СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8956/2023(2)-АК

Дело № А50-8916/2022

25 июня 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 июня 2024 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено  25 июня 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                               Чухманцева М.А., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И.,

при участии:

должника ФИО1 (лично), паспорт,

финансового управляющего ФИО2 (лично), паспорт,

от ответчика ФИО3 (посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел») – ФИО4, доверенность от 26.09.2023, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 и ФИО5

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 04 марта 2024 года

о признании недействительными (ничтожными) сделками договор займа №1 от 17.03.2022 и договор залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа №1 от 17.03.2022, заключенные между должником и ФИО3, ФИО5; договор оказания возмездных консультационных услуг №03/22 от 14.03.2022, заключенный между должником и ИП ФИО6, применении последствий недействительности сделки;

об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 1 489 128,39 руб. по договору займа от 17.03.2022 № 1, как обеспеченного залогом имущества должника,

вынесенное в рамках дела № А50-8916/2022

о признании ФИО1 (ИНН 

<

***>) несостоятельной (банкротом), 

 

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от т 10.08.2022 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2. 

13.09.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными договора займа от 17.03.2022 № 1 между должником и ФИО3, ФИО5, договора залога от 17.03.2022 № 1 к договору займа от 17.03.2022 № 1 между этими же лицами, применении последствий недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м.; о признании недействительным договора возмездного оказания консультационных услуг от 14.03.2022 № 03/22 между должником и ИП ФИО6, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО6 денежных средств в размере 150 000 руб.

Определением от 23.09.2022 заявление финансового управляющего принято к производству суда.

23.08.2022 в арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов требования в сумме 1 489 128,39 руб. по договору займа от 17.03.22 №1, как обеспеченного залогом имущества должника: квартира, площадью 50,1 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>.

Определением от 30.08.2022 заявление ФИО3 принято к производству суда, к участию в рассмотрении данного обособленного спора привлечена ФИО5.

Определением от 26.10.2022 суд объединил в одно производство для совместного рассмотрения заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов и заявление финансового управляющего об оспаривании сделок должника с ФИО3, ФИО5, ИП ФИО6 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.07.2023 (резолютивная часть от 05.07.2023) заявление финансового управляющего удовлетворено, признаны недействительными (ничтожными) сделками договор займа №1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3, ФИО5; договор залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа №1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3, ФИО5; договор оказания возмездных консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022, заключенный между ФИО1 и ИП ФИО6 Применены последствия недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м., расположенную в 

<

...>. В удовлетворении заявления ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 вышеуказанное определение оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражный суд Уральского округа от 06.12.2023 определение Арбитражного суда Пермского края от 12.07.2023 по делу № А50-8916/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2023 по тому же делу отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Пермского края. 

При новом рассмотрении финансовым управляющим доводы заявления поддержаны. С учетом указаний кассационной инстанции финансовый управляющий представил дополнительные пояснения. 

Ответчики с предъявленными требованиями не согласны. ФИО3 по своему заявлению настаивал на включении требования в реестр как обеспеченного залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 04.03.2024 (резолютивная часть от 14.02.2024) заявление финансового управляющего удовлетворено, признаны недействительными (ничтожными) сделками договор займа №1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3, ФИО5; договор залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа №1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3, ФИО5; договор оказания возмездных консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022, заключенный между ФИО1 и ИП ФИО6 Применены последствия недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м., расположенной в 

<

...>. В удовлетворении заявления ФИО3 о включении требования в реестр требований кредиторов как обеспеченного залогом имущества должника отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 и ФИО5 обратились с апелляционной жалобой, просят определение отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделок, об удовлетворении заявления ФИО3 о включении требования в реестр как обеспеченного залогом имущества должника. 

В обоснование жалобы указывают на наличие в материалах дела доказательств регистрации должника как самозанятого (статус сохранялся до 12.10.2023), влекущего оплату налога на профессиональный доход, наличие указанного статуса позволило ответчикам заключить оспариваемые сделки с должником по предоставлению займов на цели, связанные с предпринимательской деятельностью. Доказательств использования должником заемных средств на цели, не связанные с предпринимательской деятельностью, отсутствуют. Судом первой инстанции проигнорированы указанные обстоятельства, а также не выполнены указания кассационной инстанции о проверке осуществления/не осуществления должником предпринимательской деятельности. Финансовым управляющим при новом рассмотрении не было представлено никаких новых доказательств, подтверждающих обман должника со стороны ответчиков при заключении договоров займа, при этом кассационный суд дал однозначную оценку недоказанности материалами дела обмана со стороны ответчиков при заключении оспариваемых сделок, осведомленности ответчиков об обмане в отношении должника. В материалах дела отсутствуют доказательства взаимосвязанности ФИО5 и ФИО3 с ФИО7 (совершил противоправные действия в отношении должника), нахождение их в отношениях заинтересованности (аффилированности) либо иных отношениях. Суд первой инстанции лишил ответчиков дать пояснения по обстоятельствам спора и доводам должника непосредственно в судебном заседании, отклонив ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции и рассмотрев указанные споры в одном заседании. Законодательно критерии размера процентов, обычно взимаемых при сравнимых обстоятельствах, не определены; займодавцы являются гражданами, не являющимися профессиональными участниками заемных отношений, у них отсутствуют инструменты, имеющиеся у профессиональных участников оборота (банков): программное обеспечение, служба безопасности, финансовый анализ. В оспариваемых договорах займа размер процентов соответствует условиям по сходным сделкам. Обращают внимание на сокрытие должником на протяжении периода оформления займа (с 14.03.2022 по 24.03.2022) от займодавцев истинных причин заключения им договора займа и договора залога, а также обстоятельств, при наличии которых он их заключает, что, по мнению апеллянтов, является обманом со стороны должника, а не ответчиков. Считают ошибочной ссылку суда на определение Конституционного Суда Российской федерации от 13.10.2022 № 2669-О, поскольку оно основано на иных фактических обстоятельствах. Из условий договора займа следует, что заем выдан с предпринимательской целью, а не на потребительские (личные) нужды, следовательно, не подлежат применению нормы федеральных законов от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», от 02.07.2010 № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях», от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)». Факт предоставления займа именно должнику подтверждается материалами настоящего обособленного спора. Суд округа указал, что не могут быть признаны обоснованными указания суда о том, что ФИО5 и ФИО3 выдали заем третьему лицу, который произвел их снятие в г. Новосибирске, поскольку спорные денежные средства были перечислены ответчиками по указанным должником реквизитам – самому должнику и ИП ФИО6 Должник подтверждала и не оспаривала, что сама подписывала как договор займа, так и договор залога, лично присутствовала при подаче документов на регистрацию залога, подтверждала, что на ее счет поступили заемные денежные средства, которые она также сама сняла и в дальнейшем перевела третьим лицам. Должник о введении ее в заблуждение третьими лицами займодавцам не сообщал; доказательств, свидетельствующих о том, что на момент заключения оспариваемых договоров или на момент перечисления денежных средств должнику в счет исполнения договора займа займодавцам было известно о том, что в отношении должника третьими лицами совершаются противоправные действия, в материалы дела не представил. Видеозаписи процесса собственноручного подписания должником оспариваемых договоров займа и залога также свидетельствуют о совершении займодавцами всех необходимых мер для идентификации лица, которому предоставляется заем. Должником снятые заемные средства были внесены на счет в АО «ТинькоффБанк», который привязан к банковской карте № 521…7013, в связи с чем финансовый управляющий имеет возможность получить информацию о владельце счета, привязанного к этой карте и оспорить данный платеж со взысканием денежных средств в конкурсную массу должника. Применяя последствия недействительности сделки, суд фактически освободил должника от возврата полученных по договору займа денежных средств, возложив риск наступления неблагоприятных последствий на добросовестных займодавцев, лишив их возможности возврата предоставленных должнику денежных средств.

