ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-1059/2021-16

12 августа 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     30 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  12 августа 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей  А.Ю.Слоневской, И.В.Юркова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.С.Беляевой,

 

при участии:

от ООО «Колорпринт»: ФИО1, представитель по доверенности от 24.05.2024, 

от ООО «Термопринт»: ФИО2, представитель по доверенности от 23.12.2021, 

 

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-9449/2024) конкурсного управляющего ООО «ТермоПринт» на определение Арбитражного суда Калининградской области от 07.02.2024 по делу № А21-1059/2021/-16 (судья Ефименко С.Г.), принятое

 

по заявлению конкурсного управляющего ООО «ТермоПринт» 

к ООО «Колорпринт» 

о признании недействительной сделкой, применении последствий недействительности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТермоПринт»,  

 

установил:

Определением Арбитражного суда Калининградской области от 23.03.2021 в отношении ООО «Термопринт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 236022, 

<

...>, литер III, М; далее – должник) введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО3. 

Решением от 14.12.2021 ООО «Термопринт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

В рамках процедуры конкурсного производства 29.12.2022 конкурсный управляющий обратилась с заявлением (с учетом уточнения) о признании недействительной сделкой агентского договора от 10.01.2012 № 01-2012, заключенного с ООО «Колорпринт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 236000, 

<

...>; далее – ответчик) и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в размере 8 737 990,95 руб., в том числе 5 829 315,70 руб. удержанного агентом за период с 31.01.2012 по 31.07.2020 агентского вознаграждения и 2 908 675,25 руб. задолженности за реализованный агентом в указанный период товар.

Конкурсный управляющий просил также прекратить денежные обязательства ООО «Термопринт» перед ООО «Колорпринт» в размере 2 233 339,75 руб., включенные в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Калининградской области от 27.02.2023 по делу № А21-1059-7/2021, исключить требования из реестра требований кредиторов.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Определением от 07.02.2024 в удовлетворении заявления отказано, как в связи с пропуском срока исковой давности, так и в связи с отсутствием у сделки признаков мнимой сделки.

Конкурсный управляющий обратилась с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции от 07.02.2024, которое просит отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявление конкурсного управляющего в полном объеме.

В обоснование жалобы конкурсный управляющий сослался на то, что суд первой инстанции не учел преюдициальный судебный акт, которым была установлена мнимость агентского договора – постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.12.2023 по делу №А21-1059-7/2021, принятое по обособленному спору о включении требований ООО «Колорпринт» в реестр требований кредиторов по этому же агентскому договору; аналогичные обстоятельства рассматривались в рамках дела №А21-7572/2020 по иску ООО «Колорпринт» к ООО «Термопринт» о взыскании задолженности по агентскому договору (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.03.2023). Податель жалобы указывает на то, что вышеуказанными судебными актами также установлена аффилированность ООО «Колорпринт» по отношению к должнику, что также не было учтено судом первой инстанции. Довод об аффилированности был положен в основу доводов о мнимости агентского договора, который в действительности ответчиком не исполнялся и использовался для перераспределения денежных потоков внутри группы компаний, оптимизации налоговой нагрузки. Кроме того, согласно доводам жалобы, заинтересованность ответчика имеет значение для установления цели причинения вреда правам кредиторов должника в результате совершения спорной сделки и признать ее недействительной по основанию, указанному в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Конкурсный управляющий настаивает на мнимости агентского договора, поскольку действительность договоров поставки и их исполнение не исключает мнимости договора комиссии, который был заключен лишь для вида, в то время как всю деятельность по привлечению покупателей и рекламе продукции, заключению и ведению сделок с покупателями осуществлял сам должник. Мнимость договора комиссии, по мнению конкурсного управляющего, подтверждается следующими обстоятельствами: посреднические договоры использовались для перераспределения выручки и в отношениях с другими аффилированными должнику компаниями, при этом, вступившим в законную силу судебным актом был признан мнимым агентский договор, заключенный между должником и ООО «Оропринт», которое как и ответчик подконтрольно ФИО5; сторонами создан фиктивный документооборот об исполнении агентского договора, в котором имелись недостоверные сведения о счете должника, который был открыт спустя три года после подготовки отчета ответчика – 26.03.2015, и иные технические опечатки ответчика, которые свидетельствовали о подготовке документов «задним» числом; ответчиком занижены реальные объемы реализации продукции должника в представленных отчетах агента, которые не превышают 4% от суммы оплат, полученных от контрагентов, что было направлено также на перераспределение денежных потоков; отсутствие исполнения по агентскому договору, поскольку все мероприятия по поиску контрагентов, продвижению товаров и реализации продукции осуществлялись самим должником, ООО «Колорпринт» выступало лишь формальным продавцом товаров с целью получения и удержания выручки от реализации товаров должника в рамках перераспределения денежных потоков внутри группы компаний; порядка половины контрагентов, закупающих продукцию через ответчика, имели прямые контракты с должником, при этом, реализация товара одновременно и напрямую, и через агента не имела экономического смысла для должника; должник своими силами осуществлял привлечение клиентов и сопровождал исполнение сделок с покупателями; отсутствовало фактическое движение товаров от должника к ответчику, должник и ответчик имели общие складские помещения, должник самостоятельно отгружал товары непосредственно покупателям; правоотношения должника и ответчика не отвечали критериям отношений по агентскому договору. По утверждению подателя жалобы, перечисленные дефекты выходят за пределы дефектов подозрительной сделки, предусмотренной пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Согласно доводам жалобы, выводы суда первой инстанции об отсутствии в материалах дела доказательств удержания ООО «Колорпринт» денежных средств опровергаются материалами дела – выписками по счетам последнего, книгами продаж ООО «ТермоПринт», при этом сумму 8 737 990,95 руб. – это та сумма, которая подтверждается представленными ответчиком отчетами агента; контррасчет ответчиком не был представлен, тогда как доводы о перечислении ООО «Колорпринт» в пользу должника 66 298 117,97 руб. не подтверждаются материалами дела.

