АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3607/2023

г. Петропавловск-Камчатский

14 ноября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 ноября 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 14 ноября 2023 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Т.А. Арзамазовой, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по 

исковому заявлению 

общества с ограниченной ответственностью творческая архитектурно-проектная мастерская «Саратовархпроект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 410056, 

<

...>,            литер ББ8, офис 10,11)

к 

краевому государственному унитарному предприятию «Камчатский водоканал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 683009, 

<

...>)

о взыскании 1 203 188,09 руб. задолженности по оплате работ по контракту от 27.11.2021 и пени, 

при участии в заседании:

от истца посредством онлайн-заседания: представитель ФИО2 (паспорт, доверенность от 13.06.2023, со специальными полномочиями, сроком на один год, диплом),

от ответчика: представитель ФИО3 (паспорт, доверенность от 01.01.2023, со специальными полномочиями, сроком до 31.12.2023, диплом),  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью творческая архитектурно-проектная мастерская «Саратовархпроект» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к краевому государственному унитарному предприятию «Камчатский водоканал» (далее – ответчик) о взыскании 1 203 188,09 руб., из которых 889 515 руб. задолженности по оплате работ по контракту от 27.11.2021, 12 675,59 руб. неустойки (пени) за период с 31.05.2023 по 26.07.2023 и 300 997,5 руб. неустойки (пени) за период с 25.03.2023 по 30.05.2023.

Кроме того, истец просит отнести на ответчика 30 000 руб. судебных расходов на оплату услуг представителя.

Обосновывая заявленные требования, истец по тексту искового заявления указал, что на основании контракта от 27.11.2021 выполнял по заданию ответчика проектные работы по объекту «Реконструкция напорного коллектора Д-700». Пояснил, что оплата работ ответчиком произведена лишь частично, несмотря на то, что работы выполнены в полном объеме и приняты без каких-либо замечаний. Оснований для удержания неустойки в связи с нарушением срока выполнения работ не усматривает, настаивая на обязанности ответчика списать данную неустойку в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 № 783. Поскольку направленная в адрес ответчика претензия оставлена без внимания, просит взыскать задолженность по оплате работ, а также неустойку за просрочку оплаты работ в судебном порядке.  

В обоснование расходов на оплату услуг представителя истец ссылается на договор на оказание юридических услуг от 13.06.2023, согласно которому стоимость услуг представителя составила 30 000 руб. Пояснил, что услуги представителем выполнены в полном объеме и оплачены. Сумма судебных расходов, по мнению истца, является обоснованной и разумной.

Ответчик в письменном отзыве, поддержанном представителем в судебном заседании, с требованиями истца не согласился. Пояснил, что из стоимости работ по контракту удержана неустойка за нарушение сроков выполнения работ в общей сумму 889 515 руб., в остальной части выполненные работы оплачены в полном объеме. Полагает, что истец под видом взыскания задолженности предъявляет требование о возврате удержанной неустойки. Настаивает на наличии оснований для взыскания неустойки, считая причины нарушения срока выполнения работ неуважительными. Возможности освобождения истца от гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств либо списания неустойки не усматривает. Указывает на наличие у истца дополнительной обязанности по оплате неустойки за период с 08.02.2023 по 22.02.2023 на сумму 107 820 руб.

В части требования о взыскании неустойки (пени) за нарушение срока оплаты работ представитель ответчика пояснил, что работы оплачивались за счет средств целевых субсидий из бюджета Камчатского края, перечисление от  воли ответчика не зависело. Считает, что его вина в неисполнении обязательств отсутствует. 

Заслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

26.11.2021 между ответчиком (заказчик) и истцом (подрядчик) заключен контракт № 0538300000221000045, согласно которому истец принял на себя обязательства по заданию заказчика выполнить проектные работы по объекту «Реконструкция напорного коллектора Д-700». 

Истцом по тексту иска указана дата контракта 27.11.2021, однако согласно представленным в материалы дела отчетам о подписании контракта ответчик последний поставил свою подпись 26.11.2021. Следовательно, указанную дату следует считать датой контракта.

Цена контракта в соответствии с пунктом 2.1 составила 17 970 000 руб. 

По условиям пункта 1.2 контракта срок выполнения работ устанавливался продолжительностью не более 240 календарных дней с даты заключения контракта.

Порядок сдачи и приемки работ согласован сторонами в разделе 4 контракта.

