ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

20.03.2023

Дело № А40-55120/20

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14.03.2023

Полный текст постановления изготовлен  20.03.2023

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Зверевой Е.А.

судей   Мысака Н.Я., Зеньковой Е.Л.

при участии в судебном заседании:             

от ООО "Альциона" – ФИО1 по дов. от 20.12.2022 на 1 год, ФИО2 по дов. от 11.05.2022 на 2 года,

от ФИО4 – ФИО3 по дов. от 19.01.2023,

от ФИО4 – ФИО5 по дов. от 16.07.2020 на 3 года,

от Лебедя П.Н. – ФИО6 по дов. от 02.03.2023 на 3 года,

рассмотрев 14.03.2023 в судебном заседании кассационные  жалобы

АО "Тимер Банк", ООО "Альциона"

на определение от 03.10.2022

Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 08.12.2022

Девятого арбитражного апелляционного суда

об отказе в удовлетворении заявления кредиторов о привлечении к

субсидиарной ответственности и взыскании убытков

в деле о несостоятельности (банкротстве) АО "Тетлис" 

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках деле о несостоятельности (банкротстве) АО "Тетлис"  определением Арбитражного суда г. Москвы от 03.10.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  08.12.2022, отказано в удовлетворении заявления кредиторов о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании убытков.

Не согласившись с судебными актами, АО "Тимер Банк", ООО "Альциона"  обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, указав на неправильное применение судами норм права, а также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 13.03.2023 произведена замена судьи Дербенева А.А. на судью Зенькову Е.Л.

До начала судебного заседания в материалы дела поступили письменные отзывы на кассационные жалобы от ФИО4, ФИО4 с просьбой отказать в удовлетворении жалоб.

В судебном заседании Арбитражного суда Московского округа представители ООО "Альциона"  поддержали доводы жалобы, представители  ФИО4, ФИО4, Лебедя П.Н. против удовлетворения кассационных жалоб возражали.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационных жалоб и отзывов на них, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как установлено судами, а также усматривается из материалов дела, в Арбитражный суд города Москвы поступили заявления к ФИО4:

ПАО Сбербанк о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам АО "Тетлис", о взыскании убытков в размере 10 455 000,00 руб. 

АО "Тимер Банк" о взыскании убытков. 

Отказывая в удовлетворении указанного заявления, суды установили, что генеральным директором должника с 20.03.2020 по 13.08.2021 являлся ФИО4. При этом, ФИО4 был назначен руководителем должника за неделю до возбуждения производства по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) должника:

20.03.2020 г. - дата назначения ФИО4 руководителем должника;

27.03.2020 г. - дата возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника (определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.03.2020 г. по делу № А40-55120/2020).

В свою очередь, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, в период с 24.05.2018 г. до 20.03.2020 г. руководителем должника являлся ФИО7 (ИНН 

<

***>). ФИО7 привлечен к участию в деле в качестве соответчика (определение суда от 09.02.2022 года).

ПАО Сбербанк, АО "Тимер банк" вменяли в вину ФИО4 не передачу конкурсному управляющему документации и товарно-материальных ценностей. 

Исследовав представленные доказательства, суды пришли к выводу о том, что Лебедем П.Н. обязанность по передаче документации и товарно-материальных ценностей должника исполнена.

Относительно довода ПАО "Сбербанк" о том,  что ФИО4 уклонился от передачи конкурсному управляющему товарно-материальных ценностей и бухгалтерской документации должника, судом первой инстанции установлено, что в материалы настоящего обособленного спора представлены доказательства передачи ФИО4 конкурсному управляющему должника бухгалтерской документации и имущества должника, а вступившим в законную силу судебным актом по настоящему делу (определение Арбитражного суда г. Москвы от 14.06.2022 г. по делу № А40-55120/2020), имеющим преюдициальное значение для разрешения настоящего спора (ч. 2 ст. 69 АПК РФ), установлен факт надлежащего исполнения ФИО4 обязанности по передаче конкурсному управляющему должника бухгалтерской и иной документации должника, а также имущества должника, к которому относятся и товарно-материальные ценности.

