АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, г. Омск, 644024; тел./факс (3812) 31-56-51/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

№ дела

А46-3130/2023

31 августа 2023 года

город Омск

 

Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 24 августа 2023 года, полный текст решения изготовлен 31 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Омской области в составе судьи Малыгиной Е.В.,                                 при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО2 (ИНН 

<

***>) к ФИО3 (ИНН 

<

***>), при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «БИА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО4, ФИО5, об исключении участника общества,

в заседании суда приняли участие:

от истца – ФИО6 по доверенности от 06.07.2022, личность удостоверена паспортом РФ;

от ответчика – ФИО7 по доверенности от 26.10.2021, личность удостоверена паспортом РФ;

от ООО «БИА» – ФИО6 по доверенности от 05.07.2022, личность удостоверена паспортом РФ; ФИО8 по доверенности от 05.07.2020, личность удостоверена паспортом РФ;

от ФИО4 –  ФИО9 по доверенности от 23.06.2023, личность удостоверена удостоверением адвоката;

от ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 05.07.2022, личность удостоверена паспортом РФ;

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее - ФИО2, истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3  (далее - ФИО3, ответчик) об исключении ФИО3 из состава участников общества.

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.02.2022 указанное исковое заявление принято к производству, дело назначено к рассмотрению на 06.04.2023.

Одновременно с исковым заявлением в порядке статей 90, 91 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом подано заявление о принятии обеспечительных мер в виде: - наложения ареста на долю, принадлежащую ФИО3, в размере 44% от уставного капитала ООО «БИА»; - запрета ФИО3 совершать любые сделки (по отчуждению, залогу, передаче в управление, а равно любые сделки создающие возможность лишения на нее собственности ответчика) доли (части доли) в размере 44% от уставного капитала ООО «БИА» (так в заявлении); - запрета Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 12 по Омской области (далее - Межрайонная ИФНС № 12 по Омской области) совершать регистрационные действия в отношении сделок с долей (частью доли), принадлежащей ФИО3, в размере 44% от уставного капитала ООО «БИА», до вступления в законную силу решения суда по вышеуказанному спору.

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.02.2022 заявление ФИО2 о принятии обеспечительных мер удовлетворено: наложен арест на долю, принадлежащую ФИО3 в размере 44% от уставного капитала ООО «БИА»; ФИО3 запрещено совершать любые сделки (по отчуждению, залогу, передаче в управление, а равно любые сделки создающие возможность лишения ее прав на долю (часть доли) в размере 44% от уставного капитала ООО «БИА». Межрайонной ИФНС № 12 по Омской области запрещено совершать регистрационные действия в отношении сделок с долей (частью доли), принадлежащей ФИО3, в размере 44% от уставного капитала ООО «БИА». Меры, направленные на обеспечение иска, приняты до вступления в законную силу итогового судебного акта по делу № А46-3130/2023.

21.03.2023 через систему подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» от ООО «БИА» поступил отзыв на исковое заявление.

Определением Арбитражного суда Омской области от 06.04.2023, дело назначено  к судебному разбирательству в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции на 22.05.2023.

ФИО2 в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предложено заблаговременно представить суду и заблаговременно направить в адрес ответчика подробный финансовый анализ за период с 17.11.2015 по 08.06.2022, т.е. за период, когда ФИО3 занимала должность единоличного исполнительного органа ООО «БИА», с указанием наличия дебиторской и кредиторской задолженности на начальную и конечную дату; представить письменные пояснения по доводам отзыва и раскрыть перед судом родственные связи участников и работников ООО «БИА».

ООО «БИА» предложено в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представить суду сведения и письменные доказательства, на основании какой деятельности общество на протяжении всего периода деятельности с момента создания получает прибыль (в том числе финансовая отчетность в ФНС).

ФИО3 предложено в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представить суду дополнительные письменные пояснения, в том числе представить письменные доказательства относительно высказанных доводов в судебном заседании 06.04.2023 (аудиопротокол).  

Кроме того, ФИО3 предложено представить свой подробный финансовый анализ за период с 17.11.2015 по 08.06.2022, т.е. за период, когда она занимала должность единоличного исполнительного органа ООО «БИА», с указанием наличия дебиторской и кредиторской задолженности на начальную и конечную дату; раскрыть перед судом родственные связи участников и работников ООО «БИА».

В судебном заседании, состоявшемся 22.05.2023, представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме, представил возражения на отзыв ответчика.

Представитель ответчика в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявил ходатайство о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО4 (ФИО4), ФИО5 (ФИО5) в порядке статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ходатайствовал о вызове свидетеля - ФИО10 М-ны.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права; каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (пункт 2 статьи 65, пункты 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При определении того, какие факты, указанные сторонами, имеют юридическое значение для дела и имеется ли необходимость в истребовании доказательств или представлении дополнительных доказательств, суд должен руководствоваться нормами права, которые регулируют спорные правоотношения (пункт 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству», далее - Постановление № 65).

В соответствии с положениями части 4 статьи 15 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом судебные приказы, решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными; при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Рассмотрение дела в отсутствие необходимых доказательств по делу и без выяснения дополнительных обстоятельств, подлежащих установлению в рамках предмета спора, не может быть признано соответствующим целям эффективного правосудия, такое рассмотрение приведет к принятию неправильного по существу судебного акта.

Суд указал, что в случае совершения сделок, направленных на вывод активов, подобные действия могут быть расценены как грубое нарушение участником обязанностей.

При этом в предмет доказывания по данной категории дел входят следующие обстоятельства:

- факт обладания 10% участия в обществе участником или консолидированными участниками;

- доказательства грубого нарушения участником обязанностей либо совершения действий (бездействия), делающих невозможной деятельность общества или существенно затрудняющих ее;

- факт совершения сделок по выводу активов общества;

Бремя доказывания распределяется следующим образом:

- истец должен доказать не только факт неисполнения обязанностей, но и его грубый характер, и вину нарушителя,

- ответчик - опровергнуть указанные обстоятельства относимыми и допустимыми доказательствами.

Иные обстоятельства подлежат доказыванию в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от Арбитражного суда Омской области от 22.05.2023 суд, руководствуясь статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о необходимости привлечения к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5. Кроме того, суд, в порядке части 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, удовлетворил ходатайство ответчика о вызове и допросе свидетеля ФИО10 М-ны для дачи пояснений по делу, судебное заседание отложено на 27.06.2023

16.06.2023 в материалы дела от ФИО10 поступило ходатайство об отложении судебного заседания с приложением электронных билетов.

