Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-20631/2022

01 июня 2023 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  19 мая 2023 года.

Полный текст решения изготовлен  01 июня 2023 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Целищевой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: общество с ограниченной ответственностью "Кэмикалс коатинг" (адрес:  Россия 197374, Санкт-Петербург, Санкт-Петербург, ул. Мебельная, д. 12, корп. 1, литера Б, пом. 2Н, офис 204, ОГРН: 

<

***>);

ответчик: общество с ограниченной ответственностью "Фарм" (адрес:  Россия 194362, пос. Парголово, Санкт-Петербург, Вокзальное шоссе, уч. 5, западнее дома 55; Россия 194362, Санкт-Петербург, п.  Левашово, Вокзальная 77, ОГРН: 

<

***>);

о взыскании, об обязании 

при участии

- от истца: ФИО2 (доверенность от 14.02.2022), ФИО3 (доверенность от 14.02.2022),

- от ответчика: ФИО4 (доверенность от 01.12.2021), участника общества ФИО5 (выписка из ЕГРЮЛ),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Кэмикалс коатинг» (далее – Компания) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Фарм» (далее – Общество) о взыскании 356 698 руб. в возмещение убытков, об обязании передать бытовки (блок-контейнеры), смазочно-охлаждающую жидкость Mobilcut 230 в количестве 4 бочки металлические 208 литров каждая и смазочно-охлаждающую жидкость Mobilcut 230 в количестве 40 пластиковых канистр 20 л каждая на основании акта принятия товара на хранение (дело № А56-20631/2022). 

Общество обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Компании о взыскании 160 178,57 руб. задолженности и 11 413,75 руб. пеней по договору аренды складских площадей № 9 от 01.10.2021,  384 428,57 руб. и 27 393 руб. задолженности по договору аренды складских площадей № 10 от 01.10.2021, 30 433 руб. и 212 687 руб. в возмещение убытков, связанных с приведением в надлежащее состояние складских помещений площадью 500 кв.м и 1200 кв.м соответственно, расположенных по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...> участок 5 (дело № А56-38356/2022).

Определением от 08.07.2022 суд объединил дела № А56-20631/2022 и А56-38356/2022 в одно производство для совместного рассмотрения с присвоением делу № А56-20631/2022. 

В ходе рассмотрения дела суд в целях всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела и правильного разрешения спора истребовал у 49 отдела полиции УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга материалы КУСП № 9503 от 22.12.2021 и у УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга материалы КУСП № 115 от 22.12.2021.

Истребованные доказательства поступили в материалы дела.

В ходе рассмотрения дела представитель Общества заявил ходатайство, в котором просил обозреть в судебном заседании видеозаписи, произведенные на территории участка 5 (западнее 55) по адресу: Санкт-Петербург, пос. Парголово, Вокзальное шоссе (Осиновая роща тер.) за период с 17.12.2021 по 31.12.2021.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном этим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы. Не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ).

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65 АПК РФ).

В силу ч. 2, 3 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Как пояснил представитель Общества в ходе рассмотрения дела, на приложенной к ходатайству флэш-карте содержится 6 видеофайлов, зафиксировавших вывоз и ввоз Компанией имущества в период с 17.12.2021 по 31.12.2021.

На предложение суда представить в материалы дела в качестве доказательства непрерывную видеозапись, отражающую события с 17.12.2021 по 31.12.2021, в целях предоставления сторонам возможности сослаться на конкретные зафиксированные на видеозаписи обстоятельства в обоснование своих требований и возражений, представитель Общества ответил отказом, указав, что в таком виде видеозапись у Общества не сохранилась.

С учетом изложенного, приняв во внимание, что представленные Обществом 6 видеофайлов не могут достоверно подтвердить либо опровергнуть обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, суд отклонил соответствующее ходатайство Общества.

При этом судом также учтено, что представитель Компании не отрицал, что после возникновения между сторонами конфликтной ситуации периодически доступ представителям Компании обеспечивался только в целях вывоза определенного имущества.

Также судом приобщены к материалам дела и оценены в порядке статьи 71 АПК РФ представленные Обществом фотоматериалы, в том числе снимки экрана, фиксирующие определенные периоды названной видеозаписи.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела судом было назначено проведение сторонами совместного осмотра арендуемых ангаров.

При таком положении суд пришел к выводу, что обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, могут быть установлены на основании иных представленных в дело доказательств, ходатайство Общества отклонил.

В ходе рассмотрения дела Компания, уточнив требования в порядке статьи 49 АПК РФ, просила:

- взыскать с Общества 356 193 руб. в возмещение убытков, в том числе в общей сложности 123 000 руб. стоимости простоя специализированной автотехники 17.12.2021 и 23.12.2021, 189 193 руб. излишне уплаченной арендной платы, 32 500 руб. и 12 000 руб. стоимости ремонта въездных ворот, и 75 449,86 руб. пеней, начисленных на эту сумму;  1 225 000 руб. в возмещение стоимости масла согласно акту МХ № 105 от 22.11.2021, УПД № 22 от 11.05.2022 и счету на оплату № 24 от 11.05.2022, оплаченной платежными поручениями от 11.05.2022 № 176, от 17.05.2022 № 179 и от 24.05.2022 № 186 и 138 257,19 руб. пеней, начисленных на эту сумму; 11 356,18 руб. пеней, начисленных за пользование бытовками;

- обязать Общество передать Компании две бытовки (блок-контейнеры).

