АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4065/21 

Екатеринбург

18 июля 2023 г.

 

Дело № А60-41593/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 12 июля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 июля 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Тихоновского Ф. И., Савицкой К. А.,          

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2023 по делу № А60-41593/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством веб-конференции принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 16.07.2021 № 66 АА 6649967, удостоверение адвоката).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие: 

конкурсный управляющий обществом с ограниченной ответственностью Проектно-производственная фирма «Стимул-сети безопасности» ФИО3 (служебное удостоверение); 

представитель ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 09.07.2023 № 66 АА 8003803, паспорт). 

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.03.2021 общество с ограниченной ответственностью Проектно-производственная фирма «Стимул-сети безопасности» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением арбитражного суда от 09.07.2021 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий). 

Конкурсный управляющий 17.03.2022 обратился в суд с заявлением о привлечении бывших руководителей должника ФИО1 и ФИО6, учредителя (участника) должника ФИО7, а также общества с ограниченной ответственностью ССП «Технология» (далее – общество ССП «Технология») к субсидиарной ответственности на основании статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Конкурсный управляющий также 25.07.2022 обратился в суд с заявлением о взыскании солидарно с ФИО1 и ФИО7 убытков в сумме 22 594 000 руб.

Определением арбитражного суда от 06.09.2022 в порядке, предусмотренном статьей 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявления конкурсного управляющего о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности и взыскании убытков объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  ФИО4 и ФИО8.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2023 требования конкурсного управляющего удовлетворены частично. Установлено наличие оснований для привлечения ФИО1, ФИО6, ФИО7 и общества ССП «Технология» к субсидиарной ответственности за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов должника, а также для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника. Производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2023 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты в части признания доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

В обоснование доводов кассационной жалобы ее податель ссылается на неправильное применение судами норм гражданского законодательства и Закона о банкротстве. 

В судебном заседании конкурсный управляющий и представитель ФИО4 относительно доводов кассационной жалобы возражали, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

 Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, в части отказа во взыскании убытков кассационная жалоба доводов не содержит, в связи с чем судебные акты в обозначенной части судом округа не проверяются. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, должник зарегистрирован в качестве юридического лица 26.01.2004. Руководителем должника с момента его регистрации и до 27.11.2018 являлся ФИО9 

В период с 20.08.2018 исполнение обязанностей директора было возложено на ФИО6, который исполнял данные обязанности до 29.04.2019. Начиная с 29.04.2019 и до открытия в отношении должника конкурсного производства (17.03.2021) должность единоличного исполнительного органа (директора) занимал ФИО1

Учредителями (участниками) должника являлись следующие лица: ФИО10 (с 26.01.2004 по 12.02.2015, доля участия в уставном капитале 2000 руб.); ФИО11 (с 01.2004 по 17.03.2014, доля участия в уставном капитале 2000 руб.); ФИО12 (с 26.01.2004 по 09.01.2014, доля участия в уставном капитале 2000 руб.); ФИО9 (с 26.01.2004 по 10.03.2015, с 10.03.2015 по 28.01.2019, доли участия в уставном капитале 2000 руб. и 4000 руб. соответственно); ФИО13 (с 26.01.2004 по 25.05.2005, доля участия в уставном капитале 2000 руб.); ФИО14 (с 30.01.2009 по 20.03.2019, с 20.03.2019 по 03.07.2019, доли участия в уставном капитале в размере 3333,33 % и 33,33 % соответственно); ФИО8 (с 12.02.2015 по 20.03.2019, с 20.03.2019 по настоящее время, доли участия в уставном капитале в размере 10 % и 16,67 % соответственно); ФИО4 (с 12.02.2015 по 20.03.2019, с 20.03.2019 по настоящее время, доли участия в уставном капитале в размере 10 % и 16,67 % соответственно); ФИО7 (с 24.02.2015 по 20.03.2019, с 20.03.2019 по 24.06.2019, доли участия в уставном капитале в размере 20 %, 33,33 % и 66,67 % соответственно).

В обоснование требования о привлечении ФИО1, ФИО6, ФИО7 и общества ССП «Технология» к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий ссылался на совершение указанными лицами действий (ведение бизнеса с нарушением принципов добросовестности, вывод денежных средств в пользу учредителей путем принятия на себя экономически не целесообразных обязательств), которые послужили причиной неплатежеспособности должника и последующего признания его несостоятельным (банкротом), а также на перевод деятельности должника на подконтрольное руководителю и участнику (учредителю) должника юридическое лицо – общество ССП «Технология». 