В судебном заседании, состоявшемся 27.06.2023, от ответчика поступили дополнительные документы, от истца дополнительные пояснения с учетом представленных ответчиком документов.

Суд приобщил представленные сторонами документы к материалам дела.

Определением от Арбитражного суда Омской области от 27.06.2023 для обеспечения явки свидетеля ФИО10 в судебное заседание, а также в связи с удовлетворением ходатайства ФИО4 об отложении заседания для ознакомления с материалами дела, судебное заседание отложено до 07.07.2023.

05.07.2023 посредством электронного сервиса «Мой арбитр» от ФИО4 поступил отзыв на исковое заявление, который приобщен к материалам дела.

В судебном заседании, состоявшемся 07.07.2023, от истца представлены возражения по документам (в копиях), представленных ответчиком в качестве доказательств,  а также перечень вопросов свидетелю ФИО10; от ФИО4 поступило ходатайство о приобщении дополнительных доказательств.

Суд приобщил представленные сторонами документы к материалам дела.

В порядке части 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом в качестве свидетеля допрошена ФИО10, которая в соответствии с частью 4 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показани, а также за отказ или уклонение от дачи показаний, предусмотренной статьями 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем отобрана соответствующая расписка.

Свидетель ФИО10 пояснила, что она работала финансовым консультантом в ООО «ПроектТерре». В 2015 году она была приглашена ФИО3 и ФИО4 для предоставления финансовых консультаций, без оформления трудовых отношений, в ООО «БИА». Лично знакома и общалась с ФИО2 и ФИО4 при оказании финансовых услуг обществу. Изначально при беседе с ФИО2 и ФИО4 перед ней была поставлена задача обратиться в банки для привлечения заемных денежных средств, поскольку просто оформить кредит на большую сумму было невозможно, учитывая, что баланс и собственное имущество ООО «БИА»  было минимальным, поэтому рассматривали проектное финансирование. Предпринимала попытки привлечь кредитные средства. В дальнейшем она занималась также оформлением финансовых документов общества, при решении ФИО2 и ФИО4 о распределении прибыли. Ее место работы было по адресу: 

<

...> где у нее был личный кабинет.  В переговорах и подготовке документов участвовал лично как ФИО2, так и ФИО4, у них был личный номер телефона ФИО10 ФИО2 лично приходил к ФИО4 в кабинет, расположенный на ул. Фрунзе, 1/3, все решения принимались совместно. Свидетелю известно, что в 2015-2016 году участниками общества были ФИО5 (супруга ФИО2) и ФИО3 (гражданская супруга ФИО4, в указанный период времени). При этом свидетель пояснила, что ФИО5 и ФИО3 знает лично, они также принимали участие в обществе. В обществе были сделки, при совершении которых они лично участвовали. ФИО3 согласовывала документы, которые связаны со стройкой, контролировала подрядчиков, выезжала на объекты с технадзором.

Свидетель пояснила, что ООО «БИА» для осуществления работ по строительству комплекса привлекалось большое количество людей, выполняющих работы без официального трудоустройства, данные люди являлись работниками ООО «Монолитсрой». Все денежные средства ООО «БИА» являлись заемными. В начале 2018 года от гр-на ФИО11 обществом были получены денежные средства после продажи первого этажа в строящемся комплексе.  С 2015 года строительство осуществлялось за счет заемных средств, также на счет ООО «БИА» вносились денежные средства, представленные ФИО3 в размере около 20 000 000 – 25 000 000 руб. В 2016 году на счета ООО «БИА» поступили денежные средства от организаций «Сибмедстрой» - ФИО2, а также от сестры ФИО2 - ИП ФИО12. Необходимость выделения денежных средств на очередной этап строительства определялась собранием, на котором присутствовали свидетель, ФИО2, ФИО4, ФИО3 ФИО3 определяла необходимые платежи для обеспечения строительства комплекса, при этом ФИО5 на данных собраниях присутствовала редко, данные собрания проходили по адресу: 

<

...>. Свидетель пояснила, что всю прибыль делили всегда поровну и для нее они были равноценными участниками, но все распределение финансов было по предварительно договоренности. Участники пригласили ФИО10 для сверки расчетов вложений и получения денежных средств с 2015 года с самого начала вложения всех средств, включая все займы, а также управленческие расходы, при этом свидетель пояснила, что конфликта в  2019 году в обществе не было.

По результатам проведения сверки расчетов, были учены все займы от ФИО12, ФИО5, займ от «Сибметсрой» и займы поступившие от компании ФИО4, ФИО3, и чтобы все уровнять мы изменили размер уставного капитала, фактически погасив задолженность ФИО12. Все участники понимали, что при продаже объекта все денежные средства вернутся через займы, а прибыль при продаже объекта ФИО2 получит больше. Таким образом, пропорция распределения долей была изменена в пользу ФИО2, погасив тем самим перед ФИО2 задолженность, таким образом, после принятия решения доля ФИО4 (44 %) составила уже меньше у ФИО2 больше (56 %). В 2020 году после реализации первого этажа ИП ФИО11 на сумму более 30 000 000 руб., были совершены сделки вывода денежных средств, в том числе физическим лицам Флек и ФИО13, денежные средства данных лиц привлекались в ходе сделки для достройки в общей сумме на 10 000 000 руб. под залог строящегося объекта, данная сделка была совершена перед продажей первого этажа ИП ФИО11. ИП ФИО11 при покупке первого этажа строящегося комплекса знал о залоге объекта, одним из условий сделки и перечисления денежных средств было погашение задолженности перед ФИО15 и ФИО13, в целях снятия залога. После получения денежных средств от ИП ФИО11 и перечисления 10 000 000 руб. задолженности Флеку и ФИО13, залог был снят в добровольном порядке. Остаток денежных средств полученных от ИП ФИО11 были распределены ФИО4 и ФИО2  Свидетель также пояснила, что сделки по перечислению денежных средств директором ФИО3 были как на счета аффилированных компаний, принадлежащим ФИО4, так и  счета аффилированных компаний, принадлежащим ФИО2 ООО «Монолитстрой» ежемесячно представляла акты задолженности ООО «БИА». ФИО2 получал наличные денежные средства в кассе ООО «БИА», о получении наличных денежных средств знали и ФИО4, и ФИО3, часть денежных средств ФИО2 получал как оплату за кредит в сумме 5 300 000 руб. за ФИО12, в целом, объем наличных денежных средств, полученных  ФИО2 составил около 2 500 000 – 3 000 000 руб., получение денежных средств подтверждалось расходными кассовыми ордерами, а также квитанциями работников об отправке денежных средств на карту ФИО2 Относительно сделки в 2021 году свидетель пояснила, что для привлечения финансирования был привлечен родственник ФИО2 В мае 2023 года у свидетеля находились первичные бухгалтерские документы ООО «БИА» в сканированном виде в связи с отправкой данных документов бухгалтеру ООО «Монолитстроя» ФИО14, которая также выполняла функции бухгалтера и в ООО «БИА», в качестве дополнительного трудового заработка. Свидетель пояснила, что не знает, где в настоящее находится печать и бухгалтерская документация ООО «БИА». Внесение денежных средств ФИО10 на расчетный счет ООО «БИА» за ФИО3, осуществлялось по выданной на ее имя доверенности. При этом в общую сумму денежных в размере 20 000 000 руб. вносимых ФИО3, также входили денежные средства, представленные ФИО15 и ФИО13. А заемщиком по договорам являлся ФИО4, а не ООО «БИА».

