АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-407/21 

Екатеринбург

29 августа 2022 г.

Дело № А60-19055/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Тихоновского Ф.И., Оденцовой Ю.А., 

при ведении протокола помощником судьи Песковой Ю.В. с использованием системы веб-конференции рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2021 по делу № А60-19055/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие:

представитель общества с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» – ФИО1 (доверенность от 10.09.2021);

представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 02.02.2021);

представитель ФИО2 – ФИО5 (доверенность от 16.02.2022). 

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа принял участие представитель акционерного общества «Свердловской агентство ипотечного жилищного кредитования» – ФИО6 (доверенность от 10.01.2022 № 4). 

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2021 общество с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» (далее – общество «Диарт-Урал», должник)  признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника утвержден ФИО7 (далее – конкурсный управляющий ФИО7). 

В Арбитражный суд Свердловской области 04.12.2020 поступило заявление управляющего о признании сделок, заключенных с ФИО8, ФИО17, ФИО9, ФИО10, ФИО3, недействительными и применении последствий недействительности сделок, в частности:

- договор участия в долевом строительстве № 4/2/8-92 от 14.10.2013, оформленного на ФИО8;

- договор участия в долевом строительстве № 2/2/8-73 от 18.05.2015, № 1/4/4-153 от 09.09.2013, оформленные на имя ФИО17;

- договор участия в долевом строительстве № 4/2/10-101 от 23.08.2013, № 2/2/10-80 от 09.04.2014, оформленные на ФИО9;

- договор участия в долевом строительстве № 1/1/10-42 от 23.01.2014, заключенный на имя ФИО10;

- договор участия в долевом строительстве № 1/2/1-5 от 10.01.2014, заключенный на имя ФИО3

В порядке статьи 51  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены – акционерное общество «Свердловской агентство ипотечного жилищного кредитования», ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 о признании недействительными договоров участия в долевом строительстве, заключенных обществом «Диарт-Урал» с ФИО8, ФИО17, ФИО9, ФИО10, ФИО3, отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 определение суда первой инстанции от 14.07.2021 оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий ФИО1, управляющий) и ФИО2 (далее – ФИО2) обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами. 

Конкурсный управляющий ФИО1 в кассационной жалобы просит суд кассационной инстанции отменить определение суда первой инстанции от 14.07.2021 и постановление апелляционного суда от 02.06.2022 по тому же делу. 

Заявитель кассационной жалобы пояснил, что судами обеих инстанций не дана правовая оценку доводу о заинтересованности должника с ФИО8, ФИО10, ФИО3, которые обладали возможность фиктивные документы с целью сокрытия реальных фактических обстоятельств. К рассматриваемому спору судами первой и апелляционной инстанции не применен повышенный стандарт доказывания. Податель жалобы указывает на то, что семья М-ных имела непосредственное отношение к конечным бенефициарам общества «Диарт-Урал», которые были осведомлены о финансовом состоянии компании и являлись фактическими приобретателями, выведенных активов должника. Управляющий в кассационной жалобе обращает внимание на то, что незадолго до внесения М-ными денежных средств общество «Диарт-Урал» вывело денежных средства на подконтрольные семье М-ных общества «Интеграл» и «СУ Урал-Развитие».  Ссылаясь на совокупность фактических обстоятельств по оформлению документов по внесению оплаты по договорам участия в долевом строительстве, заявитель кассационной жалобы утверждает, что оформление документов происходило бесконтрольно, с искажением фактов о хозяйственной деятельности, следовательно, касательно документов, представленных М-ными, должна действовать презумпция недостоверности доказательств. Данные доказательства не могут быть отнесены судом к относимым доказательствам. Судами обеих инстанций не учтены выводы решения Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 21.12..2020 по гражданскому делу № 2-3997/2020, в котором установлены обстоятельства недобросовестного поведения ФИО9, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора. Податель кассационной жалобы указал, что смена застройщик не должна влиять на итоговое решение, поскольку реституция возможна в денежном эквиваленте. Суд апелляционной инстанции не применил положения статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

ФИО2 в кассационной жалобе просит суд округа отменить определение суда первой инстанции от 14.07.2021 и постановление апелляционного суда от 02.06.2022 и направить обособленный спор на новое рассмотрение в арбитражный суд. 

