﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-21124/2019

12 июля 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     05 июля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  12 июля 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Аносовой Н.В.

судей  Барминой И.Н., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Смирновой В.С.

при участии:  согласно протоколу судебного заседания от 05.07.2021

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-16319/2021, 13АП-16321/2021)  конкурсного управляющего ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» Шафранова А.П., ООО «Эббот Лэбораториз», ООО «КрафтХайнц Восток» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.04.2021 по делу № А56-21124/2019/уб.1, принятое по заявлению ООО «Эббот Лэбораториз», ООО «КрафтХайнц Восток» (ранее - ООО «ППК») о взыскании убытков с Куценко Кирилла Анатольевича, Овсовой Натальи Александровны, Шевелевой Марины Геннадьевны в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «УМКА-ФАМКЭР»,

установил:

25.02.2019 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ООО «Эббот Лэбораториз» о признании ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 01.03.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» по заявлению ООО «Эббот Лэбораториз».

Определением арбитражного суда от 17.04.2019 (резолютивная часть определения объявлена 15.04.2019) в отношении ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Шафранов Андрей Павлович. 

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 27.04.2019 №76. 

20.01.2020 (зарегистрировано 27.01.2020) в арбитражный суд поступило заявление ООО «Эббот Лэбораториз», ООО «ППК» о взыскании убытков с Куценко Кирилла Анатольевича, Овсовой Натальи Александровны, Шевелевой Марины Геннадьевны в размере 2 233 907 869,00 руб.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.04.2021 по делу А56-21124/2019/уб.1 в удовлетворении заявления было отказано.

ООО «Эббот Лабораториз» и конкурсный управляющий должника Шафранов А.П. обжаловали указанное определение в апелляционном порядке.

Податели жалобы указывают, что недобросовестные и неправомерные действия Куценко К.А., Овсовой Н.А., Шевелевой М.Г. привели к убыткам должника в виде реального ущерба в общем размере 2 233 907 869 руб., включая перечисления в адрес ООО «ЕЛЦ» и ООО «Спецлогистик» сумм в размере 2 160 355 344 руб., 73 552 525 руб. начисленных штрафов и пеней, которая подлежит возмещению, поскольку ни одним из них не были приняты меры по надлежащему исполнению обязанностей должника как налогоплательщика. 

Конкурсный управляющий обращал внимание суда апелляционной инстанции на то, что в соответствии с постановлением Прокуратуры Московского района города Санкт-Петербурга от 21.12.2020 постановление о прекращении указанного уголовного дела отменено как незаконное и необоснованное, направлено для организации дополнительного расследования, то есть, материалы налоговой проверки являются  объектом расследования уголовного дела, возбужденного 14.05.2019 следственным отделом по Московскому району Главного следственного управления Следственного комитета по Санкт-Петербургу.

Так, в ходе налоговой проверки были установлены обстоятельства, указывающие на то, что финансово-хозяйственные операции ООО «ЕЛЦ» и ООО «Спецлогистик» совершались главным бухгалтером ЗАО «УМКАФАМКЭР». В ходе обыска были изъяты оригиналы учредительных документов ООО «ЕЛЦ» и ООО «Спецлогистик»; финансово-хозяйственные документы, касающиеся деятельности ООО «ЕЛЦ», подготовленный комплект ликвидационных документов ООО «ЕЛЦ»; оттиск печати ООО «Спецлогистик»; логин и пароль от системы банк-клиент в банке «АБ Россия» (стр. 54-55 Акта налоговой проверки № 14-01 от 22.02.2018 г.).

ООО «Эббот Лэбораториз» в своей апелляционной жалобе указало на то, что должник осуществлял контроль за деятельностью обществ ЕЛЦ и СЛК, при этом, общества ЕЛЦ и СЛК являлись фирмами-однодневками и полностью контролировались должником и были  зарегистрированы накануне заключения договоров с должником. Кроме того, общества ЕЛЦ и СЛК занижали результаты финансово-хозяйственной деятельности в налоговых декларациях, а также осуществляли транзитные хозяйственные операции с иными фирмами-однодневками.