В сентябре 2018 на электронную почту ФИО2 поступил расчет задолженности, и получение прибыли ФИО4 от реализации первого этажа. Свидетель заявил, что при получении прибыли, задолженностей ООО «БИА» не имело. На документы за 2018 год, которые были представлены в материалы настоящего дела, возражений от ФИО2 не поступало. Между ООО «Монолитстрой» и ООО «БИА» заключались договоры займа и договоры технического надзора.  При возникновении конфликта в 2018 году ФИО2 предложил ФИО4 оформить взаимоотношения и все документы были подписаны задним числом. При этом сестра ФИО2 (ФИО12) участвовала в деятельности ООО «БИА», вела бухгалтерский учет. Представители ФИО2 и ООО «БИА» не запрашивали первичные документы у свидетеля. Свидетель пояснил, что балансовая стоимость объекта на 2018 год составляла 72 000 000 млн. руб. В строительство объекта было вложено не менее 50 000 000 руб. Сделки с ФИО13 и ФИО15, ФИО16, оформлялись протоколом об одобрении крупной сделки. Информацию о деятельности общества  ФИО2, ФИО5 получали еженедельно на встречах по согласованию платежей, сделок и принимали непосредственное участие в их согласовании. Свидетель пояснила, что считает причиной конфликта продажу построенного объекта недвижимости.

Определением от Арбитражного суда Омской области от 07.07.2023, для предоставления сторонами письменных пояснений и дополнительных доказательств, судебное заседание отложено до 24.08.2023.

07.07.2023 в материалы дела от ФИО4 поступило ходатайство об изменении процессуального статуса ФИО4 с третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, относительно предмета спора, на третье лицо, заявляющее самостоятельные требования, относительно предмета спора в соответствии со статьей 50 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; встречное требование о признании права собственности ФИО4  на долю в уставном капитале ООО «БИА» в размере 44 % уставного капитала, зарегистрированную за ФИО3, с выплатой 4 400 руб. номинальной стоимости доли, об исключении ФИО2 из состава участников ООО «БИА» с долей в уставном капитале общества 56 %, с выплатой последнему номинальной стоимости дои в размере 5 600 руб.; ходатайством в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

23.08.2023 в материалы дела от истца посредством электронного сервиса «Мой арбитр» поступили письменные пояснения по делу с возражениями по документам, представленным ответчиком и третьим лицом, в качестве доказательств, с представлением заключения специалиста № 1 от 31.07.2023 (специалист ФИО17).

24.08.2023 в материалы дела от ФИО4 посредством электронного сервиса «Мой арбитр» поступили возражения относительно представленного заключения специалиста ФИО17 № 1 от 31.07.2023, дополнение к ходатайству об изменении процессуального статуса ФИО4 с ходатайством об отложении судебного заседания для предоставления дополнительных документов, в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании, состоявшемся 24.08.2023, представители истца и общества поддержали требование об исключении ФИО3 из состава участников; представитель ответчика возражал относительно обоснованности заявленных требований, представил возражения на письменные пояснения ФИО2; представитель ФИО4 возражал относительно обоснованности заявленных требований, просил отказать в удовлетворении заявленных требований, разрешение ходатайств, заявленных вторым представителем ФИО4, оставил на усмотрение суда.

Суд приобщил представленные сторонами документы к материалам дела.

Рассмотрев заявленные ходатайства, суд определил ходатайство ФИО4 об изменении его процессуального статуса и привлечении в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованные лица вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Статьей 40 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлен круг лиц, участвующих в деле, к числу которых отнесены третьи лица.

Согласно части 1 статьи 50 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, могут вступить в дело до принятия решения арбитражным судом первой инстанции.

По смыслу статьи 50 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, третье лицо с самостоятельными требованиями вступает в процесс с целью защиты своих нарушенных либо оспоренных прав и законных интересов, полагая, что оно является предполагаемым субъектом спорного материального правоотношения, и что спорное право принадлежит именно ему, а не первоначальному истцу, при условии, что его интересы направлены на предмет уже существующего спора.

При этом требование истца (заявителя) и требование третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, должны быть идентичны и одновременно иметь взаимоисключающий характер.

То есть третье лицо в рассматриваемом случае должно быть заинтересовано в таком материально-правовом разрешении спора, которое исключает удовлетворение притязаний истца к ответчику.

При решении вопроса о привлечении к участию в деле такого лица арбитражный суд должен дать оценку характеру спорного правоотношения и определить юридический интерес нового участника процесса по отношению к предмету спора.

Предметом иска является исключение ФИО3  из состава участников общества.

В силу статьи 225.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данный иск относится к категории дел по корпоративным спорам.

ФИО4 обратился с самостоятельным требованием о признании права собственности ФИО4  на долю в уставном капитале ООО «БИА» в размере 44 % уставного капитала, зарегистрированную за ФИО3, с выплатой 4 400 руб., номинальной стоимости доли, об исключении ФИО2 из состава участников ООО «БИА» с долей в уставном капитале общества 56 %, с выплатой последнему номинальной стоимости дои в размере 5 600 руб.

