ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда

 

19 февраля 2024 года                                                                                               Дело № А65-23979/2020

гор. Самара                                                                                                                                 11АП-21114/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 19 февраля 2024 года. 

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Гадеевой Л.Р.,

судей Машьяновой А.В., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев 05 февраля 2024 года в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2023, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела №А65-23979/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ЖКО «Теплоэнергострой»,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.10.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой». 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.02.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6. 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.06.2021 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2. 

Конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023, заявление удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» по основаниям пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в указанной части приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. ФИО3, ФИО4, ФИО5 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» по основаниям пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. С ФИО3, ФИО4, ФИО5 взысканы солидарно в пользу должника денежные средства в сумме 1 477 616,50 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.06.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 по делу № А65-23979/2020 в части привлечения солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Теплоэнергострой» по основаниям пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» ФИО4, ФИО5 и взыскания солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» с ФИО4, ФИО5 1 477 616,50 руб. отменено. В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2023 заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2023 по делу №А65-23979/2020 отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив заявление конкурсного управляющего. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2023 апелляционная жалоба принята к производству. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

До начала судебного заседания от ФИО5 поступил отзыв, согласно которому он возражает относительно доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Поступившие документы приобщены судом апелляционной жалобы к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы и не явившихся в судебное заседание, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023, заявление удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» по основаниям пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в указанной части приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. ФИО3, ФИО4, ФИО5 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» по основаниям пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. С ФИО3, ФИО4, ФИО5 взысканы солидарно в пользу должника денежные средства в сумме 1 477 616,50 руб. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.06.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023 по делу № А65-23979/2020 в части привлечения солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Теплоэнергострой» по основаниям пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» ФИО4, ФИО5 и взыскания солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» с ФИО4, ФИО5 1 477 616,50 руб. отменено. В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан. В остальной части судебные акты оставлены без изменения.

Отменяя судебные акты в указанной части, суд кассационной инстанции указал на следующее.

При наличии формальных признаков банкротства у кредитора возникает право обратиться в суд заявлением о банкротстве. Однако данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя аналогичной обязанности по обращению в суд.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, предполагающих обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны лица, на которого возложена обязанность принять  решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом,  в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.

Субсидиарная ответственность такого лица ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения сроков, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам), одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве  является наличие обязательств должника, возникших после истечения срока наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника  банкротом.

Судом кассационной инстанции отмечено, что в рассматриваемом случае суды, делая вывод о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а также определяя размер их ответственности, исходили, в том числе,  из наличия у должника неисполненных обязательств перед ресурсоснабжающими организациями, срок исполнения которых наступил после даты, когда контролирующие должника лица должны были обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Из приведенного судом первой инстанции расчета задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, усматривается, что у должника с его контрагентами имелись длящиеся хозяйственные  отношения, возникшие  на основании договоров, заключенных еще до указанной судами  даты объективного банкротства.

В рассматриваемом случае суды фактически отождествили неисполнение должником обязательств по оплате потребленных ресурсов   с моментом возникновения такой обязанности.

Между тем согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения.

Длящиеся обязательства  по договорам, которые предусматривают  периодическое предоставление  услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства,  не являются новыми обязательствами для целей привлечения к ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве, поскольку платежи, в том числе периодические, по таким договорам должник принимает на себя в момент заключения указанных сделок.

При наступлении у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного общества после заключения указанных договоров отсутствует обман контрагентов  путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении общества (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211).

Суды, ошибочно отождествив срок возникновения обязательства со сроком его исполнения,  не установили фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, а именно объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьей 9 Закона о банкротстве.

Без установления и проверки совокупности обозначенных выше обстоятельств выводы судов как о наличии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности, так и о размере их ответственности  нельзя признать в достаточной степени обоснованными и мотивированными, данные выводы являются преждевременными.

При этом судебные акты в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и установления размера его ответственности лицами, участвующими в деле, в кассационном порядке не обжаловались, в связи с чем следует исходить из правовой определенности сторон в указанной части требований.

Указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Суд первой инстанции, выполняя указания суда кассационной инстанции, повторно исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, разрешая настоящий обособленный спор в отмененной части, обоснованно исходил из следующего. 

Как следует из материалов дела, обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО4, конкурсный управляющий ФИО2 указывала на неисполнение указанными лицами обязанности по подаче заявления и признании общества с ограниченной ответственностью ЖКО «Теплоэнергострой» несостоятельным (банкротом). 

В ходе рассмотрения заявления конкурсного управляющего судом первой инстанции установлено, что ФИО4 занимал должность директора Должника в период с 01.04.2003 по 02.04.2017; ФИО7 в период с 03.04.2017 по 19.11.2018 являлся директором.

