ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула                                                                                                      Дело № А54-9330/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена   11.04.2022

Постановление изготовлено в полном объеме    13.04.2022

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Тимашковой Е.Н., судей Большакова Д.В. и Стахановой В.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Акуловой О.Д., при участии представителей заинтересованного лица – межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы                       № 2 по Рязанской области (г. Рязань, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) –                        ФИО1 (доверенность от 28.12.2020) и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, – управления Федеральной налоговой службы по Рязанской области (г. Рязань, ОГРН 

<

***>,                                       ИНН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность от 18.03.2022 и от 30.03.2022), в отсутствие представителя заявителя – индивидуального предпринимателя ФИО2 (г. Рязань, ОГРНИП 310621518700026), извещенного о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании, проводимом путем использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» (веб-конференция), апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Рязанской области от 03.02.2022 по делу № А54-9330/2020                              (судья Соломатина О.В.), принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Рязанской области о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.07.2020 № 2.14-16/16262, (в редакции решения управления Федеральной налоговой службы по Рязанской области от 21.10.2020 № 2.15-12/13081), обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов, 

 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее –предприниматель) обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Рязанской области (далее – инспекция) о признании недействительным решения от 10.07.2020                           № 2.14-16/16262 (в редакции решения управления Федеральной налоговой службы по Рязанской области от 21.10.2020 № 2.15-12/13081) о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и обязании устранить допущенные нарушения прав и законных интересов (далее – решение от 10.07.2020). 

Определением суда первой инстанции от 10.12.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено управление Федеральной налоговой службы по Рязанской области (далее – управление).

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 03.02.2022  производство                        по делу в части требования предпринимателя о признании недействительным                              решения инспекции от 10.07.2020 № 2.14-16/16262 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения по двум эпизодам доначисления налога и пени, а именно: по ФИО3 и ООО «МЖК-Агрострой» прекращено. Оспариваемое решение инспекции   признано недействительным в части взыскания штрафа по НДФЛ, начисленного по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в сумме 110 653 руб. 50 коп, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом в части отказа в удовлетворении заявленных требований, предприниматель обратился с апелляционной жалобой,                              в которой просит его в этой части отменить и принять по делу новое решение.                                      В обоснование своей позиции указывает на то, что изначально выездная налоговая проверка была назначена в отношении налогоплательщика как индивидуального предпринимателя, однако доначисления по результатам проверки были произведены                           по НДФЛ в отношении налогоплательщика физического лица.                                                                   По мнению предпринимателя, его контрагент – ООО «Сервистех», представляя                       договоры займов, подтвердил наличие договорных отношений. Считает, что по контрагентам ООО «Техноснаб» и ООО «Торговый дом «Гамма» суд сделал необоснованный вывод об отсутствии договорных отношений, противоречащий выводу по контрагентам ООО «Сервистех» и  ООО «Завод пластических масс». Полагает, что                             его платежеспособность подтверждается обстоятельствами, установленными в рамках дела № А54-6487/2016. 

От инспекции в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором она, считая принятое решение законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и изложенные в отзыве возражения, суд апелляционной инстанции считает, что решение суда не подлежит отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что ФИО2 06.07.2010 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя.

Инспекцией проведена выездная налоговая проверка в отношении предпринимателя по всем налогам и сборам за период с 01.01.2015 по 31.12.2017; по результатам проверки составлена справка о проведении от 06.08.2019 № 2.14-16/7 и акт налоговой проверки от 07.10.2019 № 2.14-16/7. Акт направлен предпринимателю 14.10.2019.

Инспекция 28.11.2019 вынесла решение № 2.14-16/40 о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля, 24.01.2020 приняла дополнение к акту налоговой проверки № 2.14-16/6.

Рассмотрев материалы налоговой проверки, инспекция 10.07.2020 вынесла решение № 2.14-16/16262 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

Указанным решением предпринимателю доначислен НДФЛ в сумме 1 778 715 руб., начислены пени по НДФЛ в сумме 462 804 руб. 23 коп. и взыскан штраф по НДФЛ в сумме 241 873 руб. и в сумме 3400 руб.

Основанием для доначисления налогов, пени и штрафа послужил вывод инспекции о том, что в нарушение пункта 1 статьи 210, подпункта 1 пункта 2 статьи 211, подпункта              1 пункта 1 статьи 223, пункта 1 статьи 224, пункта 1 статьи 225 и подпункта 4 пункта                                        1 статьи 228 НК РФ предприниматель не исчислил и не перечислил в бюджет спорную сумму НДФЛ с доходов в сумме 13 682 421 руб. 14 коп., полученных от ООО «Торговый дом Гамма», ООО «Транс-Аудит-Сервис», ФИО3, ООО «Завод пластических масс», ООО «МЖК-Агрострой», ООО «Техноснаб» и ООО «Сервистех» в виде перечислений на свои счета, открытые для погашения кредитов.