Пункт 1 статьи 26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предоставляет участнику общества право выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Выход участника из общества влечет наступление правовых последствий, предусмотренных пунктом 6.1 статьи 23 Закона: переход доли к обществу, обязанность последнего выплатить вышедшему из общества участнику действительную стоимость его доли в уставном капитале, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дате перехода к обществу доли вышедшего из общества участника общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Между тем, в настоящем случае ФИО4 не является участником корпорации, следовательно, не может иметь материально-правовых требований относительно первоначального предмета спора - исключение ФИО3 из состава участников общества. Таким образом, необходимая по правилам статьи 50 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации связь, обусловленная притязаниями двух лиц в отношении одного и того же предмета спора (между требованиями ФИО2 и требованиями ФИО4), материалами дела не подтверждена.

Обстоятельства спора интерпретируются ФИО4, как создающие предпосылки для вступления в дело с самостоятельным материально-правовым интересом, не связанным с предметом настоящего спора, в связи с чем он, применительно к содержанию своего ходатайства не соответствует признакам третьего лица с самостоятельными требованиями и вправе обратиться в суд с самостоятельным иском.

Частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Следовательно, истребование доказательства является правом, а не обязанностью суда. Разрешение данного вопроса осуществляется судом исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом необходимости и значимости данного доказательства для разрешения рассматриваемого спора.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ФИО4, в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает достаточность представленных по делу доказательств и тот факт, что исходя из предмета и основания заявленного иска, сведения, которые просит истребовать третье лицо (ходатайство от 07.07.2023), не могут подтвердить или опровергнуть юридически значимые для рассмотрения настоящего дела обстоятельства.

Рассмотрев заявленное ФИО4 ходатайство об отложении судебного заседания, суд не усмотрел оснований для его удовлетворения.

В соответствии с частью 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

В силу части 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

По правилам части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Таким образом, совершение данного процессуального действия является правом суда, а не обязанностью.

В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассматривая заявленное ходатайство, суд принял также во внимание позицию представителя ФИО4, участвующего непосредственно в судебном заседании, а также то, что правовая позиция по спору подробно приведена в письменных документах ФИО4 от 07.07.2023, в связи с чем полагает возможным рассмотреть дело по существу по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Исследовав материалы дела, оценив представленные сторонами доказательства в совокупности и взаимной связи, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, общество «БИА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 05.06.2012.

Участниками общества в настоящее время являются:

- ФИО2, размер доли в уставном капитале  составляет 56% уставного капитала;

- ФИО3, размер доли в уставном капитале составляет 44% уставного капитала.

В обоснование исковых требований ФИО2 указывает, что ФИО3 в период осуществления ею функций единоличного исполнительного органа общества (директора) (с 17.11.2015 по 08.06.2022) своими действиями причинила существенный ущерб обществу.

ФИО2 указал, что он неоднократно требовал созыва общего собрания и отчетов о деятельности общества, вместе с тем, ответчик длительное время игнорировал данные требования. В результате игнорирования требований истца о предоставлении отчетов и проведении общих собраний участников, истец, реализовал свое право и переизбрал единоличный исполнительный орган общества. Протоколом № 13 общего собрания участников ООО «БИА» от 08.06.2022 директором ООО «БИА» был избран ФИО2, данное решение прошло государственную регистрацию - запись ЕГРЮЛ за ГРН 2225500258894 от 17.06.2022.

Также, требование о передаче новому директору печати, финансово-хозяйственной документации общества, было также оставлено ответчиком без ответа, что, по мнению истца, создало существенные препятствия к осуществлению обществом нормальной деятельности, ведению учета, предоставления необходимой предусмотренной законом отчетности и представления и защиты своих интересов в различных государственных и коммерческих органах и организациях, в том числе, в судебных спорах.

В связи с чем, общество было вынуждено самостоятельно, без достаточной для того информации, восстанавливать сведения о деятельности общества, что заняло продолжительное время. Были направлены запросы в налоговые органы для получения информации об открытых у общества счетах, а после получения соответствующих данных запросы были направлены в банки, в которых общество имело открытые счета для получения хотя-бы усеченной информации о движении денежных средств общества.

После получения первичной информации, с целью анализа финансово-хозяйственной деятельности и для восстановления документооборота общества, по инициативе ФИО2, в Федеральном бюджетном учреждении Омской лаборатории судебной экспертизы министерства юстиции Российской Федерации, было проведено экономическое исследование представленных обществом данных, собранных в результате получения ответов от налогового органа и кредитных организаций.

Так, согласно акта экспертного исследования № 2271/3-6 от 30.09.2022, на расчетные счета ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022, поступили денежные средства в размере 83 567 180 руб. 61 коп. Эксперт, проанализировав документы по движению денежных средств по расчетным счетам ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022, установил большое количество проведенных расходных операций через расчетные счета, не относящихся к основному виду деятельности ООО «БИА», а также однотипных операций и операций с взаимозависимыми и аффилированными лицами, в том числе транзитных операций.

Так, за указанный период, согласно представленным данным выписок банка ООО «БИА» операции по перечислению денежных средств в рамках платежей, совершенные без наличия экономической цели, в пользу взаимозависимых и аффилированных лиц, осуществлялись регулярно и носили транзитный характер (при которых списание средств со счета производится практически сразу, на протяжении нескольких дней после их поступления).

Также по расчетным счетам общества регулярно производились однотипные (транзитные) операции, не относящиеся к основным видам деятельности. Осуществление данных операций производилось в течение длительного периода времени (с 2015 по 2018 год) преимущественно с взаимозависимыми и аффилированными лицами по отношению к ООО «БИА», что составляет сумму безналичных денежных средств в размере 37 921 600 руб. (45,33% от всей суммы расходования со счетов ООО «БИА»).