Относительно доводов АО "Тимер Банк" о наличии оснований для взыскания убытков судом первой инстанции установлено следующее.

Определением Арбитражного суда  г. Москвы от 09.04.2021 г. по делу № А40-55120/2020 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование АО "Тимер Банк" в размере 120 099 940,28 руб., с учетом п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве, как обеспеченное залогом имущества должника по договору о залоге № ДОКВЮ/0014/19-5 от 18.11.2019 г. (далее - договор залога): металлопродукция (арматура, катанка, квадрат, лист, полоса, рулон, труба из стали, уголок, швеллер), находящаяся в обороте, залоговой стоимостью 120 000 000 руб.

Согласно доводам АО "Тимер-Банк", изложенным в его заявлении, основанием для взыскания убытков с ФИО4 (бывшего руководителя должника) является то, что, по мнению АО "Тимер Банк", ФИО4 являясь руководителем должника, в нарушение требований абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве не передал конкурсному управляющему должника заложенное в пользу АО "Тимер Банк" имущество на общую сумму 88 380 000 руб. В обоснование своего довода о том, что бывший руководитель должника ФИО4 передал конкурсному управляющему имущество (металлопродукция), находящееся в залоге у банка по договору залога № ДОКВЮ/0014/19-5 от 18.11.2019 г., только лишь на сумму 31 620 000 руб., Банк ссылается на Положение о порядке реализации имущества АО "Тетлис" (металлопродукция), утвержденное на собрании кредиторов 23.12.2021 г. (Том 36 стр. 40).

Согласно п. 2.1 и п. 2.1 Положения о порядке реализации имущества должника, предметом торгов является принадлежащее должнику металлопродукция в общем объеме 930 тонн по начальной цене в размере 31 620 000 руб., из расчета 34 000 руб. за одну тонну.

В соответствии с п. 1 ст. 130 Закон о банкротстве арбитражный управляющий привлекает оценщика для определения стоимости имущества должника и производит оплату его услуг за счет имущества должника в случаях, предусмотренных Законом о банкротстве. 

В силу абз. 2 п. 2 ст. 131 Закона о банкротстве в составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога.

Однако, стоимость имущества (металлопродукция) должника, находящегося в залоге, в объеме 930 тонн определена в Положении о порядке реализации без проведения оценки. 

Более того, стоимость имущества (металлопродукции) определена исходя из стоимости одной тонны, в то время как такое имущество включает в себя различные виды металлопродукции, отличающиеся между собой по стоимости, что указывает на некорректность и несоответствие действительности определенной конкурсным управляющим стоимости переданного ему имущества в размере 31 620 000 руб., из расчета 34 000 руб. за одну тонну (930 тонн).

Соответственно, довод АО "Тимер Банк" о том, что ФИО4 передал конкурсному управляющему должника залоговое имущество (металлопродукция в объеме 930 тонн) лишь на сумму 31 620 000 руб. без надлежащей оценки является необоснованным, не соответствует действительности и не подтвержден надлежащими доказательствами, так как АО "Тимер Банк" не представило каких-либо надлежащих доказательств, подтверждающих, что реальная и действительная стоимость такого залогового имущества составляет только лишь 31 620 000 руб.

При таких обстоятельствах суды посчитали, что довод АО "Тимер Банк" о том, что должнику причинены убытки в результате бездействия ФИО4, выразившегося в не передаче конкурсному управляющему залогового имущества должника, не соответствует действительности, так как ФИО4 осуществил передачу конкурсному управляющему имущества должника, в том числе и металлопродукции (товаров в обороте), обремененных залогом в пользу АО "Тимер Банк", что подтверждается материалами дела и судебным актом, принятым по настоящему делу, имеющим преюдициальное значение при разрешении данного обособленного спора.