Не согласившись с принятым ненормативным актом, предприниматель обжаловал его в управление, которое решением от 21.10.2020 № 2.15-12/13081 отменило акт инспекции в части доначисления НДФЛ в сумме 102 830 руб., а также соответствующих пеней и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ в сумме 20 566 руб. и по пункту 1 статьи                    126 НК РФ в размере 3400 руб. (из налогооблагаемой базы были исключены поступления  от ООО «Праздник на Сенной»).

Не согласившись с решениями инспекции и управления, предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением.

Рассматривая заявление и удовлетворяя его частично, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частью 3 статьи                              201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)» ненормативный акт, решение и действие (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц могут быть признаны недействительными или незаконными при одновременном несоответствии закону и нарушении прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из положений части 1 статьи 44 НК РФ следует, что обязанность по уплате налога или сбора возникает, изменяется и прекращается при наличии оснований, установленных названным Кодексом или иным актом законодательства о налогах и сборах. Обязанность по уплате конкретного налога или сбора возлагается на налогоплательщика и плательщика сбора с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога или сбора (пункт 2 статьи 44 Кодекса).

В соответствии со статьей 38 НК РФ каждый налог имеет самостоятельный объект налогообложения, определяемый в соответствии с частью 2 Кодекса.

Налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников, в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации (статья 207 НК РФ).

Подпунктом 1 пункта 1 статьи 227 НК РФ определено, что физические лица, зарегистрированные в установленном действующим законодательством порядке и осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, исчисление и уплату налога производят от суммы доходов, полученных от осуществления такой деятельности.

Судом первой инстанции установлено, что предприниматель 06.07.2010 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и в 2015 – 2017 годах находился на традиционной системе налогообложения, в связи с чем являлся плательщиком налога на доходы физических лиц.

В силу статьи 210 НК РФ при определении налоговой базы по НДФЛ учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 НК РФ.

Физические лица, получающие другие доходы, при получении которых не был удержан налог налоговыми агентами, производят исчисление и уплату налога на доходы физических лиц исходя из сумм таких доходов (подпункт 4 пункта 1 статьи 228 НК РФ).

Доходами, полученными налогоплательщиком в натуральной форме, в частности, признается оплата (полностью или частично) за него организациями или индивидуальными предпринимателями товаров (работ, услуг) или имущественных прав, в том числе коммунальных услуг, питания, отдыха, обучения в интересах налогоплательщика (подпункт 1 пункта 2 статьи 211 НК РФ).

С учетом сказанного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что у физического лица возникает обязанность по уплате налога в случаях получения  дохода от организации и (или) физических лиц.

В случае же, если суммы были фактически возвращены лицу, которое их перечисляло, полученные физическим лицом денежные средства не будут являться доходом, подлежащим налогообложению.

Из материалов дела следует, что при проведении в отношении предпринимателя выездной налоговой проверки инспекцией установлено, что в проверяемом периоде предпринимателем приобретались автотранспортные средства по договорам купли-продажи, для оплаты части стоимости которых ему в проверяемый период в различных кредитных организациях предоставлялись кредиты:

– по договору купли-продажи от 22.07.2015 № ДгПрАвт-07/005495 (т. 3, л. 18 – 33;               т. 5, л. 147 – 154) предприниматель приобрел у ООО «АвтоСпецЦентр Спорт» автомобиль «Porsche Cayenne», 2015 года изготовления, VIN 

<

***>, стоимостью                          5 337 ООО руб. Для оплаты части стоимости автомобиля ему предоставлен целевой потребительский кредит по договору от 24.10.2015 № С04101494995 на сумму                         3 933 540 руб. в ООО «Сетелем Банк» (т. 5, л. 124 – 141), для погашения задолженности по которому на имя предпринимателя в данном банке 26.10.2015 открыт текущий счет                                               № 40817810704101494995. 

– по договору купли-продажи от 21.12.2015 № ДгПрАвт-07/006806                          (т. 3, л. 9 – 15 и 17) предприниматель приобрел у ООО «АвтоСпецЦентр Спорт» автомобиль «Porsche Cayenne Diesel», 2015 года изготовления,                                                            VIN 

<

***>, стоимостью 4 996 000 руб. Для оплаты части стоимости транспортного средства ему предоставлен целевой потребительский кредит по договору от 28.12.2015 на сумму 4 101 494 руб. 40 коп. в АО «Юникредит Банк» (т. 6, л. 87 – 95), для погашения задолженности по которому на имя предпринимателя 28.12.2015 открыт текущий счет № 40817810660010694133.