За период с 09.11.2015 по 08.06.2022 ООО «БИА», путем совершения совокупности следующих действий: «Зачисление денежных средств на счет ООО «БИА» от большого количества других резидентов с их счетов, с последующим списанием поступивших денежных средств со счета ООО «БИА»; списание денежных средств со счета ООО «БИА» производится в срок, не превышающий двух-трех дней со дня их зачисления; методичное накопление задолженностей преимущественно при расчетах по договорам займов при наличии возможности гашения, а так же отсутствие данных о гашении задолженностей в пользу ООО «БИА» со стороны должников, преимущественно являющихся взаимозависимыми и аффилированными лицами по отношению к ООО «БИА», до истечения срока требования долга. Совокупность указанных действий влечет увеличение прочих расходов ООО «БИА» и, соответственно, убыток предприятия: сформирована сумма задолженности в связи с истечением срока требования (невозвратный долг), которая подлежит    списанию    на    счет    прочих    расходов    предприятия,    и    формирует дополнительный убыток», произведены расходные операции с денежными средствами на счетах ООО «БИА» повлекшие формирование дополнительного убытка ООО «БИА» в размере 39 106 461 руб. 70 коп., что свидетельствует о совершении операций, имеющих признаки вывода денежных средств с расчетных счетов ООО «БИА» на сумму 39 106 461 руб. 70 коп.

Также, помимо факта причинения ущерба обществу, экспертом установлено следующее:

- методичное накопление задолженностей по договорам займов и отсутствие гашений по ним при наличии возможности гашения с одновременным созданием новых задолженностей, наличие операций деятельности предприятия, не относящейся к основной в части поступления денежных средств: непогашенная задолженность ООО «БИА» перед контрагентами составила 40 892 000 руб., что составляет 48,93% от всей суммы поступления на счетах ООО «БИА», из них перед аффилированными и взаимозависимыми лицами – 30 152 000 руб., что составляет 73,74% от всей суммы непогашенной задолженности ООО «БИА» перед контрагентами (при своевременном погашении обязательств обществом, а не вывода денежных средств ответчиком, данной ситуации можно было избежать);

- наличие крупных сделок и сделок, требующих одобрения общего собрания участников (в части поступления денежных средств) на сумму 36 160 000 руб., что составило 43, 27% от всей суммы поступления на расчетные счета ООО «БИА», из них сделки с аффилированными и взаимозависимыми лицами на сумму 27 390 000 руб., что составляет 75, 75% от всей суммы перечислений, отвечающих требованиям о крупных сделках и сделках, требующих одобрения общего собрания участников;

- наличие расчетов с предприятиями, не ведущими деятельность в настоящее время.

Совершенные ФИО3, являвшейся директором общества, действия были направлены на вывод активов общества в свою пользу и в пользу аффилированных лиц, заведомо противоречили интересам общества, что привело к причинению ООО «БИА» существенного ущерба.

Изложенные обстоятельства послужили основанием обращения ФИО2  в суд с настоящим иском.

Согласно статье 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе: участвовать в управлении делами корпорации, за исключением случая, предусмотренного пунктом 2 статьи 84 настоящего Кодекса; в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией; обжаловать решения органов корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом; требовать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), возмещения причиненных корпорации убытков (статья 53.1); оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации. Участник корпорации обязан: участвовать в образовании имущества корпорации в необходимом размере в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другим законом или учредительным документом корпорации; не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности корпорации; участвовать в принятии корпоративных решений, без которых корпорация не может продолжать свою деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия таких решений; не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации; не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация.

В силу пункта 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации участник хозяйственного товарищества или общества наряду с правами, предусмотренными для участников корпораций пунктом 1 статьи 65.2 настоящего Кодекса, также вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

Статьей 10 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) предусмотрено, что участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

В силу пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно части 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации участник хозяйственного товарищества или общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами товарищества или общества.

К таким нарушениям, в частности, может относиться систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания участников, если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно ее затрудняет; совершение участником действий, противоречащих интересам общества, в том числе при выполнении функций единоличного исполнительного органа (например, причинение значительного ущерба имуществу общества, недобросовестное совершение сделки в ущерб интересам общества, экономически необоснованное увольнение всех работников, осуществление конкурирующей деятельности, голосование за одобрение заведомо убыточной сделки), если эти действия причинили обществу существенный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

Исходя из смысла вышеприведенных норм и разъяснений, критерии оценки, определяющие, должен ли остаться участником общества ответчик, не предусмотрены. В каждом конкретном случае установление данных обстоятельств является исключительным правом и обязанностью суда.

При рассмотрении дел об исключении участника из хозяйственного товарищества или общества суд дает оценку степени нарушения участником своих обязанностей, а также устанавливает факт совершения участником конкретных действий или уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Исключение участника представляет собой специальный корпоративный способ защиты прав, целью которого является устранение вызванных поведением одного из участников препятствий к осуществлению деятельности общества.

Из пункта 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 24.05.2012 № 151 (далее - Информационное письмо № 151) «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с исключением участника из общества с ограниченной ответственностью» следует, что грубое нарушение участником обязанности не причинять вред обществу может служить основанием для его исключения из общества. Для решения вопроса об исключении участника не имеет значения, в каком качестве он совершал действия, причинившие значительный вред обществу, а мера в виде исключения участника подлежит применению в случаях, когда лицо совершает действия, заведомо влекущие вред для общества, тем самым нарушая доверие между его участниками и препятствуя продолжению нормальной деятельности общества.

Поэтому при разрешении спора суд должен дать оценку степени нарушения участником своих обязанностей, степени его вины, а также установить факт такого нарушения, то есть факт совершения участником конкретных действий или уклонения от совершения предписываемых законом действий (бездействий) и факт наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий.

Обязательным признаком действий (бездействия) участника, влекущих за собой невозможность деятельности общества или существенно ее затрудняющих, является такой признак, как неустранимый характер негативных последствий соответствующих действий.

По существу это означает, что действия (бездействие) участника должны создавать серьезные препятствия в деятельности общества, что они не могут быть преодолены никаким другим образом, кроме как прекращением его участия в юридическом лице.

Согласно части 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации достаточным основанием для удовлетворения требования об исключении участника выступает причинение существенного ущерба обществу. Возможность исключения участника не зависит от того, могут ли быть последствия действий (бездействия) участника устранены без лишения нарушителя возможности участвовать в управлении обществом (пункт 9 Обзора от 25.12.2019).

Институт исключения участника из общества не может быть использован для разрешения конфликта между участниками общества, связанного с наличием у них разногласий по вопросам управления обществом (пункт 5 Информационного письма № 151).

Таким образом, исковые требования об исключении участника из общества подлежат удовлетворению при установлении следующих обстоятельств: участник должен нарушать свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делать невозможной деятельность общества или существенно ее затруднять; допущенные участником нарушения должны носить грубый характер (наличие вины нарушителя, негативных последствий для общества).

