АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-16735/2022

Дело № А65-22603/2017

г. Казань

26 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 апреля 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В., 

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при участии представителей:

конкурсного управляющего акционерным обществом «Анкор Банк Сбережений» государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО1, доверенность от 08.04.2022,

ФИО2 – ФИО3, доверенность от 17.01.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.11.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2022 

по делу № А65-22603/2017

по заявлению акционерного общества «Анкор Банк Сбережений» о привлечении ФИО2, ФИО5 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Катхимпром», г. Нижнекамск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.08.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Катхимпром» (далее – должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

Акционерное общество «Анкор Банк Сбережений» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Банк) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о привлечении солидарно ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 5 610 432,05 руб. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.11.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2022, заявленные требования удовлетворены. ФИО5 и ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. С ФИО5 и ФИО2 в пользу должника взыскано солидарно 5 610 432,05 руб.

В кассационной жалобе ФИО2 просит принятые по обособленному спору судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, мотивируя неправильным применением судами норм материального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Заявитель жалобы указывает, что Банк имел возможность получить удовлетворение по кредитному договору за счет заложенного имущества, но не обращался в службу судебных приставов. Также ФИО2 ссылается на то, что обязательства должника возникли задолго до факта участия ФИО2 в организации, а Банк не указал срок возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве в суд и обязательства, которые возникли после этой даты.

Судебные акты в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 лицами, участвующими в деле, в кассационном порядке не обжалуются, в связи с чем следует исходить из правовой определенности сторон в указанной части требований.

В судебном заседании 19.04.2022 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) был объявлен перерыв до 16 ч. 00 мин. 21.04.2022. Информация о перерыве размещена на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» Арбитражного суда Поволжского округа. После перерыва судебное заседание продолжено в том же судебном составе.

Проверив законность принятых судебных актов в обжалуемой части в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции находит их в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскания с него солидарно 5 610 432,05 руб. подлежащими отмене, с направлением обособленного спора в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции, исходя из следующего.

Как установлено судами, согласно выписке из ЕГРЮЛ до возбуждения дела о банкротстве ФИО5 являлся генеральным директором должника, ФИО2 – единственным участником должника.

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности Банк ссылался на неисполнение им обязанности с даты вступления в силу 30.07.2017 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) созвать заседание участников должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, а также на неисполнение обязанности по передаче ФИО2 бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему должником.

При разрешении спора суды исходили из того, что должником не были исполнены обязательства перед Банком по договору кредитной линии от 28.02.2011 № 17/11ю/1, в соответствии с которым Банк открыл должнику кредитную линию на срок до 31.08.2017 на общую сумму 20 000 000 руб. под 11,5% годовых, установив, что должником последняя уплата процентов за пользование кредитом произведена 02.05.2012 в размере 172 324,78 руб., а последнее погашение задолженности по основному долгу произведено 27.08.2012 в размере 281 690,14 руб. Кроме того, в период с 30.03.2012 по 30.11.2015 погашение задолженности по кредиту производилось ФИО6, который в период с 12.03.2007 по 24.04.2015 являлся учредителем должника с долей в уставном капитале 50% и принимал решение об одобрении кредитного договора. 

Также суды установили, что должник прекратил исполнять свои обязательства перед Федеральной налоговой службой (далее – уполномоченный орган) по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование, ФОМС – с 4 квартала 2011 года, по налогам – с 1 квартала 2012 года, в связи с чем уполномоченный орган 25.07.2017 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Удовлетворяя заявленные требования в отношении ФИО2, суды указали, что он обладал 100% доли в уставном капитале должника, и обязан был потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника в целях принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно было быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.

Также суды установили, что 22.11.2018 Арбитражным судом Республики Татарстан было удовлетворено заявление арбитражного управляющего об истребовании у бывшего руководителя должника документации, которая до настоящего времени не передана. 

Суды указали, что неисполнение ФИО2 обязанности по передаче документов должника, подтверждающих его активы, а также обязанности по передаче документов должника, в том числе по передаче первичных документов о дебиторской задолженности привело к тому, что управляющим должником в ходе конкурсного производства не могли быть проведены мероприятия конкурсного производства, направленные на взыскание с третьих лиц задолженности перед должником, а также не могли быть проведены мероприятия по реализации с торгов прав требований к третьим лицам (мероприятия по продаже дебиторской задолженности), что, соответственно, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Определяя размер ответственности, суды исходили из того, что в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов (Банка и уполномоченного органа) в общем размере 5 610 432,05 руб.

