﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-11795/2017

г. Краснодар

25 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2020 г.

       Постановление изготовлено в полном объеме 25 июня 2020 г.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Андреевой Е.В. и Илюшникова С.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Константиновым Д.В., с использованием систем видеоконференц-связи Арбитражного суда Ростовской области, при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Ростовская управляющая компания» (ИНН 6163128978, ОГРН 1136195003482) – Захаровой А.А. (доверенность от 25.09.2019), в отсутствие конкурсного управляющего некоммерческого акционерного общества «Футбольный клуб “Кубань”» (ИНН 2311067932, ОГРН 1022301808980) Слушкина Евгения Юрьевича и иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Ростовская управляющая компания» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.12.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2020 по делу № А32-11795/2017, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) НАО «ФК “Кубань”» (далее – должник) ООО «Ростовская управляющая компания» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлениями о разрешении разногласий с ПАО «Крайинвестбанк» (далее – банк) и ООО «Агрофирма “Кубань”» (далее – фирма) в связи с очередностью удовлетворения требований кредиторов, просило суд определить, что требования банка и фирмы подлежат удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр). 

Определением суда от 25.12.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 06.02.2020, в принятии заявлений отказано. 

Суды исходили из того, что заявления общества направлены на пересмотр судебных актов об установлении требований банка и фирмы в обход предусмотренного законом порядка.

В кассационной жалобе общество просит обжалуемые судебные акты отменить. Податель кассационной жалобы указывает, что действующее законодательство, с учетом сложившейся судебной практики, позволяет изменять в порядке разногласий очередность удовлетворения требований кредиторов, ранее включенных в реестр. В обоснование своих доводов податель жалобы ссылается на пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 за 2019 года, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019 (далее – Обзор № 1 за 2019 год), а также на пункты 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее – постановление № 58). В случае, если изменение очередности в порядке разрешения разногласий является недопустимым, судам следовало принять надлежащую процессуальную процедуру в целях защиты прав кредиторов согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.04.2016 № 302-ЭС15-18574.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав представителя заявителя, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 08.05.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, решением суда от 17.12.2018 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением суда от 22.10.2018, оставленным без изменения постановлениями суда апелляционной инстанции от 15.02.2019 и суда округа от 17.05.2019 (269-УТ), в реестр включены требования банка в размере 569 365 608 рублей 89 копеек, их которых 450 млн рублей обеспечены залогом имущества должника.

Определением суда от 22.10.2018, оставленным без изменения постановлениями суда апелляционной инстанции от 20.01.2019 и суда округа от 07.05.2019 (220-УТ), в реестр включены требования фирмы в размере 29 419 673 рубля 84 копейки.

Полагая, что банк и фирма являются аффилированными по отношению к должнику лицами, так как имеют общих бенефициаров, а их требования подлежат субординации, поскольку основаны на сделках, имеющих корпоративный характер, общество обратилось в арбитражный суд с заявлениями о разрешении разногласий.

Отказывая в принятии заявлений общества, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 60, 71 и 100 Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 127.1 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее – Кодекс), в силу которых размер и очередность удовлетворения требований кредиторов устанавливаются в определении арбитражного суда о включении указанных требований в реестр. Возражения относительно обоснованности требований кредиторов, в том числе от иных кредиторов, требования которых включены в реестр, подлежат предъявлению в арбитражный суд до вынесения такого определения.

Как установил суд первой инстанции, требования общества включены в реестр на основании определения суда от 11.09.2018. Таким образом, общество имело возможность предъявить свои возражения в отношении требований банка и фирмы при рассмотрении арбитражным судом их обоснованности в порядке статьей 71 и 100 Закона о банкротстве. Однако общество не реализовало указанное право как до принятия арбитражным судом определения о включении требований банка и фирмы в реестр, так и при его обжаловании в судах апелляционной и кассационной инстанций.

Кроме того суд первой инстанции пришел к выводу, что предъявляя возражения в отношении требований банка и фирмы в порядке статьи 60 Закона о банкротстве как заявления о разрешении разногласий в отношении очередности их удовлетворения, тем  самым общество просить пересмотреть вступившие в законную силу судебные акты по данному вопросу.

В отношении доводов общества со ссылкой на правовую позицию, изложенную пункт 15 Обзора № 1 за 2019 год, суды отметили, что обстоятельства настоящего спора и изложенные обществом доводы в обоснование своих разногласий не идентичны случаю, описанному Верховным Судом Российской Федерации.