Заявитель кассационной жалобы указывает на несоответствие выводов судов представленным в материалы дела доказательствам. Так, судами обеих инстанций не учтено соглашение от июля 2013, где между главными бенефициарами должника ФИО8 и ФИО17, согласно которому реализовалась схема заключения фиктивных договоров долевого участия. Выводы судов о реальности договоров долевого участия с ответчиками противоречат вышеуказанному соглашению. Податель жалобы отмечает, что судами первой и апелляционной инстанции не применены положения статьи 19  Закона о банкротстве семьи М-ных по отношению к должнику. Судами неверно дана оценка постановлению от 09.05.2019 о прекращении уголовного дела; статус ФИО8 в качестве контролирующего лица должника установлен в постановлении апелляционного суда от 23.03.2021. Наличие  заинтересованности ответчиков по отношению к должнику предусматривает применение повышенного стандарта доказывания. Заявитель кассационной жалобы ссылается на наличие основания для признания оспариваемых сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, отмечая противоправное поведения ответчиков: кроме того, ответчиками не доказана финансовая возможность заключения с должником договоров долевого участия. Апелляционным судом неполном объеме исследованы обстоятельства спора и необходимости отмены приняты судебных решения по данному спору. По мнению заявителя кассационной жалобы, наделение акционерного общества «САИЖК» статусом застройщика не повлечет защиту прав кредиторов,  

Законность и обоснованность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами обеих инстанций, общество «Диарт-Урал» являлось застройщиком жилых домов №№ 1- 5 по генеральному плану в границах ул. Спутников - Авиаторов - Ракетная в Октябрьском р-не г. Екатеринбурга (жилой комплекс «Кольцовский дворик»), на основании разрешения на строительство, выданного 15.08.2013 Администрацией г. Екатеринбурга и договора аренды земельного участка с кадастровым номером 66:41:0000000:453, заключенного 05.06.2013 должником и Министерством по управлению государственным имуществом Свердловской области.

Обществом «Диарт-Урал» заключены среди прочих следующие договоры участия в долевом строительстве:

- № 4/2/8-92 от 14.10.2013 с ФИО8,

- № 2/2/8-73 от 18.05.2015 с ФИО17,

- № 1/4/4-153 от 09.09.2013 с ФИО17,

- № 4/2/10-101 от 23.08.2013 с ФИО9,

- № 2/2/10-80 от 09.04.2014 с ФИО9,

- № 1/1/10-42 от 23.01.2014 ФИО10,

- № 1/2/1-5 от 10.01.2014 ФИО3.

  Ссылаясь на то, что оспариваемые сделки заключены безвозмездно, без встречного предоставления со стороны ответчиков, что повлекло за собой неплатежеспособность должника, указывая на то, что семья М-ных являясь заинтересованными лицами, преследовало с должником цель вывода имущества из общества «Диарт-Урал» с помощью схемы вывода активов из конкурсной массы с оформлением договоров на родственников и созданием видимости оплаты квартир и причинения вреда кредиторам, управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что оспариваемые договоры участия в долевом строительстве заключены разные даты с 2013 по 2015 гг., а настоящее дело о банкротстве возбуждено 16.06.2020, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), что делает невозможным проверку действительности данной сделки применительно к обозначенному специальному основанию, предусмотренному Законом о банкротстве; суды обеих инстанций исходили из того, что вышеуказанные договоры могут быть оспорены по общим нормам гражданского законодательства, также заявленным управляющим в качестве правового основания, и признание таких сделок недействительными (ничтожными) по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только при доказанности материалами дела наличия у них пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводам о недоказанности материалами дела наличия в данном случае всей совокупности необходимых и достаточных условий для признания оспариваемой сделки недействительности (ничтожности) по основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, исходя из данных обстоятельств, отказали в удовлетворении требований управляющего.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Таким образом, в подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Судами обеих инстанций установлено, что между должником и ФИО8 от 06.09.2013 заключен договор участия в долевом строительстве № 4/2/8-92, по условиям которого договора застройщик обязался в предусмотренный договором срок выполнить работы по строительству дома, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, в восточной части кадастрового района Екатеринбургский, в границах улиц Спутников-Авиаторов-Ракетная в Октябрьском районе г. Екатеринбург и после ввода его в эксплантацию передать в собственность участнику объект – двухкомнатную квартиру № 92, общей площадью 55,62 кв. м.

Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 14.10.2013 за номером 66-66-01/467/2013-450.

Далее между должником и ФИО8 16.03.2016 подписано соглашение о расторжении договора участия в долевом строительстве № 4/2/8-92 от 06.09.2013. С момента государственной регистрации данного соглашения прекращается участие участника в строительстве дома, застройщик в свою очередь обязан осуществить возврат уплаченных участником денежных средств. Соглашение зарегистрировано в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 30.03.2016 за номером 66-66/001-66/001/606/2016-713/2.