ФИО8 являлся единственным учредителем должника в период времени с 01.04.2003 по 16.03.2019.

В обоснование заявленных требований в обжалуемой части конкурсный управляющий указывала, что по состоянию на 01.06.2018 кредиторская задолженность имелась перед АО «Татэнерго», МУП «Водоканал» и НО «Фонд ЖКХ РТ», и составляла более 600 000 рублей, период неисполнения указанных обязательств составлял период более трех месяцев. В  последующем  указанная задолженность увеличивалась. 

По мнению конкурсного управляющего, на ФИО5, как на руководителе общества (должника), лежала обязанность по обращению в суд с заявлением не позднее 01.07.2018. На ФИО4, как на единственном учредителе, лежала обязанность по принятию решения об обращении в суд с соответствующим заявлением не позднее 01.08.2018.

В части наличия у должника неисполненных обязательств перед кредиторами   конкурсный управляющий должника указала следующее.

Размер обязательств, возникших в период занятия должности руководителя должника ФИО5, после 01.07.2018 и до возбуждения дела о банкротстве, составляет сумму 27 061 647 (двадцать семь миллионов шестьдесят одна тысяча шестьсот сорок семь) рублей 30 копеек.

Размер обязательств, возникших в период занятия должности  руководителя  должника ФИО4, после 01.08.2018 и по день возбуждения дела о банкротстве, составляет сумму 26 638 509 (двадцать шесть миллионов шестьсот тридцать восемь тысяч пятьсот девять) рублей 50 копеек.

В данный момент в реестр требований кредиторов включено 9 конкурсных кредиторов на общую сумму задолженности 28 683 049 (двадцать миллионов шестьсот восемьдесят три тысячи сорок девять) рублей 90 копеек.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (п. 9 ПП ВС от 21.12.2017 N 53, определение ВС РФ от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801). 

Момент возникновения упомянутой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами (определение ВС РФ от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670(3)).

По смыслу ст. 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение (определения ВС РФ от 21.10.2019 N 305-ЭС19- 9992, от 27.07.2020 N 305-ЭС19-13378(3); п.п. 12, 14 ПП ВС РФ от 21.12.2017 N 53)

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет (определение ВС РФ от 06.07.2017 N 303-ЭС17-2748). В связи с этим, решая вопрос о том, какие обязательства могут быть отнесены к периоду с момента истечения срока на подачу заявления о банкротстве до даты возбуждения дела, на судах лежит задача попредметно проанализировать положенные в основание требований к должнику сделки, принимая во внимание правовую природу соответствующих обязательств, и с учетом этого определять, относится ли возникновение требования к спорному периоду либо нет (определение ВС РФ от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837).

Таким образом, действующее законодательство и судебная практика исходят из того, что при возникновении признаков неплатёжеспособности и (или) недостаточности имущества руководитель обязан незамедлительно обратиться в суд с заявлением о признании общества банкротом. Игнорирование данных признаков, сокрытие их от кредиторов общества и усугубление тяжелого материального положения недопустимы. В противном случае для виновных лиц наступают негативные последствия, предусмотренные Законом о банкротстве.

Судом первой инстанции, на основании представленных в материалы дела конкурсным управляющим документов, установлено, что согласно сведениям картотеки арбитражных дел: стабильно кредиторская задолженность у должника начала образовываться с апреля 2018 года. Однако по данным Бухгалтерского баланса за 2017 год: по результатам деятельности в указанный год организация впервые показала убыток в размере 1 371 000,00 (один миллион триста тридцать одна тысяча) рублей. В последующем, согласно данным Бухгалтерской отчетности, убыточность организации лишь росла: в 2018 году – Должник показал убыток в размере 2 253 000,00 рублей, в 2019 году – 9 756 000,00 рублей, в 2020 году – 10 681 000,00 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.02.2021 в реестр требований кредиторов включено требование АО «Татэнерго» на сумму долга 13 937 390, 41 рубль, 15 897,11 рублей пени, 100 506,00 рублей расходов по оплате государственной пошлины.

Период образования основной суммы задолженности: с 01.05.2018 по 31.03.2020.

Долг возник в рамках неисполнения обязательств по договору теплоснабжения № 0169Т от 01.10.2005, заключенного ФИО4 от имени должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от «21.04.2021 в реестр требований кредиторов включено ООО «УК «ПЖКХ» на 2 017 305,95 рублей – сумму основного долга, 130 020,37 рублей – суммы основного долга.

Период образования задолженности: с 01.01.2019 по 29.02.2020.

Долг возник в рамках договора № 1658047850/1 от «01.01.2019, заключенного ФИО3 от имени должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.05.2021 в реестр требования кредиторов включено требование МУП г. Казани «Водоканал» в общем размере 5 496 468,82 рубля.