– по договору купли-продажи от 19.05.2014 № 000448 предприниматель приобрел у ООО «ЛидерАвто» автомобиль «Audi ag q5», VIN 

<

***>, стоимостью                  2 320 000 руб., по договору купли-продажи от 07.10.2013 № 000220 (т. 3, л. 78 – 81) предприниматель приобрел у ООО «ЛидерАвто» автомобиль «Audi ag q5»,                                       VIN 

<

***>, стоимостью 2 050 000 руб. Для оплаты части стоимости данных автомобилей ему предоставлены в ООО «Фольксваген Банк РУС» целевые потребительские кредиты в размерах 1 820 000 руб. и 1 640 000 руб., соответственно, по договорам от 12.02.2014 № 0062961/1 (т. 3, л. 82 – 93) и от 28.05.2014 № 0062961/2, для погашения задолженности по которым в ОАО «Банк Уралсиб» на имя предпринимателя 13.02.2014 открыт текущий счет № 40817810100109251288. 

Также из сведений, представленных ООО «Мерседес-Бенц Банк Рус», следует, что предпринимателю в соответствии с договором от 31.10.2014 № 15/0881/Р/03 предоставлялся кредит, исполнение обязательств по которому производилось в                                2015 – 2017 годах. Согласно представленному ООО «Мерседес-Бенц Банк Рус» графику платежей по данному кредитному договору сумма кредита составляла                                                        4 282 387 руб. 58 коп. Для зачисления и погашения задолженности по кредиту на имя предпринимателя 31.10.2014 открыт текущий счет № 40817810397800069031 в Московском филиале ПАО «Росбанк».

По договору купли-продажи транспортного средства от 24.06.2016 № 27 предприниматель приобрел у ООО «МБ Рязань» автомобиль «Мерседес-Бенц GLS 5004 Matic», VIN 

<

***>, стоимостью 8 500 786 руб. Часть стоимости автомобиля оплачена за счет кредитных средств, предоставленных ООО «Мерседес-Бенц Банк Рус» по договору от 29.06.2016 № 16/04802/Р/ОЗ в сумме 4 250 393 руб.                                        (т. 6, л. 53 –54; т. 9, л. 2 – 6). Погашение задолженности по данному договору осуществлялось на счет № 40817810397800069031 в Московском филиале                                      ПАО «Росбанк».

Кроме того, предпринимателем 05.04.2013 открыт счет № 40817810012510012489 в ПАО Банк ВТБ, на который в проверяемом периоде поступала оплата по кредитному договору от 16.04.2013 № 631/4651-0000009.

Анализируя поступления денежных средств на счета предпринимателя, открытые и используемые для исполнения его обязательств по кредитным договорам, инспекция в ходе выездной налоговой проверки выявила, что денежные средства для погашения кредитных платежей в 2015 – 2017 годах поступали на счета предпринимателя от третьих лиц:

– ООО «Торговый дом Гамма» в январе, феврале 2017 года в общем размере                        1 344 000 руб. (на счет № 40817810660010694133 в АО «Юникредит Банк» –                          1 200 000 руб., на счет № 40817810397800069031 в Московском филиале ПАО «Росбанк» – 144 000 руб.; назначение платежей «перевод собственных средств. Возврат долга по договору займа от 09.01.2017»);

– ООО «Завод пластических масс» в декабре 2015 года, в феврале – мае 2016 года, январе, апреле – июле 2017 года в общем размере 778 000 руб. (на счет                               № 40817810704101494995 в ООО «Сетелем Банк» – 106 000 руб., на счет                                  № 40817810397800069031 в Московском филиале ПАО «Росбанк» – 145 000 руб., на счет № 40817810100109251288 в ОАО «Банк Уралсиб» – 396 000 руб., на счет                               № 40817810012510012489 в ПАО Банк ВТБ – 131 000 руб.; назначения платежей: «оплата по кредитному договору», «погашение кредита», «погашение кредита по кредитному договору (возврат по договору займа)»);

– ООО «Техноснаб» в январе – сентябре 2015 года в общем размере 1 214 200 руб. (на счет № 40817810100109251288 в ОАО «Банк Уралсиб» – 224 200 руб., на счет                      № 40817810012510012489 в ПАО Банк ВТБ – 990 000 руб.; назначения платежей: «оплата кредита (возврат долга по договору займа)», «погашение задолженности по договору займа»);

– ООО «Сервистех» в июле – октябре 2016 года, январе – марте 2017 года в общем размере 1 090 000 руб. (на счет № 40817810397800069031 в Московском филиале                             ПАО «Росбанк» – 144 000 руб.; на счет № 40817810100109251288 в ОАО «Банк Уралсиб»        

946 000 руб., назначения платежей: «оплата по договору кредита», «оплата по кредитному договору»);

 – ООО «ТрансАудитСервис» в октябре – декабре 2015 года, в 2016 году, январе – апреле 2017 года в общем размере 5 255 471 руб. 14 коп. (денежные средства перечислены на счета, открытые в ООО «Сетелем Банк», «Банк Уралсиб» и ПАО «Банк ВТБ», назначение платежей: «перевод собственных средств по кредитному договору», «по кредитному договору (возврат долга по договору займа от 09.01.2017)», «оплата кредита», «погашение кредита по кредитному договору (возврат по договору займа)».

При таких обстоятельствах инспекцией сделан вывод о том, что полученные денежные средства от вышеуказанных организаций являются доходом предпринимателя в виде оплаты (полностью или частично) за него кредитов, предоставленных ему для приобретения транспортных средств.