До начала судебного заседания от должника, финансового управляющего поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, полагают обжалуемое определение законным и обоснованным, жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Финансовым управляющим к отзыву приложены дополнительные документы.

Протокольным определением от 15.05.2024 в приобщении дополнительных документов отказано.

Представитель ФИО3 доводы жалобы поддерживал в полном объеме, настаивал на ее удовлетворении.

Представители финансового управляющего и должника поддерживают возражения, изложенные в письменных отзывах.

Определением от 15.05.2024 судебное разбирательство отложено на 10.06.2024. Финансовому управляющему, должнику предложено представить в апелляционный суд документально обоснованные сведения об осуществлении должником деятельности в статусе «самозанятого», оплате налога на профессиональный доход, о снятии данного статуса, пояснения о причинах сохранения данного статуса в течение длительного периода; возражения по расчету предъявленной к включению в реестр задолженности по договорам займа, уточненный контррасчет, с его обоснованием. ФИО3, ФИО5 – письменные документально подтвержденные пояснения об обстоятельствах заключения оспариваемых договоров займа и залога, осуществлении деятельности по предоставлению займов на площадке «Красный джин», других подобного рода площадках, порядке получения сведений о заявке на получение займа на указанных площадках, выражения намерений такой заем предоставить, заявку ФИО1 на предоставление займа, переписку, предшествующую заключению договоров займа и залога, передаче денежных средств; пояснения относительно источника получения договора между должником и ИП ФИО8, доказательства обращения к последнему для получения данного договора или иного способа его получения. ИП ФИО6 предложено представить отзыв на апелляционные жалобы; письменные пояснения о деятельности площадки «Красный джин», порядке получения заявок на предоставление займов, их регистрации и размещении на площадке, получения отзывов на такие заявки, заключения между интересантами договоров; заявку ФИО1 на предоставление займа, переписку, предшествующую заключению договоров займа и залога, передаче денежных средств; пояснения о порядке заключения договоров с лицами, подавшими заявку на получение займа через площадку «Красный джин», об обстоятельствах заключения договора с ФИО1, непосредственно договор.  

Определением от 07.06.2024 произведена замена судьи Темерешевой С.В. на судью Чухманцева М.А. После замены судьи рассмотрение спора производится сначала. 

От ИП ФИО6 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, полагает изложенные в ней доводы обоснованными и подлежащими удовлетворению, обжалуемое определение – отмене. Приложена копия договора оказания возмездных консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022, выписка из ЕГРИП в отношении ИП ФИО6

Финансовым управляющим по запросу суда представлены дополнительные пояснения по апелляционной жалобе ответчиков, просит определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. В случае удовлетворения требований просит: включить требования ФИО3, ФИО5 в общем размере 683 052,05 руб. как не обеспеченные залогом; признать недействительным договор залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа № 1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3, ФИО5, применить последствия недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру должника общей площадью 50,1 кв.м. Представлена копия ответа ОПФР по Пермскому краю № 11-11/92220 от 25.08.2022.

Также финансовым управляющим представлены возражения на отзыв ФИО6

От ФИО6 представлен дополнительный отзыв на возражения финансового управляющего с приложением налоговой декларации по УСН ИП ФИО6 за 2022 г., а также ходатайство о приобщении к материалам дела электронный носитель more choice» 8 gb, содержащий аудио и видеозаписи разговора ФИО1 и менеджера, подписание договора. 

От должника поступили дополнительные пояснения к отзыву на апелляционную жалобу, считает представленный заявителем расчет неустойки не соответствующим условиям договора, заявленная неустойка не подлежит начислению в период действия моратория. 

От ответчиков ФИО3 и ФИО5 поступили письменные пояснения, а также ходатайство о приобщении к материалам дела электронного носителя – USB-флешка, содержащего фиксацию процесса собственноручного подписания ФИО1 договора займа и договора залога. 

Представленные по запросу суда пояснения, отзывы, приложенные к ним документы приобщены к материалам дела. 

Ходатайства о приобщении к материалам дела электронных носителей судом рассмотрены и удовлетворены.

Представитель ФИО3 доводы жалобы, пояснений поддерживал в полном объеме.

Должник и финансовый управляющий поддерживали позиции, изложенные в отзывах и пояснениях.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, определением от 09.06.2022 принято к производству суда заявление ФИО1 о признании её несостоятельной (банкротом), возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Решением от 10.08.2022 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО2

В ходе процедуры соответствующей процедуры финансовым управляющим, выясняя обстоятельства возникновения у должника кредитных обязательств, выявлено, что в результате мошеннических действий в отношении Должника, совершенных неким гражданином ФИО9 (в отношении которого возбуждено уголовное дело № 12201570055000555 постановлением от 02.04.2022), должником были оформлены кредиты в: ПАО «Сбербанк» - 390 000,00 руб.; АО «Почта банк» - 300 000,00 руб.; ПАО «МТС Банк» - 200 000,00 руб.; АО «Хоум кредит» - 134 000,00 руб.; ПАО «Совкомбанк» - 45 000,00 руб.; кредитная карта АО «ТинькоффБанк» на 5 000,00 руб., а также заключены Договор займа и Договор залога с ФИО3 и ФИО5 при посредничестве Компании «Красный Джин».

Финансовым управляющим приняты меры по признанию недействительными кредитных договоров, заключенных ФИО1 с вышеуказанными банками, чьи требования на сегодняшний день включены в реестр требований кредиторов. 

