АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

26 сентября 2023 года

Дело №

А56-71892/2019

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Троховой М.В., ФИО1,  

       при участии от Таврического банка (АО) ФИО2 (доверенность от 10.04.2023), от финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 (доверенность от 18.09.2023), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ИВК» ФИО5 - ФИО6 (доверенность от 20.09.2023), 

рассмотрев 21.09.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Таврического банка (акционерное общество) на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по делу № А56-71892/2019/(пр/пр),

у с т а н о в и л:

Таврический Банк (акционерное общество; далее – Банк) 24.06.2019 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ИВК», адрес: 191123, Санкт-Петербург, ул. Радищева, д. 39, лит. Д, пом. 11-н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 06.07.2019 заявление Банка принято к производству.

Определением от 01.12.2019 заявление Банка признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5. 

Указанные сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 30.11.2019.

Решением суда от 30.05.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5 

Указанные сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 06.06.2020.

ФИО7 в лице финансового управляющего ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора – Банка в части суммы 20 154 082 руб. 20 коп. 

Определением суда первой инстанции от 14.02.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 определение от 14.02.2023 отменено, принят новый судебный акт: проведена процессуальная замена Банка, требования которого включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.12.2019, в части 20 154 084 руб. 20 коп. на ФИО7 

В кассационной жалобе Банк, ссылаясь на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела, а также на нарушение им норм материального и процессуального права, просит отменить указанное постановление, оставить в силе определение от 14.02.2023. 

По мнению подателя жалобы, суд апелляционной инстанции не учел, что Банк засчитал исполнение в пользу обязательств по кредитному договору с обществом с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Ортокон» как менее обеспеченному контрагенту в связи с ликвидацией последнего. 

Банк указывает, что обжалуемое постановление противоречит пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве» (далее – Постановление № 26).

        В отзыве конкурсный управляющий Обществом полагает, что выводы суд апелляционной инстанции в части субординации перешедших ФИО7 требований не соответствуют позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформированной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020).

       В отзыве финансовый управляющий гражданина ФИО7 ФИО3 просила в удовлетворении жалобы Банка отказать.

В судебном заседании представитель Банка доводы жалобы поддержала, представитель ФИО3 просила в удовлетворении жалобы отказать, представитель ФИО5 просила оставила рассмотрение жалобы на усмотрение суда.         

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Банк (займодавец) и Общество (заемщик) 13.12.2010 заключили кредитный договор № 

<

***>. 

Во исполнение обязательств заемщика по кредитному договору Банк и ФИО7 (поручитель) 13.12.2010 заключили договор поручительства № 805/1, по условиям которого поручитель обязался солидарно с заемщиком отвечать перед заимодавцем за исполнение обязательств в полном объеме.

Заемщик обязательства по кредитному договору не исполнил. 

Решением Дзержинского районного суда города Санкт-Петербурга от 06.11.2015 по делу № 2-2363/2015 с Общества и ФИО7 солидарно в пользу Банка взыскано 20 154 082 руб. 20 коп. 

Требования Банка включены в реестры требований кредиторов как Общества, так и ФИО7 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.12.2016 по обособленному спору № А56-81157/2015/тр.13 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО7, требование Банка в размере 52 859 287 руб. 78 коп. задолженности.  

Означенное требование мотивировано неисполнением ФИО7 договора банковского счета от 19.05.2006 и договоров поручительства от 13.12.2010 № 805/1 и от 06.04.2011 № 910/1.

В рамках дела о банкротстве ФИО7 (№ А56-81157/2015) им как поручителем произведено частичное погашение требований кредиторов, в том числе Банка на общую сумму 21 266 230 руб. 42 коп.

Определением суда от 05.03.2020 по обособленному спору № А56-81157/2015/тр.1 признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов Общества, требование Банка в размере 1 364 965 руб. 26 коп. задолженности.   

Финансовый управляющий ФИО7 ФИО3, посчитав, что задолженность перед Банком по обязательствам за Общество по кредитному договору от 13.12.2010 № 

<

***> погашена поручителем в полном объеме, обратилась в арбитражный суд с заявлением о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора. 

Суд первой инстанции посчитал, что в материально-правовом смысле процессуальное правопреемство не произошло, поскольку волеизъявление ФИО7 на исполнение обязательств перед Банком именно за Общество не выражено. Суд пришел к выводу, что Банк засчитал поступившие платежи погашением обязательств ООО «Ортокон», при этом обязательства Общества перед Банком счел непогашенными, в связи с чем правовых оснований для осуществления процессуальной замены не усмотрел. 

Апелляционный суд с выводом суда первой инстанции не согласился, определение отменил. Суд апелляционной инстанции установил, что обязанность по исполнению обязательств за Общество наступила у ФИО7 ранее, чем аналогичная обязанность за ООО «Ортокон», следовательно, предоставленное ФИО7 исполнение подлежит учету по договору поручительства от 13.12.2010 № 805/1. Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для процессуальной замены кредитора. 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что суд апелляционной инстанции нормы права применил правильно, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица, являвшегося стороной спора, к другому лицу в связи с переходом к нему субъективных материальных прав и обязанностей.