Обществом «Диарт-Урал» и ФИО8 05.04.2016 заключен договор участия в долевом строительстве № 4/2/8-92. Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 14.04.2016 за номером 66-66/001-66/001 /602/2016-1434/1.

Должником, ФИО8 и обществом «САИЖК» 04.03.2019 заключено соглашение о намерениях по передаче функций застройщика по договору участия в долевом строительстве № 4/2/8-92 от 05.04.2016.

ФИО8 и обществом «САИЖК» 21.02.2020 подписано соглашение к договору участия в долевом строительстве № 4/2/8-92 от 05.04.2016, согласно которому общество «САИЖК» (новый застройщик) с согласия участника принимает на себя права и обязанности общества «Диарт-Урал».

ФИО8 и обществом «САИЖК» 16.07.2020 подписан акт прима-передачи квартиры к договору участия в долевом строительстве № 4/2/8-92 от 05.04.2016 и зарегистрировано право собственности за ФИО8 в Управлении Федеральной службы кадастра и картографии по Свердловской области 09.12.2020 № 66:41:0612078:802-66/199/2020-1.

На аналогичных условиях заключены договоры участия в долевом строительстве между должником и ФИО10, ФИО3, ФИО17, ФИО9 

ФИО17 передал права требования по договору участия в долевом строительстве № 2/2/8-73 от 18.05.2015 на основании договора об уступке права от 11.03.2020 ФИО15, а ФИО9 права требования по договору участия в долевом строительстве № 4/2/10-101 от 23.08.2016 на основании договору уступки права требования от 16.12.2016 передал ФИО11 

Проверяя основания для признания оспариваемых договоров мнимыми, судами обеих инстанций дана правовая оценка представленным в качестве оплаты переданных по договорам квартир копии квитанций к приходно-кассовым ордерам, кассовые чеки, справки о произведенных платежах, выданных обществом «Диарт-Урал».

Руководствуясь положениями статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и в соответствии с пунктом 4.1 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У, судом первой инстанции определением от 28.05.2021 истребованы кассовые книги должника за ноябрь 2013, за июль, август, октябрь 2014, за февраль 2016, по результатам полученных сведений судом первой инстанции заключено, что факт внесения ответчиками денежных средств в кассу должника нашел отражение в кассовых книгах. 

Помимо этого судом первой инстанции приняты во внимания фактические обстоятельства, установленные в рамках обособленного спора о признании недействительными сделок с ФИО18 и ФИО19, из которых следовало, что общество «Диарт-Урал» имело на даты заключения спорных договоров зарегистрированную в налоговых органах контрольно-кассовую технику. 

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, проверив квитанции к приходному кассовому ордеру, кассовые чеки и договоры на наличие/отсутствие пороков формы и не обнаружив их, пришел к выводу о том, что вышеуказанные доказательства подтверждают факт поступления наличных денежных средств в кассу должника. 

Судами обеих инстанций проверены доводы о наличии заинтересованности ответчиков к должнику.

Так, судом первой инстанции по ходатайству управляющего истребованы из органов ЗАГСа сведения о родственниках ФИО9 (участника долевого строительства) и его полного тески; кроме того, апелляционным судом также сделаны соответствующие запросы в Управление ЗАГСа по Свердловской области, в нотариальные палаты Свердловской области, Курганской области и Красноярского края, в Управлении Росреестра по Свердловской области в отношении ФИО17, ФИО17, ФИО20, ФИО8, ФИО3, ФИО8, ФИО10, ФИО9, в связи с чем суды первой и апелляционной инстанций неоднократно откладывали судебные заседания.  

Проанализировав представленные сведены, суды первой и апелляционной инстанций заключили, что договор долевого участия от 09.09.2013 № 1/4/4-153 заключен должником с ФИО16, к которому управляющий не предъявил каких-либо требований; кроме того, на утверждение конкурсного управляющего ФИО7 о том, что договор долевого строительства от 09.04.2014 № 2/2/10-80 заключен с ФИО9 (партнером и главным юристом ФИО8) суд первой инстанции установил, что названный договор заключен с гражданином, являющийся полной тезкой ФИО9, какую-либо  заинтересованность ответчиков по отношению к должнику суды не усмотрели.   

Документального подтверждения участия ответчиков в схеме оборота денежных средств материалы обособленного спора не содержат. 