По мнению ООО «Эббот Лэбораториз»,  вывод суда о том, что необходимо было осуществить оспаривание сделок, заключенных между должником и обществами ЕЛЦ/СЛК для реализации механизма взыскания убытков с ответчиков полностью игнорирует обстоятельства настоящего дела, а также не соответствует действующему правовому регулированию и практике его применения, установленной, в том числе, на уровне ВС. Эти обстоятельства являются основанием для отмены Определения в соответствии со ст. 270 АПК.

Также податель жалобы полагал, что поскольку именно по распоряжению единоличного исполнительного органа должника, а также под контролем главного бухгалтера и его заместителя, должник заключал договоры с фирмами-однодневками, то его вина (вне зависимости от ее формы) считается доказанной.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Эббот Лэбораториз» доводы своей апелляционной жалобы поддержал, согласился с доводами жалобы конкурсного управляющего.

Представитель ООО «КрафтХайнц Восток» согласился с доводами апелляционных жалоб.

Представитель Овсовой Н.А. возражал против удовлетворения апелляционных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов" (далее - Постановление N 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления N 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, конкурсные кредиторы должника, обращаясь с заявленными требованиями, указывали на то, что действия ответчиков – бывшего руководителя должника с долей участия 100% Куценко Кирилла Анатольевича, бывшего главного бухгалтера Овсовой Натальи Александровны, бывшего заместителя главного бухгалтера Шевелевой Марины Геннадьевны привели к убыткам должника в следующем размере:

- 2 106 355 344,00 руб. денежных средств, перечисленных за товары в пользу юридических лиц ООО «Единый Логистический Центр» и ООО «Спецлогистик»;

- 11 645 985,00 руб. штрафа по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль организаций, начисленный на основании Решения о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения №14-15/1043 от 21.08.2018 (далее – решение налогового органа);

- 61 906 540,00 руб. пени по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль организаций, начисленный на основании решения налогового органа.

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства,  суд первой инстанции счел заявление необоснованным.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, не находит оснований для удовлетворения жалоб и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В случае введения в отношении должника процедуры по делу о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе участниками юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (пункт 1 статьи 61.20 названного Закона).

В силу пункта 3 статьи 53, пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность за причинение убытков носит гражданско-правовой характер, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу пунктов 1, 2 которой, лицо, чьи права нарушены, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, при этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для привлечения лица к ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать факт наступления вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума N 62)).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума N 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом.

Сделкой на невыгодных условиях является сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершают аналогичные сделки, невыгодность определяется на момент совершения сделки, а если невыгодность сделки обнаружена впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений, при этом лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий (статья 9, часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Заявители в своем заявлении ссылались на то, что убытки связаны с неэффективным управлением Куценко К.А., Овсовой Н.А., Шевелевой М.Г. должником, а именно: перечисление денежных средств в адрес контрагентов ООО «ЕЛЦ», ООО «Спецлогисти», несвоевременным принятием решений по уплате обязательных платежей, что повлекло назначение штрафа и начисление пеней.

Однако, суд первой инстанции установил, что согласно решению налогового органа, налоговой проверкой была исследована правильность уплаты должником за период с 01.01.2013 по 31.12.2015 налога на добавленную стоимость, налога на доходы физических лиц, налога на прибыль организаций, транспортного налога, налога на имущество организации, земельного налога, а также иных установленных законодательством налогов и сборов.

Заявители указывали на то, что должником в лице руководящих лиц в период с 01.01.2013 по 31.12.2015 заключались и исполнялись мнимые договоры на поставку товаров от ООО «Единый Логистический Центр» и ООО «Спецлогистик», обладающих признаками фирм-однодневок, подконтрольных должнику и созданных для организации формального документооборота, что привело, по мнению кредиторов, к выводу из состава имущества должника денежных средств в размере 2 160 355 344,00 руб.