Так, согласно пункту 4.1 непосредственно после выполнения работ по контракту подрядчик приступает к сдаче-приемке и передает заказчику документы в соответствии с требованиями технического задания, в том числе акт сдачи-приемки выполненных работ в двух экземплярах, счет, счет-фактуру.

Заказчик в течение 7 (семи) рабочих дней после получения указанных документов и в соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 94 и части 3 статьи 110.2 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» осуществляет их проверку по объему, содержанию и комплектности. В отсутствие замечаний заказчик подписывает и направляет подрядчику экземпляр акта сдачи-приёмки выполненных работ, а в случае выявления каких-либо несоответствий (недостатков) в тот же срок, составляет и направляет мотивированный отказ, с указанием таких недостатков и срока для их устранения. Датой окончания выполнения работ по контракту считается дата окончательной сдачи результата выполненных работ заказчику.

При возникновении между сторонами спора по поводу недостатков оказанных услуг должна быть назначена экспертиза, расходы на которую несет потребовавшая сторона, а если она назначена по соглашению, то обе стороны поровну, за исключением случаев, когда экспертизой установлено отсутствие нарушений исполнителем или причинной связи между его действиями и обнаруженными недостатками (пункт 4.3).

07.02.2023 сторонами оформлен акт сдачи-приемки выполненных работ № 1, в соответствии с которым ответчик принял выполненные работы в полном объеме. Со стороны ответчика сделана отметка о подписании акта 22.02.2023.

В этот же день ответчиком в адрес истца направлена претензия № 114/16, в которой предложено оплатить пеню в размере 889 515 руб.

Письмом от 27.02.2023 № 01-077 истец от оплаты пени отказался, со ссылкой на постановление Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 № 783 просил списать пеню.

В свою очередь, письмом от 16.05.2023 № 01-256 истец направил ответчику претензию об оплате неустойки за нарушение срока оплаты работ.

Платежным поручением от 30.05.2023 № 294742 ответчик перечислил истцу 17 080 485 руб. в счет оплаты выполненных работ. Поскольку оплата выставленной неустойки истцом не производилась, ответчик удержал начисленную сумму в размере 889 515 руб. при оплате выполненных работ.

16.06.2023 истцом в адрес ответчика направлена повторная претензия, в которой ответчику предложено рассмотреть вопрос о списании начисленной неустойки, а также оплатить истцу неустойку за нарушение срока оплаты работ.

Письмом от 28.06.2023 ответчик отказал истцу в списании начисленной неустойки.

Поскольку до настоящего времени задолженность по оплате работ ответчиком не погашена, неустойка за нарушение срока оплаты работ не перечислена, истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением. 

Оценив доводы сторон и представленные в материалы дела документы, суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению в полном объеме в силу следующего.

Как следует из материалов дела, правоотношения сторон вытекают из государственного контракта на выполнение подрядных работ для государственных нужд, правовое регулирование которого предусмотрено главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон                № 44-ФЗ»).

Пунктом 1 статьи 763 ГК РФ предусмотрено, что подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

В соответствии с пунктом 2 статьи 763 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

Оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса (статья 746 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами (часть 4 статьи 753 ГК РФ).

Таким образом, основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику и принятие его последним.

Как следует из материалов дела, по факту исполнения контракта истцом оформлен акт сдачи-приемки выполненных работ от 07.02.2023 № 1, который подписан обеими сторонами.

Следовательно, у заказчика возникла обязанность оплатить фактически выполненные работы в полном объеме.

Ответчик факт выполнения истцом работ по объекту и наличие у него права на оплату работ не оспаривал, однако настаивал на нарушении срока выполнения работ и на наличии поводов для привлечения истца к гражданско-правовой ответственности за допущенное нарушение.   

 В силу пункта 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы.

Судом установлено, что по условиям контракта от 26.11.2021                         № 0538300000221000045 работы подлежали выполнению в течение 240 календарных дней с даты заключения контракта (пункт 1.2).

Принимая во внимание дату заключения контракта – 26.11.2021, работы следовало выполнить и сдать заказчику в срок по 24.07.2022 включительно.

Фактически работы по контракту сданы истцом по акту сдачи-приемки выполненных работ от 07.02.2023 № 1, то есть нарушение сроков выполнения работ по контракту имело место.

Истец факт нарушения сроков выполнения работ в ходе рассмотрения дела не оспаривал.