Полученные Должником денежные средства по указаниям ФИО7 переводились либо через банкоматы, либо после пополнения счета на карте АО «ТинькоффБанк» ФИО1, переводились ФИО7 (который оформил онлайн банк ФИО1 и имел доступ к нему) в АО «Киви банк» на электронный кошелек (Должник полагал, что речь идёт о переводе на ячейки хранения, с целью обеспечения безопасности денежных средств).

Компания «Красный Джин» (ИП ФИО6), исходя из пояснений участников спора и данных, имеющихся в сети «Интернет», является посреднической платформой, занимающейся за определенный процент поисками частных инвесторов (граждан, предоставляющих займы без соответствующей финансовой проверки заемщиков, но с обязательным предоставлением обеспечения в виде залога недвижимости) и поисками потенциальных заемщиков (нуждающихся в срочном и упрощенном предоставлении займа под обеспечение принадлежащих им объектов недвижимости).

Посредством обращения должника в компанию «Красный Джин» были заключены договор займа и договор ипотеки между должником (заемщик, залогодатель) и ФИО3, ФИО5, также был заключен договор об оказании соответствующих услуг с ФИО6

По договору займа № 1 от 17.03.2022 ответчиками ФИО5 и ФИО3 должнику передаются деньги в сумме 650 000 руб. (п. 1.1 договора займа) на 60 месяцев для предпринимательской деятельности.

По условиям договора (п. 1.2 договора займа) 5 000 руб. передаются в безналичной форме на счет должника, 495 000 руб. также в безналичной форме на счет в ПАО «Сбербанке» и после регистрации залога № 1 от 17.03.2022, 150 000 руб. путем передачи ФИО6 также после регистрации договора залога.

Пунктом 1.3. договора займа предусмотрено, что по соглашению сторон заемщик за пользование денежными средствами обязуется выплачивать займодавцам проценты по ставке 4% в месяц от суммы займа.

Должником с ФИО5 и ФИО3 заключен также договор залога № 1 в отношении квартиры общей площадью 50,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>. Оценка квартиры при заключении составила 3 000 000 руб.

Полагая, что указанные договоры займа, залога, оказания консультационных услуг были заключены должником под влиянием обмана, на крайне невыгодных условиях, при злоупотреблении ответчиками правами, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании их недействительными на основании ст.ст. 166, 167, 168, 177, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

ФИО3, обращаясь с суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО1 требования в общем размере 1 489 128,39 руб., в том числе: 650 000 руб. основного долга, 124 128,39 руб. процентов, 715 000 руб. пени, как обеспеченного залогом имущества должника (квартирой), ссылался на заключение между должником и ФИО3, ФИО5 договора займа № 1 от 17.03.2022, в соответствии с которым должнику предоставлен денежных заем в сумме 650 000 руб., а также договора залога № 1 от 17.03.2022 в обеспечение исполнения обязательств по договору займа, по которому исполнение заемного обязательства обеспечиваеются имуществом должника – квартирой, общей площадью 50,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела документы, пришел к выводу о наличии оснований для признания договоров займа № 1 и залога № 1 от 17.03.2022 между должником, ФИО5 и ФИО3, договора оказания возмездных консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022 между должником и ИП ФИО6 недействительными сделками, как совершенными с пороком воли должника (п. 2 ст. 179 АПК РФ). Суд отметил отсутствие у должника намерения заключать договор займа, в том числе под залог своего единственного жилого помещения; из материалов дела не усматривается потребность должника в получении заемных средств в значительном размере, использование должником полученных от ответчиков денежных средств по своему усмотрению и в своих интересах; воля должника на заключение договора займа сформировалась под воздействием обстоятельств, искажающих его волю (договор заключен под влиянием обмана). Договор займа изначально заключен на неисполнимых со стороны ФИО1 условиях (процентная ставка завышена, должник является пенсионером), при неисполнении обязательств влечет потерю имущества, заложенного в качестве обеспечения исполнения своих обязательств, действия ответчиков являются неправомерными. Суд счел нелогичным обращение должника к посреднику ФИО6, совершение действий, которые привели к заключению договоров, путем переписки с неким ФИО7 через приложение «WhatsApp», который представился сотрудником Банка России. Приняв во внимание доводы финансового управляющего о том, что должник не осуществляла и не осуществляет предпринимательскую деятельность, переданная в залог квартира является ее единственным жильем, учитывая пояснения (данные в судебном заседании суду округа представителем ответчика) о том, что ипотечные займы выдаются ответчиком на систематической основе, а материалы дела содержат документы о наличии на праве собственности у ответчиков значительного числа объектов жилой недвижимости (ответчиками не доказано право заниматься таким видом деятельности), а также оценив совершенные действия при заключении договора займа и залога и одномоментного совершения должником действий по снятию и внесению их в г. Перми и снятию в г. Новосибирске в течении менее 10 минут, невозможность установления финансовым управляющим конечного получателя денежных средств в Новосибирске ввиду истечения срока хранения видеозаписей, суд первой инстанции пришел к выводу, что в действительности ФИО5 и ФИО3 выдали заем неустановленному лицу, который произвел их снятие в г. Новосибирске. При немедленном перечислении должником денежных средств третьему лицу и их формальное перечисление должнику с одновременным снятием третьим лицом сами по себе не означают, что денежные средства были предоставлены именно должнику. Указанные обстоятельства свидетельствуют о недействительности договоров займа, залога, консультационных услуг как совершенные с пороком воли должника (п.2 ст. 179 ГК РФ), а в отношении договоров займа и залога, как не соответствующие положениям Закона № 353-ФЗ, Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)». В удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов отказано. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов и пояснений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции усматривает основания изменения обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве, ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со стат. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 или ст. 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В п. 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление от 23.12.2010 № 63), разъяснено, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу п. 1 ст. 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Согласно ст.61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по ст. 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 постановления от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по ст.ст. 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по ст. 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по ст. 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В данном случае финансовый управляющий, обращаясь с рассматриваемым заявлением, в качестве правового обоснования указывал положения ст. 168, 177, 179 ГК РФ, отмечая при этом наличие у оспариваемых договоров пороков, входящих в состав п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. В качестве обстоятельств признания сделок недействительными по общим основаниям гражданского законодательства управляющий указывал на заключение должником сделок под влиянием обмана, на крайне невыгодных условиях, при злоупотреблении ответчиками правами.

В соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (п. 2).

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или п. 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. 7 и 8 постановления Пленума № 25).

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен перечень способов защиты гражданских прав. Иные способы защиты гражданских прав могут быть установлены законом.