Между тем при разрешении спора судами не принято во внимание следующее.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Из представленной в материалы дела выписке из ЕГРЮЛ следует, что ФИО2 стал участником должника 06.04.2015.

Действующий в указанный период пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ не возлагал на иных лиц (помимо непосредственного руководителя) обязанности по обращению или инициированию процесса обращения в суд с заявлением должника о банкротстве.

Положений, обязывающих участников хозяйственного общества созывать собрание для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принимать такое решение, а также предусматривающих возможность привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в случае несовершения названных действий Закон о банкротстве в прежней редакции (подлежащей применению в настоящем случае) не содержал.

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом была введена Законом № 266-ФЗ, вступившим в силу 30.07.2017.

Таким образом, у ФИО2, как у участника должника, обязанность инициировать созыв внеочередного общего собрания участников должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, возникла только с 30.07.2017.

Однако, как установлено судами, уполномоченный орган уже 25.07.2017 обратился в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Вместе с тем, в материалах дела имеется копия решения единственного участника должника от 17.09.2015 № 3, согласно которому единственный учредитель ФИО2 постановил освободить от занимаемой должности директора должника ФИО5 и назначил директором должника ФИО2

Пунктами 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных названной статьей, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Таким образом, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы (пункт 2 практики применения положений законодательства о банкротстве Судебной коллегии по экономическим спорам Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Однако при разрешении спора суды не установили, когда у ФИО2, как у директора должника, возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также размер обязательств должника, возникших после этого дня.

Привлекая ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему документации должника, обязанность по передаче которой была установлена определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2018, суды не приняли во внимание следующее. 

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве также закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации.

Вопреки выводам судов сам факт неисполнения руководителем должника обязанности по передаче документов не является безусловным основанием для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Указанные в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документации должника-банкрота представляют собой презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота.

В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Однако признаки презумпции не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Само по себе абстрактное указание затруднения конкурсного управляющего при формировании конкурсной массы должника не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Учитывая экстраординарный характер субсидиарной ответственности, то есть то, что она является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов (пункт 1 постановления Пленума № 53), истец не может быть освобожден от бремени обоснования своего иска в той степени, в которой такое обоснование ему доступно.

В спорном случае суды, удовлетворяя требования Банка, исходили из того, что неисполнение ФИО2 обязанности по представлению документов должника, подтверждающих его активы, повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Однако существенные для разрешения вопроса обстоятельства о наличии причинно-следственной связи между непередачей документов и невозможностью формирования конкурсной массы судами не исследованы.

Судами не исследован баланс должника и не установлено, какие активы имелись у должника по состоянию на дату признания должника банкротом и в предшествующий банкротству период, а также не установлено, непередача каких именно документов существенно затруднила проведение процедуры банкротства и формирование конкурсной массы.

При этом следует отметить, что в случае привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника за непередачу документов, повлекшую невозможность формирования конкурсной массы, при отсутствии иных виновных действий, размер ответственности должен быть ограничен стоимостью имевшегося у должника имущества, за счет которого и происходит формирование конкурсной массы.

В связи с этим суду необходимо было выяснить, в каком размере могла быть сформирована конкурсная масса за счет имущества должника.

При таких обстоятельствах суд округа считает, что судами не полностью исследованы обстоятельства, имеющие значение для дела, что могло привести к принятию неправильного решения.

Поскольку арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, согласно части 2 статьи 287 АПК РФ не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении, то судебные акты в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскания с него в пользу должника денежных средств в размере 5 610 432,05 руб. подлежат отмене в связи с неполным выяснением существенных для дела обстоятельств, а спор – передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.11.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2022 по делу № А65-22603/2017 в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Катхимпром» и взыскания с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Катхимпром» 5 610 432,05 руб. солидарно отменить, обособленный спор в указанной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва

 

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова

 

                                                                                              В.А. Моисеев