Согласно части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 25 и 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

По смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ не допускается одновременное изменение предмета и основания иска, являющееся, по существу, предъявлением нового требования. Соблюдение данного запрета проверяется арбитражным судом вне зависимости от наименования представленного истцом документа (например, уточненное исковое заявление, заявление об уточнении требований).

По смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ под увеличением размера исковых требований следует понимать увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено истцом в исковом заявлении.

Не является увеличением размера исковых требований предъявление истцом новых требований, связанных с заявленными в исковом заявлении, но не содержащихся в нем (например, требования о применении мер ответственности за нарушение обязательства дополнительно к заявленному в иске требованию о взыскании основного долга).

Как следует из заявления об уточнении исковых требований, Компания дополнительно к первоначально заявленным требованиям предъявила к взысканию пени, начисленные на суммы убытков, в размере 75 449,86 руб. и 138 257,19 руб., а также пени, начисленные за пользование бытовками в сумме 11 356,18 руб.; вместе с тем в иске данные требования заявлены не были.

Поскольку указанные требования по смыслу и содержанию положений статьи 49 АПК РФ представляют собой новые требования, которые могут быть рассмотрены судом отдельно в рамках самостоятельного иска, суд не усмотрел оснований для принятия уточнения исковых требований в этой части.

Уточненные требования о взыскании 356 193 руб. в возмещение убытков,  1 225 000 руб. в возмещение стоимости масла, обязании Общества передать Компании бытовки (блок-контейнеры) приняты судом к рассмотрению в порядке части 1 статьи 49 АПК РФ.

При этом увеличение цены иска в части взыскания 1 225 000 руб. в возмещение стоимости масла судом принято, в том числе, с учетом того, что в первоначально приложенном к иску расчете указанная сумма (1 225 000 руб.) была указана Обществом в качестве убытков.

В судебном заседании представители Компании и Общества поддержали доводы исков и возражения своих представляемых.

Заслушав доводы представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Как видно из материалов дела, Общество (арендодатель) и Компания (арендатор) 01.10.2021 заключили договоры № 9 и 10, по условиям которых арендодатель обязался сдать, а арендатор – принять в срочное возмездное владение и пользование складские площади размерами 500 кв.м и 1200 кв.м соответственно по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...> уч. 5, кадастровый номер 78:13368:1005.

По условиям п. 1.2 договоров складские площади предоставляются арендатору для хранения принадлежащих ему материалов (оборудования) сроком на одиннадцать месяцев; срок аренды наступает 01.10.2021 и истекает 31.08.2022.

В силу п. 2.1 договоров арендатор обязался ежемесячно вносить арендодателю за пользование складскими площадями плату в сумме 230 руб. за кв.м, НДС не облагается.

Общая сумма аренды по договору № 9 составила 115 000 руб., по договору № 10 – 276 000 руб. (п. 2.4 договоров).

До заключения договоров № 9 и 10 Компания пользовалась складскими помещениями по вышеуказанному адресу с марта 2013 года, осуществляя ввоз товара, его хранение и вывоз согласно договорам аренды складских площадей № 1 от 01 марта 2013 года, № 5  от 25 ноября 2014 года,   № 6 от 26 октября 2015 года,  № 23/09 от 23 сентября 2016 года, № 8 от 01 октября 2017 года и приложений к нему.

Раздел 5 договоров предусматривает основания для одностороннего расторжения договоров.

В силу п. 5.3 договоров они могут быть расторгнуты по соглашению сторон, если одна сторона предупредит другую о расторжении за 30 календарных дней.

В уведомлениях от 13.12.2021 № 13/12 и 13/12.1 Компания со ссылкой на п. 5.2.2, 5.3 сообщила о расторжении в одностороннем порядке договоров № 9 и 10.

Как указала Компания в иске, 17.12.2021 арендодатель самовольно закрыл ворота на въезде на территорию складских помещений и сменил в складских помещениях замки, в связи с чем с указанной даты Компания не могла пользоваться арендованным имуществом и понесла убытки, связанные с невозможностью вывоза своего имущества.

В письме от 22.12.2021 Компания просила прекратить противоправные действия, выразившиеся в ограничении доступа в арендуемые помещения, не чинить препятствия к вводу и вывозу имущества арендатора.

В ответном письме Общество указало, что договоры № 9 и 10 были заключены в отношении аренды складских помещений, а в отношении аренды земельных участков на территории Общества договоров между сторонами не заключалось, равно как и  не заключалось договоров на нахождение и хранение какого-либо имущества Компании на территории Общества.