По смыслу ч. 1 ст. 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования (п.9 постановления Пленума №25).

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Положениями п. 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019, указано, что согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Упоминание в норме нацеленности указанных действий на создание тех или иных правовых последствий свидетельствует о том, что они являются волевыми актами.

Приведенное законоположение находится в неразрывном единстве со ст. 1 ГК РФ, закрепляющей в качестве основных начал гражданского законодательства принцип диспозитивности и автономии частной воли. Свободная воля является, таким образом, по общему правилу одним из основных элементов и необходимых условий действительности всякой юридической сделки. Соответственно, Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрены правила о недействительности сделок с пороком воли.

Пункт 2 ст. 179 ГК РФ защищает права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделок и одновременно обеспечивает баланс прав и законных интересов обеих сторон сделки (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 1284-О, от 19.11.2015 № 2720-О и др.). При этом его положения не регулируют вопрос распределения бремени доказывания наличия обмана.

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что закон не связывает оспаривание сделки на основании п.1 и 2 ст. 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

В данном случае из материалов дела следует, что по договорам займа от 17.03.2022 с ответчиками ФИО5 и ФИО3 должнику переданы денежные средства в сумме 650 000 руб. в безналичном порядке: 5 000 руб. на счет должника, 495 000руб. также в безналичной форме на счет должника в ПАО «Сбербанке» после регистрации залога по договору №1 от 17.03.2022, 150 000 руб. путем передачи ФИО6 также после регистрации договора залога.

Исполнение обязательств по указанному договору займа было обеспечено залогом квартиры, являющейся для должника единственным жильем, оценочной стоимостью на момент совершения сделки в размере 3 000 000 руб. 

По договору оказания возмездных консультационных услуг 14.03.2022 ИП ФИО6 денежные средства в размере 150 000 руб. получены от ФИО3 и ФИО5 по квитанции от 24.03.2022.

Согласно выписке ПАО «Сбербанк» (исх. №ЗНО0223393847 от 22.08.2022), на счет должника поступили 5 000руб. - 17.03.2022, 495 000 руб. поступили 24.03.2022. В дальнейшем по указанию ФИО7 должник денежные средства в ПАО «Сбербанк» сняла и внесла на счет в АО «ТинькоффБанк» 24.03.2022 (16:50:00) – 500 000руб. ФИО1 сняла и внесла на счет в АО «ТинькоффБанк», который привязан к банковской карте № 521***7013.

Согласно выписке АО «ТинькоффБанк» (исх. №9d812f79 от 30.04.2023), внесение суммы 500 000 руб. осуществлено 24.03.2022 (время 17:37:22) через банкомат в Перми, 494 000 руб. сняты наличными 24.03.2022 (время 17:43:42) с банкомата в г. Новосибирске. Оставшиеся 6 000 руб. с иными суммами были списаны банком как комиссия за снятие наличных средств.

Итогом совершения всех действия должника является то, что ею 24.03.2022 произведены снятие денежных средств (16:50:00) и по указанию ФИО7 внесение суммы 500 000руб. также 24.03.2022 (время 17:37:22) через банкомат в Перми. В дальнейшем 494 000руб. сняты наличными 24.03.2022 (время 17:43:42) с банкомата в г. Новосибирске.

Суд первой инстанции, оценивая совершенные действия при заключении договора займа и залога и одномоментного совершения должником действий по снятию и внесению их в г. Перми и снятию в г. Новосибирске в течении менее 10 минут, приняв во внимание указание финансового управляющего о невозможности установления конечного получателя денежных средств в Новосибирске ввиду истечения срока хранения видеозаписей, пришел к выводу, что в действительности ФИО5 и ФИО3 выдали заем неустановленному лицу, который произвел их снятие в г. Новосибирске. При немедленном перечислении должником денежных средств третьему лицу и их формальное перечисление должнику с одновременным снятием третьим лицом само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно должнику.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами не согласен. 

В данном случае для признания договора займа № 1 от 17.03.2022 недействительной сделкой по указанному финансовым управляющим основанию суду необходимо установить обман со стороны ответчиков при заключении договора займа, а также осведомленность ответчиков о заключении должником договора займа под влиянием обмана со стороны другого лица (ФИО7).

Из материалов дела не усматривается взаимосвязь между ФИО5 ФИО3 и ФИО7, а также совершение ими совместных действий.

Действительно, под влиянием ФИО7 должник обратилась в кредитные организации, получила кредитные средства, когда возможность кредитования была исчерпана, должник по требованию ФИО7 искала иные источники получения денежных средств.

Согласно пояснениям должника, на возможность получения в заем денежных средств на электронной площадке «Красный Джин» ей указал ФИО7 

По утверждению ФИО1, заявку на получение займа на указанной площадке также подал ФИО7, однако, какие-либо доказательства этому в материалах дела отсутствуют. 

Как следует из материалов дела, заявка на получение займа была размещена ФИО1 на электронной площадке «Красный Джин», принадлежащей ИП ФИО6, для поиска лиц, желающих предоставить заем под залог недвижимости; на номер телефона, указанный в заявке, ФИО1 поступил звонок менеджера площадки «Красный Джин» для уточнения ее намерения заключить заем под залог недвижимости и сбора информации.

Указанные обстоятельства подтверждены должником, а также представленной записью телефонного разговора между ФИО1 и менеджером площадки «Красный Джин». 

Согласно аудиозаписи телефонного разговора, ФИО1 подтвердила, что подавала заявку на получение заемных средств под залог принадлежащей ей квартиры, уточнила, кто ей конкретно по этому вопросу звонит, отметив, что ей по этому поводу поступило много звонков; указала необходимую сумму в заем – 500 000 руб., сведения о квартире, пояснила, что осведомлена о платности услуг по поиску лиц, желающих предоставить в заем денежных средств, о размере оплаты, согласии с ней, согласовала с менеджером способ предоставления необходимых для предоставления заемных средств документов.

Из содержания телефонного разговора можно заключить, что площадка «Красный Джин» была не единственной, куда должник обратилась с целью заимствования денежных средств.

То обстоятельство, что она не могла знать о таком способе получения займа, узнала о нем от ФИО7, само по себе не свидетельствует об осведомленности ИП ФИО6 либо ФИО3 и ФИО5 об обращении должника с заявкой под влиянием обмана.

Должник вела разговор спокойно, уверенно, цель заимствования денежных средств не раскрыла, сведения о том, что обратилась с заявкой по требованию третьего лица, не указала.