Период образования задолженности: с 01.04.2018 по 07.10.2020.

Долг возник в рамках Договора № 10/2114 от 01.06.2005 на отпуск питьевой воды и прием сточных вод, заключенного ФИО4 от имени должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.07.2021 в реестр требований кредиторов включено требование ФИО9, ФИО10, ФИО11 на общую сумму долга 167 600,00 рублей.

Данная сумма задолженности была взыскана с должника решением Московского районного суда г. Казани по делу № 2-95/2021 от 21.01.2021.

Дата причинения имущественного ущерба в результате действий должника – ноябрь 2020 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.09.2021 в реестр требований кредиторов включено требование АО «Татэнерго» на сумму 2 463 043,47 руб. – долга, 79 371,32 руб. – пени, 1 923,81 руб. – расходов по оплате государственной пошлины.

Период образования указанной задолженности: 01.01.2019 по 31.10.2020 по договорам на выполнение работ по установке приборов учета тепловой энергии 2016/ДЗ77/222 от 11.04.2016, 2016/ДЗ77/223 от 11.04.2016, 2016/ДЗ77/224 от 11.04.2016, 2016/ДЗ77/399 от 24.04.2016, 2016/ДЗ77/400 от 24.04.2016, 2016/ДЗ77/401 от 24.04.2016 (Все Договоры от имени должника заключал ФИО4)  С 01.04.2020 по 30.09.2020 по Договору № 0169Т от 01.10.2005.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.09.2021 в реестр требований кредиторов включено требование ООО «Газпром трансгаз Казань» на общую сумму долга 287 061,72 рубля.

Период образования задолженности: с сентября 2019 года по октябрь 2020 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.09.2021 в реестр требований кредиторов включено требование ООО «Ремонтно-печное предприятие» на общую сумму долга 92 015,00 рублей.

Период образования суммы задолженности: с «16.08.2019 по 24.07.2020.

Задолженность возникла в рамках Договора № 285 от 15.08.2019, подписан от имени должника – ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.09.2021 в реестр требований кредиторов включено требование уполномоченного органа на сумму долга 60 283,00 рубля.

Период образования задолженности по налогам и сборам: I и II квартал 2020 года;

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.11.2021 в реестр требований кредиторов включено требование Некоммерческой организации «Фонд Жилищно-коммунального хозяйства РТ» на сумму долга 3 278 576,70 рублей и 445 116,52 процентов за пользование чужими денежными средствами.

Период образования задолженности: с 01.06.2024 по 01.10.2020. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.02.2022 в реестр требований кредиторов включено требование ООО «АК Барс Страхование» на сумму долга 8 530,00 рублей. 

Период образования задолженности: июнь 2019 года.

Долг возник в рамках договора поручения о формировании фонда капитального ремонта от 30.06.2014 № 250.

Таким образом, общим периодом образования сумм задолженностей, включенных в реестр требований кредиторов на данный момент, является период с сентября 2014 года по 01.10.2020.

Сумма основного долга перед Некоммерческой организацией «Фонд ЖКХ РТ» в размере 3 278 576,70 руб. образовалась  в период с 01.12.2017.

Согласно расчету конкурсного управляющего на 01.06.2018 общая сумма задолженности перед кредиторами составляла сумму 1 090 309,97 копеек, период неисполнения обязательств более трех месяцев.

С учетом изложенных обстоятельств, конкурсный управляющий полагал, что у ФИО5 обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании общества ЖКО «Теплоэнергострой» наступила не позднее 01.07.2018.

Суд первой инстанции, оценивая доводы конкурсного управляющего, обоснованно исходил из следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

По правилам абзаца второго пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В первом абзаце пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (абзац второй пункта 9 Постановления N 53).

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу о том, в спорный период у ответчиков  не возникла безусловная обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом).

При этом судом также справедливо учтено, что основным видом деятельности должника являлось управление эксплуатацией жилого фонда, существенная доля кредиторской задолженности приходится на ресурсоснабжающие организации, которые поставляли энергетические ресурсы для оказания коммунальных услуг жителям многоквартирных домов, находящихся в управлении общества.

Судебная коллегия также полагает необходимым отметить, что правоотношения должника по договору с ресурсоснабжающими организациями носили длительный характер и не могли быть прекращены, с учетом положений Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354, и Правил функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 № 530. Ресурсоснабжающие организации, являющиеся на данный момент кредиторами должника, не могли отказаться от исполнения  обязательств  по  заключенным  с  должником  договорам,   конечными получателями услуг которых являлись граждане - собственники и пользователи помещений в многоквартирных домах.

Кроме того, конкурсным управляющим не доказано, что инициирование руководителем должника процедуры банкротства могло бы привести к уменьшению задолженности перед кредиторами - ресурсоснабжающими организациями, позволило бы исключить возникновение задолженности.