Согласно названному подходу предполагается, что кредиторы, прежде чем их требование включается в реестр, осуществили какое-либо предоставление в пользу имущественной массы должника (пополнили ее) либо должником была умалена имущественная масса таких кредиторов (в том числе за счет изъятия, повреждения какой-нибудь ценности), в связи с чем возникла обязанность произвести возмещение. Таким образом, по общему правилу, кредиторами являются лица, которые в результате вступления в отношения с должником претерпели определенные негативные последствия по причине последующего применения к должнику процедур несостоятельности. Этим объясняется, почему такие кредиторы вправе претендовать на распределение средств, вырученных от реализации конкурсной массы. 

Кредитор, который требует осуществления первоначального предоставления, в формировании конкурсной массы (даже косвенно) не участвовал, поскольку свое встречное предоставление по обязательству не осуществил. Требования такого кредитора не могут конкурировать с требованиями иных кредиторов, которые в имущественном плане пострадали от вступления с должником в правоотношения, в связи с чем подлежат удовлетворению после требований кредиторов третьей очереди и кредиторов, требования которых заявлены после закрытия реестра требований кредиторов, но приоритетно перед лицами, получающими имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, если последующее предоставление таким кредитором будет осуществлено после включения требования кредитора в пятую очередь, он вправе заявить ходатайство об уточнении реестра требований кредиторов применительно к пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве.

Рассмотрев заявленные обществом доводы, суды установили, что они направлены на понижение очередности удовлетворения требований банка и фирмы в силу корпоративного характера, а не на их повышение как это предусмотрено в пункте 15 Обзора № 1 за 2019 год. Установив, что общество просит изменить очередность не в силу изменения существенных условий в договорных отношениях, суды пришли к выводу о том, что в принятии заявления общества следует отказать.

Между тем, суды не учли следующее.

Положения пункта 2 части 1 статьи 127.1 Кодекса, будучи направленными на обеспечение обязательности судебных актов арбитражных судов, исключают возможность подачи тождественных требований – о том же предмете, по тем же основаниям и между теми же лицами. Установление оснований для применения этой нормы права относится к исключительной прерогативе суда, которая вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением его дискреционных полномочий (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28.11.2019 № 3139-О).

При установлении тождественности заявленных требований недопустимо давать им оценку по существу.

Просительная часть заявленных обществом требований сформирована в виде разрешения разногласий по вопросу очередности удовлетворения требований кредиторов, которые подлежат разрешению в порядке пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве. Возможность разрешения разногласий относительно требований кредиторов путем подачи соответствующего заявления предусмотрена в пункте 15 Обзора № 1 за 2019 год, на который правомерно ссылалось общество, обосновывая необходимость принятия заявлений к производству. Кроме того, аналогичный порядок предусмотрен в пункте 2 постановления № 58, в силу которого в реестр требований кредиторов могут быть внесены изменения о лишении кредитора статуса залогового в порядке разрешения разногласий.

Таким образом, предусмотренный пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве порядок, в том числе, предусматривает возможность корректировки очередности требований  при определенных условиях.  В одном из указанных случаев очередность требований кредиторов может быть повышена в случае отступления кредитором от очередности предоставления исполнений, в другом случае – требования кредитора могут быть лишены залогового обеспечения в случае последующей гибели предмета залога. Такая возможность основана на существенном изменении условий исполнения предъявленных требований.

Однако оценка названным обстоятельствам не может быть дана на этапе принятия заявления к производству. В нарушение требований пункта 2 статьи 127 Кодекса, суд первой инстанции исследовал не только форму и содержание заявлений общества, но и дал оценку его доводам по существу, указав, что основания для предъявления требований не тождественны основаниям, предусмотренным в пункте 15 Обзора № 1 за 2019 год. Тем самым суд фактически лишил заявителя права на отстаивание своих интересов в рамках состязательного судебного процесса. Суд апелляционной инстанции нарушения норм процессуального права не устранил.

При таких обстоятельствах обжалуемые судебные акты подлежат отмене в силу части 3 статьи 288 Кодекса с направлением заявлений общества в суд первой инстанции для принятия их к производству.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.12.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2020 по делу № А32-11795/2017 отменить, направить заявление о разрешении разногласий в Арбитражный суд Краснодарского края для принятия к производству и рассмотрения по существу.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                                   И.М. Денека 

Судьи                                                                                                                 Е.В. Андреева

                                                                                                                            С.М. Илюшников