По правилам пункта 1 статьи 329 ГК РФ одним из способов обеспечения исполнения обязательств является неустойка.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Поскольку факт нарушения истцом срока выполнения работ по контракту в ходе рассмотрения настоящего дела судом установлен, основания для начисления истцу неустойки у ответчика имелись.

Доказательства того, что нарушение срока выполнения работ по контракту произошло вследствие непреодолимой силы или по вине ответчика, в материалах дела отсутствуют. Признаков злоупотребления ответчиком правом, предусмотренных статьей  10 ГК РФ, судом в ходе рассмотрения дела установлено не было.

Согласно статье 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Судом установлено, что размер неустойки (пени) согласован сторонами при заключении контракта в добровольном порядке.

Так, согласно пункту 5.2 контракта в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

В силу пункта 5.4 контракта пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком. исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем), за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени.

На основании указанных положений контракта и в соответствии с представленным расчетом ответчиком заявлено об удержании 889 515 руб. в качестве неустойки за период с 25.07.2022 по 07.02.2023. Расчет неустойки судом проверен, является правильным.

Истец в ходе рассмотрения спора расчет неустойки не оспаривал, однако ссылался на наличие оснований для ее списания.

В силу части 42.1 статьи 112 Закона № 44-ФЗ начисленные поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанные заказчиком суммы неустоек (штрафов, пеней) в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением в 2015, 2016, 2020 и 2021 годах обязательств, предусмотренных контрактом, подлежат списанию в случаях и порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 № 783 утверждены Правила списания сумм неустоек (штрафов, пеней), начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, предусмотренных контрактом» (далее – Правила № 783).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 10.03.2022 № 340 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 № 783», вступившим в законную силу 12.03.2022, из названия, преамбулы и текста Правил № 783 исключены слова «в 2015, 2016, 2020 и 2021 годах». Таким образом, данные правила распространяются и на 2022 год. Подобный правовой подход соответствует сложившейся судебной практике (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022                                 № 302-ЭС21-25561).

В подпункте «а» пункта 3 Правил № 783 указано, что, если общая сумма начисленных и неуплаченных неустоек (штрафов, пеней) не превышает                             5 процентов цены контракта, заказчик осуществляет списание начисленных и неуплаченных сумм неустоек (штрафов, пеней) за исключением случаев, предусмотренных подпунктами «в» - «д» настоящего пункта

Как разъяснено в пункте 40 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, списание, рассрочка начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю) сумм неустоек (штрафов, пеней) в связи с ненадлежащим исполнением государственного (муниципального) контракта при определенных условиях является именно обязанностью государственного (муниципального) заказчика, поскольку данные действия призваны быть одной из мер поддержки исполнителей по государственным (муниципальным) контрактам.

В соответствии с правовой позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 14.08.2018 № 305-ЭС18-5712, указанный порядок списания начисленных сумм неустоек направлен на установление действительного размера задолженности и урегулирование споров между сторонами.

При рассмотрении исков заказчика о взыскании штрафных санкций по государственному контракту, а также исполнителя о взыскании удержанных заказчиком штрафных санкций по государственному (муниципальному) контракту, суд вправе самостоятельно устанавливать наличие оснований для применения мер государственной поддержки в виде списания неустойки, что согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2018 № 305-ЭС17-23242.

При проверке оснований для списания начисленной истцу неустойки судом установлено, что контракт исполнен истцом в полном объеме, а сумма неустойки не превышает 5 % от цены контракта. Следовательно, у истца возникло право, а у ответчика обязанность по списанию неустойки в порядке, установленном                частью 42.1 статьи 112 Закона № 44-ФЗ и положениями Правил № 783.

Утверждая обратное, ответчик в тексте отзыва на исковое заявление указывал на необходимость доначисления неустойки за период с 08.02.2023 по 22.02.2023 на сумму 107 820 руб. Полагал, что с учетом указанной суммы размер неустойки превысит 5 % и основания для ее списания отпадут.

Оценивая доводы ответчика в указанной части, суд принимает во внимание, что акт сдачи-приемки выполненных работ от 07.02.2023 № 1 действительно подписан ответчиком 22.02.2023. Вместе с тем дать какие-либо пояснения относительно причин неподписания акта в период с 07.02.2023 по 22.02.2023 представитель ответчика не смог.

Суд вынужден не согласиться с позицией ответчика, касаемой срока окончания выполнения работ, поскольку при оценке оснований для привлечения лица к ответственности имеет значение наличие либо отсутствие в его действиях состава гражданского правонарушения.