 Кроме того, конкурсный управляющий считает, что агентский договор недействителен по специальным основаниям Закона о банкротстве (пункта 2 статьи 61.2 Закона): сделки совершены в трехлетний период подозрительности (удержание оплат и занижение объемов реализации имели место в период с 31.03.2018 по 2020 год); действиями по исполнению сделки причинен вред; цель причинения вреда подтверждается безвозмездностью сделки, заинтересованностью ответчика по отношению к должнику, наличием признаков неплатёжеспособности, искажением данных бухгалтерской отчетности; осведомленность ответчика подтверждается как его заинтересованностью по отношению к должнику, так и самим характером спорной сделки и обстоятельствами ее «исполнения».

Не согласен конкурсный управляющий и с выводом суда о пропуске срока исковой давности, поскольку обстоятельства сделки стали известны ему только после передачи документации по акту от 26.04.2022; выписки по счетам были истребованы судом и поступили в материалы дела в марте-мае 2022 года.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик, выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что заявленная конкурсным управляющим сумма в качестве применения правовых последствий недействительности сделки документально не подтверждена и не доказана. Ответчик обращает внимание на то, что конкурсный управляющий при рассмотрении дела в суде первой инстанции специальные основания недействительности сделки не заявлял. По утверждению ответчика, размер агентского вознаграждения за 2017 – 2020 годы составил 62 269,09 руб., а сама сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности. Ответчик указывает на то, что в настоящее время конкурсный управляющий подконтролен иностранным компаниям из недружественных стран, преследующих единственную цель – разорение компании-резидента Российской Федерации.

В возражениях на отзыв конкурсный управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.07.2024 ввиду нахождения в отпуске судей Бурденкова Д.В. и Сотова И.В. и невозможностью их участия судебном заседании, в порядке предусмотренном пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, произведена замена судей Бурденкова Д.В. и Сотова И.В. на судей Юркова И.В. и Слоневскую А.Ю.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд считает, что имеются основания для его отмены.

Как следует из материалов дела, 10.01.2012 между ООО «Колорпринт» (Агент) и ООО «Термопринт» (Принципал) заключен агентский договор №01-2012 (далее – договор), согласно условиям которого принципал обязался передать агенту товары согласно ассортиментному перечню товаров, продаваемых принципалом, а агент, в соответствии с указанием принципала, обязался принимать, хранить и реализовывать товары на условиях договора. По условиям пункта 1.2 агентского договора агент также принял на себя обязательства по исследованию местного рынка товара, поиску потребителей товара, распространению рекламных материалов по товару, представлению интересов принципала на местном рынке.

Согласно пункту 3.5 договора, Принципал обязался реализовывать товары на оговоренной сторонами территории через Агента и не заключать договоры на поставку товаров напрямую с любым другим потребителем, за исключением случаев, если согласие на такую поставку предоставляется Агентом.

Для выполнения определенных договором поручений Агент заключает от своего имени договоры с покупателями товаров. При этом Агент контролирует своевременность поставки товаров покупателям и получения от покупателей денежных средств за поставленные товары.

В разделе 5 договора размер комиссионного вознаграждения зависит от суммы фактически реализованных Агентом товаров за отчетный период в размере, который согласовывается сторонами в протоколе согласования агентского вознаграждения (приложение №1). Конкретный размер вознаграждения за отчетный период определяется сторонами не позднее трех дней с момента получения принципалом отчета агента о проделанной за отчетный период работе.

