АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

21 ноября 2018 года

Дело №

А56-9995/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Васильевой Е.С.,           Журавлевой О.Р., 

при участии от публичного акционерного общества «ОНХП» Зайцева М.А. (доверенность от 09.01.2018), Данилова С.В. (доверенность от 30.07.2018), Токаревой Е.А. (доверенность от 30.07.2018), от закрытого акционерного общества «Нефтехимпроект» Анферова Н.Р. (доверенность от 08.02.2018),

рассмотрев 14.11.2018 в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «ОНХП» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2018 (судьи    Будылева М.В., Горбачева О.В., Загараева Л.П.) по делу № А56-9995/2017,

у с т а н о в и л:

Публичное акционерное общество «ОНХП», место нахождения: 644050,         г. Омск,  бульв. Инженеров, д. 1, ОГРН 1025500508593, ИНН 5501035050   (далее – ПАО «ОНХП»), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о взыскании с закрытого акционерного общества «Нефтехимпроект», место нахождения: 197110, Санкт-Петербург, Крестовский пр., д. 11, лит. А, ОГРН 1027810280563,                            ИНН 7813001571 (далее – ЗАО «Нефтехимпроект»), 163 668 862 руб. 04 коп. задолженности на основании договора уступки права требования от 30.08.2016 № 164124 (далее – договор цессии).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены акционерное общество «Гипрогазоочистка» (далее – АО «Гипрогазоочистка») и публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (далее –                               ПАО «Промсвязьбанк»).

Решением суда первой инстанции (судья Сергеева О.Н.) от 21.12.2017 в удовлетворении заявленных требований истцу отказано. 

Апелляционный суд, установив основания для безусловной отмены решения суда, определением от 20.03.2018 перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции. 

Определением апелляционного суда от 08.05.2018 в удовлетворении ходатайства ПАО «Промсвязьбанк» о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, отказано. 

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.06.2018 кассационная жалоба Банка на определение Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2018 возвращена подателю. 

Судом апелляционной инстанции к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечено акционерное общество «АВТОВАЗБАНК» (далее -                   АО «АВТОВАЗБАНК»), которому ПАО «Промсвязьбанк» уступило право требования к АО «Гипрогазоочистка» по договору об уступке прав (требований) от 07.05.2018 № 0069-18-6У-0.

Постановлением апелляционного суда от 26.06.2018 решение суда первой инстанции от 21.12.2017 отменено. В удовлетворении заявленных          ПАО «ОНХП» требований полностью отказано. 

В кассационной жалобе и письменных пояснениях истец, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 26.06.2018 и направить дело на новое рассмотрение. 

По мнению подателя жалобы, в отсутствие встречного иска ответчика о признании сделки недействительной либо вступившего в законную силу решения суда по указанному предмету спора суд апелляционной инстанции не имел правовых оснований для оценки действительности договора цессии, являющегося оспоримой сделкой. ПАО «ОНХП» считает, что апелляционный суд неверно применил к обстоятельствам рассматриваемого спора разъяснения, содержащиеся в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – Постановление Пленума     № 54), и соответственно положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), поскольку в материалах дела не имеется доказательств намерения сторон по договору цессии причинить вред ответчику (должнику). Как указывает истец, судом апелляционной инстанции не учтено, что отсутствие согласия ПАО «Промсвязьбанк», как залогодержателя имущественных требований к ответчику по кредитным обязательствам                   АО «Гипрогазоочистка», на уступку указанных прав требования другому лицу влечет по гражданскому законодательству иные правовые последствия, не связанные с признанием договора цессии ничтожной сделкой. 

В отзыве на кассационную жалобу ответчик просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а кассационную жалобу истца – без удовлетворения, считая приведенные в ней доводы несостоятельными.

В судебном заседании представители истца поддержали доводы, приведенные в  кассационной жалобе, а представитель ответчика – возражения на них. 

Третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность  обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, между ПАО «Промсвязьбанк» (кредитор) и АО «Гипрогазоочистка» (заемщик) 07.02.2014 заключен кредитный договор                № 0001-14-3-0 с дополнительными соглашениями к нему, в соответствии с которым кредитор обязался предоставить заемщику кредит в размере и на условиях, предусмотренных данным договором, в пределах лимита задолженности, установленного договором, а заемщик обязался  возвратить кредитору полученные денежные средства и уплатить проценты за пользование кредитом, а также иные платежи, подлежащие уплате кредитору, в порядке, предусмотренном настоящим договором (том 6 л.д. 36-51). 

