ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-72745/2018

13 сентября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена     06 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 сентября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.

судей  Бурденкова Д.В., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

при участии:  

от ФИО2: представитель ФИО3, по доверенности от 05.09.2022;

финансового управляющего ФИО4 (по паспорту);

ФИО5 (по паспорту);

от иных лиц: не явились, извещены надлежащим образом; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-16951/2022)  финансового управляющего ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2022 по делу № А56- 72745/2018/сд.3, принятое

по заявлению финансового управляющего ФИО6 

к ФИО5 

об оспаривании сделки должника 

в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,

установил:

07.06.2018 ФИО7 (далее – ФИО7, должник) обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству суда определением от 09.06.2018.

Определением арбитражного суда от 03.12.2018 заявление ФИО7 признано обоснованным; в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов; финансовым управляющим утверждена ФИО8, которая определением от 05.06.2019 была освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего должником, а определением от 07.11.2019  новым финансовым управляющим была утверждена ФИО6 (далее – ФИО6).

 Решением арбитражного суда от 21.11.2019 процедура реструктуризации долгов гражданина прекращена; ФИО7 признан несостоятельным (банкротом); в отношении него введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим также утверждена ФИО6

08.10.2021 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО6,  впоследствии уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительной сделкой  договора №100804 от 04.08.2010, заключенного между ФИО7 и ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик), а также о  применении последствий недействительности сделки  в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 5 110 500 рублей, полученных по платежному поручению № 303475 от 25.11.2014.

Определением арбитражного суда от 11.05.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО6 подала апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права и указывая на то, что суд первой инстанции неправомерно не разрешил ходатайство о назначении экспертизы и не исследовал в этой связи сам акт передачи исключительных прав от 04.08.2010 к договору №100804 от 04.08.2010.

Также податель жалобы полагает, что сделка является недействительной (мнимой) и была направлена на вывод активов должника.

Должник и ответчик представили письменные отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменения.

Кредитор ФИО2 в письменном отзыве на апелляционную жалобу доводы финансового управляющего поддержала.

05.09.2022 ФИО2 и финансовый управляющий представили ходатайства о назначении по делу судебной технической экспертизы в целях установления  срока давности изготовления акта приема-передачи от 04.08.2010.

В судебном заседании апелляционной инстанции финансовый управляющий и представитель кредитора ФИО2 доводы жалобы и ходатайства о проведении экспертизы поддержали.

Ответчик возражал против удовлетворения апелляционной жалобы и ходатайств о назначении судебной экспертизы.

Рассмотрев заявленные финансовым управляющим и кредитором ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 82 и  268 АПК РФ, протокольным определением отказал в его удовлетворении, поскольку ее проведение, по мнению апелляционного суда, не  будет способствовать более правильному разрешению спора, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств. 

В соответствии со статьей 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между ФИО7 и ФИО5 был заключен договор №100804 от 04.08.2010  исключительного права на секрет производства (ноу-хау) на сумму 6 700 000 рублей.

04.04.2013 на основании определения Красногвардейского районного суда города Санкт-Петербурга ФИО5 был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения третейского суда от 21.03.2013 по делу №130319 о взыскании с ФИО7 в пользу ФИО5 денежной суммы авторского вознаграждения по договору №100804 от 04.08.2010 в размере                  6 700 000 рублей.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 14.11.2014 с должника в пользу ответчика взысканы денежные средства в рамках исполнительного производства №1401/13/22/78/СД в размере 5 110 500 рублей.

Полагая, что договор был заключен при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед кредиторами, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании его недействительным на основании статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод об отсутствии условий для удовлетворения заявленных требований. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы. 

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом, специальные основания для оспаривания сделок предусмотрены статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, однако, в данном случае, в силу даты заключения оспариваемого договора (04.08.2010) и даты возбуждения дела о банкротстве – 09.06.2018, эта сделка не может быть оспорена по указанным основаниям (подлежит оспариванию только по общегражданским основаниям). 

В частности,  оспариваемая сделка, как совершенная до 01.10.2015 с целью причинения вреда кредиторам, может быть признана недействительной на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд, в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения, отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно, наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ) и т.п.

В пункте 7 Постановления № 25 разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно Обзору практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденному информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127, для признания сделки недействительной по основаниям, изложенным в статье 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что соответствующее лицо в сделке совершило определенные действия, направленные на получение данным лицом каких-либо имущественных прав и/или на нарушение прав и законных интересов кредиторов сторон сделки.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Также по правилам пункта 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В частности, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 Постановления №25 установлено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом, сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Также, согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом, намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В данном случае в качестве основания для оспаривания сделки управляющий  указала на притворность договора, в частности – на то, что оспариваемый договор фактически прикрывает собой сделку по выводу ликвидного актива.