Утверждение должника о том, что она договор оказания консультационных услуг в ИП ФИО6 не подписывала, опровергает представленной последним видеозаписью, которой зафиксирован момент заключения названного договора. ФИО1 вслух зачитала договор, подписала его, при этом действовала без принуждения, спокойно и уверенно, сведения о том, что заключает договор по требованию третьего лица, при подписании договора не сообщила.

Также добровольно, уверенно и без принуждения должник заключила договор займа с ФИО3 и ФИО5, что подтверждается видеозаписью, из которой не усматривается, что должник сообщила о цели заимствования денежных средств, совершении этих действий по требованию третьего лица.

Согласно пояснениям ФИО6, ранее он осуществлял деятельность в качестве индивидуального предпринимателя по предоставлению консультационных услуг по вопросам финансового посредничества – возмездные консультационные услуги для физических лиц, индивидуальных предпринимателей, плательщиков налога на профессиональный доход и юридических лиц, то есть выступал посредником между лицами, изъявившими желание получить заем и лицами, имеющими свободные денежные средства и желающие предоставить их в заем; он проводил проверку документов, касающихся объектов залога, помогал в оформлении договоров, сопровождал сделки до момента получения денежных средств заемщиками от займодавцев, решивших предоставить заем и заключившим соответствующий договор, получая за свои услуги комиссионное вознаграждение. ФИО6 даны пояснения относительно схемы взаимодействия с потенциальными заемщиками и займодавцами: в сети интернет на электронную площадку «Красный Джин» поступали заявки от лиц, желающих оформить заем под залог недвижимости, путем заполнения соответствующей формы, в которой указывается информация: ФИО, номер телефона, желаемая сумма займа; в дальнейшем данному лицу перезванивал менеджер ИП ФИО6 с целью получения дополнительной и уточнения представленной информации, получения документов по объекту недвижимости, для их юридической проверки, заключение договора оказания возмездных услуг; после анализа представленных документов заявка на получение займа публиковалась на сайте (площадке) «Красный Джин» в сети интернет вместе с фотографией объекта, предлагаемого в залог; любое лицо, желающее предоставить взаймы денежные средства, согласно размещенным на сайте заявкам, направляло предложение о готовности предоставить заем, после чего происходило окончательное согласование условий предоставления займа между указанными лицами и сопровождение заключения договоров займа и залога. Взаимодействие с ФИО1 осуществлено аналогичным образом.

С учетом особенностей деятельности площадки «Красный Джин» как и многих аналогичных электронных площадок, личное взаимодействие держателя площадки, потенциальных займодавцев и заемщиков на стадии подачи заявки, поступления предложения о предоставлении займа исключается.

Таким способом договор займа с обеспечением в виде залога недвижимого имущества мог быть заключен на любой другой аналогичной площадке, с иными лицами.

То обстоятельство, что ФИО3 и ранее заключал подобные договоры, свидетельствует лишь об использовании им данного механизма предоставления в заем свободных денежных средств, как способа получения дополнительного дохода, и вопреки позиции должника и финансового управляющего, напротив, подтверждает совершение им соответствующих действий в собственном интересе, не связанном с целями ФИО7 

Согласно пояснениям ФИО3, ввиду недостаточности у него свободных денежных средств для предоставления по заявке ФИО1 в заем требуемой ей суммы, он обратился к своей знакомой ФИО5 с целью вовлечения ее в заемные отношения, на что она дала согласие.

 Оснований для вывода о совершении ответчиками совместных, согласованных с ФИО7 действий, направленных на завладение денежными средствами ФИО1 обманным путем не усматривается.

Фактически ИП ФИО6 услуги ФИО1 предоставлены, результат обращения должника на площадку «Красный Джин» достигнут – заключен договор займа на согласованных должником условиях.

Денежные средства займодавцами предоставлены согласованным с должником способом – путем перечисления на указанный ею личный счет; на данный счет поступили, этими денежными средствами ФИО1 распорядилась – часть передала ИП ФИО6 в порядке оплаты фактически полученных услуг, другую часть перечислила на другой счет.

Из материалов дела не усматривается, что ответчики каким-то образом влияли на действия должника по распоряжению денежных средств, контролировали их.

Последующее снятие денежных средств со счета, на который должник перечислила полученные в заем денежные средства, неустановленными лицами не является обстоятельством, свидетельствующим о неполучении должником в заем денежных средств либо о предоставлении ответчикам займа неустановленному лицу.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт получения должником заемных средств, предоставленных ФИО3 и ФИО5 на основании договора займа № 1 от 17.03.2022.

Данный договор соответствует требованиям действующего законодательства, предъявляемым к такого рода договорам, содержит все существенные условия, оснований полагать его незаключенным не имеется.

Доводы о кабальности условий договора займа ввиду установления завышенной ставки по процентам на сумму займа подлежат отклонению. 

По условиям договора займа подлежат уплате заемщиком 4% в месяц от суммы займа (48% в год).

Вместе с тем, предоставление в заем денежных средств указанным выше способом, без подтверждения доходов, имеет высокий риск невозврата заемных средств, чем и обусловлено установление повышенных процентов за пользование заемными средствами, а также их предоставление под залог недвижимого имущества. Как установлено ранее, ответчикам не было известно, что ФИО1 осуществляет действия по заимствованию денежных средств под влиянием обмана со стороны ФИО7, должник при заключении договора займа продемонстрировала свое свободное намерение получить в заем денежные средства, согласие с условиями их предоставления. Для займодавцев  это высокорисковая сделка, привлекательность которой заключается в возможности получения повышенного дохода. 

С учетом фактических обстоятельств заключения договора займа, оснований полагать, что они знали и воспользовались сложной ситуацией, в которой находится должник, вынужденный принять условия займа, не имеется.

Более того, доказательства очевидного завышения размера процентов за пользование заемными средствами, их превышения процентов обычно применяемых при аналогичных сделках должником не представлены.

Наличие в действиях ответчиков при заключении договора займа признаков злоупотребления правом не усматривается. 

Доказательства предоставления должником документов об источнике и размере доходов при заключении договора займа в материалах дела отсутствуют, с учетом чего оснований полагать очевидной для займодавцев  невозможность исполнения должником заемных обязательств не имеется. Направленность действий ответчиков на получение именно квартиры является субъективным мнением должника и финансового управляющего.

С учетом указанного, договор займа № 1 от 17.03.2022 является реальным, действительным, основания полагать договор недействительной сделкой по ст.ст. 10, 178, 179 ГК РФ из материалов дела не усматриваются, заявление финансового управляющего в данной части удовлетворению не подлежит. 

Оснований для признания недействительным договора оказания консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022, заключенного между ФИО1 и ИП ФИО6, апелляционным судом также не установлено. Данный договор по форме и содержанию соответствует требованиям действующего законодательства, его условия согласованы со стороны должника, она выразила согласие с ними, в том числе по стоимости услуг и порядку их оплаты, добровольно подписав его. 