Совершение мнимых сделок, как указывали заявители, осуществлялось должником в целях занижения налогооблагаемой базы и уклонения от уплаты налогов, что впоследствии повлекло привлечение должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08 декабря 2017 года N 39-П обращено внимание на то, что в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации лицом, ответственным за неуплату налогов и сборов в бюджет, является, как правило, сам налогоплательщик, - возложение каких-либо налоговых обязанностей или налоговой ответственности на иных лиц (например, налоговых агентов) возможно лишь в силу прямого указания закона. Применительно к налогоплательщику-организации это означает, что совершившей собственно налоговое правонарушение признается именно организация как юридическое лицо, которое может быть привлечено к ответственности, предусмотренной налоговым законодательством. Что касается ответственности учредителей, руководителей, работников организации-налогоплательщика и иных лиц за неуплату организацией налогов и сборов, то Налоговый кодекс Российской Федерации не устанавливает ее в качестве общего правила: взыскание с указанных физических лиц налоговой недоимки и возложение на них ответственности по долгам юридического лица - налогоплательщика перед бюджетом допускаются лишь в случаях, специально предусмотренных налоговым и гражданским законодательством.

Такое законодательное решение обусловлено тем, что размер налоговой обязанности налогоплательщика - организации рассчитывается исходя из показателей ее предпринимательской деятельности, принадлежащего ей имущества, обособленного от имущества ее учредителей и участников, и т.п., переложение же налоговой обязанности организации на иных лиц без учета их причастности к хозяйственной деятельности данной организации и (или) влияния на ее действия неизбежно привело бы к нарушению принципов соразмерности, пропорциональности и равенства налогообложения и тем самым - к нарушению конституционного баланса частных и публичных интересов.

Несовпадение оснований уголовно-правовой, налоговой и гражданско-правовой ответственности (в части определения момента наступления и размера вреда, а также его наличия для целей привлечения к ответственности по отдельным составам преступлений) обусловливает невозможность разрешения вопроса о виновности физического лица в причинении имущественного вреда, в том числе наступившего в результате преступных действий, исходя исключительно из установленности совершения им соответствующего преступления.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года N 13-П и от 07 апреля 2015 года N 7-П; определения от 4 октября 2012 года N 1833-О, от 15 января 2016 года N 4-О, от 19 июля 2016 года N 1580-О и другие). Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (пункт 3.4).

Выводы суда первой инстанции об отсутствии доказательств наличия вины ответчиков  и доказательств причинения вреда кредиторам, признаны судом апелляционной инстанции  обоснованными и соответствующими материалам дела.

Так, из материалов дела следует, что выездная налоговая проверка осуществлялась в плановом режиме (Должник являлся крупнейшим налогоплательщиком и истекал 3-летний срок с момента предыдущей проверки), началась 29.12.2016 года, длилась более полутора лет, а итоговый акт налоговой проверки был получен представителем Должника лишь 13.03.2018.

Тогда же было получено извещение от 13.03.2018 № 14-20/80 о рассмотрении 16.04.2018 материалов выездной налоговой проверки.

16.04.2018 налоговой инспекцией срок рассмотрения материалов налоговой проверки был продлен до 16.05.2018.

При этом 16.05.2018 было принято решение о проведении дополнительных материалов налогового контроля по 14.06.2018.

С результатами данных дополнительных мероприятий Должник был ознакомлен 15.06.2018 и 29.06.2018.

Следовательно, вплоть до июня 2018 выездная проверка все еще не была окончена. С итоговыми (полными) выводами по результатам мероприятий налогоплательщик смог ознакомиться лишь 15.06.2018.