Ежеквартально агентом и принципалом подписывается акт состояния взаиморасчетов (пункты 4.4, 5.4 договора).

Согласно пункту 5.2 агентского договора, оплата по указанному договору должна производиться принципалом в течение 3-х месяцев с момента принятия принципалом отчета агента.

Ссылаясь на то, что договор комиссии заключен между аффилированными лицами с целью создания формального основания для перечисления внутри группы компаний денежных средств, сумма которых существенно превышает стоимость товара, реализованного Обществом по договору, конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании указанного договора недействительным на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления, указав, что представленными в материалы настоящего обособленного спора товарными накладными за 2018-2020 годы об отгрузке товаров от должника к ответчику, и соответственно товарными накладными об отгрузке товаров от ответчика конечным покупателям, подтверждается реальность взаимоотношений сторон по исполнению договора. Кроме того, банковские перечисления ответчиком в пользу должника вырученных от реализации товаров денежных средств, нельзя признать формальным документооборотом.

Кроме того, суд первой инстанции по заявлению ответчика применил к заявлению срок исковой давности, который счел истекшим на дату обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением.

Суд апелляционной инстанции считает указанный вывод суда первой инстанции ошибочным и не учитывающим фактические обстоятельства дела.

 В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

В рассматриваемом случае апелляционный суд считает, что группой взаимосвязанных заинтересованных лиц совершалось перераспределение денежных потоков и финансирование ООО «Колорпринт». Агентский договор лишь повлек дополнительные неоправданные расходы в виде вознаграждения агента. 

В силу положений, содержащихся в пункте 1 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции, группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким, предусмотренным подпунктами 1 - 9 указанного пункта, признакам.

Факт аффилированности сторон установлен судебными актами в деле о банкротстве, согласно которым на дату заключения оспариваемого договора единственным участником и генеральным директором должника являлась ФИО6, супругом которой является ФИО7.

Единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «Колорпринт» являлся ФИО5.

ФИО7 и ФИО5 являлись участниками должника: ФИО5 в период с 2009 года по февраль 2010 года, ФИО7 - с февраля по ноябрь 2010 года, передав затем долю своей супруге - ФИО6

Кроме того, определением арбитражного суда от 06.10.2022 в рамках обособленного спора № А21-1059-11/2021 установлено, что ООО «Колорпринт» входит в одну группу компаний с ООО «Мегапринт» (ИНН 

<

***>), ООО «Топ Снаб» (ИНН 

<

***>), ООО «ТермоПринт-Москва» (ИНН 

<

***>) и ООО «ОРОпринт» (ИНН 

<

***>), учредителем и единственным руководителем которого является ФИО5

О наличии корпоративной связи и фактической аффилированности свидетельствуют также поручительства ООО «Колорпринт», ООО «Мегапринт», ФИО5 и его супруги ФИО8 по обязательствам Общества.

Таким образом, стороны агентского договора являются аффилированными лицами, что не было учтено судом первой инстанции при оценке сделки.

При этом, как верно указано подателем жалобы, исполнение должником договоров поставки со своими контрагентами не влечет вывод о реальности агентского договора, доказательства выполнения работ по которому в материалы дела не представлены.

Так, в подтверждение факта выполнения работ по договору ответчиком представлены отчеты за 2012, 2013, 2014 годы, содержание реквизиты банковского счета должника, открытого только 26.03.2015. 

Как установлено конкурсным управляющим, все мероприятия по поиску контрагентов, продвижению товаров и реализации продукции осуществлялись самим должником, ООО «Колорпринт» выступало лишь формальным продавцом товаров с целью получения и удержания выручки от реализации товаров должника в рамках перераспределения денежных потоков внутри группы компаний.

При этом, одновременное заключение с одними и теми же контрагентами договоров со стороны должника и агента – ООО «Колорпринт» является, как минимум, нелогичным и нетипичным поведением в хозяйственном обороте, и как максимум, вступает в противоречие с пунктом 3.5 агентского договора.

Единственной задачей агента по договору фактически являлось поиск потребителей товара и распространению рекламных материалов по товару. Между тем, данные функции выполнял должник, что подтверждается тем, что должник являлся администратором сайта www.termo-print.com, на котором была размещена информация о продукции, ее стоимости, а также история создания должника и особенностях технологии производства продукции. Указанный сайт был размещен на хостинге MasterHost (ООО «Мастерхост», ИНН 

<

***>), услуги хостинга оплачиваются самим должником. Согласно выписке по расчетному счету, должник в 2016 году принимал участие в выставке и оплачивал свое участие и изготовление выставочных стендов. Ответчик не обращался к должнику с требованиями о компенсации рекламных расходов.