Конкурсный управляющий также просил привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве должника, ссылаясь на то, что обстоятельства, влекущие обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом, возникли 31.12.2018. 

Помимо этого, полагая, что в результате неправомерных действий (бездействий) ФИО1 и ФИО7 из собственности должника выбыло ликвидное имущество, конкурсный управляющий также просил взыскать с указанных лиц солидарно убытки в сумме 22 594 000 руб.

Суд первой инстанции, признавая доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО6, ФИО7 и общества ССП «Технология» на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов, исходил из того, что ответчики являются контролирующими должника лицами, в связи с их бездействием окончательно утрачена возможность восстановления платежеспособности должника и погашения требований кредиторов. 

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к банкротству подконтрольного общества (невозможности погашения требований кредиторов), понимаются такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (абзац первый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

При рассмотрении обособленного спора судами установлено и материалами дела подтверждается, что в апреле – мае 2019 года прокуратурой Свердловской области была проведена проверка должника на предмет соблюдения трудового законодательства, в результате которой установлено, что им в конце 2018 года стали допускаться нарушения выплаты заработной платы в установленные сроки, заработная плата за ноябрь 2018 года была выплачена лишь в конце декабря 2018 года, а за декабрь 2018 года – в феврале 2019 года. За период с января по апрель 2019 года у предприятия образовался долг по заработной плате в общей сумме более 7 млн руб.

Помимо задолженности по заработной плате в соответствующий период происходило формирование и увеличение задолженности перед внешними кредиторами, размер которой во втором квартале 2020 года составил 5 277 815 руб. 77 коп.

  Между должником и аффилированным по отношению к нему лицом –обществом ССП «Технология» совершены сделки по выдаче займов, аренде помещений и транспортных средств, фактически принадлежащих этой же группе лиц, обязательства по которым были исполнены должником в преимущественном порядке по сравнению с имеющимися обязательствами перед внешними кредиторами, меры по принудительному взысканию задолженности не принимались, а вступившим в законную силу судебным актом по настоящему делу установлено отсутствие экономического смысла и целесообразности заключения должником множества арендных договоров с указанным лицом. 

Учитывая установленные фактические обстоятельств, исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, установив, что поведение руководителей и учредителя должника не соответствовало стандартам поведения руководителей коммерческих организаций в схожих условиях и в гражданском обороте, ими было допущено недобросовестное поведение и после возбуждения в отношения должника настоящего дела о банкротстве по выводу денежных средств в размере более половины сформированного реестра, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов.

В отношении требования конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве суды обеих инстанций, установив, что обязанность обратиться с заявлением о банкротстве должника возникла 31.12.2018, но не была исполнена ФИО1, что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о банкротстве должника, удовлетворили требования конкурсного управляющего в этой части, руководствуясь при этом следующим. 

На основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, при разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда разумный и добросовестный руководитель, оказавшийся в той же ситуации, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Исследовав и оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства, суд первой инстанции, исходя из того, что уже по состоянию на октябрь 2018 года должник обладал признаками неплатежеспособности, тогда как ФИО1 был осведомлен о финансовом положении должника, поскольку исполнял полномочия руководителя должника с 29.04.2018, до этого осуществлял полномочия заместителя директора по экономике, директора по стратегическому развитию и безопасности, имел непосредственное влияние на финансовое положение должника, пришел к обоснованному выводу о доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании убытков, суды руководствовались пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, статьями 53, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и исходили из недоказанности совокупности оснований для взыскания убытков. В указанной части кассационная жалоба выводов не содержит, в связи с чем выводы судов в обозначенной части судом округа не проверяются и не оцениваются. 

Довод подателя кассационной жалобы о том, что он не является контролирующим должника лицом судом округа отклоняется как противоречащий материалам дела, поскольку судами установлено, что ФИО1 с 29.04.2019 по 17.03.2021 (дата открытия в отношении должника конкурсного производства) являлся единоличным исполнительным органом должника, в связи с чем относится к контролирующим должника лицам (пункт 3 Постановления № 53).

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права, являлись предметом оценки судов и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10.03.2023 по делу № А60-41593/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.05.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                            Ф.И. Тихоновский 

 

                                                                                             К.А. Савицкая