В пункте 5 ответного письма Общество указало, что ему стало известно о намерении Компании в одностороннем порядке расторгнуть договоры № 9 и 10, однако ввиду отсутствия в доверенности от 29.11.2021 полномочий и.о генерального директора Компании ФИО3 на представление документов в адрес Общества оно полагало уведомления № 13/12 и 13/12.1 ненадлежащим образом оформленными.

В пунктах 6 – 7 ответного письма Общество указало, что поскольку Компания вывозит свое имущество, находящееся в помещениях согласно договорам № 9 и 10 в ночное время, во избежание возможности несанкционированного вывоза с территории имущества, принадлежащего Обществу, последнее уведомило Компанию, что вывоз имущества должен осуществляться в дневное время с 09 ч 00 мин до 18 ч 00 мин с осуществлением контроля представителей Общества; никаких препятствии для вывоза имущества Компании, хранящегося в ангарах, Общество не создает. 

В п. 8  ответного письма Общество также указало, что  им повешен замок на свои ворота, через которые осуществляется ввоз-вывоз на территорию и с территории Общества.

В названном письме Общество также указало, что Компания должна надлежащим образом в установленные договорами сроки уведомить Общество о своем намерении в одностороннем порядке прекратить договоры № 9 и 10; убрать все свое имущество, оборудование, мусор из помещений ангаров; привести в порядок конструкцию ангара, в том числе восстановить внутреннюю обшивку ангара, заменить внешние листы на воротах № 2 и на стенке ангара, которые попали под действие химических реагентов, сдать ангары по договорам № 9 и 10 по актам приема-передачи в установленные договорами сроки.

По факту недопуска Обществом арендатора на территорию Компания 22.12.2021 также обратилась в 49 отдел полиции УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга.

Определением от 24.02.2022 № 5928 капитаном полиции УУП 49 отдела полиции УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга на основании обращения ФИО3 от 22.12.2021 возбуждено дело об административном правонарушении по признакам правонарушения, предусмотренного ст. 19.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (за самоуправство), которое впоследствии постановлением от 03.05.2022 прекращено со ссылкой на объяснения учредителя Общества.

Изложенные обстоятельства послужили поводом для обращения Компании в арбитражный суд с настоящим иском (дело № А56-20631/2022).

Позднее Общество обратилось в суд с иском о взыскании задолженности по договорам и убытков (дело № А56-38356/2022), указав на следующее.

При ежемесячном осмотре Общество 23.12.2021 обнаружило повреждения ангаров.

В требовании от 24.12.2021 № 3/2021 Общество указало, что поскольку арендодатель не признает полномочия лица, подписавшего уведомления № 13/12 и 13/12.1, договоры № 9 и 10 являются действующими; 23.12.2021 при визуальном осмотре переданных арендатору складских помещений арендодателем выявлено, что:

- после повреждения арендатором складских помещений в июле 2021 года не восстановлена внутренняя обшивка складских помещений;

- не заменены внешние листы на воротах № 2 и на стенке ангара, которые попали под действие химических реагентов;

- складские помещения захламлены отходами (мусором) для вывоза которого, по предварительным оценкам, потребуется около 4-х камазов, а также потребуется привлечение сторонних организаций для оказания услуг по вывозу отходов (погрузка, плата полигону и пр.), и предложило для подтверждения описанных фактов обеспечить явку уполномоченного представителя Компании для составления акта осмотра «31» декабря 2021 года в 10:00 по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...> участок 5.

31.12.2021 арендодатель составил акты осмотра ангаров в одностороннем порядке; в уведомлениях от 10.01.2022 со ссылкой на п. 5.2 договоров отказался от их исполнения в одностороннем порядке по мотиву неуплаты Компанией арендной платы за январь 2022 года, просил считать договоры расторгнутыми с 11.02.2022, явиться 11.02.2021 для подписания актов приемки-передачи помещений из аренды, привести арендованное имущество в надлежащее состояние.

В претензиях от 18.02.2022 Общество потребовало погасить задолженность по договорам за январь-февраль 2022 года, возместить стоимость ремонта ангаров, указанную в договоре строительного подряда от 14.02.2022 № 14-02/22, заключенном с ООО «Форвард Плюс» (подрядчиком).

Неисполнение Компанией указанных требований в добровольном порядке послужило поводом для обращения Общества в арбитражный суд с настоящим иском (дело № А56-38356/2022).

Оценив в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Согласно статьям 606 и 614 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

В соответствии с пунктом 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

При этом исполнение арендатором обязательства по внесению арендной платы обусловлено исполнением арендодателем встречного обязательства по передаче имущества во владение и пользование арендатору (пункт 1 статьи 328 ГК РФ).

Таким образом, из статьи 606 и пункта 1 статьи 611 ГК РФ следует, что основная обязанность арендодателя состоит в обеспечении арендатору возможности пользования вещью в соответствии с ее назначением.