Кроме того, как указал заявитель, на момент заключения договора, как и на момент взыскания ответчиком с должника задолженности по нему (2013 год), у ФИО7 имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, а, следовательно, признаки неплатежеспособности.

Вместе с тем, в подтверждение реальности заключения оспариваемой сделки ответчиком и должником в материалы дела представлена копия акта приема-передачи описания ноу-хау от 04.08.2010, а также оригинал названного акта представлялся на обозрение суда. 

В этой связи суд первой инстанции сделал вывод о том, что реальность исполнения договора №100804 от 04.08.2010 со стороны ответчика подтверждена материалами дела и финансовым управляющим не опровергнута, как в нарушение статьи 65 АПК РФ  управляющим не представлено доказательств того, что сделка совершена с целью причинения имущественного вреда кредиторам.

Кроме того, как установлено судом, должник обратился в арбитражный суд с заявлением о признании его несостоятельным  (банкротом) 07.06.2018 и из заявления должника следует, что на момент обращения в суд у него имелись неисполненные денежные обязательства перед одним кредитором –                    ФИО2, установленные решением Красногвардейского районного суда от 26.09.2011, то есть эти обязательства возникли через 1 год и 1 месяц после заключения договора №100804 от 04.08.2010, что исключает вывод о том, что на момент совершения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В этой связи оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что финансовый управляющий не доказал наличие всех необходимых условий для признания оспариваемого договора недействительным на основании статьей 10 и 170 ГК РФ, исходя при этом из того, что реальность исполнения договора, помимо прочего, установлена (подтверждена) определением Красногвардейского районного суда города Санкт-Петербурга от 04.04.2013, на основании которого впоследствии произведено перечисление денежных средств по исполнительному производству.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы управляющего, суд апелляционной инстанции исходит из того, что на момент заключения оспариваемого договора, как и на момент взыскания с должника в пользу ответчика задолженности по нему (2013 год), просроченная задолженность перед кредиторами у должника отсутствовала,  в том числе отсутствовала задолженность по алиментам перед ФИО2 (эти обязательства возникли через 1 год и 1 месяц после заключения договора №100804 от 04.08.2010). 

Также материалами дела подтверждается, что стороны оспариваемой сделки действовали в полном соответствии с законом и условиями заключенного договора (доказательств обратного не представлено), при том, что факт (действительность) договора и его реальность (исполнение) подтверждена решением третейского суда от 21.03.2013 по делу №130319, на основании которого Выборгским районным судом был выдан исполнительный лист, а службой судебных приставов возбуждено исполнительное производство №1401/13/22/78/СД, в рамках которого постановлением судебного пристава-исполнителя от 14.11.2014 с должника в пользу ответчика было произведено взыскание денежных средств в размере 5 110 500 рублей.

Указанное, помимо прочего, свидетельствует о том, что начиная, как минимум с 2013 года, кредиторы, и в частности – ФИО2, знали о спорной сделке и могли ее оспорить по общим основаниям.

Таким образом, суд первой инстанции сделал правомерный вывод об отсутствии у должника на момент заключения оспариваемого договора неисполненных обязательств перед кредиторами и - как следствие - признаков неплатежеспособности, в связи с чем признал не доказанным факт совершения оспариваемой сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что доводы подателя жалобы о притворности договора  (со ссылкой на то, что оспариваемый договор фактически прикрывает собой сделку по выводу ликвидных активов) носят голословный характер и какими – либо доказательствами, кроме умозаключений заявителя, не подтверждены. 

Кроме того, в материалы дела не представлено доказательств наличия оснований полагать на момент совершения оспариваемой сделки, что должник будет признан несостоятельным (банкротом) и к нему будут предъявлены в рамках дела о банкротстве требования кредиторов, с учетом того, что неисполненные обязательства должника перед кредитором ФИО2 возникли гораздо позднее даты совершения оспариваемой сделки - через 1 год и 1 месяц после заключения договора №100804 от 04.08.2010, а настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено только в 2018 году. 

Ввиду изложенного и в силу продолжительного период времени между этими событиями, отсутствуют основания предполагать заключение должником и ответчиком сделки с целью причинения вреда кредиторам или иной противоправной целью.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии условий для квалификации сделки недействительной на основании статей 10 и 170 ГК РФ.

Апелляционным судом не установлено нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права; обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены в полном объеме; выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2022 г. по делу № А56-72745/2018/сд.3 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО7 - ФИО6 без удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

Д.В. Бурденков

 Е.А. Герасимова