Учитывая изложенные, установленные судами обстоятельства, по результатам исследования и оценки доказательств по делу, установив, что ответчиками в подтверждение оплаты по спорным договорам представлены как оригиналы, так и копии квитанций к приходно-кассовым ордерам, кассовые чеки, справки о произведенных платежах, выданных обществом «Диарт-Урал», исходя из того, что представленные в квитанции к приходному кассовому ордеру и кассовые чеки подтверждают поступление наличных денежных средств в кассу должника, так как на них имеется подпись генерального директора должника и печать организации, причем по запросу суда подтверждено наличие у должника соответствующей контрольно-кассовой техники, номер которой указан в представленных копиях кассовых чеков, а также, приняв во внимание, что указанные документы и договоры участия в долевом строительстве, содержат, в том числе, печать организации, и в кассовых книгах общества «Диарт-Урал» и при таких обстоятельствах отсутствие сведений об отражении получения этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности должника может быть вызвано, в частности, ненадлежащим исполнением соответствующих обязанностей должностным лицом должника, ввиду чего безусловно не свидетельствует о невнесении денежной суммы в кассу должника, суды пришли к выводу, что представленными в материалы дела доказательствами надлежащим образом и в полном объеме подтверждается осуществление оплат по договорам участия в долевом строительстве, при том, что о фальсификации представленных в дело документов не заявлено, а критическое отношение к ним конкурсного управляющего и кредитора при недоказанности аффилированности ответчиков с должником не является достаточным основанием для признания таких представленных документов ненадлежащими доказательствами.

Исходя из изложенного, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, оценив в совокупности спорные договоры долевого участия в строительстве и последующую уступку прав требований по ним и не выявив обстоятельств того, что данные сделки являлись способом вывода активов должника, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всех необходимых и достаточных обстоятельств, являющихся основанием для признания оспариваемых сделок недействительными, ввиду чего отказали в удовлетворении заявленных требований.

Ссылки заявителей на то, что судам надлежало дать оценку спорным договорам как цепочке взаимосвязанных сделок, судом округа отклоняются как несостоятельные, при том, что судами рассмотрены требования о признании сделок недействительными по существу, и соответствующие договоры долевого участия в строительстве и последующая (более, чем через три года) уступка прав требований по ним оценены в совокупности, проанализированы обстоятельства совершения данных сделок, между тем, по результатам исследования и оценки материалов дела, исходя из конкретных обстоятельств дела, проанализировав все представленные доказательства оплаты по спорным договорам, суды признали недоказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме, что данные сделки, оплата по которым в достаточной степени подтверждена документальными доказательствами, направлены на вывод активов должника, ввиду чего не усмотрели в данном случае обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорных сделок по заявленным основаниям.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы подателей кассационных жалоб об аффилированности ответчиков по отношению к должнику судом кассационной инстанции отвергаются, поскольку судами не установлены доказательства наличия признаков заинтересованности применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве. 

Коллегия судей отмечает, что с учетом правового основания оспаривания по статье 10 и 168 Гражданского Кодекса Российской Федерации, именно на заявителе лежит обязанность по представлению доказательств очевидной ничтожности оспариваемых договоров. Судебное вмешательство в таком случае обусловлено достижением цели пресечения неблагоприятных последствий заведомо недобросовестного поведения участников сделки, восстановления прав кредиторов даже за пределами периодов оспаривания установленных главой 3.1 Закона о банкротстве.

Однако в рассматриваемом случае такого рода доказательства судам не представлены. Новый застройщик общество «САИЖК», осуществившее передачу спорных квартир, возражений против законности договоров не заявляет, право на получение квартир ответчиками не оспаривает. С момента заключения договоров и проведения расчетов прошел значительный период времени. Квартиры переданы покупателям для заселения. Каким образом оспаривание договоров с гражданами уже получившими свои квартиры обеспечит реальное восстановления прав кредиторов первоначального застройщика, при том, что реституция по сделкам не заявлена, судам убедительным образом не пояснено.   

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

В связи с тем, что определением арбитражного суда от  15.07.2022 управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, а судом округа обжалуемый судебный акт оставлен без изменения, с общества «Диарт-Урал»  в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по кассационной жалобе в размере, установленном в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2021 по делу № А60-19055/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать общества с ограниченной ответственностью «Диарт-Урал» в доход федерального бюджета 3000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий

           С.Н. Соловцов 

Судьи Ф.И. Тихоновский 

                                                                   Ю.А. Оденцова