Не соглашаясь с позицией инспекции, предприниматель настаивал, что спорные перечисления являлись возвратом заемных денежных средств, предоставленных ему спорными контрагентами (за исключением контрагента – ООО «ТрансАудитСервис»).

Однако в ходе налоговой проверки он не представил документы, подтверждающие выдачу займов спорным контрагентам. Данные документы представлены им лишь в ходе судебного разбирательства. Часть контрагентов представило запрошенные документы в рамках налоговой проверки.

Проверяя указанные документы, суд первой инстанции установил следующее.

Контрагент ООО «Сервистех».

ООО «Сервистех» представлены копии договоров займа, заключенных с предпринимателем от 01.09.2016 на сумму 914 370 руб., от 04.10.2016 на сумму                      449 000 руб., от 07.12.2015 на сумму 300 000 руб., от 01.11.2016 на сумму 147 100 руб., от 01.12.2016 на сумму 79 000 руб., от 09.01.2017 на сумму 52 000 руб., от 04.05.2016 на сумму 500 000 руб., от 01.07.2016 на сумму 175 000 руб., от 01.08.2016 на сумму                      282 000 руб. и от 01.06.2016 на сумму 700 000 руб. (т. 5, л. 104 – 123; т. 6, л. 27 – 46).

В ходе судебного разбирательства предприниматель представил аналогичные копии договоров займа, заключенных с ООО «Сервистех», от 01.09.2016 на сумму                                    914 370 руб., от 04.10.2016 на сумму 449 000 руб., от 07.12.2015 на сумму 300 000 руб., от 01.11.2016 на сумму 147 100 руб., от 01.12.2016 на сумму 79 000 руб., от 09.01.2017 на сумму 52 000 руб., от 04.05.2016 на сумму 500 000 руб., от 01.07.2016 на сумму                                      175 000 руб., от 01.08.2016 на сумму 282 000 руб. и от 01.06.2016 на сумму 700 000 руб.                       (т. 4, л. 80 – 87, 89 – 90, 92 – 93, 97 – 98, 103 – 104, 106 – 107, 109 – 110).

Таким образом, от указанного контрагента предпринимателю в спорный период поступили денежные средства в сумме 1 090 000 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

Договор займа является реальной сделкой и для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику предмета займа – денег или других вещей, при этом допускается оформление займа упрощенно – путем выдачи расписки, а также иных письменных документов. В случае спора о факте предоставления займа на кредиторе лежит обязанность доказать, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ.

Между тем в подтверждение взаимоотношений с ООО «Сервистех» предпринимателем, кроме копий договоров займа, не представлены документы, подтверждающие факт передачи денежных средств от него ООО «Сервистех». 

В связи с этим суд первой инстанции правомерно посчитал, что наличие только договоров займа не свидетельствует о заключенности таких договоров и не подтверждает факт передачи предпринимателем денежных средств ООО «Сервистех».

В результате анализа платежных поручений, по которым денежные средства от ООО «Сервистех» перечислялись в пользу предпринимателя (на расчетный счет кредитора по кредитному договору), суд установил, что в назначении платежа не значится, что данные денежные средства возвращаются в счет погашения долга по договору займа. 

При этом суд справедливо указал, что отражение ООО «Сервистех» в бухгалтерских балансах за 2015 – 2017 годы заемных средств (в графах 1510 раздела 5) само по себе не свидетельствует о том, что данные заемные средства были получены именно от предпринимателя, в то время как согласно выпискам с расчетных счетов общества в спорный период им выдавались и погашались займы иным контрагентам.

С учетом сказанного суд первой инстанции обоснованно согласился с позицией инспекции о необходимости включения в налогооблагаемую базу предпринимателя денежных средств, поступивших от ООО «Сервистех» в сумме 1 090 000 руб. и доначислении НДФЛ в сумме 141 700 руб.

Контрагент ООО «Завод пластических масс».

Судом первой инстанции установлено, что предпринимателем ни в ходе проверки, ни в ходе судебного разбирательства не представлены доказательства заключения гражданско-правовых договоров (в том числе договоров займа) между предпринимателем и ООО «Завод пластических масс» и иные документы, подтверждающие его позицию.

В тоже время ООО «Завод пластических масс» перечислило предпринимателю                                     778 000 руб. (данные суммы видны по банковским выпискам):

– платежное поручение от 24.12.2015 № 521  на сумму 145 000 руб.;

– платежное поручение от 25.12.2015 № 525 на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 29.12.2015 № 532  на сумму 106 000 руб.;

– платежное поручение от 25.03.2016 № 128 на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 25.02.2016 № 79  на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 25.05.2016 № 263  на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 25.04.2016 № 205  на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 24.04.2017 № 128 на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 27.07.2017 № 79  на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 23.05.2017 № 263 на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 24.07.2017 № 205  на сумму 44 000 руб.;

– платежное поручение от 26.01.2017 № 100 на сумму 131 000 руб. (назначение платежа: «погашение по договору от 16.04.2013 № 631/4651-0000009 (возврат по договору от 09.01.2017)).