Для применения указанной меры необходима объективная оценка степени нарушения участником своих обязанностей по отношению к обществу, а также установление фактов совершения недобросовестным участником конкретных действий, либо уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления) негативных для общества последствий. Совершение участником общества с ограниченной ответственностью действий, заведомо противоречащих интересам общества может являться основанием для исключения такого участника из общества, если эти действия причинили обществу значительный вред и (или) сделали невозможной деятельность общества либо существенно ее затруднили.

Между тем само по себе наличие корпоративного конфликта не является основанием для отказа в иске об исключении участника из общества, суд должен оценить наличие оснований для исключения участника в соответствии с абзацем четвертым пункта 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для исключения ответчика из числа участников общества, возложено на истца.

К отличительной особенности настоящего корпоративного спора относится то обстоятельство, что ответчик, являясь участником общества, владеющим долей в уставном капитале общества в размере 44%, исполнял также функции единоличного исполнительного органа общества, что увеличивает риск возникновения ситуации принятия односторонних решений (сделок) по вопросам, связанным с деятельностью общества и сокрытию таких сделок перед иными участниками.

В подтверждение обоснованности требований, истец представил суду акт экспертного исследования от 30.09.2022 № 2271/3-6, предметом которого являлся финансовый анализ деятельности общества за период с 09.11.2015 по 08.06.2022 который, по мнению ФИО2 свидетельствует о совершении ФИО3 как единоличного органа операций, имеющих признаки вывода денежных средств с расчетных счетов ООО «БИА» на подконтрольные организации ФИО4 на сумму 39 106 461 руб. 70 коп., а также умышленное накопление ФИО3 задолженности по договорам займов, при наличии возможности погасить кредиторскую задолженность, совершение хозяйственных операций, не относящиеся к основной деятельности общества, совершение ФИО3 крупных сделок и сделок, требующих одобрения общего собрания участников (в части поступления денежных средств) на сумму 36 160 000 руб., что составило 43, 27% от всей суммы поступления на расчетные счета ООО «БИА», из них сделки с аффилированными и взаимозависимыми лицами на сумму 27 390 000 руб., что составляет 75, 75% от всей суммы перечислений, отвечающих требованиям о крупных сделках и сделках, требующих одобрения общего собрания участников, наличие расчетов с предприятиями, не ведущими деятельность в настоящее время, что, мнению истца, однозначно свидетельствует о грубом характере нарушения ФИО3 своих обязанностей, которые фактически сделали невозможным дальнейшую деятельность общества.

Заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу (пункт 12 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Вместе с тем такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьями 64, 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд исследовал и оценил по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленное истцом экспертное исследование от 30.09.2022 № 2271/3-6 и пришел к следующим выводам.

Перед экспертом было поставлено два вопроса:

1). Размер денежных средств поступивших на расчетные счета ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022?

2). Размер денежных средств израсходованных с расчетных счетов ООО «БИА» за период с 09.11.2015 по 08.06.2022?

Во вводной части акта экспертного исследования от 30.09.2022 № 2271/3-6 указано, что на исследование были представлены:

• сведения о банковских счетах организации/индивидуального предпринимателя ООО «БИА» от 27.06.2022 года на 2 листах;

• выписка из ЕГРЮЛ ЖОЭ9965-22-142868436 от 04.08.2022 года ООО «БИЛ» на 6 листах;

• устав ООО «БИА», утвержденный общим собранием участников (протокол №1 от 27.11.2015 года) на 13 листах;

• бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2017 год на 10 листах;

• бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2018 год на 13 листах;

• бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2019 год на 7 листах;

• бухгалтерская отчетность ООО «БИА» за 2020 год на 8 листах;

• выписка из лицевого счета 

<

***> ООО «БИА», открытый в Сибирском филиале ПАО Росбанк за период с 16.10.2020 года по 23.06.2022 года на 5 листах;

• выписка из лицевого счета 

<

***> ООО «БИА», открытый в Сибирском филиале ПАО Росбанк за период с 01.01.2016 года по 28.09.2020 года на 57 листах;

• список взаимозависимых и аффилированных лиц ООО «БИА» (бенефициар группы компаний ФИО4) на 7 листах.

В судебном заседании 22.05.2023 представитель истца пояснил суду, что у истца имеется только открытая информация о расходовании денежных средств со счетов ООО «БИА», другой информацией ФИО2 не обладает.

ФИО2 предложено представить суду подробный финансовый анализ за период с 17.11.2015 по 08.06.2022, т.е. за период, когда ФИО3 занимала должность единоличного исполнительного органа ООО «БИА», с указанием наличия дебиторской и кредиторской задолженности на начальную и конечную дату (актив/пассив общества с даты его создания 05.06.2012); представить письменные пояснения по доводам отзыва и раскрыть перед судом родственные связи участников и работников ООО «БИА».

Выбор способа защиты судом расценивается как исключительное право стороны, от которого зависит оценка процессуальной добросовестности и желание на реализацию процессуальных прав.

Лица, желающие воспользоваться механизмами правовой защиты в государственном суде, должны вести себя по отношению к суду открыто и честно, в том числе раскрывая запрашиваемую судом информацию.

ФИО2, желая провести объективный финансовый анализ деятельности общества, мог и должен был, как директор, проявить активность в собирании и предоставлении эксперту и суду наиболее полного объема документов, для всестороннего проведения исследования, что им сделано не было.

ФИО2, являясь на дату проведения экспертного исследования 30.09.2022 уже директором общества, мог также обратиться к контрагентам (третьим лицам) относительно раскрытия оснований перечислений спорных денежных средств со счета ООО «БИА» на сторонние организации, что им сделано не было.

С исковым заявлением об истребовании у бывшего руководителя ФИО3 документации общества, ФИО2 также не обращался.

В отсутствие таких документов, выводы специалиста не являются всесторонними и полными, не отражают полную картину хозяйственных операций, а констатируют лишь анализ движения (приход/расход) денежных средств, а тем более не содержат выводы относительно оснований для расходования спорных денежных средств и совершенных сделок, что в принципе, относится к оценке доказательств и является прерогативой суда.

Кроме того, суд не может принять представленное заключение в качестве достоверного доказательства, подтверждающего доводы истца, поскольку указанное заключение дано по инициативе одной из сторон, заинтересованной в исходе судебного разбирательства. Специалисты, дающие заключение, не предупреждаются об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, такое заключение силы экспертного заключения не имеет.