Таким образом, вплоть до лета 2018 года налоговой инспекцией осуществлялись мероприятия в рамках длившейся с декабря 2016 года налоговой проверки.

В результате заявленных весной-летом 2018 года замечаний и жалоб сумма недоимок, указанных в акте, была снижена налоговой инспекцией практически в два раза более чем на 300 млн. руб. 

В связи с несогласием с отраженными в акте и материалах дополнительной проверки выводами должником на основании п. 1 ст. 100 Налогового кодекса РФ были представлены обоснованные возражения по существу налоговых претензий, включая размер доначисленных сумм.

Итоговое решение, которое могло бы быть обжаловано налогоплательщиком, было принято налоговой инспекцией лишь 21.09.2018, то есть спустя полгода после составления первоначального акта.

Ввиду несогласия с самим фактом доначисления налогов, выводами и предположениями, к которым пришел налоговый орган, и с фактами, которые он положил в основу решения, Должник в октябре 2018 года обратился с апелляционной жалобой в вышестоящий налоговый орган. Данная жалоба рассматривалась Управлением ФНС по Санкт-Петербургу и 23.01.2019 было принято решение об отказе в удовлетворении данной жалобы.

Таким образом, решение налогового органа о привлечении должника к ответственности было вынесено только 21.09.2018 и вступило в законную силу 23.01.2019, в связи чем, суд полагает, что именно с указанной даты должник стал отвечать признакам неплатежеспособности

Вместе с тем, в материалы дела представлено решение налогового органа, по результатам исследования которого суд считает необходимым отметить следующее:

Решением по итогам налоговой проверки не сделано выводов о том, что перечисление указанных 2 160 355 344 руб. (заявленные со стороны ООО «Эббот Лабораториз» и ООО «Крафтхайнц Восток» в качестве убытков) в адрес ООО «ЕЛЦ», ООО «Спецлогистик» причинило обществу какой-либо вред.

Налоговым органом установлено поступление товара в ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» (стр. 22 решения налогового органа). В том числе налоговым органом представлен условный расчет и первичная документация, в соответствии с которыми подтверждается: А) факт поставки товаров в адрес ЗАО «УМКА-ФАМКЭР», Б) факт поставки товаров на территорию РФ (без указания сумм в отдельных случаях, В) наличия товарно-сопроводительных документов, оформленных между ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» и ООО «ЕЛЦ», ООО «Спецлогистик» тем или иным способом.

Между тем, как следует из представленных документов, на протяжении 2018 года должник продолжал осуществлять финансово-хозяйственную деятельность, кроме того осуществлял мероприятия, направленные на уменьшение возникшей задолженности, в частности, необходимо отметить, что размер налоговых претензий был уменьшен с 557,5 млн руб. до 247 млн. руб.

Кроме того, ответчики указывают, что были сохранены отношения с ключевыми контрагентами, в итоге выручка от закупленного и реализованного в 2018 году товара составила порядка 1 млрд. руб. при этом на выплаты поставщикам было направлено свыше 700 млн. руб.

На основании изложенных обстоятельств, суд первой инстанции констатировал, что 2018 году руководством должника предпринимались меры, направленные на улучшение финансовых показателей должника: оспаривались итоги налоговой проверки, снижались затраты и издержки, сохранялся товарооборот.

Также, в материалы дела представлено решение налогового органа, по результатам исследования которого суд считает необходимым отметить, что решение налогового органа по итогам налоговой проверки не сделано выводов о том, что перечисление указанных 2 160 355 344 руб. в адрес ООО «Единый Логистический Центр» и ООО «Спецлогистик», причинило должнику какой-либо вред.

Налоговым органом установлено поступление товара в ЗАО «УМКАФАМКЭР», в том числе налоговым органом представлен условный расчет и первичная документация, в соответствии с которыми подтверждается: факт поставки товаров в адрес ЗАО «УМКА-ФАМКЭР», факт поставки товаров на территорию РФ, а также наличия товарно-сопроводительных документов, оформленных между ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» и ООО «Единый Логистический Центр», ООО «Спецлогистик» тем или иным способом.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в период с 2013 года по 2015 год и позднее компания также вела прибыльную деятельность. 

