ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

 

04 июня 2024 года                                                                                    Дело № А65-33592/2023

                                                                                                                             № 11АП-3572/2024

г. Самара

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Дегтярева Д.А.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства, без вызова сторон,

дело по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью "МТ Тиара" на решение Арбитражного суда Республики Татарстан в виде резолютивной части от 23.01.2024 (мотивированное решение изготовлено 05.02.2024), принятое в порядке упрощенного производства по делу №А65-33592/2023 (судья Панюхина Н.В.),

по иску Общероссийской общественной организации "Российское Авторское общество", г.Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к Обществу с ограниченной ответственностью "МТ Тиара", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о взыскании 60000.00 руб. компенсации, 

 

УСТАНОВИЛ:

общероссийская общественная организация "Российское Авторское общество" (далее - истец) обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "МТ Тиара" (далее – заявитель апелляционной жалобы, ответчик) о  взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на произведения в размере 60 000 руб.

Дело рассмотрено в порядке главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан в виде резолютивной части от 23.01.2024 по делу №А65-33592/2023 исковые требования удовлетворены частично, с общества с ограниченной ответственностью "МТ Тиара", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общероссийской общественной организации "Российское Авторское общество", г.Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 30 000 руб.  компенсации за нарушение исключительных прав на три произведения: «Мама, прости»;«Не твоё дело», «Как любовь твою понять?», в остальной части иска отказано.

В связи с поступлением от ответчика заявления о составлении мотивированного решения судом 05.02.2024 изготовлен мотивированный судебный акт по делу №А65-33592/2023.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что истец не доказал, что именно ответчик является нарушителем исключительного права. По мнению ответчика, представленные истцом доказательства: DVD-R диск и Акт расшифровки записи от 10.04.2023, кассовый чек от 03.04.2023 с реквизитами ответчика  не являются допустимыми и достоверными доказательствами.

Так, ответчик полагает, что судебный акт не содержит оценки довода ответчика относительно того, каким образом определено, что три спорных музыкальных произведения прозвучали именно в помещении, в котором ответчик ведет свою деятельность, кем была сделана запись, с которой сделана расшифровка. При этом, по мнению ответчика, акт расшифровки записи сам по себе не является ни заключением специалиста, ни эксперта по смыслу ст. 81 АПК РФ, ФИО1 не предупреждена об уголовной ответственности. Также ответчик указывает, что на приложенном к иску DVD-R диске содержится видеозапись качества, не позволяющего достоверно установить, в каком месте происходит публичное исполнение. Запись не содержит средства индивидуализации, указывающего на ответчика, не содержится даты проведения видеосъемки.

Ответчик указывает, что представленные истцом запись и акт расшифровки записи не содержат ни указаний на лиц, участвующих в этой записи, ни обстоятельств, фиксирующих обстановку, нет на видео ни даты записи, ни атрибутов, указывающих на принадлежность салона красоты ответчику, в связи с чем ответчик полагает, что он не может быть признан лицом, нарушившими исключительные права авторов на публичное исполнение.

Кроме того, по мнению ответчика, салон красоты не является публичным местом, не является местом с платным входом, не является местом, свободным для посещения. Ответчик не организовывает публичное исполнение в салоне красоты. Так, ответчик не согласен с выводом суда о том, что салон красоты – это место, свободное для посещения. Ответчик по адресу: РТ, 

<

...> под именем «Персона +» оказывает парикмахерские услуги, услуги маникюра и дизайна, и прочие услуги, оказываемые в салонах красоты.

Салон красоты «Персона +» не является местом, открытым для свободного посещения или местом, где присутствует значительное число лиц, в отличие от кафе, ресторанов, торговых центров или спортивных объектов, танцевальных клубов. Салон красоты работает по предзаписи и не открыт для любых лиц, желающих воспользоваться услугой, в связи с чем ответчик полагает, что салон красоты нельзя отнести к месту, в котором организовано публичное исполнение.