С учетом указанных обстоятельств, выводы экспертного исследования не могут быть положены в основу безусловного доказательства вины ФИО3 в причинении ущерба обществу.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

При этом ФИО2 не заявил ходатайство о проведении по настоящему спору судебной экспертизы с целью установления обстоятельств в обоснование своей позиции, при наличии к тому объективной возможности.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем заявляя о том, что ФИО3 бездействовала в проведении общего собрания общества, чинила препятствия в предоставлении печати, иной документации и информации о хозяйственной деятельности общества, совершив при этом сделки с аффилированными лицами без экономического на то основания (вывод денежных средств), истец не представил суду доказательства того, что на протяжении более 8 лет, начиная с 2015 года через свою супругу ФИО5, а с 2020 года и сам ФИО2 как участник, обращался к ФИО3 с такими требованиями, на что получили отказ.

Свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Как пояснила свидетель ФИО10, предупрежденная об уголовной ответственности, сестра ФИО2 – ФИО12 в спорный период вела бухгалтерский учет ООО «БИА», а конечными бенефициарами общества были ФИО4 и ФИО2

Таким образом, в спорный период супруга и сестра ФИО2, непосредственно участвовали в хозяйственной деятельности общества, в связи с чем суд считает неубедительными пояснения истца об ограничениях в доступе к информации о деятельности общества с 2015 года.

Также ФИО2 не воспользовался предусмотренным в части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальным инструментарием, предполагающим содействие арбитражного суда участнику процесса в сборе доказательств путем их истребования, ограничился предоставлением экспертного исследования и лаконичным утверждением об ограничениях в доступе к документам и информации о деятельности общества (с 2015 года).

В связи с чем суд констатирует, что истцом не представлено доказательств того, что неправомерные действия ФИО3 привели к необходимости многочисленных обращений истца и ООО «БИА» за защитой нарушенных прав в судебные органы, ее действия являются грубыми, затрудняют либо делают практически невозможной деятельность ООО «БИА», и могут привести к ликвидации общества; истец вынужден постоянно оспаривать совершенные ФИО3 сделки, предпринимать меры по возврату имущества в имущественную массу общества, пытается нормализировать и восстановить деятельность общества.

Не представлено также доказательств недобросовестных действий (бездействия) ФИО3 по уклонению от передачи юридическому лицу документов (статья 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд критически оценивает заключение специалиста № 1 от 31.07.2023, учитывая, что электронная переписка (в виде электронных писем) не представлялась в материалы дела, а поступила в суд в распечатанных копиях.

Кроме того, сторонами не оспаривалось и из представленных в материалы дела документов (сведения с сайта СБИС, заявление о выходе из состава участников ООО «ПроектТЕРРА», протокол общего собрания ООО «ПроектТЕРРА»), следует, что ФИО4 и ФИО2 находились в спорный период в фактической взаимозависимости, в том числе, через другие организации.

Участие в обществе с ограниченной ответственностью (за исключением ситуации с единственным участником) предполагает объединение капиталов, имеющее черты объединения лиц, где личность каждого участника имеет существенное значение для ведения общего дела.

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов, либо использование иных форм финансирования.

Органы управления обществом в пределах предоставленных им полномочий обладают экономической самостоятельностью и независимостью.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) о наличии аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Как пояснил свидетель ФИО10, и в качестве приложения сам истец представил распечатку скриншота электронного письма от 28.09.2018, 09:40, направленного с электронной почты ФИО10 в адрес ФИО2, согласно которому, ФИО2 поступил расчет задолженности ООО «БИА» перед ФИО2 с учётом выхода из проекта на 28 сентября 2018 года, и получение прибыли ФИО4 от реализации первого этажа, в котором содержится «Отчет примерный по расходу денег ФИО11:

Выручка от реализации 1 этажа + зем уч                                38 000 000

Налоги                                                                                         2 280 000

Возврат займа Флек и Кособокое (за АВЮ)                           10 000 000

Прибыль АВЮ                                                                           13 028 000

Прибыль ИАА                                                                            -

Погашение зад-ти ТАРСТРОЙ                                                 1 170 000

Погашение зад-ти ТЕПЛОТРЕЙД                                           1 468 659

ТЕХНОЛИГИИ СТРОИТЕЛЬСТВА ДВЕРИ                         92 900

ООО "ОЭМП" проект надзор                                                   450 000

МЕТТАЛЛ ОММЕТ                                                                   1 176 707

ООО "СНАБРЕМОНТ"                                                             100 243

ООО "КОНВЕНЦИЯ" (вентиляция)                                       350 000

Подрядные работы сварка бассейна

Пожарная сигнализация                                                            131 327

ИТОГО остаток                                                                           7 752 164».

В соответствии с частью 1 статьи 65.2, статьей 67 ГК РФ, статьями 7 и 8 Закона № 14-ФЗ все участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и уставом общества; получать информацию о деятельности общества и знакомиться с документацией в установленном его уставом порядке.

Указанные права корреспондируют обязанностям участника общества принимать участие в его деятельности.

Специфика корпоративных прав предполагает необходимость совершения участником общества активных действий в целях их реализации.

Разумное и добросовестное осуществление корпоративных прав предполагает проявление интереса к деятельности общества.

Между тем, в данном случае истец на протяжении более пяти лет с момента, когда ему стало достоверно известно о порядке расходования и распределения денежных средств, полученных от реализации недвижимости проданной ИП ФИО11, каких-либо действий по оспариванию такого распределения прибыли, как и распределение доли участников, не принимал.

Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 и ФИО4 пришли к обоюдному соглашению о пропорции распределения уставного капитала общества соразмерно внесенной капитализации, а именно было учтено то, что на долю предприятий взаимосвязанных с ФИО4 пришлась большая сумма погашения внесенных займов, чем на долю ФИО2, в связи с чем, ФИО2 получил удовлетворение своих требований посредством увеличения его доли до 54% уставного капитала.

Обстоятельства настоящего спора свидетельствуют о том, что общество управлялось непосредственно ФИО2 и ФИО4, а выдача и возврат денежных средств по основаниям займа, имели своей целью докапитализацию общества, с целью завершения реконструкции объекта и получения прибыли, что в частности объясняет нераскрытые экономические мотивы и отсутствие разумных объяснений по выдаче и возврату заменых денежных средств участников общества и иных подконтрольных организаций.