При этом во всех платежных поручениях, кроме платежного поручения от 26.01.2017 № 100, в графе «назначение платежа» не указано, что данные денежные средства перечисляются в счет погашения долга по договорам займа.

К тому же ООО «Завод пластических масс» в графе «на отчетную дату отчетного периода» и строке «заемные средства» (код строки 1410 и 1510) раздела 4 и 5 бухгалтерского баланса за 2015 года отражено значение равное «0», в графах                                         «на 31 декабря предыдущего года» и «на 31 декабря года, предшествующего предыдущему» по соответствующим строкам 1410 и 1510 разделов 4 и 5 этого же бухгалтерского баланса также отражены значения, равные «0», из чего следует, что в                         2013 – 2015 годах заемные денежные средства в организацию не поступали. Бухгалтерские балансы за 2016 – 2017 годы содержат аналогичные данные.

Денежные средства на счета организации от предпринимателя не поступали.

Вследствие этого суд первой инстанции обоснованно посчитал, что  инспекция правомерно включила в налогооблагаемую базу по НДФЛ денежные средства в сумме                                             778 000 руб., поступившие предпринимателю от ООО «Завод пластических масс», доначислив НДФЛ в сумме 101 140 руб.

Судом первой инстанции также установлено, что денежные средства, перечисленные по платежным поручениям от 20.02.2017 № 178  на сумму 30 000 руб. (назначение платежа: возврат по договору займа от 01.02.2017), от 20.02.2017 № 177 на сумму 270 000 руб. (назначение платежа: возврат по договору займа от 01.02.2017), не вошли в расчет инспекции, так как согласно апелляционному определению Рязанского областного суда от 12.02.2020 по делу № 33-325/2020 (т. 6, л. 102 – 105) были взысканы в пользу ФИО4 как неосновательное обогащение (на основании договора цессии, заключенного с ООО «Завод пластических масс») и в связи с этим на указанную сумму налог не начислялся.

С учетом этого суд первой инстанции правомерно отклонил довод предпринимателя о том, что инспекция неправомерно доначислила НДФЛ на указанную сумму, поступившую от ООО «Завод пластических масс».  

Относительно указания предпринимателя, продублированного в апелляционной жалобе, на то, что на странице 41 оспариваемого решения отражена сумма поступивших платежей от ООО «Завод пластических масс» в сумме 633 000 руб., а на листе 5 решения по апелляционной жалобе указано на перечисление 778 000 руб., из чего ему не ясно, какие же платежи были учтены налоговой инспекцией при расчете налога, пени, штрафа, инспекция пояснила, что в таблице на странице 41 оспариваемого решения ошибочно не было указано 1 платежное поручение. Вся выборка о поступивших денежных средствах на счета предпринимателя указаны в таблицах результата анализа поступления денежных средств на расчетный счет, которые содержатся на листах 16 – 32 оспариваемого решения

В связи с этим суд первой инстанции правомерно отметил, что неуказание на странице 41 решения инспекции одного платежного поручения не повлекло искажения в доначислении НДФЛ по данному контрагенту и по всей проверке, а, значит, данное обстоятельство само по себе не является основанием для признания решения  инспекции недействительным.  

Контрагенты ООО «Техноснаб» и ООО «Торговый дом Гамма».  

В ходе налоговой проверки ООО «Техноснаб» представило инспекции договоры беспроцентного займа от 12.01.2015 на сумму 442 100 руб. и от 28.04.2015 на сумму                846 675 руб., приходные кассовые ордера от 12.01.2015 № 3 и от 29.04.2015 № 117, карточку счета 66.3 по контрагенту: предприниматель за 01.01.2015 – 31.12.2017, а также акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2017 (т. 3, л. 61 – 67).

В ходе судебного разбирательства предпринимателем представлены квитанции к приходному кассовому ордеру от 12.01.2015 № 3 и от 29.04.2015 № 117, а также копии договоров беспроцентного займа от 12.01.2015 на сумму 442 100 руб. и от 28.04.2015 на сумму 846 675 руб.

ООО «Торговый дом Гамма» представлены инспекции копии договоров займа, заключенные с предпринимателем от 09.01.2017 на сумму 1 344 000 руб. и от 01.09.2017 на сумму 501 700 руб., приходные кассовые ордера от 09.01.2017 № 1б и от 01.09.2017                     № 194а, а также карточка по счету 66 субконто за период с 01.01.2015 по 31.12.2017.

Копии перечисленных документов также представлены предпринимателем в ходе судебного разбирательства.

Анализируя представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно посчитал, что само по себе наличие данных документов не подтверждает факт заключения спорных договоров займа, передачу по ним денежных средств и тот факт, что денежные средства, поступившие от указанных контрагентов предпринимателю, являются возвратом ранее полученных заемных средств.