Как установлено ранее, договор ответчиком исполнен, услуги оказаны, желаемый должником результат  - получение заемных средств - достигнут.

С учетом указанного, заявление финансового управляющего в части оспаривания договора оказания консультационных услуг № 03/22 от 14.03.2022, заключенного между должником и ИП ФИО6, удовлетворению также не подлежит. 

Относительно договора залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа № 1 от 17.03.2022 между должником и ФИО3, ФИО5 судебная коллегия отмечает следующее.

Деятельность по выдаче займов физическим лицам, обязательства заемщика по которым обеспечены ипотекой, регулируются, в частности, Законом № 353-ФЗ, Федеральным законом от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», которыми после вступления в силу положений Федерального закона от 02.08.2019 № 271-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (с 01.10.2019) установлены специальные требования к субъектам, имеющим право выдавать займы, обеспеченные ипотекой и законодательно определен их перечень (кредитные организации, микрофинансовые организации, кредитные кооперативы, ломбарды) (п. 1 ст. 6.1 Закона № 353-ФЗ).

Согласно п. 1 ст. 6.1 Закона № 353-ФЗ деятельность по предоставлению кредитов (займов) физическим лицам в целях, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности, и обязательства заемщиков по которым обеспечены ипотекой, может осуществляться кредитными организациями, кредитными потребительскими кооперативами, сельскохозяйственными кредитными потребительскими кооперативами, учреждением, созданным по решению Правительства Российской Федерации для обеспечения функционирования накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих и реализации Министерством обороны Российской Федерации функций уполномоченного федерального органа исполнительной власти, обеспечивающего функционирование накопительно-ипотечной системы военнослужащих, единым институтом развития в жилищной сфере, а также организациями, осуществляющими деятельность по предоставлению ипотечных займов в соответствии с требованиями, установленными единым институтом развития в жилищной сфере, и включенными в перечень уполномоченных единым институтом развития в жилищной сфере организаций, осуществляющих деятельность по предоставлению ипотечных займов.

Микрофинансовые организации вправе осуществлять деятельность по предоставлению займов физическим лицам в целях, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности, и обязательства заемщиков по которым обеспечены ипотекой, с учетом ограничений, установленных Федеральным законом от 02.07.2010 № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (п. 1.2 ст. 6.1 Закона № 353-ФЗ).

В силу подп. «а» п. 12 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 02.07.2010 № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» микрофинансовая организация не вправе выдавать займы физическому лицу в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, обязательства заемщика по которым обеспечены залогом (за исключением случаев, когда учредителем (акционером, участником) микрофинансовой организации, предоставляющей заем, является Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование) жилого помещения заемщика и (или) иного физического лица – залогодателя по такому займу.

По смыслу положений ст. 9.1 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» особенности условий кредитного договора, договора займа, которые заключены с физическим лицом в целях, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности, и обязательства заемщика по которым обеспечены ипотекой, а также особенности их изменения по требованию заемщика и особенности условий договора страхования, заключенного при предоставлении потребительского кредита (займа), обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой, устанавливаются Законам № 353-ФЗ.

Соответственно, вопреки позиции апеллянтов, Федеральный закон от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» определяет особенности условий кредитного договора, договора займа, которые заключены с физическим лицом в целях, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности только относительно определенных категорий кредиторов и заимодавцев, к которым не отнесены физические лица, не осуществляющие профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов.

В данном случае судом первой инстанции установлено осуществление ФИО3 деятельности по периодическому предоставлению займов гражданам под проценты, то есть профессиональную деятельность по выдаче займов, что самим ответчиком не оспаривается, в связи с чем, он мог выдать заем физическому лицу под залог недвижимости только для осуществления заемщиком предпринимательской деятельности.

Из условий договора займа № 1 от 17.03.2022 следует, что заем по соглашению сторон предоставляется ФИО1 в целях, связанных с предпринимательской деятельностью. Договор залога № 1 был заключен в один день с договором займа с целью обеспечения исполнения должником обязательств по указанному договору займа, в котором также отражена цель займа – для предпринимательской деятельности.

При этом из материалов дела не усматривается осуществление должником предпринимательской деятельности (в качестве индивидуального предпринимателя ФИО1 не регистрировалась). 

Ссылка апеллянтов на регистрацию должника 18.03.2023 в качестве самозанятого гражданина не подтверждает осуществление должником предпринимательской деятельности, поскольку самозанятый гражданин регистрируется как налогоплательщик налога на профессиональный доход, который не относится к предпринимательской деятельности. 

Кроме того, на дату заключения договоров займа и залога – 17.03.2022, у должника отсутствовал не только статус индивидуального предпринимателя, но и статус самозанятого гражданина.

При таком положении договор залога № 1 от 17.03.2022, по которому должник передал в обеспечение исполнения обязательств по договору займа № 1 от 17.03.2022 недвижимое имущество – квартиру общей площадью 50,1 кв.м., является недействительной сделкой.

То обстоятельство, что 18.03.2022 ФИО1 была зарегистрирована в качестве самозанятой, указанный выше вывод не опровергает, поскольку правовое значение имеет именно момент заключения договора займа и залога, а не дата передачи заемных средств.

Вопреки утверждениям ответчиков, из материалов дела не усматривается, что ФИО1 заявляла о наличии у нее статуса самозанятого либо намерении его получить, предоставление заемных средств было отсрочено в связи с оформлением ею такого статуса. Более того, как уже указано ранее, деятельность самозанятого гражданина не приравнивается к предпринимательской.

При этом апелляционным судом отклоняются доводы должника о том, что ФИО3 и ФИО5 понуждали ее к оформлению статуса самозятого гражданина, угрожали отказом в предоставлении заемных средств, действуя через своего представителя ФИО10, как голословные, документально не подтвержденные. 

Доводы финансового управляющего о реализации ФИО10 мошеннических схем на территории г.Перми по инвестициям в недвижимость, сходстве в деятельностью ИП ФИО6 в целом не могут быть приняты, поскольку деятельность ФИО10 как самостоятельного субъекта предметом настоящего спора не является, о согласованности действий представляемых им ответчиков и ФИО7, их совместном характере не свидетельствует.