При этом как отмечал ФИО5, и не опровергнуто конкурсным управляющим, все денежные средства, полученные от собственников помещений по статьям услуг, направлялись на погашение существующей на тот момент задолженности перед ресурсоснабжающими организациями.

Судом первой инстанции установлено, что согласно данным инвентаризации, проведенной на дату 27.08.2021, общая сумма дебиторской задолженности жителей многоквартирных домов за оказанные им ЖКУ составила сумму  8 884 304,00 рубля.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, на момент рассмотрения данного заявления произошли структурные изменения в сумме текущей задолженности, поскольку организация до 31.05.2022 продолжала обслуживать многоквартирные дома: на данный момент сумма текущей задолженности перед ресурсоснабжающими организациями составляет 11 474 785,00 рублей

Как указано ранее, в определении Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023 отмечено, что в результате совершения должником под руководством ФИО3 сделок, признанных впоследствии судом недействительными, должник утратил денежные средства в общем размере 29 795 914,40 руб.

Судом установлено и это не противоречит материалам дела, что по состоянию на 2018 год у должника возник убыток в размере 2 423 355 рублей, на конец 2019 года возник убыток в размере 9 756 000 рублей.

Вместе с тем судом первой инстанции обоснованно учтено, что данное обстоятельство в целом соответствует специфике деятельности общества. Ситуация, при которой управляющая организация имеет существенную кредиторскую задолженность одновременно с дебиторской задолженностью граждан-потребителей коммунальных услуг, является распространенной для организаций такого профиля, а потому возникновение убытка по итогам 2019 года не являлось обстоятельством, безусловно свидетельствующим о ненадлежащем исполнении ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника. В силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией. Возникновение убытка также обусловлено объективными причинами - управляющие организации не вправе самостоятельно изменять стоимость своих услуг вне зависимости от фактических расходов на содержание жилищного фонда. Указанные обстоятельства не свидетельствует о наступлении объективного банкротства управляющей организации.

Судом первой инстанции также принято во внимание, что прекращение деятельности должника без передачи соответствующих функций иному лицу (наличие которого в спорный период не подтверждено) могло привести к неблагоприятным социальным последствиям. Из материалов дела не усматривается, что инициирование должником процедуры банкротства могло бы повлечь уменьшение его задолженности перед кредиторами, с учетом того, что договоры поставки ресурсов, в том числе с Обществом, носят публичный характер.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции относительно отсутствия признаков недобросовестного и неразумного поведения ответчиков  в части исполнения обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

В части 1 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных статьей 157.2 настоящего Кодекса, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг. Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами.

Согласно части 1.1 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации надлежащее содержание общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме должно осуществляться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, в том числе в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, о техническом регулировании, пожарной безопасности, защите прав потребителей, и должно обеспечивать:

1) соблюдение требований к надежности и безопасности многоквартирного дома;

2) безопасность жизни и здоровья граждан, имущества физических лиц, имущества юридических лиц, государственного и муниципального имущества;

3) доступность пользования помещениями и иным имуществом, входящим в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме;

4) соблюдение прав и законных интересов собственников помещений в многоквартирном доме, а также иных лиц;

5) постоянную готовность инженерных коммуникаций, приборов учета и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к осуществлению поставок ресурсов, необходимых для предоставления коммунальных услуг гражданам, проживающим в многоквартирном доме, в соответствии с правилами предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домах, установленными Правительством Российской Федерации.

В отношении доводов о ненадлежащей организации работы по взысканию дебиторской задолженности судебная коллегия отмечает, что деятельность должника, связанная с управлением многоквартирными домами, обуславливает то обстоятельство, что его основным активом является дебиторская задолженность, зачастую в существенном размере.

Ведение претензионной и исковой работы в отношении лиц, не исполнивших обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги, предусмотренную жилищным законодательством Российской Федерации, включено в стандарты управления многоквартирным домом, что отражено в пятом абзаце подпункта "ж" пункта 4 Правил осуществления деятельности по управлению многоквартирными домами, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 15.05.2013 N 416.

Дебиторская задолженность проинвентаризирована конкурсным управляющим и включена в конкурсную массу, может быть взыскана с дебиторов или реализована на торгах.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Кроме того, указанные доводы направлены на переоценку установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и принятых им доказательств.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционная жалоба содержит доводы, не опровергающие выводы суда первой инстанции, доводы жалобы направлены на их переоценку с целью установления иных обстоятельств, которые опровергаются материалами дела. В этой связи, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обжалуемое определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. 

В соответствии соложениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в настоящем случае не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2023 по делу №А65-23979/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           Л.Р. Гадеева

 

Судьи                                                                                                          А.В. Машьянова  

 

Г.О. Попова