Ответчик также указывает, что им заключен договор с ПАО «Таттелеком» об оказании услуг связи № ТС-100-27537 от 25.08.2018 договор на оказание услуг заключен как с юридическим лицом, в связи с чем ответчик оплачивает услуги в повышенном размере по сравнению с физическими лицами и использует услуги связи для предпринимательских целей.

Ответчик считает, что лицензионный договор об использовании произведении должен быть заключен между ПАО «Таттелеком» и правообладателем или организацией по управлению коллективными правами, чтобы на законных основаниях использовать произведения. Заключив договор об оказании услуг связи № ТС-100-27537 от 25.08.2018 и оплатив абонентскую плату надлежащим образом, ответчик полагает, что соблюдает исключительные права авторов и оплачивает использование результата интеллектуальной деятельности через ПАО «Таттелеком».

В соответствии со статьей 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. Дополнительные доказательства по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом апелляционной инстанции не принимаются.

В настоящем деле обстоятельств, свидетельствующих о необходимости проведения судебного заседания при рассмотрении апелляционной жалобы на решение суда первой инстанции, не усматривается.

С учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 47, 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 апреля 2017 года № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционная жалоба рассмотрена судьей единолично без осуществления протоколирования и без составления резолютивной части постановления.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещены арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и особенностями, установленными для рассмотрения дел в порядке упрощенного производства.

26.03.2024 от истца поступил отзыв на апелляционную жалобу ответчиков.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке ст. 262 АПК РФ приобщен к материалам дела.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив  в соответствии со статьями 258, 266, 268, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта в обжалуемой ответчиком части, исходя из нижеследующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, обращаясь с настоящим иском на основании свидетельства о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе от 23.08.2013 N МК-01/13, истец указал, что 03.04.2023 ответчик в помещении студии красоты «Персона+», расположенной по адресу: 

<

...>, осуществил публичное исполнение следующих музыкальных произведений:

 

п/п

Название

Автор текста

Автор текста музыки

1.

 

«Мама, прости»

ФИО2

ФИО3

2.

«Не твоё дело»

ФИО4

ФИО4

3.

«Как любовь твою понять?»

ФИО5

ФИО5

В подтверждение факта осуществления сообщения в эфир указанных музыкальных произведений истцом представлен СД-диск, содержащий видеозапись использования произведений, а также кассовый чек от 03.04.2023.

Перечень способов защиты нарушенных прав, установленный статьей 12 ГК РФ, является открытым. Проводя фиксацию, представитель истца воспользовался правом на сбор и получение доказательств.

Для целей идентификации музыкальных произведений, сообщение в эфир которых было зафиксировано представителем РАО в видеозаписи, было проведено фонографическое и музыковедческое исследование, результаты которого содержатся в заключениях специалиста, имеющего необходимую квалификацию и знания.

Осуществляя сообщение в эфир музыкальных произведений без выплаты вознаграждения, ответчик тем самым допустил нарушение прав авторов музыкальных произведений, в связи с чем, 23.06.2023 истцом в адрес ответчика было направлена претензия с требованием о выплате компенсации правообладателям авторских прав в связи с использованием музыкальных произведений в отсутствие выплаты вознаграждения и предложением заключить соответствующий договор.

Претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности права РАО на предъявление соответствующего иска и из того, что поименованные в исковом заявлении лица являются правообладателями музыкальных произведений, публичное исполнение которых было осуществлено ответчиками без выплаты соответствующего вознаграждения. Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к выводу о чрезмерности заявленной истцом компенсации и усмотрел основания для удовлетворения заявленных требований о взыскании компенсации частично в размере 30 000 рублей (по 10 000 рублей за нарушение права на одно музыкальное произведение).

Повторно рассмотрев дело, проверив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта, при этом исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) музыкальные произведения с текстом или без текста являются объектами авторских прав.