Из содержания норм главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательства сторон по договору аренды являются взаимными - арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, позволяющем использовать его в соответствии с условиями договора и назначением имущества, в то время как арендатор, получив возможность такого использования, обязан вносить арендную плату. При этом арендодатель вправе требовать внесения арендатором арендной платы в предусмотренном договором размере в том случае, если арендатор имеет как фактическую, так и юридическую возможность владеть и пользоваться арендованным имуществом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03 марта 2016 года № 305-ЭС15-15053).

Невозможность пользоваться арендованным имуществом по обстоятельствам, не зависящим от арендатора, освобождает последнего от исполнения его обязанности по внесению арендной платы. Поскольку арендодатель в момент невозможности использования арендованного имущества не осуществляет какого-либо предоставления, соответственно, он теряет право на получение арендной платы (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 N 302-ЭС-14-735, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015).

Применительно к договору аренды складских площадей арендатор должен иметь возможность осуществлять использование этих площадей в соответствии с той целью, для которой они были ему предоставлены.

При этом в силу п. 1 ст. 652 ГК РФ по договору аренды здания или сооружения арендатору одновременно с передачей прав владения и пользования такой недвижимостью передаются права на земельный участок, который занят такой недвижимостью и необходим для ее использования. 

Согласно п. 2 ст. 652 ГК РФ в случаях, когда арендодатель является собственником земельного участка, на котором находится сдаваемое в аренду здание или сооружение, арендатору предоставляется право аренды земельного участка или предусмотренное договором аренды здания или сооружения иное право на соответствующий земельный участок; если договором не определено передаваемое арендатору право на соответствующий земельный участок, к нему переходит на срок аренды здания или сооружения право пользования земельным участком, который занят зданием или сооружением и необходим для его использования в соответствии с его назначением. 

Таким образом, арендатор вправе беспрепятственно использовать прилегающий к арендуемому зданию (сооружению) участок в целях, предусмотренных договором аренды складских помещений.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указала Компания в иске, 17.12.2021 арендодатель самовольно закрыл въездные ворота на территорию складских помещений и сменил в складских помещениях замки, в связи с чем с указанной даты Компания не могла пользоваться арендованным имуществом.

Указанные Компанией обстоятельства нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, что следует, в том числе, из письма Компании от 22.12.2021; из ответного письма Общества,  в п. 8 которого арендодатель подтвердил, что им повешен замок на свои ворота, через которые осуществляется ввоз-вывоз на территорию и с территории Общества; из материала КУСП-9503 от 22.12.2021, зарегистрированного УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга, направленного в 49 отдел полиции УМВД России и перерегистрированного в КУСП-18440/49 от 24.12.2021; из материала КУСП-18354/49 от 22.12.2021.

Согласно материалам, поступившим от УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга, в ходе проведения проверки по заявлению гражданки ФИО3 (материал КУСП-18354 от 22.12.2021) 22.12.2021 получены:

- объяснения гражданина ФИО6, являющегося одним из участников Общества, согласно которым ФИО6 является собственником ангаров, которые арендовала Компания; срок аренды в настоящее время истек; Компания вывезла с территории все свое имущество и претендует на вывоз с территории вагона-бытовки, которую ФИО6 полагает своей собственностью;

- объяснения гражданки ФИО7, являющейся охранником на объекте по адресу: Вокзальное шоссе, д. 77, согласно которым, находясь на рабочем месте, руководство ФИО7 закрыло соседний участок, на котором находятся 2 промышленных ангара; участок закрыт на замок, ключ ФИО7 отдали, но сказали никому не открывать без их разрешения;

-  объяснения гражданина ФИО2, инженера Компании, согласно которым с утра 22.12.2021 на погрузку приехали транспортные средства для вывоза с территории склада бытовок; 17.12.2021 арендодателем были поменяны замки; ключи от въездных ворот выданы не были; на обращение к сотрудникам и руководству Общества (Шварцу В.А.) с просьбой открыть склад и ворота был получен отказ, в связи с чем приехавшие автомобили загружены не были;

- объяснения гражданина ФИО8, начальника склада Компании, согласно которым 22.12.2021 он вышел на работу и должен был погрузить на эвакуатор вагончики-бытовки, но на воротах арендодателями был поменян замок, доступ на территорию был закрыт, а охране дано указание машинам Компании ворота не открывать, вследствие чего машины погрузиться не смогли.

В рамках проверки материала КУСП-18354 старшим дознавателем ОД УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга 22.12.2021 также был составлен протокол осмотра места происшествия, согласно которому территория д. 77 по Вокзальному шоссе в п. Парголово, Санкт-Петербург, огорожена металлическим забором, имеет распашные железные ворота и калитку; на воротах повешен металлический замок, калитка открыта, на ней имеется врезной замок; справа от калитки имеется ангар (металлический), при входе в который напротив входа стоит погрузчик «Jungheinrich» черно-желтого цвета, имеется два палета с химическими реактивами, три палета с запасными частями для погрузчика, два стеллажа со строительным инвентарем и маслом для погрузчика, в количестве 6 бочек; за ангаром № 1 стоит строительная бытовка синего цвета; напротив входных ворот находится ангар № 2, при входе в который имеется погрузчик «CAT», серийный номер Т16Д-70093, одни рохли, восемь бочек объемом 200 литров, два палета с канистрами с маслом, упакованные и приготовленные к погрузке; также на территории ангара № 2 имеется строительный мусор, запакованный и подготовленный к вывозу; с левой стороны от ангара № 2 имеется строительная бытовка серого цвета.