В обеспечение исполнения обязательства по указанному кредитному договору между ПАО «Промсвязьбанк» и АО «Гипрогазоочистка» заключен договор о залоге прав (требований) от 12.02.2014 № Т-1/0001-14-3-О и дополнительные соглашения к нему, в соответствии с которыми Банку переданы права требования на получение от ЗАО «Нефтехимпроект» денежных средств, вытекающие из договоров подряда от 17.02.2014 № 14009, от 17.02.2014                          № 14005, от 01.04.2014 № 14014, от 17.02.2014 № 14004, от 17.02.2014             № 14008, от 17.02.2014 № 14007 (т. 7, л.д. 57-65).

По приведенным договорам подряда, заключенным между                     ЗАО «Нефтехимпроект» (заказчик) и АО «Гипрогазоочистка» (субподрядчик), последнее выполнило подрядные работы в полном объеме и по актам сдачи-приемки передало их результат заказчику, вследствие чего у                           ЗАО «Нефтехимпроект» возникла обязанность оплатить указанные работы в общей сумме 163 668 862 руб. 04 коп. 

По договору цессии АО «Гипрогазоочистка» уступило ПАО «ОНХП» право требования указанной суммы задолженности по договорам подряда от 17.02.2014 № 14009, от 17.02.2014 № 14005, от 01.04.2014 № 14014, от 17.02.2014 № 14004, от 17.02.2014 № 14008, от 17.02.2014 № 14007, а также             48 748 147 руб. 71 коп. -  по договорам от 17.02.2014 № 14006 и от 21.11.2014  №  14026.

О состоявшейся уступке права требования по договору цессии                   АО «Гипрогазоочистка» (первоначальный кредитор) уведомило                             ЗАО «Нефтехимпроект» письмом  от 05.09.2016  № ГГО/02/16-7726. 

ПАО «ОНХП» (новый кредитор) также уведомило ответчика о состоявшейся уступке права требования письмом от 06.09.2016 № 1432.

Между тем после получения указанных уведомлений от первоначального и нового кредиторов, что ответчиком не оспаривалось и не опровергалось,            ЗАО «Нефтехимпроект» 26.09.2016 и 27.09.2016 перечислило денежные средства в сумме 133 453 773 руб. 35 коп., составляющих его задолженность по договорам подряда от 17.02.2014 № 14009, от 17.02.2014 № 14005, от 01.04.2014 № 14014, от 17.02.2014 № 14004, от 17.02.2014 № 14008, от 17.02.2014 № 14007 на расчетный счет АО «Гипрогазоочистка», а также заявило о зачете встречных требований на сумму 30 215 088 руб. 70 коп. 

О совершении указанных действий ЗАО «Нефтехимпроект» проинформировало ПАО "ОНХП" письмом № 02/1-4963, а                                     ПАО «Промсвязьбанк»  письмом № 02/1-4964.

Задолженность по договорам подряда от 17.02.2014 № 14006 и от 21.11.2014 №  14026 в общей сумме 48 748 147 руб. 71 коп. перечислена ответчиком непосредственно ПАО «ОНХП» как новому кредитору. 

ПАО «ОНХП», считая перечисление ответчиком задолженности по договорам подряда от 17.02.2014 № 14009, от 17.02.2014 № 14005, от 01.04.2014 № 14014, от 17.02.2014 № 14004, от 17.02.2014 № 14008, от 17.02.2014 № 14007  первоначальному кредитору ненадлежащим исполнением, направило ЗАО «Нефтехимпроект» претензии с требованием об оплате задолженности в сумме 163 668 862 руб. 04 коп. 

Письмом от 27.09.2016 № 02/1-4963 ЗАО «Нефтехимпроект» в удовлетворении претензий отказало, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском о взыскании образовавшейся задолженности.