Таким образом, какие-либо доказательства продвижения товара должника его агентом в материалы дела не представлены.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о мнимости правоотношений сторон по договору комиссии. Стороны указанного договора на самом деле не имели намерения исполнять сделку еще на этапе заключения договора, учитывая, тот факт, что у должника отсутствовала экономическая целесообразность заключения агентского договора.

Мнимость агентского договора соответственно влечет мнимость платежей должника, совершенных во исполнение указанного договора.

При этом, суд первой инстанции, делая вывод о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, не учел, что агентский договор оспаривался как мнимая сделка (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), то есть является ничтожным, в связи с чем срок исковой давности по его оспариванию составляет три года и конкурсным управляющим не пропущен.

Тем более, как верно указано конкурсным управляющим, ранее даты передачи документации должника – 26.04.2022 конкурсный управляющий не мог знать об обстоятельствах сделки, а ранее поступления в материалы дела выписок по счетам ответчика – в марте-мае 2022 года конкурсный управляющий не был осведомлен об объеме поступивших на его счет денежных средств от контрагентов и размере удержанных средств.

Более того, согласно разъяснениям пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», которые применимы к делам о банкротстве при оспаривании сделок между аффилированными лицами, в случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. 

Таким образом, с учетом аффилированности сторон сделки, которые контролировались бенефициаром должника, одновременно являющегося руководителем ответчика, трехлетний срок исковой давности по сделке подлежит исчислению не ранее даты открытия процедуры конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего и также связан со вторым критерием течения срока – осведомленности конкурсного управляющего о наличии сделки и об основаниях ее недействительности. 

При таких обстоятельствах, апелляционный суд, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о наличии оснований для признания агентского договора недействительным на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и взыскания в порядке применения правовых последствий недействительности сделки с ответчика в пользу должника 8 737 990,95 руб., представляющих собой: 2 908 675,25 руб. – сумма удержанных и не возвращенных должнику оплат от покупателей в соответствии с отчетами агента, 5 829 315,70 руб. – сумма удержанного ответчиком агентского вознаграждения в соответствии с отчетами агента.

Вывод суда первой инстанции о том, что в ходе исполнения условий агентского договора ООО «Колорпринт» перечислило должнику 66 298 117,97 руб. не подтверждается материалами дела, а их возврат, даже в случае перечисления указанной суммы в качестве транзита ответчиком платежей поставщиков за товар должника, будет противоречит положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении.

Кроме того, суд апелляционной инстанции соглашается с доводом конкурсного управляющего о наличии у агентского договора признаков недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд в соответствии с частью 1 статьи 133, частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств, установленных в процессе рассмотрения дела, самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению.

Таким образом, суд не связан при оценке сделки основанием, заявленным конкурсным управляющим.

В рассматриваемом случае платежи и удержания ответчиком имели место в пределах трехлетнего период подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, притом, что сам агентский договор имеет признаки его подготовки «задним» числом.

На момент удержания ответчиком оспариваемых платежей должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку должником не были исполнены обязательства перед иностранной компанией «UPM Raflatac Oy», требование которой включено в реестр требований кредиторов должника, и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица при отсутствии встречного предоставления, что свидетельствует о наличии у сторон сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов Общества и причинении такого вреда.

При этом, стороны сделки входят в одну группу юридических лиц и являются фактически аффилированными по отношению друг к другу.

При указанных обстоятельствах, поскольку при заключении оспариваемого договора его стороны преследовали цель перераспределения выручки внутри группы компаний, апелляционный суд пришел к выводу о недействительности указанной сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Требование конкурсного управляющего в части прекращения денежных обязательств ООО «Термопринт» перед ООО «Колорпринт» в размере 2 233 339,75 руб., включенных в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Калининградской области от 27.02.2023 по делу № А21-1059-7/2021, и исключении требования из реестра требований кредиторов подлежит оставлению без рассмотрения, поскольку не может быть рассмотрено в рамках настоящего обособленного спора.

Конкурсный управляющий вправе пересмотреть судебные акты по делу № А21-1059-7/2021 либо в порядке главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, либо обратиться с соответствующим заявлением об исключении требования из реестра в порядке статьи 60 Закона о банкротстве.

Определение суда первой инстанции следует отменить, с принятием нового судебного акта об удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований.

Судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 п. 2, 270 ч. 1 п. 4, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 07.02.2024 отменить.

Принять новый судебный акт.

Признать недействительными агентский договор и действия по его исполнению. 

В порядке применения последствий недействительности сделки взыскать с ООО «Колорпринт» в пользу ООО «ТермоПринт» 8737990 руб. 95 коп.

Взыскать с  ООО «Колорпринт» в пользу ООО «ТермоПринт» 9000 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной  жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

А.Ю. Слоневская

 

 И.В. Юрков