На момент оформления акта – 07.02.2023 истцом заявлено о фактическом выполнении работ, то есть на указанную дату выполненные истцом работы имели потребительскую ценности. 

Доказательства наличия в полученной документации недостатков, несоответствий  и/или дефектов работ, а также их устранения истцом в период с 07.02.2023 по 22.02.2023 в материалы дела не представлены. Установить, чем именно была вызвана такая длительная приемка работ, в ходе рассмотрения дела не представилось возможным.

Поскольку основанием для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности является факт ненадлежащего исполнения им своих обязательств, суд считает, что применительно к периоду с 07.02.2023 по 22.02.2023 наличие ненадлежащего исполнения обязательств со стороны истца материалами дела не подтверждено. Следовательно, оснований для взимания с истца неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору за данный период не имеется.

Суд также отмечает противоречивость поведения ответчика по вопросу начисления неустойки. Так, в претензии от 16.06.2023 № 01-363 ответчик ссылался на нарушение срока выполнения работ и начислял неустойку за период с 25.07.2022 по 07.02.2023, то есть фактически подтверждал дату окончания работ 07.02.2023, а не 22.02.2023, как это заявлено в рамках рассмотрения спора.

При установленных обстоятельствах оценка наличия оснований для списания неустойки применительно к Правилам № 783 производится судом исходя из размера неустойки  889 515 руб.

Материалами дела подтверждается, что несмотря на неоднократные обращения истца ответчик свою обязанность по списанию неустойки не исполнил.

.Принимая во внимание тот факт, что начисленная истцу неустойка за нарушение срока выполнения работ по контракту в размере 889 515 руб. удержана из общей стоимости работ, указанная сумма квалифицируется судом как задолженность ответчика перед истцом. 

До настоящего времени данная задолженность ответчиком не погашена, что свидетельствует об обоснованности требований истца в части ее взыскания.

Как следует из материалов дела, истцом также заявлено о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты работ по контракту от 26.11.2021 с учетом того, что обязательство по выполнению работ исполнено истцом 07.02.2023, а оплата поступила только 30.05.2023.

Поскольку материалами дела подтверждается факт нарушения ответчиком сроков оплаты работ, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика неустойки.

Доказательства того, что нарушение срока оплаты выполненных работ по контракту произошло вследствие непреодолимой силы или по вине истца, в материалы дела не представлены.

Утверждая обратное, в ходе рассмотрения дела ответчик ссылался на финансирование работ из средств целевых субсидий из бюджета Камчатского края, перечисление которых на счет ответчика от его воли не зависело. Считал, что его вина в несвоевременном исполнении обязательств по оплате отсутствовала. 

Суд вынужден не согласиться с указанной позицией, поскольку организационно-правовая форма и способ финансирования ответчика не освобождают его от гражданско-правовой ответственности в виде взыскания неустойки за просрочку в оплате выполненных работ (статья 401 ГК РФ). 

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 № 21 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в случае предъявления кредитором требования о применении к учреждению мер ответственности за нарушение денежного обязательства суду при применении статьи 401 ГК РФ необходимо иметь в виду, что отсутствие у учреждения находящихся в его распоряжении денежных средств само по себе нельзя расценивать как принятие им всех мер для надлежащего исполнения обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота. Поэтому недофинансирование учреждения со стороны собственника его имущества само по себе не может служить обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии вины учреждения, и, следовательно, основанием для освобождения его от ответственности на основании пункта 1 статьи 401 ГК РФ (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Гражданское законодательство основывается на принципе равенства участников регулируемых им отношений. Нормы, регламентирующие бюджетное финансирование, не освобождают должника от исполнения обязательств, возникающих из гражданских правоотношений. Наличие в контракте положений о его финансировании, в том числе, за счет средств бюджета, не исключает обязанности заказчика по оплате выполненных подрядчиком работ. При этом между сторонами заключен двусторонний договор (контракт), которым не предусмотрено исполнение обязанностей заказчиком в зависимости от поступления средств, и заказчик вне зависимости от факта получения бюджетных средств несет самостоятельную ответственность по своим обязательствам.

Следовательно, оснований для выводов об отсутствии вины ответчика в нарушении срока исполнения обязательств по оплате у суда не имеется.

Признаков злоупотребления истцом правом, предусмотренных статьей  10 ГК РФ, судом в ходе рассмотрения дела установлено не было.