Ссылка должника и управляющего на требование ФИО7 о необходимости оформления должником статуса самозанятого гражданина обратное не подтверждает. Даже если такое требование от него поступило (доказательств нет), то это не означает, что у ФИО7 и ответчика имелся единый интерес, для достижения которого ими совершены совместные, согласованные неправомерные действия в отношении ФИО1 Напротив, из фактических обстоятельств спора усматривается наличие у ответчиков ФИО3 и ФИО5 самостоятельного интереса в получении повышенного дохода от предоставления в заем денежных средств, именно для его достижения в договоры займа и залога и было включено условие о предоставлении займа с предпринимательской целью, как единственного условия для возможности получения серьезного обеспечения исполнения заемных обязательств по высокорисковой сделке. У ФИО7 был свой интерес завладения денежными средствами должника, в том числе полученными должником взаем, а заем под залог недвижимого имущества возможен только на условии его предоставления с предпринимательской целью.

При этом апелляционным судом также принимается во внимание, что ранее при первоначальном рассмотрении настоящего спора, при рассмотрении спора судом первой инстанции на втором круге такие доводы должником, финансовым управляющим не приводились, вообще не предоставлялись сведения о требовании оформления должником статуса самозанятого гражданина и его фактического получения.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В данном случае недействительным является договор залога № 1 от 17.03.2022. С учетом регистрации ипотеки в установленном порядке, последствием недействительности данного договора залога, является прекращение залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м. по адресу: 

<

...>, о чем в ЕГРН подлежит внесению соответствующая запись.

Выводы суда первой инстанции в данной части являются правильными и соответствующими фактическим обстоятельствам, представленным документам и действующим нормам права.

В силу ст. 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке ст. 100 Закона о банкротстве, при этом указанные требования направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований, и в случае направления в суд данные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда. 

Согласно ст. 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

На необходимость проверки факта наличия и размера задолженности должника перед кредитором особо обращено внимание судов в п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, содержащегося в ч. 1 ст. 16 АПК РФ и предусматривающего, что вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Следовательно, при наличии решения суда, подтверждающего состав и размер требования кредитора, вытекающего из обязательства должника, суд определяет возможность их предъявления в деле о банкротстве и очередность удовлетворения, не рассматривая спор по существу.

ФИО3 ко включению в реестр требований кредиторов ФИО1 предъявлено требование в общем размере 1 489 128,39 руб., в том числе: 650 000 руб. основного долга, 124 128,39 руб. процентов, 715 000 руб. пени, как обеспеченное залогом имущества должника (квартира), основанное на возникновении у должника обязательства по договору займа № 1 от 17.03.2022, по которому предоставлен денежный заем в сумме 650 000 руб., а также по договору залога № 1 от 17.03.2022 квартиры, общей площадью 50,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, в обеспечение исполнения обязательств по договору займа № 1 от 17.03.2022.

Отказ суда первой инстанции в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов мотивирован признанием недействительными договоров займа и залога, положенных в основу предъявленных требований.

Суд апелляционной инстанции указанные выводы о недействительности договора займа № 1 от 17.03.2022 признал ошибочными, не усмотрев для этого оснований; судом установлен факт получения должником заемных средств, предоставленных по указанному договору, возникновение у должника в этой связи предусмотренных им обязательств.

В соответствии с ч. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно п. 2 ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы.

В соответствии с правовой позицией, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, для рассмотрения вопроса о включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В данном случае заявителем должны быть представлены доказательства, явно и убедительно подтверждающие реальность займов и фактов передачи денежных средств.

Факт предоставления в заем должнику денежных средств в размере 650 000 руб. на условиях договора займа № 1 от 17.03.2022 подтверждается материалами дела, установлен ранее в рамках исследования заявления о недействительности данного договора.

 Доказательства возвращения должником займодавцам денежных средств не представлены, должник не отрицает, что заемные средства не возвращались, проценты, предусмотренные договором займа, не уплачивались.

При таком положении требование ФИО3 в размере 650 000 руб. основного долга признается судом обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов ФИО1

Пунктом 1.3. договора займа предусмотрено, что по соглашению сторон заемщик за пользование денежными средствами обязуется выплачивать займодавцам проценты по ставке 4% в месяц от суммы займа.

Доводы о завышенности (кабальности) процентной ставки судом апелляционной инстанции отклонены выше. 

С учетом действительности условия договора займа о размере процентной ставки, доводы должника о необходимости ее снижения до размера средней взвешенной кредитной ставки по потребительским кредитам за срок 1-3 года подлежат отклонению.

При этом также принимается во внимание противоречивость сведений о размере средней взвешенной кредитной ставки по потребительским кредитам, предоставленных должником (несколько вариантов с разными данными, которые не соответствуют сведениям, полученным судом при обращении на официальный сайт ЦБ РФ).

Исходя из суммы заемных средств, сторонами в графике платежей определен размер ежемесячного платежа по процентам, равный 26 000 руб. (650 000 руб. х 4% = 26 000руб./мес.).

По расчету кредитора, общий размер процентов по договору займа за период с 17.03.2022 по 09.08.2022 (день, предшествующий дате вынесения резолютивной части определения о введении в отношении должника первой процедуры банкротства – реализации имущества гражданина) составил 124 128,39 руб.

Расчет апелляционным судом проверен, признан соответствующим условиям договора и арифметически верным.

Между тем, суд апелляционной инстанции полагает обоснованными  доводы финансового управляющего о том, что период начисления процентов совпадает с периодом введенного моратория.

Для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации (п. 1 ст. 9.1 Закона о банкротстве). 

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497) введён мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей сроком на 6 месяцев (с 01.04.2022 до 01.10.2022). 

Согласно п.п. 1, 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 44), в соответствии с п. 1 ст. 9.1 Закона о банкротстве на лицо, которое отвечает требованиям, установленным актом Правительства Российской Федерации о введении в действие моратория, распространяются правила о моратории независимо от того, обладает оно признаками неплатёжеспособности и (или) недостаточности имущества либо нет. Положения п. 3 ст. 9.1 Закона о банкротстве не исключают возможность рассмотрения в период действия моратория исков к должникам, на которых распространяется мораторий. Введение в отношении лица моратория не приостанавливает его деятельность. В период действия моратория лицо вправе предоставлять исполнение по сделкам, обязательства по которым возникли до начала действия моратория, заключать новые сделки. 

Пунктом 4 ст. 9.1 Закона о банкротстве предусмотрены особенности правового положения должника и его кредиторов делах о банкротстве, возбуждённых в течение трёх месяцев после прекращения действия моратория в отношении должников, на которых он распространялся. 

В п. 10 Постановления № 44 разъяснено, что предусмотренные п. 4 ст. 9.1 Закона о банкротстве особенности рассмотрения дел о несостоятельности применяются в случае возбуждения дела о банкротстве не только в трёхмесячный срок, но и в течение срока действия моратория. 

В соответствии с п. 11 Постановления № 44 требования, возникшие после начала действия моратория, подлежат квалификации как текущие. 