При этом, суд установил, что согласно бухгалтерскому учету активов компании хватало для погашения всех требований кредиторов, что и было сделано, активы компании существенно превышали долги. Даже недоплата налогов, которая была выявлена значительно позже и была в полном размере погашена в том размере, который не удалось  оспорить в вышестоящую инспекцию, не могла и не повлияла на деятельность компании. У компании имелось достаточно имущества для исполнения своих обязательств. 

Доказательств обратного в материалах дела не имеется. 

С учетом того, что сделки, заключенные должником с контрагентами, в установленном законом порядке, оспорены не были, недействительными не признаны, доказательства того, что именно совершение сделок, расцененных налоговым органом в качестве фиктивных при проведении налоговой проверки, явилось причиной непогашения задолженности перед заявителем, кредитором не представлены.

Апелляционный суд, отклоняя доводы жалобы ООО «Эббот Лабораториз», считает необходимым отметить, что взыскание убытков не требует обязательного оспаривания сделок должника, однако и не перераспределяет бремя доказывания состава убытков, которое сохраняется за заявителями.

При этом, со стороны ООО «Эббот Лабораториз» и ООО «КрафтХайнц Восток» не представлено доказательств о несоответствии стоимости поставленных в адрес ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» товаров и их рыночной стоимости, что позволило бы сделать вывод о несоразмерности встречного представления по взаимоотношениям между организациям.

Судом первой инстанции также было принято во внимание, что материалы налоговой проверки, на которых основаны требования заявителя, являлись объектом расследования прекращенного за отсутствием события преступления уголовного дела № 11902400012000091, возбужденного 14.05.2019 следственным отделом по Московскому району Главного следственного управления Следственного комитета РФ по Санкт-Петербургу по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.199 Уголовного кодекса РФ, по факту возможного уклонения неустановленным лицом из числа руководства ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» от уплаты налогов.

Как указал суд первой инстанции, по результатам расследования уголовное дело 14.10.2019 было прекращено по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием события преступления.

21.12.2020 указанное процессуальное решение было отменено для проведения дополнительного расследования, после чего 02.03.2021 следственный отдел по Московскому району Главного следственного управления Следственного комитета РФ по Санкт-Петербургу повторно вынес Постановление о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления.

Конкурсный управляющий представил в суд апелляционной инстанции письмо Прокуратуры Московского района от 16.06.2021, согласно которому 16.06.2021 постановление о прекращении уголовного дела № 11902400012000091 прокуратурой района было отменено как незаконное и необоснованное, уголовное дело направлено руководителю следственного отдела для организации дополнительного расследования.

Апелляционный суд, отмечает, что на момент рассмотрения настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, постановление о прекращении уголовного дела отменено не было, при этом, сведения о привлечении должника к уголовной ответственности по материалам налоговой проверки, в связи с отменой постановления о прекращении уголовного дела, у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Таким образом, доводы подателей жалоб на отмену указанного процессуального решения в целях организации дополнительного расследования не свидетельствует о наличии причиненного обществу ущерба, а также о наличии в действиях ответчиков какой-либо вины. 

Со стороны Куценко К.А. представлены доказательства реализации товаров в адрес третьих лиц, в виде бухгалтерских регистров должника, в том числе:

1. Сводные аналитические данные по продажам товаров Бюбхен за 03.2013-12.2015, в соответствии с которыми были реализованы товары на общую сумму 1 568 983 627,86 руб. (без учета скидок).

2. Сводные аналитические данные по продажам товаров НУК за 03.2013-12.2015, в соответствии с которыми были реализованы товары на общую сумму 1 233 050 728,10 руб. (без учета скидок).