В пункте 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) закреплено, что к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. 

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 54 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», конкурсный управляющий поручителя, произведший выплату кредитору, обязан в интересах формирования конкурсной массы незамедлительно обратиться с заявлением о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве основного должника, за исключением случаев, когда такие действия являются явно нецелесообразными или признаны таковыми решением собрания кредиторов.

В соответствии со статьей 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

Как верно отметил суд апелляционной инстанции, положения статьи 319.1 ГК РФ введены в Кодекс федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон № 42-ФЗ; пункт 18 статьи 1 Закона), который вступил в законную силу с 01.06.2015 (пункты 1, 2). 

Положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Закона № 42-ФЗ) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу Закона № 42-ФЗ. 

По правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу этого закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Закона № 42-ФЗ) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу названного Закона, если иное не предусмотрено этой статьей (пункт 2). 

Таким образом, положения Гражданского кодекса Российской Федерации в измененной Законом № 42-ФЗ редакции не применяются к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключенных до дня вступления его в силу (до 1 июня 2015 года), при рассмотрении споров из названных договоров следует руководствоваться ранее действовавшей редакцией Кодекса с учетом сложившейся практики ее применения (пункт 2 статьи 4, абзац второй пункта 4 статьи 421, пункт 2 статьи 422 ГК РФ).

Означенная правовая позиция закреплена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, а также в пунктах 82 и 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Следовательно, вывод суда апелляционной инстанции о том, что к рассматриваемым правоотношениям не подлежат положения статьи 319.1 ГК РФ, является верным. 

        Апелляционный суд обоснованно применил положения статьи 522 ГК РФ, аналогичные новой норме пункта 3 статьи 319.1 ГК РФ. 

       Применение положений, содержащихся в статье 522 ГК РФ к спорным правоотношениям возможно на основании пункта 1 статьи 6 ГК РФ. При этом суд также обоснованно исходили из того, что условия согласования очередности погашения обязательств между сторонами отсутствуют.

Пунктом 3 статьи 522 ГК РФ предусмотрено, что если поставщик или покупатель не воспользовались правами, предоставленными им соответственно пунктами 1 и 2 статьи 522 ГК РФ, исполнение обязательства засчитывается в погашение обязательств по договору, срок исполнения которого наступил ранее. Если срок исполнения обязательств по нескольким договорам наступил одновременно, предоставленное исполнение засчитывается пропорционально в погашение обязательств по всем договорам.

Таким образом, пункт 3 статьи 522 ГК РФ предусматривает, что обезличенное исполнение должника засчитывается в погашение обязательств по договору, срок исполнения которого наступил ранее.

Судом апелляционной инстанции установлено, что до направления заявления о включении в реестр требований кредиторов Общества, Банк с требованием к ФИО7 об истребовании задолженности не обращался.  

Между тем обязанность Общества погасить задолженность перед Банком возникла ранее аналогичной обязанности у ООО «Ортокон».

В рассматриваемом случае вывод суда апелляционной инстанции о необходимости учета поступивших Банку от ФИО7 денежных средств за уплату задолженности Общества соответствует фактическим обстоятельства дела, а также нормам материального права. 

Таким образом, суд кассационной инстанции считает правильным вывод суда апелляционной инстанции о том, что в данном случае указанные заявителем обстоятельства могут являться основанием для проведения процессуального правопреемства. 

Довод Банка о принятии исполнения в пользу менее обеспеченного должника подлежит отклонению, поскольку не опровергает вывод суда апелляционной инстанции о сроке исполнения обязательств.

Приведенный в жалобе довод о противоречии судебного акта пункту 9 Постановления № 26 был исследован и оценен судом апелляционной инстанции и отклонен – как необоснованный, что отражено в обжалуемом судебном акте с изложением соответствующих мотивов.

Довод о том, что ФИО7, как участник и директор Общества  является аффилированным, заинтересованным лицом по отношению к должнику, являлся предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонен, так как когда приобретение требования к должнику посредством погашения за счет реализации в процедуре своего банкротства личного имущества осуществлено аффилированным лицом после признания должника банкротом, оснований для применения положений пункта 6 Обзора от 29.01.2020 не имеется.

        В данной ситуации, как верно отмечено апелляционным судом,    предметом заявления является процессуальное правопреемство на стороне независимого кредитора, чье требование уже было включено в реестр кредиторов, в погашенной ФИО7 части.

При этом само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным, пока не доказано иное.

Применительно к фактическим обстоятельствам дела доводы заявителя кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, получивших надлежащую оценку суда апелляционной инстанции, оснований для переоценки которых в силу положений статей 286, 287 АПК РФ не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, судом кассационной инстанции также не установлено.

На основании изложенного кассационный суд не усмотрел оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023 по делу № А56-71892/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу Таврического банка (акционерное общество) – без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

М.В. Трохова

ФИО8