Автору произведения принадлежат исключительное право на произведение; право авторства; право автора на имя; право на неприкосновенность произведения; право на обнародование произведения (пункт 2 статьи 1255 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 той же статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Суд, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные РАО документы, установил наличие у РАО права на иск, обусловленное использованием обществом исключительных прав на вышеперечисленные музыкальные произведения, выразившемся в публичном исполнении обществом при осуществлении коммерческой деятельности находящихся в управлении РАО вышеназванных музыкальных произведений, без выплаты их авторам вознаграждения.

Указанные полномочия РАО заявителем кассационной жалобы не оспариваются.

Как разъяснено в пункте 93 Постановления N 10, в силу подпункта 6 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ использованием произведения считается в числе прочего его публичное исполнение, то есть представление произведения в живом исполнении или с помощью технических средств (радио, телевидения и иных технических средств), а также показ аудиовизуального произведения (с сопровождением или без сопровождения звуком) в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи (который определяется судом с учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого дела), независимо от того, воспринимается произведение в месте его представления или показа либо в другом месте одновременно с представлением или показом произведения.

Лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

Лицо, организующее публичное исполнение, должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение.

Публичное исполнение произведения требует получения согласия правообладателя или организации по управлению правами на коллективной основе независимо от того, осуществляется такое исполнение за плату или бесплатно (пункт 2 статьи 1270 ГК РФ), а также от того, является представление произведения (или организация представления произведения) основным видом деятельности или же представляет собой звуковое сопровождение иной деятельности (например, в кафе, ресторанах, торговых центрах, на территории спортивных объектов и т.п.).

Материалами дела, в частности, кассовым чеком от 03.04.2023, подтверждается, что ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность в помещении студии красоты «Персона+», расположенного по адресу: 

<

...>.

Актом расшифровки от 10.04.2023, аудиовидеозаписью факта публичного исполнения музыкальных произведений подтвержден тот факт, что 03.04.2023 в помещении студии красоты «Персона+», расположенного по адресу: 

<

...>, установлено звуковое устройство.

Для целей идентификации музыкальных произведений, публичное исполнение которых зафиксировано на аудиовидеозаписи, специалист Гатауллина Г.Ш., имеющая необходимое музыкальное образование, провела исследование, результаты которого содержатся в Акте расшифровки записи от 10.04.2023.

Согласно выводам специалиста, изложенным в Акте расшифровки записи от 10.04.2023, подтвержден факт исполнения музыкальных произведений и исполнителей, поименованных в исковом заявлении.

Судом отклоняются доводы ответчика, изложенные в отзыве на исковое заявление, относительно того, что акт расшифровки записи от 10.04.2023 является недопустимым доказательством по делу.

Обществом не заявлено о фальсификации доказательств, их подложности, о сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений. Оснований для признания доказательств недопустимыми и оснований для их исключения из числа доказательств по делу судом не установлено.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио и видеозаписи, иные документы и материалы

Согласно разъяснениям пункта 55 Постановления № 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Акт расшифровки специалиста является относимым, допустимым и достоверным доказательством, поскольку позволяет установить существенные для дела обстоятельства - названия музыкальных произведений, что, в свою очередь, необходимо для определения авторов и охраноспособности произведений на территории Российской Федерации. Данным актом расшифровки записи истец доказывает названия музыкальных произведений, исключительные права на которые нарушил ответчик.

При этом доказательством того, что авторами спорных музыкальных произведений являются именно указанные в иске лица, является сведения из реестра, который РАО ведет на своем официальном сайте в соответствии с пунктом 5 статьи 1243 ГК РФ.

Кроме того, суд отмечает, что ответчик не представил доказательств того, что на видеозаписи, на которой зафиксировано использование ответчиком музыкальных произведений, содержались иные музыкальные произведения.

Диск с видеозаписью, представленный в материалы дела истцом, также признан судом надлежащим доказательством, подтверждающим факт нарушения исключительных прав авторов на музыкальные произведения.

В силу статей 12 и 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта публичного воспроизведения спорных музыкальных произведений является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признаку допустимости доказательств.