К тому же судом первой инстанции справедливо обращено внимание на следующее.

Во-первых, анализом выписок о движении денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов в периоды заключения договоров займов не установлены факты поступления от предпринимателя заемных денежных средств, как и факты инкассирования полученных ими от предпринимателя денежных средств в наличной форме. 

Во-вторых, исходя из документов бухгалтерского учета, бухгалтерской и налоговой отчетности спорных контрагентов не усматривается, что ими были получены от предпринимателя денежные средства в виде займов.

Так, при анализе данных, содержащихся в бухгалтерском балансе и отчете о финансовом результате за 2015, 2016 и 2017 годы ООО «Техноснаб» и ООО «Торговый дом Гамма», установлено, что в строках 1410 и 1510  разделов 4 и 5 бухгалтерских балансов за 2015, 2016 и 2017 годы  факт получения заемных средств как от заявителя, так и от иных лиц не указан, поскольку соответствующие показатели в указанных документах отсутствуют.

Между тем операции по получению денежных средств юридическими лицами от физических или юридических лиц подлежат отражению на счетах бухгалтерского учета и отражению в бухгалтерской и налоговой отчетности, что следует из Плана счетов бухгалтерского учета, утвержденного приказом Минфина России от 31.10.2000 № 94н                         «Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению» (с применением счетов 66 и 67 бухгалтерского учета в корреспонденции со счетами 50 и 51 бухгалтерского учета).

В-третьих, у предпринимателя отсутствовала реальная возможность выдачи спорных сумм займов ввиду отсутствия соразмерного дохода в спорный период, а доказательств получения (накопления) денежных средств в соответствующих размерах не представлено (так же как и по иным контрагентам).  

Отклоняя мнение предпринимателя, продублированное в апелляционной жалобе, о наличии соразмерного дохода в спорный период, достаточного для выдачи займов, суд справедливо исходил из следующего.

Из справок по форме 2-НДФЛ, декларациям 3-НДФЛ и УСН видно, что доход предпринимателя за период с 2001 год по 2017 год составил 817 025 руб.53 коп. 

При этом инспекция анализировала не только проверяемый период, а учитывала доходы предпринимателя за более ранние периоды.

Суд первой инстанции также верно посчитал, что в доходы предпринимателя надлежит учитывать доход в сумме 8 400 000 руб., полученный от продажи объекта незавершенного строительства согласно договору купли-продажи от 22.11.2012                                    (т. 6, л. 134 – 137).

Из выписки по расчетному счету № 

<

***>, открытому в                             ООО РИКБ «Ринвестбанк», усматривается, что по состоянию на 01.01.2013 имелись денежные средства в сумме 169 940 Евро от продажи объекта недвижимости                             ФИО5 за 8 400 000 руб.,  а также от поступлений от патентов на сдачу объектов недвижимости (т. 4, л. 67). 

Между тем суд обоснованно обратил внимание на то, что денежные средства, поступающие на указанный расчетный счет, в этот же день и в той же сумме  перечисляются в оплату обучения (например, 12.12.2012 на расчетный счет поступило                                  13 000 Евро и 12.12.2012 списано 13 000 Евро с назначением платежа «за обучение», 28.12.2012 поступает 5000 Евро и 28.12.2012 списано 5000 Евро с назначением платежа за «недвижимость» и т. д.). 

Таким образом, остаток по состоянию на 31.12.2013 составил 0,01 Евро, а, значит,  данные суммы не подлежат учету в составе доходов налогоплательщица, из которых могли быть выданы займы третьим лицам.

Кроме этого, у предпринимателя в ООО «РИКБ Ринвестбанк» был открыт счет                         № 42301810700000226570, согласно которому на 01.01.2011 остаток на счете составлял              0 руб., за период с 01.01.2011 по 31.12.2013 поступило денежных средств в сумме                       8 960 926 руб. 20 коп., израсходовано в сумме 8 918 397 руб. 71 коп., остаток на 31.12.2013   составил 42 528 руб. 49 коп., что также не позволяло выдать займы в проверяемом периоде.

С учетом сказанного следует признать обоснованным вывод суда первой инстанции об  отсутствии у предпринимателя финансовой возможности в выдаче займов.

Также суд правомерно посчитал, что доходы от сдачи имущества в аренду, полученные от ОАО «Гамма», тоже не могут учитываться при определении дохода налогоплательщика, так как они были получены в 2017 году за аренду с марта по август 2017 года, в то время как платежи произведены в сентябре – декабре 2017 года, то есть договоры займа заключены со спорными контрагентами ранее поступления денежных средств от ОАО «Гамма».