В связи с чем, является логичным утверждение ответчика и ФИО4 (подробно позиция третьего лица и анализ финансовой деятельности общества изложена в ходатайстве от 07.07.2023) о причинах возникновения многочисленных судебных споров и корпоративного конфликта в обществе – несогласие с перераспределением полученной прибыли от реализации проданной недвижимости и завладение активом ООО «БИА».

Относительно доводов истца о том, что судом при рассмотрении дела А46-13802/2022 была дана оценка, в том числе, тому обстоятельству, что при смене директора ООО «БИА», ФИО3 уставные документы и печать общества, равно как и все финансово-хозяйственные документы ООО «БИА», новому директору общества - ФИО2 не передала, что свидетельствует о наличии у группы лиц, находящихся под контролем бенефициара ФИО4, печати и иных документов финансово-хозяйственной деятельности ООО «БИА», суд полагает необходимым указать, что в решении по делу            А46-13802/2022  указано: «Как указал ответчик, при смене директора ООО «БИА», ФИО3 уставные документы и печать общества, равно как и все финансово-хозяйственные документы ООО «БИА», новому директору общества - ФИО2 не передала, что свидетельствует о наличии у группы лиц, находящихся под контролем бенефициара ФИО4, печати и иных документов финансово-хозяйственной деятельности ООО «БИА». Доказательств иного истцом в материалы дела не представлено. При этом суд принимает во внимание, что истцом доводы ответчика не опровергнуты. Предприниматель на протяжении судебного разбирательства от опровержения доводов ответчика уклонялся, в судебное заседание не являлся, в связи с чем исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий», таким образом, суд констатировал лишь доводы ответчика и отсутствие их опровержения со стороны истца. Предметом судебной оценке передача документации при смене директора ООО «БИА» ФИО3 не являлось.

Свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

Учитывая, что свидетель ФИО10 предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, свидетель напрямую имела отношение к оформлению финансово-хозяйственной деятельности ООО «БИА», а также к сделкам, стороной которых являлось ООО «БИА» и на которые ссылается истец в иске и возражениях на отзыв, ФИО10 пояснила суду порядок согласования и распределения денежных средств в обществе, информацию о перечислениях денежных средств по заключенным ООО «БИА», пояснила о взаимоотношения ФИО2 и ФИО4 в процессе хозяйственной деятельности, также лично взаимодействовала с ФИО2 и ФИО4 и участниками ООО «БИА» ФИО5 (супруга ФИО2) ФИО12 (сестра ФИО2) и ФИО3 (гражданская супруга ФИО4, в указанный период времени), а также то, что такие показания подтверждаются совокупностью иных доказательств, представленных в материалы настоящего дела, суд, учитывает показания свидетеля как допустимые и относимые к предмету доказывания по настоящему спору.

В силу статьи 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения.

Исключение участника из состава таковых является специальным корпоративным способом защиты прав, вытекающих из участия в обществе, выполняющим карательную функцию за нарушение обязанности действовать в интересах общества, а также решающим проблему тупика в управлении юридическим лицом (так называемый deadlock) (пункты 1 и 2 Обзора № 151, определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2014 № 306-ЭС14-14).

Суд полагает, что истец не представил доказательств наступления негативных последствий для общества в результате виновных, умышленных действий именно ФИО3, а также грубого нарушения обязанностей, повлекшего невозможность для общества осуществлять свою деятельность.

А более того, не представлено доказательств, подтверждающих, что исключение ФИО3 из состава участников общества позволит повысить эффективность деятельности общества.

Таким образом, нормальной хозяйственной деятельности общества препятствует противостояние в продолжительном конфликте ФИО4 и ФИО2, которые утратили единую цель в продолжении совместной деятельности, при этом возникшие разногласия между ними не являются основанием для исключения кого-либо участника из состава общества.

Предусмотренные законом обязанности по недопущению своими действиями негативных последствий для общества в полной мере распространяются на каждого участника общества.

В данном случае нормальная деятельность общества зависит от согласованных действий всех его участников.

Суд также исходит из того, что участники общества должны исходить, прежде всего, из принципа необходимости обеспечения баланса интересов непосредственно общества, в основу которого положено – недопустимость подрыва доверия контрагентов, причинения ущерба, возникновения риска заведомо недействительных решений и тем самым создания препятствий для осуществления ООО «БИА» своей хозяйственной деятельности и взаимодействия с контрагентами.

Таким образом, стороны при принятии управленческих решений должны преследовать цель - обеспечить баланс интересов самого общества.

Согласно сформулированному Верховным Судом Российской Федерации подходу к рассмотрению аналогичных дел в ситуации, когда уровень недоверия между участниками общества достигает критической, с их точки зрения, отметки, при этом позиция ни одного из них не является заведомо неправомерной, целесообразно рассмотреть вопрос о возможности продолжения корпоративных отношений, результатом чего может стать принятие участниками решения о ликвидации общества либо принятие одним из участников решения о выходе из него с соответствующими правовыми последствиями (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2017 № 307-ЭС17-139).

Иски об исключении из общества другого участника в такой ситуации удовлетворению не подлежат.

Учитывая имеющийся в обществе корпоративный конфликт, который не может быть разрешен судом путем удовлетворения иска об исключении одного из участников общества, исходя из отсутствия доказательств причинения действиями ФИО3 либо ее бездействием вреда обществу, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Иные доводы сторон сводятся к изложению конфликтных отношений между участниками, в отсутствие обоснованных аргументов и доказательств не могут быть признаны судом обоснованными.

В главе 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определен общий порядок разрешения вопросов о судебных расходах. Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отказом в удовлетворении исковых требований судебные расходы по уплате государственной пошлины возлагаются на истца.

В соответствии с частью 1 статьи 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по заявлению лица, участвующего в деле, может принять срочные временные меры, направленные на обеспечение иска (обеспечительные меры).

В случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу (часть 4 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание, что истцу отказано в удовлетворении исковых требований, необходимость в принятых ранее обеспечительных мерах отпала.

При изложенных обстоятельствах суд полагает обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Омской области от 28.02.2023, отменить.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 96, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ходатайство ФИО4 об изменении его процессуального статуса и  привлечении в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, оставить без удовлетворения.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 об исключении из числа участников общества с ограниченной ответственностью «БИА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО3, отказать.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Омской области от 28.02.2023, отменить.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в этот же срок путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Омской области.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Омской области разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

 

Судья                                                                                                         Е.В. Малыгина