Указанные доводы и аргументы не были опровергнуты заявителем и/или конкурсным управляющим должника. В то же время, заявление кредиторов не содержит пояснений относительно источников возникновения у ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» указанных товаров на сумму свыше 2 млрд. руб.

Как следует из представленных документов, всего было реализовано товаров на общую сумму 2 802 034 355,96 руб. (с учетом скидок на общую сумму 2 638 868 252,73 руб.), что свидетельствует о факте наличия поставленных товаров у ЗАО «УМКА-ФАМКЭР».

Также суд считает необходимым отметить, что налоговым органом и органами уголовного преследования не было сделано выводов о наличии в действиях Куценко К.А., Овсовой Н.А., Шевелевой М.Г. признаков противоправности. Взаимоотношения Должника и контрагента носили обычный финансово-хозяйственный характер, что подтверждается первичной документацией, показаниями свидетелей и сведениями предоставленными налоговыми органами (МИФНС РФ по Спб № 1 и №23). Доказательств обратного со стороны заявителей не представлено.

Решение налогового органа также не содержит выводов о противоправном характере перечислений указанный 2 160 355 344 руб., на указанную сумму не были доначислены налоги / взысканы штрафы.

Вместе с тем, из документов, представленных со стороны ООО «Эббот Лабораториз» следует, что в адрес ООО «ЕЛЦ» и ООО «Спецлогистик» было направлено 1 669 396 325,05 руб., что отличается от заявленных ООО «Эббот Лабораториз» и ООО «КрафтХайнц Восток» 2 160 355 344 руб., и также свидетельствует о недоказанности наличия и размера причиненного ущерба. При этом, ни представленные выписки, ни решение налогового органа не содержит выводов о противоправном характере заключенных сделок. 

Также со стороны ООО «Эббот Лабораториз» и ООО «КрафтХайнц Восток» не представлено доказательств о несоответствии стоимости поставленных в адрес ЗАО «УМКА-ФАМКЭР» товаров и их рыночной стоимости, что позволило бы сделать вывод о несоразмерности встречного представления по взаимоотношениям между ООО «ЕЛЦ» и ООО «Спецлогистик».

Кроме того, со стороны ООО «Эббот Лабораториз» и ООО «КрафтХайнц Восток» не представлено доказательств, свидетельствующих о невозможности взыскать какие-либо денежные средства с ООО «ЕЛЦ» и/или ООО «Спецлогистик» в случае, если указанные сделки будут признаны заключенными в целях причинения вреда должнику (а в действиях Куценко К.А., Овсовой Н.А., Шевелевой М.Г. будут выявлены признаки каких-либо противоправных действий).

Помимо вышеуказанных доводов о недоказанности взаимосвязи между действиями Куценко К.А., Овсовой Н.А., Шевелевой М.Г. и какими-либо причиненными общества убытками суд также считает необходимым дать правовую оценку заявителей в отношении начисленных, но не выплаченных со стороны должника штрафов и пеней.

Само по себе решение налогового органа о доначислении штрафов, пеней, а также включение требования налогового органа в реестр не означает, что указанные требования будут полностью погашены. У должника не могут возникнуть убытки в том случае, если требование является неисполнимым (например, в случае отсутствия имущества в конкурсной массе).

В отношении доводов о взыскании убытков с бывшего главного бухгалтера Овсовой Натальи Александровны, бывшего заместителя главного бухгалтера Шевелевой Марины Геннадьевны суд полагает необходимым отметить следующее

В обоснование привлечения к гражданско-правовой ответственности бывшего главного бухгалтера Овсовой Натальи Александровны, бывшего заместителя главного бухгалтера Шевелевой Марины Геннадьевны заявителями указано, что данные лица имели возможность определять действия должника и давать обязательные для исполнения указания, в частности, давать распоряжения по оформлению документации в рамках договорных отношений должника с ООО «Единый Логистический Центр», ООО «Спецлогистик», а также осуществлять контроль за товаром, что способствовало прикрытию мнимых сделок и занижению налогооблагаемой базы.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника.