Согласно статье 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Судом установлено, что размер неустойки согласован сторонами при заключении контракта в добровольном порядке.

 Так, в пункте 5.7 контракта предусмотрено право подрядчика требовать от заказчика уплату пени за каждый день просрочки исполнения заказчиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от неуплаченной в срок суммы.

На основании указанного положения контракта и в соответствии с представленным расчетом истец просит взыскать с ответчика пеню в размере                    300 997,5 руб. за период с 25.03.2023 по 30.05.2023 и в размере 12 675,59 руб. за период с 31.05.2023 по 26.07.2023.

Представленные расчеты пени судом проверены, являются правильными.

Ответчик расчеты пени не оспаривал, контррасчеты пени суду не представил.

Заявлений о снижении размера пени от ответчика не поступило, доказательства несоразмерности пени последствиям нарушения обязательств в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Рассматривая вопрос о распределении судебных расходов, суд исходит из того, что в соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам относятся расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде, в том числе расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей).

Из системного толкования статьи 110 АПК РФ следует, что судебные расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются с другого лица, участвующего в деле, и в тех случаях, когда это лицо освобождено от уплаты государственной пошлины.

Право на возмещение судебных расходов возникает при условии фактического несения стороной затрат, связанных с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 10 постановления от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1) разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В обоснование требования о взыскании судебных расходов истцом представлен договор на оказание юридических услуг от 13.06.2023, согласно которому ООО «Юридическое бюро «Советникъ» приняло на себя обязательства оказать услуги по представлению интересов истца о взыскании с ответчика задолженности и неустойки в связи с выполнением работ по контракту от 27.11.2021.

Стоимость услуг представителя определена сторонами в размере 30 000 руб. и оплачена истцом представителю согласно платежному поручению от 27.07.2023 № 545.

Таким образом, заявленные ко взысканию стороной расходы на оплату услуг представителя  подтверждены документально. 

Анализируя наличие причинно-следственной связи между бездействием  ответчика и расходами истца, суд приходит к выводу о том, что защита нарушенного права истца в арбитражном суде напрямую взаимосвязана с понесенными представительскими расходами. При этом суд считает, что избежать понесенных расходов без ущерба для своих экономических интересов истец не мог.

Поскольку часть 2 статьи 110 АПК РФ не устанавливает критерии определения размеров расходов на оплату услуг представителя, суд, исследуя вопрос о соответствии размера понесенных расходов объему  выполненных услуг по договору на оказание юридических услуг, исходит из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В пунктах 12-13 указанного постановления разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2          статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно Рекомендациям по применению критериев сложности споров, рассматриваемых в арбитражных судах Российской Федерации, направленным информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.2014 № 167, споры, вытекающие из договоров подряда, отнесены к категории сложных. 

При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя суд принимает во внимание фактически оказанные представителем услуги, учитывает характер спора, в связи с чем считает  достаточным и разумным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб. Указанная сумма соответствует минимальным размерам гонорара (вознаграждения) за правовую помощь, оказываемую адвокатами Адвокатской палаты Камчатского края, утвержденным решением Совета Адвокатской палаты Камчатского края от 19.10.2022 (протокол № 247). 

Исходя из имеющихся в деле доказательств явно неразумный (чрезмерный) характер заявленных ко взысканию затрат на оплату услуг представителя судом не усматривается.

            С учетом указанных обстоятельств заявление о взыскании судебных расходов подлежит удовлетворению в полном объеме.

В связи с удовлетворением заявленных требований в силу положений           статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины также относятся судом на ответчика. 

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

решил:

Взыскать с краевого государственного унитарного предприятия «Камчатский водоканал» в пользу общества с ограниченной ответственностью творческая архитектурно-проектная мастерская «Саратовархпроект» 889 515 (восемьсот восемьдесят девять тысяч пятьсот пятнадцать) рублей задолженности, 313 762 (триста тринадцать тысяч семьсот шестьдесят два) рубля 04 копейки пени, 30 000 (тридцать тысяч) рублей судебных расходов на оплату услуг представителя и 25 032 (двадцать пять тысяч тридцать два) рубля расходов по уплате государственной пошлины, всего 1 258 309 (один миллион двести пятьдесят восемь тысяч триста девять) рублей 04 копейки.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

 

Судья                                                                                                               Т.А. Арзамазова