Довод предпринимателя, продублированный в апелляционной жалобе, о том, что решением Арбитражного суда Рязанской области от 01.07.2017 по делу № А54-6487/2016 подтверждается факт получения предпринимателем дохода в необходимой сумме в                         2011 – 2013 году, правомерно признан несостоятельным, поскольку денежные средства в 2011 году в сумме 1 022 700 руб. были перечислены не лично предпринимателю, а в банк с назначением платежа «погашение кредитного договора за ФИО2.»; в сумме                      39 735 руб. с назначением платежа «сбор средств для погашения кредита»; в                                       2012 и 2013 годах в сумме 11 324 395 руб. – «дополнительные взносы». Следовательно, в данном случае указанные средства являются несвободными средствами предпринимателя и из них невозможно выдать займ. 

Кроме того, на расчетный счет предпринимателя поступали иные денежные средства, в том числе в сумме 5 644 204 руб., а также возвраты по договорам займа в сумме 10 935 996 руб. 

Однако суд верно указал, что данные средства также нельзя расценивать как свободные денежные средства, из которых могла быть произведена выдача займов, поскольку из решения инспекции от 24.05.2016 № 2.9-01-12/04898 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (т. 8, л. 1 – 55) следует, что в период поступления денежных средств (2011 – 2013 годы) предпринимателем приобреталось имущество (земельные участки на сумму 10 004 828 руб. 92 коп. и транспортные средства на сумму 4 917 073 руб.), а, значит, сумма доходов в спорный период сопоставима с суммой расходов, что подтверждает необоснованность довода предпринимателя.

К тому же суд первой инстанции обоснованно посчитал, что денежные средства,   указываемые инспекцией как доход предпринимателя за 2015 – 2017 годы, не могут рассматриваться как его доход, из которых могли быть выданы новые займы, так как они перечислялись в счет погашения кредитов, взятых в банках, а, значит, не являлись свободными денежными средствами.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции сделан правомерный вывод о том, что совокупный доход предпринимателя не подтверждает факт наличия денежных средств на выдачу займов в спорной сумме. 

Также  суд первой инстанции справедливо обратил внимание на то, что, во-первых,  в период с 2007 по 2018 годы предпринимателем приобретены в собственность                               38 земельных участков, кадастровая стоимость которых составляет 58 256 000 руб.,                             26 объектов недвижимости кадастровой стоимостью 160 805 000 руб. 04 коп.; во-вторых,  в 2015 году им приобретены два транспортных средства общей стоимостью                                             10 333 000 руб., в 2016 году – автомобиль стоимостью 8 500 786 руб., в 2014 году –           автомобиль стоимостью 2 320 000 руб. и в 2013 году – автомобиль стоимостью                            2 050 000 руб., в-третьих, предпринимателем вносилась предоплата за спорные автомобили наличными денежными средствами в общей сумме 7 054 898 руб. 60 коп.  

Указанные обстоятельства подтверждают вывод инспекции о том, что исходя из совокупного дохода предпринимателя и произведенных трат не усматривается наличие свободных денежных средств для выдачи займов.

Предприниматель же не представил ни в инспекцию, ни в суд доказательства, подтверждающие получение дохода в сумме, необходимой как для приобретения вышеуказанных объектов, так и для выдачи займов, как и доказательства продажи иного имущества и получения денежных средств от его продажи.  

Кроме того, судом первой инстанции правомерно обращено внимание и на то, что, во-первых, в спорный период у предпринимателя происходило расходование денежных средств на личные потребности и нужды и на нужды членов своей семьи, в том числе несовершеннолетних детей; во-вторых, что договоры займа были заключены беспроцентные, в то время как кредитные договоры на приобретение автомобилей являлись возмездными, следовательно, экономической целесообразности в выдаче беспроцентных займов при наличии кредитных договоров не имелось.

С учетом сказанного суд пришел к верному выводу, что инспекция правомерно включила в налогооблагаемую базу денежные средства, полученные от ООО «Техноснаб» и ООО «Торговый дом Гамма» в общей сумме 2 558 200 руб. и доначислила НДФЛ в сумме 332 566 руб.

Контрагент ООО «ТрансАудитСервис».  

Возражая против позиции инспекции о включении в налогооблагаемую базу денежных средств в размере 5 255 471 руб. 14 коп., перечисленных                                                ООО «ТрансАудитСервис», предприниматель ссылается на определение Арбитражного суда Рязанской области от 08.06.2020 по делу № А54-9940/2018, которым сделки по перечислению ООО «ТрансАудитСервис» денежных средств в пользу предпринимателя в общей сумме 7 810 831 руб. 14 коп. признаны недействительными (в том числе по денежным средствам, выявленным в рамках налоговой проверки) и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с предпринимателя в конкурную массу ООО «ТрансАудитСервис» денежных средств в указанном размере.  Предприниматель считает, что указанная сумма фактически представляет собой неосновательное обогащение и подлежит квалификации как доход с момента признания сделки недействительной (с 08.06.2020), что выходит за проверяемый период.

Такое мнение предпринимателя судом первой инстанции правомерно признано несостоятельным в силу следующего.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 223 НК РФ в целях настоящей главы, если иное не предусмотрено пунктами 2 – 5 настоящей статьи, дата фактического получения дохода определяется как день выплаты дохода, в том числе перечисления дохода на счета налогоплательщика в банках либо по его поручению на счета третьих лиц – при получении доходов в денежной форме.