В протоколе осмотра места происшествия также отражены объяснения ФИО3, присутствовавшей при осмотре, согласно которым 17.12.2021, приехав по адресу арендуемых в рамках договоров № 9 и 10 складов, она обнаружила замок на воротах; действия арендодателя препятствуют вывозу своего имущества и пользованию арендуемым имуществом; на территории Общества по согласованию были установлены две строительные бытовки, в которых осуществляли трудовую деятельность работники Компании (выписывали документы на отгрузку); в вывозе бытовок Компании было отказано, машина для вывоза простояла более 4-х часов; представитель Общества сообщил, что данные бытовки принадлежат их организации.

Также как видно из материалов дела, в требовании от 24.12.2021 № 3/2021 Общество указало, что 23.12.2021 при визуальном осмотре переданных арендатору складских помещений арендодателем выявлено, что арендатором не восстановлена внутренняя обшивка складских помещений; складские помещения захламлены отходами (мусором), для вывоза которого, по предварительным оценкам, потребуется около 4-х камазов, а также потребуется привлечение сторонних организаций для оказания услуг по вывозу отходов (погрузка, плата полигону и пр.). То есть, по состоянию на момент осмотра (23.12.2021) у арендодателя имелся свободный доступ в арендуемые Компанией помещения, что также подтверждает доводы Компании о самовольном взломе и последующей смене арендодателем замков на дверях складов.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что с 17.12.2021 арендодатель ограничил арендатору доступ к арендуемому в рамках договоров № 9 и 10 имуществу, что препятствовало как пользованию этим имуществом, так и вывозу арендатором собственного имущества.

Законных оснований для такого поведения арендодателя судом в настоящем деле не установлено.

Несогласие арендодателя с односторонним отказом арендатора от исполнения договоров № 9 и 10, непризнание этих отказов по мотиву отсутствия у лица, подписавшего уведомления № 13/12 и 13/12.1, соответствующих полномочий основанием для ограничения арендатору доступа к арендуемому имуществу не являются.

При этом, истолковав положения договоров № 9 и 10 в порядке статьи 431 ГК РФ, суд пришел к выводу, что право на односторонний отказ от их исполнения с предупреждением арендодателя за 30 дней до такого расторжения у арендатора имелось.

Этот вывод обусловлен, в том числе, включением пункта 5.3 в раздел договоров, который назван «основания для одностороннего расторжения Договора».

При этом оснований для расторжения договоров № 9 и 10 по основанию, указанному в п. 5.2.2 договоров, судом не установлено в отсутствие в материалах дела соответствующих доказательств. 

Судом также принято во внимание, что приведенные Шварцем В.А. в объяснениях в обоснование совершенных действий доводы относительно истечения по состоянию на 22.12.2021 срока договоров аренды и вывоза Компанией к 22.12.2021 всего своего имущества не соответствуют фактическим обстоятельствам.

 С учетом положения п. 5.3 договоров № 9 и 10 и уведомлений № 13/12, 13/12.1 срок действия договоров истекал 12.01.2022. 

Нахождение имущества Компании по состоянию на 22.12.2021 зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия от 22.12.2021.

Довод Общества о том, что гражданка ФИО7 не является сотрудником Общества, со ссылкой на штатное расписание Общества, в котором отсутствует должность охранника, судом отклонена с учетом того, что опрос свидетелей производился уполномоченными сотрудниками полиции в день поступления заявления (22.12.2021) в вечернее время с выездом на место; в ходе проверки опрашивались, в том числе, лица, находившиеся на месте происшествия, в частности ФИО7 При этом в объяснении ФИО7 указала, что является охранником территории по спорному адресу, а не сотрудником Общества. При этом, из материалов дела усматривается, что на спорной территории также присутствует и оказывает услуги (в том числе, Компании по уборке складов), участник Общества ФИО6, имеющий статус предпринимателя, который также может осуществлять трудоустройство, в связи с чем  отсутствие должности охранника в штате Общества не опровергает факта осуществления ФИО7 в спорный период деятельности по охране спорной территории. Доказательств, позволяющих усомниться в показаниях ФИО7, данных сотрудникам полиции в рамках проводимой ими проверки 22.12.2021, в материалах дела не имеется.

Довод Общества о том, что въезд был закрыт только в нерабочее время с 18 ч 00 мин до 09 ч 00 мин, опровергается материалами КУСП-18354, в том числе, показаниями опрошенных сотрудниками полиции лиц. Кроме того, как видно из материалов дела, заявление было подано ФИО3 в полицию 22.12.2021 в рабочее время, а не после 18 ч 00 мин.