Суд апелляционной инстанции, основываясь на положениях статей 382, 388, 10 и 168 ГК РФ и со ссылкой на разъяснения, содержащиеся в пункте 17 Постановления Пленума № 54, отказал истцу в удовлетворении иска,  признав недействительной сделку по договору цессии в части передачи новому кредитору права требования задолженности по договорам от 17.02.2014                  № 14009, от 17.02.2014 № 14005, от 01.04.2014 № 14014, от 17.02.2014 № 14004, от 17.02.2014 № 14008, от 17.02.2014 № 14007, поскольку эта сделка была совершена без согласия  ПАО «Промсвязьбанк» и в отсутствие у цедента права на взыскание спорной задолженности, учитывая, что правом требования к должнику по указанным договорам обладал банк как залогодержатель.   

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения апелляционным судом норм материального права, приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В пунктах 73, 74 и 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации»  (далее – Постановление Пленума № 25) приведен перечень сделок, которые в силу прямого указания закона относятся к ничтожным. Кроме того, в данных  разъяснениях Постановления Пленума № 25 указано, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ). 

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

В соответствии с положениями статьи 358.1 ГК РФ предметом залога могут быть имущественные права (требования), вытекающие из обязательства залогодателя. Залогодателем права может быть лицо, являющееся кредитором в обязательстве, из которого вытекает закладываемое право (правообладатель).

Если иное не установлено законом или договором либо не следует из существа обязательства, предметом залога могут быть часть требования, отдельное требование или несколько требований, вытекающих из договора или иного обязательства.

Между тем гражданское законодательство не наделяет залогодержателя правом самостоятельно предъявить должнику требование об исполнении по заложенному обязательству, оставляя это право за залогодателем. По общему правилу должник продолжает исполнять обязательство своему кредитору-залогодателю, что следует из положений пункта 1 статьи 358.6 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 358.8 ГК РФ реализация заложенного права осуществляется в порядке, установленном пунктом 1 статьи 350 и пунктом 1 статьи 350.1 данного Кодекса. 

В случае обращения взыскания на заложенное право в судебном порядке стороны могут договориться о том, что его реализация осуществляется посредством перевода по требованию залогодержателя заложенного права на залогодержателя по решению суда. 

Если взыскание на заложенное право обращается во внесудебном порядке, стороны могут договориться, что реализация заложенного права осуществляется посредством уступки заложенного права залогодателем залогодержателю или указанному залогодержателем третьему лицу. В случае отказа залогодателя уступить заложенное право залогодержатель или третье лицо вправе требовать перевода на себя этого права по решению суда или на основании исполнительной надписи нотариуса и возмещения убытков, причиненных в связи с отказом уступить это право.

В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции не установлено, что АО «Гипрогазоочистка» в порядке обращения взыскания на заложенное право уступило ПАО «Промсвязьбанк» свои обязательственные права по договорам подряда от 17.02.2014 № 14009, от 17.02.2014 № 14005, от 01.04.2014 № 14014, от 17.02.2014 № 14004, от 17.02.2014 № 14008, от 17.02.2014 № 14007 до момента заключения между истцом и                                   АО «Гипрогазоочистка» договора цессии. 

При отсутствии в материалах дела указанных сведений у суда апелляционной инстанции не имелось правовых оснований для вывода  о том, что ПАО «Промсвязьбанк» как залогодержатель обладал правом требования к должнику по указанным договорам подряда, и соответственно, о том, что           АО «Гипрогазоочистка» действовало недобросовестно, уступив не принадлежащее ему право требования к должнику иному лицу. 

Ссылка апелляционного суда на утвержденное определением Лефортовского районного суда г. Москвы от 12.12.2016 по гражданскому делу  № 2-3540/2016 мировое соглашение, которым установлен порядок погашения АО «Гипрогазоочистка» и его поручителей задолженности по кредитному договору № 0001-14-3-0 от 07.02.2014 перед Банком не означает, что указанным соглашением, заключенным сторонами кредитного договора, определены  условия обращения взыскания на заложенные обязательственные права заемщика. Таких обстоятельств, не требующих доказывания, суд апелляционной инстанции также не установил.

В силу пункта 2 статьи 346 ГК РФ залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога. 