Согласно пп. 2 п. 4 ст.9.1 Закона о банкротстве в делах о банкротстве, возбужденных в трехмесячный срок с даты введения моратория, а также в период действия моратория, состав и размер требований кредиторов (включая проценты, подлежащие уплате за пользование денежными средствами, предоставленными по договору займа, кредитному договору либо в качестве коммерческого кредита) определяются на день введения моратория, а не на день введения первой судебной процедуры банкротства. По смыслу указанной нормы при установлении требований кредиторов по делам о банкротстве, возбужденным в период действия моратория и трехмесячного срока после его окончания, финансовые санкции и договорные проценты не учитываются с начала действия моратория, в том числе в период с момента окончания моратория и до момента возбуждения дела о банкротстве, а также в период банкротства. К соответствующим требованиям применяются общие положения п.4 ст. 63 и п. 2 ст. 213.19 Закона о банкротстве со дня введения моратория.

Дело о банкротстве ФИО1 возбуждено 09.06.2022, то есть в период действия моратория, при этом обязательства у должника по возврату займа возникли до введения моратория (договор займа от 17.03.2022), в связи с чем, состав и размер требования кредитора в части процентов, подлежащих уплате за пользование займом, определяются на день введения моратория (01.04.2022). Следовательно, обоснованным является предъявление к включению в реестр требования по процентам за пользование заемными средствами за период с 17.03.2022 по 31.03.2022 в размере 12 577,50 руб. Заявление ФИО3 в части процентов в оставшейся части удовлетворению не подлежит.

Также в п. 3.2 договора займа стороны согласовали, что в случае просрочки заемщиком исполнения денежных обязательств по оплате ежемесячных платежей и возврату основной суммы займа заемщик уплачивает займодавцам пеню в размере 0,5% в день от суммы выданного займа за каждый день просрочки, начиная с первого дня просрочки платежа. 

При этом заем предоставлен сроком на 60 мес. (п. 1.1 договора), возврат суммы займа должен быть осуществлен в конце срока возврата займа (п. 1.5 договора), тогда как срок уплаты процентов установлен до 30-го (31-го) числа каждого месяца, начиная с месяца фактического получения должником суммы займа (п. 1.3). 

То есть пени могут быть начислены должнику за просрочку уплаты процентов по займу, начиная с 01.04.2022 и по 09.08.2022 (введение в отношении должника первой процедуры банкротства).

По расчету ФИО3 размер пени за несвоевременную уплату процентов за период с 01.05.2022 по 09.08.2022 составил 715 000 руб.

Представленный расчет проверен апелляционный судом, признан неверным. Кредитором пени начислены исходя из всей суммы заемных средств, предоставленных должнику (650 000 руб.). Однако, в соответствии с условиями договора, графика платежей, ежемесячной уплате подлежали только проценты за пользование заемными средствами в размере 26 000 руб. в месяц, именно эти платежи не были уплачены должником, за что он должен нести ответственность, предусмотренную п.3.2 Договора займа. 

По расчету суда, в соответствии с условиями договора займа, пени за период с 01.04.2022 и по 09.08.2022 составили 36 839,90 руб.

Должником и финансовым управляющим заявлено о несоразмерности неустойки последствиям неисполнения обязательств по договору, ходатайство о снижении размера неустойки на основании ст. 333  ГК РФ. При этом с их позиции соразмерным является неустойка в размере 37 201,657 руб.

Следовательно, поскольку начисленная по условиям договора займа неустойка меньше размера неустойки, признанной финансовым управляющим и должником соразмерным последствиям неисполнения обязательств, оснований для ее снижения не имеется.  

Кроме того, весь указанный период начисления договорной неустойки (с 01.04.2022 и по 09.08.2022) охватывается периодом действия моратория, в связи с чем, задолженность по пени не подлежит включению в реестр требований кредиторов ФИО1

Заявление ФИО3 в данной части удовлетворению не подлежит. 

Согласно абз. 3 п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Согласно п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

В данном случае сообщение № 59230080887 о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» (№152(7353) от 20.08.2022, заявление ФИО3 подано в арбитражный суд 22.08.2022, то есть с соблюдением срока на его предъявление и подлежит удовлетворению в составе третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

С учетом признания договора залога № 1 от 17.03.2022 недействительным, заявление кредитора в части признания его требования обеспеченным залогом принадлежащей должнику квартиры удовлетворению не подлежит. 

Доводы апеллянтов о нарушении их прав в виде лишения возможности возврата предоставленных должнику денежных средств, исходя из примененных последствий недействительности сделки (прекращение залога на квартиру должника) судебной коллегией отклоняются как несостоятельные.

При отмеченных обстоятельствах определение суда от 04.03.2024 полежит изменению на основании п.2 ч. 1, ч. 2 ст. 270 АПК РФ (недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, неприменение закона, подлежащего применению) с приведением резолютивной части соответствующего определения согласно вышеизложенным выводам суда апелляционной инстанции.

На основании ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другой стороны. Поскольку заявление финансового управляющего об оспаривании сделок удовлетворено частично (недействительным признан договор залога), финансовому управляющему при подаче заявления была предоставлена отсрочка, государственная пошлина по заявлению подлежит взысканию в доход федерального бюджета с ФИО3 и ФИО5 по 3 000 руб. с каждого, с должника – 12 000 руб. При подаче апелляционной жалобы ФИО3 была оплачена государственная пошлина в размере 3 000 руб., с учетом апелляционная жалоба удовлетворена в части отказа в признании недействительными сделками договора оказания консультационных услуг, договора займа, указанные расходы подлежат возмещению за счет конкурсной массы должника. 

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 04 марта 2024 года по делу № А50-8916/2022 изменить, изложить резолютивную часть в следующей редакции:

«Признать недействительным договор залога № 1 от 17.03.2022 к договору займа № 1 от 17.03.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3, ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки в виде прекращения залога на квартиру общей площадью 50,1 кв.м. этаж №4, с кадастровым номером 59:01:2912513:2818, расположенной по адресу: 

<

...>.

В удовлетворении остальной части заявления финансового управляющего отказать.

Включить в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 требование ФИО3 в размере 650 000 руб. основного долга и 12 577,50 руб. процентов по займу.

В удовлетворении остальной части заявления ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО3, ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявления об оспаривании сделки по 3 000 (три тысячи) рублей с каждого.

Взыскать ща счет конкурсной массы ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину по заявления в размере 12 000 (двенадцать тысяч) рублей.».

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО1 в пользу ФИО3 3 000 (три тысячи) рублей в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

 

М.А. Чухманцев 

М.С. Шаркевич