Возражения представителя Общества относительно того, что правильным адресом арендуемых складских помещений является: Вокзальное шоссе (Осиновая роща тер.), участок 5 (западнее 55), а указанный Компанией адрес: 

<

...>, где у Компании имелись препятствия в доступе, ему неизвестен и это совсем иной адрес, судом отклонен.

Согласно объяснениям гражданина Шварца В.А., являющегося одним из участников Общества, спорные ангары находятся на земельном участке по адресу: СПб, Осиновая роща, Вокзальное шоссе, д. 77; такой же адрес указан в объяснениях ФИО7

Тот факт, что сотрудники полиции проводили осмотр именно в спорных ангарах, представитель Общества не оспаривал, наоборот, в отзыве на заявление об уточнении исковых требований ссылался на протокол осмотра места происшествия от 22.12.2021 как на доказательство в обоснование своих возражений по делу.

Как указали представители Компании, разница в адресах связана, в том числе, с разницей между почтовым и милицейским адресами; вместе с тем, сведения из информационных ресурсов, размещенных в сети «Интернет», в частности из «публичной кадастровой карты», «2ГИС», свидетельствуют о том, что спорные объекты территориально расположены в одном и том же месте. Указанные обстоятельства материалами дела не опровергнуты.

Как указано выше, право на односторонний отказ от исполнения договоров № 9 и 10 с предупреждением арендодателя за 30 дней до такого расторжения у арендатора имелось; доказательств отсутствия у ФИО3 полномочий на подписание от имени Компании уведомлений № 13/12 и 13/12.1 об отказе от исполнения договоров № 9 и 10 материалы дела не содержат.

При этом в силу п. 2 статьи 183 ГК РФ последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Из материалов дела видно, что позиция Компании относительно расторжения договоров № 9 и 10 при подаче настоящего иска не изменилась. 

Таким образом, договоры расторгнуты на основании уведомлений арендатора № 13/12 и 13/12.1 с 13.01.2022.

В силу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Пунктом 4 этой статьи предусмотрено, что стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. При этом в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» указано, что при расторжении договора сторона не лишена права истребовать ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Необходимыми условиями возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке. Основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

В данном случае суд, придя к выводу о доказанности Компанией факта невозможности использования арендуемого имущества с 17.12.2021 в целях, согласованных в договорах № 9 и 10, ввиду чинения Обществом соответствующих препятствий, признал обоснованным по праву требование Компании о взыскании с Общества как арендодателя по договорам неосновательного обогащения в виде уплаченных арендных платежей.

Сумма неосновательно полученных Обществом во исполнение договоров № 9 и 10 денежных средств за период с 17.12.2021 по 31.12.2021 составила 189 193,55 руб.

При таких обстоятельствах иск Компании в этой части подлежит удовлетворению.

Компания также предъявила к взысканию убытки в размере 123 000 руб., уплаченных за простой специализированной автотехники 17.12.2021 и 23.12.2021.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. 

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). 

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Возмещение убытков представляет собой меру гражданско-правовой ответственности (статья 12 ГК РФ). 

В качестве условий гражданско-правовой ответственности выступают противоправность нарушения субъективных гражданских прав, наличие убытков (вреда), причинная связь между нарушением субъективных гражданских прав и убытками (вредом), вина нарушителя.

Исследовав и оценив представленные Компанией доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу, что истцом подтвержден факт простоя специализированной автотехники 17.12.2021 и 23.12.2021 по вине Общества, и несения в связи с этим расходов в общей сумме 123 000 руб.

В части требования о взыскании с Общества 32 500 руб. и 12 000 руб. стоимости ремонта въездных ворот суд не усмотрел оснований для возложения на Общество ответственности в виде возмещения убытков, поскольку материалами дела не подтверждена причинно-следственная связь между действиями Общества и указанными убытками.

Компания также просила взыскать с Общества 1 225 000 руб. в возмещение стоимости масла согласно акту МХ № 105 от 22.11.2021, УПД № 22 от 11.05.2022 и счету на оплату № 24 от 11.05.2022, оплаченной платежными поручениями от 11.05.2022 № 176, от 17.05.2022 № 179 и от 24.05.2022 № 186.

Как указала Компания в иске, по вине арендодателя арендатор не отгрузил товар ООО «Ойл тех комплект сервис», которое направило Компании претензию на сумму 1 225 000 руб.

Первоначально в обоснование указанного требования Компания приложила к иску акт от 22.11.2021 № 105 о приеме-передаче товарно-материальных ценностей на хранение, согласно которому Компания (организация-хранитель) приняла от ООО «ОТКС» (поклажедателя) в рамках договора № 18-11 от 10.01.2021 смазочно-охлаждающую жидкость «Mobilcut 230» в общей сложности 1632 л на сумму 1 200 002,56 руб.