Кроме того, как указывает должник, до признания его несостоятельным (банкротом), он, будучи коммерческой организацией активно осуществлял торговую деятельность по реализации имеющейся у него металлопродукции, в том числе и после заключения договора залога № ДОКВЮ/0014/19-5 от 18.11.2019 г. Вся имевшаяся первичная бухгалтерская документация, подтверждающая реализацию должником в соответствующий период металлопродукции, в том числе и обремененных залогом в пользу АО "Тимер Банк" товаров в обороте, передана конкурсному управляющему должника, что подтверждается Определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.06.2022 г. по делу № А40-55120/2020 и представленными в материалы настоящего спора актами приема-передачи документов.

Более того, осуществление должником в 2019 г. реализации имевшейся у него продукции (товаров) подтверждаются в частности и вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.03.2022 г. по делу № А40-55123/2020, которым отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ЗАО "Стальинтекс" о признании недействительными сделками перечисление денежных средств от ЗАО "Стальинтекс" в пользу АО "Тетлис" по договору поставки металлопроката № 645/76 от 04.07.2012 г. в размере 468 278 259 руб. 16 коп. за период с 28.10.2019 г. по 21.01.2020 г., в котором арбитражный суд установил, что АО "Тетлис" исполнило свою обязанность по передаче товара, предусмотренного договором, что подтверждается универсальными передаточными документами.

В материалы дела ФИО4 представлены универсальные передаточные документы, которые дополнительно подтверждают, что должник в период с 18.11.2019 г. по 31.12.2019 г. поставил ЗАО "Стальинтекс" металлопродукцию (арматура, катанка, квадрат, лист, полоса, рулон, труба из стали, уголок, швеллер) на общую сумму 305 687 673 руб. Вся документация передана конкурсному управляющему должника.

Таким образом, АО "Тимер Банк" не представило надлежащих доказательств, подтверждающих причинение убытков должнику именно в результате действий (бездействий) ФИО4

Субсидиарная ответственность представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности юридического лица и экстраординарный механизм защиты нарушенных прав кредиторов, истец по такому иску не должен ограничиваться исключительно доводами или минимальным набором косвенных доказательств виновности контролирующих лиц. 

Не любое сомнение в намерении причинить вред кредитору (даже подтвержденное косвенными доказательствами) должно толковаться против ответчика. 

Такие сомнения должны с помощью согласующихся между собой доказательств ясно и убедительно подтверждать противоправность действий (решений) контролирующих лиц во вред кредитору.

Бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом на истца (пункты 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ). 

Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. 

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. 

И напротив,  отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. 

При его применении не может быть проигнорирована сущность конструкции юридического лица, предполагающая имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность (статьи 48, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпорации и иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой дискреции при принятии (согласовании) управленческих решений в сфере бизнеса. 

В то же время контролирующие и действующие с ними совместно лица не вправе злоупотреблять привилегиями, которые предоставляет возможность ведения бизнеса через юридическое лицо, намеренно причиняя вред независимым участникам оборота (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии со статьей 6 ФЗ "О бухгалтерском учете" ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Согласно статье 17 указанного Закона организации обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами  организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет.

Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации.

Как указали суды, руководителем должника указанная обязанность исполнена. По крайней мере, доказательства иного в материалы дела представлены.

В случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) или иными контролирующими должника лицами, гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения (пункт 1 статьи 61.13 Закона о банкротстве).

В соответствии  с п. 2 вышеуказанной статьи, если заявление должника подано должником в арбитражный суд при наличии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме либо должник не принял меры по оспариванию необоснованных требований заявителя или предъявленных кредиторами требований в деле о банкротстве, должник, руководитель должника и иные контролирующие должника лица.

В силу ч. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте  1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в случае нарушения обязанности, предусмотренной пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Так, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Для наступления ответственности, установленной правилами названных статей, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей, (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер причиненных убытков.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

С учетом вышеизложенного, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления ассоциации строителей.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов судами были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

Приведенные в кассационных жалобах доводы не опровергают правильность выводов судов, сводятся к необходимости дать иную оценку представленным по делу доказательствам, следовательно, касаются фактической стороны спора, доказательственной базы по делу.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 03.10.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2022 по делу № А40-55120/2020 оставить без изменения, кассационные  жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                    Е.А. Зверева  

Судьи                                                                                                 Н.Я. Мысак 

                                                                                                                     Е.Л. Зенькова