В нарушение статьи 65 АПК РФ обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы дела видеосъемкой, ответчик документально не опроверг.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда №11АП-7338/2023 от 05.06.2023 по делу №А65-1435/2023, постановлении Суда по интеллектуальным правам №С01-1792/2023 от 15.09.2023.

Из содержания пункта 2 статьи 1270 ГК РФ следует, что представление произведения с помощью такого технического средства как радио в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, относится к способам публичного исполнения произведения (аналогичные выводы содержатся в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 27.07.2020 N С01-837/2020 по делу N А12-43513/2019,  Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 26.02.2021 N С01-1919/2020 по делу N А60-71892/2019).

Факт публичного исполнения результатов интеллектуальной деятельности подтверждается актом копирования оригинального видеофайла, содержащего фиксацию фактов публичного исполнения обнародованных музыкальных произведений, актом расшифровки записи от 10.04.2023, аудиовидеозаписью, зафиксировавшей факт публичного исполнения произведений,  кассовым чеком.

В представленной видеозаписи зафиксирован источник звучания музыкальных произведений, расположенный непосредственно в студии красоты ответчика.

Оборудование, посредством которого осуществлялось публичное исполнение спорных произведений, находилось в помещении ответчика, в месте, открытом для свободного посещения. Во время осуществления своей предпринимательской деятельности ответчик не предпринял разумных и достаточных мер по исключению возможности неправомерного использования музыкальных произведений в принадлежащем ему помещении.

Таким образом, суд приходит к выводу, что вопреки доводам ответчика, из представленной видеозаписи объективно видно и слышно, что источник звука расположен непосредственно и именно в помещении  студии красоты ответчика.

Именно ответчик, в помещении которого осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений и фонограмм, и, в котором им осуществляется предпринимательская деятельность, является лицом, которое несет ответственность за осуществление публичного исполнения музыкальных произведений.

Суд учитывает, что ответчик не воспользовался своим правом для представления в суд доказательств того, что публичное исполнение музыкальных произведений осуществлялось им для узкого круга лиц и не являлось публичным воспроизведением, а также не представил доказательств наличия у ответчика разрешений правообладателя на публичное исполнение музыкальных произведений.

Ответчиком заявлен довод относительно того, что между ним и ПАО «Таттелеком» заключен договор  об оказании услуг связи №ТС-100-27537 от 25.08.2018, в связи с чем лицензионный договор должен быть заключен между истцом и ПАО «Таттелеком», так как в абонентскую плату, по мнению ответчика, включается плата за использование исключительных прав.

Данный довод ответчика не принимается судом во внимание, поскольку основан на неверном толковании норм материального права.

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что записанная на DVD-диск видеозапись является надлежащим доказательством и подтверждает факт нарушения исключительных прав авторов на музыкальные произведения.

Фиксацию фактов нарушения исключительных прав авторов на произведения проводили представители истца, которые фиксировали нарушение исключительных прав исполнителей и изготовителей фонограмм, что представляет собой способ самозащиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ).

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является способом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу статей 12 и 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта публичного воспроизведения спорных музыкальных произведений является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признаку допустимости доказательств.

При этом такой способ защиты нарушенного права как самозащита, прямо предусмотрен гражданским законодательством (статья 12 ГК РФ). В законе отсутствует норма о том, что надлежащими доказательствами являются только те доказательства, которые собраны лицом, участвующим в деле, или его представителем: участники процесса могут не только сами собирать доказательства, но также получать определенные доказательства в целях представления их в материалы дела от иных лиц.

Представленный истцом в материалы дела акт расшифровки записи от 10.04.2023 также является относимым, допустимым и достоверным доказательством (статья 75 АПК РФ), поскольку позволяют установить существенные для дела обстоятельства - названия музыкальных произведений, что, в свою очередь, необходимо для определения авторов и охраноспособности произведений на территории Российской Федерации.