Из материалов дела следует, что спорные суммы были перечислены                                      ООО «ТрансАудитСервис» предпринимателю в 2015 – 2017 годах.

Из определения Арбитражного суда Рязанской области от 08.06.2020 по делу                         № А54-9940/2018 усматривается, что указанные платежи были произведены без наличия между сторонами гражданско-правовых отношений, документальных доказательств наличия между сторонами обязательств, возникших из договоров займов, а также финансовой возможности и фактического представления денежных средств на возвратной основе в материалы дела сторонами не представлено.

В ходе судебного настоящего дела предприниматель также не представил доказательств получения спорных сумм на основании гражданско-правовых договоров. 

При таких обстоятельствах судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о               том, что спорные денежные средства, поступившие предпринимателю от                                       ООО «ТрансАудитСервис», являются его доходом.

В соответствии с положениями подпункта 1 пункта 1 статьи 223 НК РФ датой получения дохода предпринимателем является дата поступления денежных средств на его расчетные счета от ООО «ТрансАудитСервис». 

В связи с этим судом справедливо обращено внимание на то, что дата вступления определения Арбитражного суда Рязанской области от 08.06.2020 по делу                                             № А54-9940/2018 не имеет правового значения для определения даты фактического получения дохода, поскольку фактически доход в отсутствие гражданско-правовых оснований был получен предпринимателем именно в момент получения спорных сумм, к тому же ни на момент вынесения оспариваемого решения, ни в ходе судебного разбирательства, ни при рассмотрении апелляционной жалобы предприниматель не представил суду доказательств того, что денежные средства были возвращены им                                         ООО «ТрансАудитСервис», следовательно, экономическая выгода в виде полученного денежного дохода продолжает оставаться объектом обложения НДФЛ, а, значит,   инспекция обоснованно включила в налогооблагаемую базу по НДФЛ денежные средства, полученные предпринимателем от ООО «ТрансАудитСервис» в сумме                                                   525 5471 руб.14 коп. и исчислило с них налог в сумме 683 211 руб. 25 коп.

С учетом всего вышесказанного суд пришел к верному выводу, что инспекция правомерно доначислила предпринимателю НДФЛ по спорным контрагентам в общей сумме 1 675 885 руб.

Поскольку условием начисления пеней в силу стати 75 НК РФ является несвоевременная уплата налога или авансовых платежей по нему, то с учетом вывода суда о наличии оснований для доначисления налога по НДФЛ инспекцией правомерно  начислены пени за несвоевременную уплату налога в сумме 292 968 руб. 43 коп., размер которых не оспорен, контррасчет не представлен.

Как установлено судом первой инстанции, штраф по настоящему делу в соответствии с частью 1 статьи 122 НК РФ составил 221 307 руб. (на оспариваемую часть доначисленного НДФЛ за 2016 и 2017 годы), но в расчете инспекции (т. 7, л. 66) штраф указан только на НДФЛ за 2017 год без учета доначисленного НДФЛ за 2016 год, в то время как в оспариваемом решении штраф начислен так же на НДФЛ за 2016 год. При этом судом справедливо отмечено, что срок давности начисления штрафа за 2016 год не пропущен.

Однако при рассмотрении вопроса размера наложенного штрафа суд первой инстанции обоснованно обратил внимание на то, что в нарушение подпункта 4 пункта 5 статьи 101, пунктов 1 и 4 статьи 112 и пункта 3 статьи 114 НК РФ инспекцией в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки не выявлены обстоятельства, исключающие вину лица в совершении налогового правонарушения, либо обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения.

 Из пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» следует, что если при рассмотрении дела, связанного с применением санкции за налоговое правонарушение, будет установлено наличие хотя бы одного из смягчающих ответственность обстоятельств (пункт 1 статьи 112 НК РФ), суд при определении размера подлежащего взысканию штрафа обязан в соответствии с пунктом 3 статьи 114 НК РФ уменьшить его размер не менее чем в два раза по сравнению с предусмотренным соответствующей нормой названного Кодекса.

С учетом того, что в настоящем деле установлено обстоятельство, смягчающее ответственность, – наличие на иждивении предпринимателя троих несовершеннолетних детей, судом обоснованно уменьшен размер штрафа в два раза с частичным удовлетворением в этой части заявления предпринимателя.

Ссылка предпринимателя в жалобе на отсутствие налогооблагаемой базы по НДФЛ, так как в наличии имеется исполнительного производства по взысканию неосновательного обогащения, в подтверждение чего представлены соответствующие документы, не принимается во внимание, поскольку выставление арестованного имущества на торги не подтверждает факт реализации имущества. 

Иных доводов, позволяющих отменить судебный акт, апелляционная жалоба  не содержит.  

Неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. 

            Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда  Рязанской области от 03.02.2022 по делу № А54-9330/2020    оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Е.Н. Тимашкова

Д.В. Большаков

В.Н. Стаханова