Впоследствии в обоснование указанного требования Компания представила универсальный передаточный документ от 11.05.2022 № 22, согласно которому ООО «ОТКС» (продавец) 11.05.2022 передал Компании (покупателю) смазочно-охлаждающую жидкость «Mobilcut 230» в общей сложности 1632 л на сумму 1 225 004,16 руб.

В силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Представленный Компанией универсальный передаточный документ от 11.05.2022 № 22 подтверждает получение Компанией 11.05.2022 от ООО «ОТКС» смазочно-охлаждающей жидкости «Mobilcut 230» на сумму 1 225 004,16 руб.

С учетом изложенного, приняв во внимание наличие в представленных документах несовпадений и разночтений, суд пришел к выводу, что представленные Компанией платежные поручения от 11.05.2022, от 17.05.2022 и от 24.05.2022 также не подтверждают факт компенсации Компанией ООО «ОТКС» стоимости принятого на хранение имущества и соответственно, несения Компанией убытков в названном размере.

При этом в материалах дела также не имеется доказательств принятия Компанией на хранение от ООО «ОТКС» товара указанной стоимости и размещения его по спорному адресу; как в акте от 22.11.2021 № 105, так и в УПД от 11.05.2022 № 22 спорный адрес отсутствует.

Кроме того, в материалы дела Обществом представлены фотоматериалы, из которых усматривается, что периодически доступ к арендуемым помещениям Компании был обеспечен.

При этом достоверно установить периоды и время предоставления такого доступа с учетом отказа Общества представить суду непрерывную видеозапись событий за период с 17.12.2021 по 31.12.2021 на основании представленных Обществом доказательств невозможно.

Вместе с тем, как пояснил представитель Компании в ходе рассмотрения дела, после возникновения между сторонами конфликтной ситуации Компании был частично обеспечен доступ, в том числе, для того, чтобы забрать погрузчики.

Об удержании Обществом впоследствии (после 22.12.2021) погрузчиков, а также иного зафиксированного в акте осмотра места происшествия от 22.12.2021 имущества, например, палет с химическими реактивами, палет с запасными частями для погрузчика, стеллажей со строительным инвентарем и маслом для погрузчика в количестве 6 бочек, рохлей, бочек объемом 200 литров и пр. Компания в ходе рассмотрения настоящего дела не заявляла.

С учетом изложенного суд пришел к выводу, что с учетом обеспечения Обществом после возникновения конфликтной ситуации частичного доступа Компании в спорные помещения, Компания вывезла имущество, находившееся в спорных ангарах и указанное в акте осмотра места происшествия от 22.12.2021.  

Таким образом, оснований для возмещения Компании за счет Общества убытков в сумме 1 225 000 руб. судом не установлено.

Компания также просила обязать Общество передать Компании две бытовки (блок-контейнеры).

В силу статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 32 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление N 10/22) при применении статьи 301 ГК РФ судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении; лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика (пункт 36 Постановления N 10/22).

Из системного анализа содержания статьи 301 ГК РФ и указанных разъяснений следует, что при обращении с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения истец должен доказать совокупность следующих обстоятельств: принадлежность ему имущества на праве собственности, факт нахождения данного имущества в незаконном владении ответчика, наличие у этого имущества индивидуально-определенных признаков.

Как разъяснено в пункте 34 Постановления N 10/22, в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

В обоснование указанного требования Компания представила в материалы дела, в том числе соглашение № 1 от 01.03.2013 к договору № 1 от 01.03.2013, согласно которому, учитывая, что обустройство бытовых помещений внутри склада противоречит нормам пожарной безопасности Общество (арендодатель) согласовало установку (размещение) на территории, принадлежащей Обществу, в непосредственной близости от склада, арендованного Компанией, временных  вспомогательных сооружений – двух передвижных бытовок-контейнеров; 1-ая бытовка для размещения технологического оборудования (телефон-факса, компьютера, ксерокса и другого оборудования связи арендатора для выписки сопроводительных документов на отгружаемый товар), 2-ая бытовка для размещения комнаты отдыха и вещей складских рабочих; бытовки для обеспечения технологических нужд принадлежат арендатору на основании договора купли-продажи, соответствуют установленным требованиям пожарной безопасности – оснащены переносными огнетушителями.

Соглашение также содержит сведения о том, что арендодатель принял, а арендатор сдал бытовки.

При таком положении судом отклонен довод Общества о том, что соглашение № 1 от 01.03.2013 не подтверждает размещения на территории Общества спорных бытовок, а лишь свидетельствует о соответствующих намерениях сторон.

Право собственности арендатора на бытовки по состоянию на 01.03.2013 Обществом признавалось и не оспаривалось.

Действительность данного соглашения Общество в ходе рассмотрения дела не оспаривало, о его фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ не заявляло.

Факт нахождения спорных бытовок на территории также подтвержден протоколом осмотра места происшествия от 22.12.2021, фотоматериалами, представленными Компанией, и сделанными при совместном осмотре сторонами территории в рамках настоящего дела.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела представители Общества подтвердили, что бытовки Компанией не вывозились.