В абзаце 2 пункта  7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предусмотрено, что выгодоприобретатель может быть признан контролирующим должника лицом только в том числе, если извлеченная выгода от недобросовестных действий руководителя должника была существенной (относительно масштабов деятельности должника).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Вместе с тем, конкурсными кредиторами не представлено доказательств извлечения ответчиками Овсовой Н.А. и Шевелевой М.Г. какой-либо выгоды, равно как не представлено и доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что указанные лица имели более широкие полномочия, чем предполагают функции главного бухгалтера, в частности, возможность определять условия заключаемых сделок, давать указания об их заключении.

На основании вышеизложенного апелляционный суд полагает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии в рамках обособленного спора причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступлением неблагоприятных последствий, при этом, сам по себе факт привлечения общества к налоговой ответственности не может являться достаточным основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности.

Также судом было отмечено, что налоговым органом не было сделано выводов о наличии в действиях Куценко К.А., Овсовой Н.А., Шевелевой М.Г. признаков противоправности. Органами предварительного расследования по итогам анализа материалов налоговой проверки сделан вывод об отсутствии не только лиц, виновных в совершении противоправного деяния, но и об отсутствии самого противоправного деяния.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что заявление о взыскании убытков основано на отсутствии у конкурсного управляющего оригиналов подтверждающих документов должника, что по мнению конкурсного управляющего, позволяет сделать вывод о неразумном и недобросовестном поведении руководителя и единственного участника должника, производившего оплату по вышеуказанным контрактам и договорам в ходе хозяйственной деятельности должника с расчетного счета последнего.

Между тем само по себе непредставление оригиналов документов не может являться основанием для взыскания с ответчика убытков.

Заявители наделены полномочиями истребовать заверенные копии договоров должника у третьих лиц, в том числе его контрагентов и хранителей имущества должника. Данные действия являются для конкурсного управляющего обязательными, если он полагает действия руководителя Должника недобросовестными. В материалы дела не представлено доказательств обращения конкурсного управляющего в кредитную организацию, государственные органы, к хранителям имущества должника, к перевозчикам, арендодателям, к иным контрагентам должника с целью проверки разумности произведенных платежей и добросовестности руководителя должника.

Между тем, как следует из решения налоговой проверки и ответа уполномоченного органа, имеются документы, подтверждающие наличие контрактов и поставку товаров в адрес должника. Заявителем не представлено доказательств противоправности неразумности и недобросовестности его действий ответчика. Приняв во внимание, что заявителем не доказано, что указанные платежи выходят за рамки обычной хозяйственной деятельности должника, суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы заявителя о причинении убытков должнику проведением вышеуказанных платежей.

Со стороны ООО «Эббот Лабораториз» и ООО «КрафтХайнц Восток» не представлено доказательств, свидетельствующих о невозможности взыскать какие-либо денежные средства с контрагентов должника в случае, если указанные сделки будут признаны заключенными в целях причинения вреда должнику.

Таким образом, в данном случае заявителями не доказан как факт причинения должнику реально ущерба действиями (бездействиями) Куценко К.А., Овсовой Н.А., Шевелевой М.Г., так виновность действий (бездействие) ответчиков, повлекших начисление штрафных санкций / возникновение убытков.

Обязанность по доказыванию указанных обстоятельств возложена на заявителя в связи с положениями ст. 15 ГК РФ (Определение Верховного суда РФ от 06.04.2020 № 56-КГ20-2).

При этом доводы подателя жалоб, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в силу чего отсутствуют основания для его отмены и удовлетворения апелляционных жалоб. 

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 02.04.2021 по делу №  А56-21124/2019/уб.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.В. Аносова

Судьи

И.Н. Бармина

 Н.А. Морозова