В случае отчуждения залогодателем заложенного имущества без согласия залогодержателя применяются правила, установленные подпунктом 3 пункта 2 статьи 351, подпунктом 2 пункта 1 статьи 352, статьей 353 настоящего Кодекса. Залогодатель также обязан возместить убытки, причиненные залогодержателю в результате отчуждения заложенного имущества. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011        № 10, в случае, когда для распоряжения заложенным движимым имуществом требовалось согласие залогодержателя (пункт 2 статьи 346 ГК РФ), сделка залогодателя по распоряжению предметом залога, совершенная без согласия залогодержателя после заключения договора о залоге, не может быть оспорена последним, поскольку в подпункте 3 пункта 2 статьи 351 Кодекса установлено иное последствие нарушения положений закона о распоряжении залогодателем предметом залога, а именно - предъявление требования о досрочном исполнении обязательства, обеспеченного залогом, и об обращении взыскания на предмет залога.

Исходя из приведенных норм права и указанных разъяснений Пленума  следует признать, что наличие предусмотренных законом иных последствий нарушения залогодателем запрета на отчуждение предмета залога без согласия залогодержателя, не связанных с недействительностью сделки, не позволяло апелляционному суду признавать заключенный залогодателем договор цессии в части передачи прав требования к должнику иному лицу без согласия залогодержателя недействительным в виду его ничтожности.  

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в Определении от 15.04.2008 № 323-О, нормы статьи 346 ГК РФ в системной связи с положениями статьи 353 ГК РФ направлены на защиту интересов кредитора по обеспеченному залогом обязательству, поскольку предусматривают также сохранение залога при переходе права на заложенное имущество к другому лицу. 

Разрешая настоящий спор, суд апелляционной инстанции применил положения статей 10 и 168 ГК РФ, указывая, в частности,  на нарушение сторонами договора цессии пунктов 16.11 договоров № 14004, № 14005,                     № 14007, № 14008, № 14009 и № 14014, определяющих получение                          АО «Гипрогазоочистка» письменного согласия ЗАО «Нефтехимпроект» на передачу своих прав и обязанностей третьим лицам. 

Между тем из договора цессии не следует, что АО «Гипрогазоочистка» одновременно передало истцу не только права по денежному обязательству, но и обусловленные договорами подряда  обязанности. Таких обстоятельств апелляционный суд не устанавливал.

В силу пункта 3 статьи 388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 17 Постановления Пленума            № 54, следует, что уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку. 

По смыслу указанных разъяснений такая уступка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ, если доказано, что цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику.

Однако, применяя указанные нормы права, суд апелляционной инстанции не указал в обжалуемом постановлении, какие действия сторон договора цессии на момент его заключения свидетельствуют о намерении причинить вред должнику, принимая во внимание то, что личность кредитора по денежному обязательству не имеет для должника существенного значения. 

Признав договор цессии недействительной сделкой, апелляционный суд не исследовал и не дал правовой оценки имеющимся в материалах дела доказательствам, свидетельствующим о том, что денежное исполнение по договорам подряда первоначальному кредитору произведено ответчиком уже после получения от АО «Гипрогазоочистка» уведомления о переходе прав к другому лицу, что по смыслу положений пункта 3 статьи 382 ГК РФ не  подтверждает прекращение соответствующих денежных обязательств должника их исполнением. 

С учетом изложенного суд кассационной инстанции считает выводы суда апелляционной инстанции о недоказанности истцом возникновения права требования к ответчику по настоящему делу недостаточно обоснованными. 

В этой связи суд кассационной инстанции, основываясь на положениях пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ, считает принятые по делу судебные акты, в том числе решение суда первой инстанции от 14.03.2018, вынесенное с нарушением процессуальных норм, подлежащими отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении дела суду необходимо при правильном применении норм материального и процессуального права полно и всесторонне исследовать имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы сторон по правилам статьи 71 АПК РФ, дать им правовую оценку, а затем с учетом установленных по делу фактических обстоятельств - принять законное и обоснованное решение, разрешив при этом вопрос о распределении судебных расходов по делу, в том числе по кассационной жалобе. 

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 286, пунктом 3 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2017 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2018 по делу № А56-9995/2017 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города             Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

 

Председательствующий

Л.И. Корабухина

Судьи

Е.С. Васильева

О.Р. Журавлева