Доказательств возврата Обществом Компании бытовок по акту после прекращения действия договора № 1 от 01.03.2013, равно как и доказательств принадлежности этих бытовок на праве собственности Обществу либо его участникам материалы дела не содержат.

С учетом изложенного судом отклонен довод Общества о недоказанности Компанией права собственности на спорные бытовки ввиду наличия несоответствий в датах заключения договора купли-продажи блок-контейнера от 04.04.2013 и соглашения от 01.03.2013.

Поскольку судом установлено, что имущество Обществом после прекращения договорных отношений Компании не возвращено, имеется на его территории в натуре, основания для удержания такого имущества судом не установлены, иск Компании в части истребования у Общества двух блок-контейнеров подлежит удовлетворению.

Поскольку в ходе рассмотрения настоящего дела судом установлена невозможность арендатора пользоваться арендованным имуществом по обстоятельствам, от него не зависящим, оснований для взыскания арендной платы за январь-февраль 2022 года и удовлетворения иска Общества в этой части судом не установлено.

Общество также предъявило к взысканию 30 433 руб. и 212 687 руб. в возмещение убытков в размере стоимости работ, связанных с приведением в надлежащее состояние складских помещений площадью 500 кв.м и 1200 кв.м соответственно.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В рассматриваемом случае судом установлено, что Обществом в отсутствие законных оснований был ограничен доступ Компании в арендуемые помещения, созданы препятствия в вывозе из помещений своего имущества, что повлекло возникновение между сторонами конфликтной ситуации, необходимость обращения арендатора в уполномоченные органы в целях защиты своих прав, что не может быть признано добросовестным поведением со стороны арендодателя.

При таком положении суд пришел к выводу, что составлению двустороннего акта возврата помещений из аренды препятствовали именно недобросовестные действия арендодателя.

В случае несовершения арендодателем таких недобросовестных действий арендодатель мог ссылаться на уклонение недобросовестного арендатора от возврата имущества из аренды, от подписания соответствующего акта и в таком случае составленный арендодателем в одностороннем порядке акт возврата мог являться надлежащим доказательством возврата помещений из аренды в не соответствующем условиям договоров состоянии.

Однако в рассматриваемом случае ввиду недобросовестных действий арендодателя оснований для принятия судом односторонних актов от 31.12.2021, от 11.02.2021 в качестве надлежащих доказательств, отражающих фактическое состояние помещений при их возврате из аренды, судом не установлено.

Кроме того, доказательств реального несения убытков (доказательств оплаты по договору подряда от 14.02.2022) Общество в материалы дела не представило.

При этом доводы Общества о наличии в помещениях мусора судом отклонены как с учетом акта осмотра места происшествия от 22.12.2021, где зафиксирован факт нахождения подготовленного к вывозу мусора в запакованном состоянии, так и с учетом представленных Компанией договора на оказание услуг по уборке помещений от 05.02.2019, заключенного с предпринимателем Шварцем В.А., и платежного поручения от 09.12.2021 № 439, подтверждающего оплату по счету от 02.12.2021 за услуги по уборке склада.

Таким образом, материалами дела не подтверждена причинно-следственная связь между действиями Компании и указанными Обществом убытками, в связи с чем иск Общества в этой части также удовлетворению не подлежит.

В соответствии с частью 3 статьи 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно части 1 статьи 174 АПК РФ при принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные со взысканием денежных средств или с передачей имущества, арбитражный суд в резолютивной части решения указывает лицо, обязанное совершить эти действия, а также место и срок их совершения.

По смыслу норм статей 16 и 182 АПК РФ судебное решение должно отвечать требованиям исполнимости и правовой определенности.

С учетом предмета иска и фактических обстоятельств дела суд считает десятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу для исполнения настоящего решения в части требования об обязании Общества возвратить имущество разумным и достаточным.

Согласно статье 110 АПК РФ в связи с частичным удовлетворением иска Компании расходы по уплате государственной пошлины, понесенные ею, подлежат возмещению за счет Общества пропорционально размеру удовлетворенных требований.

В соответствии с частью 5 статьи 15, часть 1 статьи 177 и частью 1 статьи 186 АПК РФ судебный акт, выполненный в форме электронного документа, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Фарм» (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Кэмикалс коатинг» (ИНН 

<

***>) 189 193,55 руб. арендной платы, 123 000 руб. в возмещение убытков, 11 688 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение иска.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Фарм» в десятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу передать обществу с ограниченной ответственностью «Кэмикалс коатинг» 2 блок-контейнера (бытовки), расположенные на территории общества с ограниченной ответственностью «Фарм».

В остальной части в иске общества с ограниченной ответственностью «Кэмикалс коатинг» отказать.

В иске общества с ограниченной ответственностью «Фарм» отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Кэмикалс коатинг» из федерального бюджета 1976,97 руб. государственной пошлины, уплаченных платежным поручением от 24.02.2022 № 87.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Целищева Н.Е.