Данным актом расшифровки записи истец доказывает названия музыкальных произведений, исключительные права на которые нарушил ответчик. При этом доказательством того, что авторами спорных музыкальных произведений являются именно указанные в иске физические и юридические лица, является не акт расшифровки, а сведения из реестра, который РАО ведет на своем официальном сайте в соответствии с пунктом 5 статьи 1243 ГК РФ.

Заключение музыковеда может приниматься судами в качестве доказательства названия использованной фонограммы и имени исполнителя, если достоверность представленной музыковедом информации не опровергнута ответчиком.

Законодательство Российской Федерации не устанавливает специальных требований к расшифровкам записей, осуществленным в целях защиты нарушенных прав и законных интересов правообладателей.

Арбитражным судом учтено, что музыковед обладает специальными знаниями в исследуемой области, что, в частности, подтверждается дипломом о музыкальном образовании ЗВ №591162.

В нарушение статьи 65 АПК РФ обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы дела видеосъемкой, ответчик документально не опроверг.

При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств (кассового чека, видеозаписи) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, доказательства обратного суду не представлены, о фальсификации доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ).

При таких обстоятельствах как верно отмечено судом первой инстанции совокупность доказательств позволила с достоверности установить факт публичного исполнения музыкальных произведений ответчиком.

Согласно статье 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п.3 ст. 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей.

Из материалов дела следует, что истец просит взыскать компенсацию в сумме 60 000 руб. из расчета 20 000 руб. за каждое произведение (3 шт.).

Как разъясняется в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации - прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

Суд первой инстанции, принимая во внимание характер допущенного нарушения, вероятные убытки правообладателя, заявление ответчика о несоразмерности компенсации, исходя из конкретных обстоятельств дела и имеющихся доказательств, а также принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, определил размер компенсации в размере 30 000 руб., исходя из размера 10 000 рублей за каждое нарушение, в связи с чем исковые требования удовлетворил частично в сумме 30 000 руб.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не доказывают нарушения судом первой инстанции норм материального или процессуального права либо несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, всем доводам в решении была дана надлежащая правовая оценка.

Доводы ответчика о недоказанности истцом, что именно ответчик является нарушителем исключительного права, апелляционным судом подлежат отклонению.

Обращаясь в суд с исковыми требованиями, истец в качестве доказательств представил видеозапись фиксации факта бездоговорного публичного исполнения музыкальных произведений в салоне красоты «Персона +» по адресу: РТ, 

<

...>,.

Представленная видеозапись содержит: привязку к местности (адрес), наименование заведения ответчика; изображение технических средств, используемых для публичного исполнения произведений; отчетливые записи публичного исполнения произведений в заведении ответчика; съемку информационного табло на входной двери заведения ответчика, зафиксировавшей наименование последнего, его ИНН, юридический адрес (3:05 хронометраж видеозаписи); съемку кассового чека от 03.04.2023, предоставленного представителю истца.

При этом, как следует из текста апелляционной жалобы, ответчик также не отрицает осуществление деятельности по адресу: РТ, 

<

...>, в салоне красоты «Персона +».

Доводы ответчика о недопустимости акта расшифровки записи в качестве доказательства обоснованно отклонен судом первой инстанции со ссылкой на пункт 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Доводы ответчика о том, что салон красоты не является публичным местом, ответчик не организовывает публичное исполнение в салоне красоты, не принимаются во внимание суда апелляционной инстанции как противоречащие правовой позиции, изложенной в пункте 4 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015).

Оснований для иных выводов из имеющихся материалов дела не усматривается, достаточных и надлежащих доказательств, опровергающих упомянутые обстоятельства, ответчиками не представлено, что не отвечает требованиям части 1 статьи 65 АПК РФ.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обращении с апелляционной жалобой ответчик оплатил 3000 рублей госпошлины платежным поручением от 22.02.2024 №1811. В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей возлагаются на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд                     

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан в виде резолютивной части от 23.01.2024 (мотивированное решение изготовлено 05.02.2024), принятое в порядке упрощенного производства по делу №А65-33592/2023, оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

 

Судья                                                                                                                           Д.А. Дегтярев