисполняемой кредиторской задолженности и при наличии признаков неплатежеспособности наступила обязанность не позднее 01.01.2019 обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

При этом следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция сформирована в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда от 06.07.2016, в дальнейшем нашла отражение в положениях статьи 61.12 Закона о банкротстве и развита в Постановлении № 53.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, после образования задолженности по договору лизинга перед ООО «Икарлизинг» в ноябре 2018 года должник перестал надлежащим образом исполнять обязательства перед контрагентами, по договорам, заключенным в первом квартале 2019 года, что свидетельствует о недостаточности имущества для расчетов с контрагентами.

 По сведениям последнего направленного в налоговую инспекцию бухгалтерского баланса до признания должника банкротом, то есть за 2018 год (поскольку Толмачев А.В. признан номинальным руководителем и умер до истечения отчетного периода за 2019 год) актив баланса составлял 191,3 млн. руб., то есть в размере пятикратно превышающем размер обязательств.

Необходимо отметить, что даже в случае ошибочности указания дебиторской задолженности, размер иных активов: основных средств и запасов составил 23,8 млн. руб. или 73,9 %, что в любом случае является существенным для вывода о возможности избежания банкротства за счет данного имущества.

При этом, поскольку судом установлено намеренное укрытие имущества должника от взыскания кредиторами при наличии к тому реальной возможности, вывод о наступлении кризиса и наличии обязанности обратиться в суд противоречил бы установленным обстоятельствам дела.

Из материалов дела действительно усматривается, что должником прекращено исполнение денежных обязательств перед кредиторами. Между тем, материалами опровергнута презумпция недостаточности денежных средств, так как установлен умышленный характер неисполнения обязательств.

Учитывая изложенное, признается доказанными наличие оснований для привлечения ответчиков солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со статьей 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Определение арбитражного суда принято с соблюдением норм права, подлежащих применению при разрешении спорных правоотношений, отмене не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270 - 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

принять отказ от апелляционной жалобы (регистрационный номер  08АП-12031/2023) конкурсного управляющего ФИО4, прекратить производство по апелляционной жалобе конкурсного управляющего.

Определение  Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры  от 13 октября 2023 года по делу №  А75-2859/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.В. Дубок

Судьи

М.М. Сафронов

 М.П. Целых