ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-19852/2018

г. Челябинск

11 февраля 2019 года

Дело № А07-38601/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 февраля 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Забутыриной Л.В., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью АПФ «Хаим» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2018 по делу № А07-38601/2017 (судья Султанов В.И.).

В судебное заседание явился представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралдорстрой» ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 13.12.2018).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.03.2018 по заявлению Фонда развития и поддержки малого предпринимательства Республики Башкортостан общество с ограниченной ответственностью «Уралдорстрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее – ООО «Уралдорстрой», должник) признано несостоятельным (банкротом), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4 - член Ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих «Достояние».

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения и порядке предъявления требований кредиторов опубликованы в издании «Коммерсантъ» № 50 от 24.03.2018, стр. 64.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.06.2018 (резолютивная часть от 13.06.2018) ООО «Уралдорстрой» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий) - член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица».

Сведения об открытии в отношении ООО «Уралдорстрой» конкурсного производства и о порядке предъявления кредиторами своих требований опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 113 от 30.06.2018.

25.09.2018 на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Уралдострой» ФИО2 о признании недействительными сделки - платежи, совершённые ООО «Уралдорстрой» в адрес общества с ограниченной ответственностью Агропромышленная фирма «Хаим» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее по тексту - ООО АПФ «Хаим», ответчик) платежными поручениями №240 от 28.12.2017 на сумму 500 000 рублей и № 241 от 28.12.2015 на сумму 500 000 рублей, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания пользу ООО «Уралдорстрой» денежных средств в размере 1 000 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2018  заявление конкурсного управляющего удовлетворено, оспариваемые  платежи признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок.

С определением суда не согласился ответчик, обратившись  в суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Податель жалобы не согласен с доводами заявителя о том, что перечисление денежных средств в адрес ответчика было направлено на вывод активов должника в преддверии банкротства при отсутствии встречного исполнения. Так, между должником и ответчиком сложились фактические взаимоотношения по поставке меда, что подтверждается актом приема-передачи от 27.12.2017 №7, оказанием услуг по договору от 10.08.2017, актом выполненных работ №8 от 27.12.2017. Указанные обстоятельства исключают факт безвозмездности сделок по перечислению денежных средств в адрес ответчика и доводы заявителя о фактическом дарении должником денежных средств. Кроме того, заявитель не привел доказательств того, что на момент совершения оспариваемых сделок должник прекратил финансовую деятельность. Наличие судебных актов не может служить безусловным доказательством неплатежеспособности должника на момент совершения сделок. В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника на дату заключения сделок. Конкурсный управляющий не доказал факт причинения вреда имущественным правам кредиторов и наличия у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения сделок. Ответчик также обращает внимание, что часть сделок направлены на погашение текущего обязательства  по оплате за поставленный товар.

До начала судебного заседания через электронную систему «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО2 возражает против доводов апелляционной жалобы, просит судебный акт оставить без изменения (статья 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отзыв на апелляционную жалобу приобщен к материалам дела (статья 262 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом в соответствии со статьей 123 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела,  решением суда от 21.06.2018 ООО «Уралдорстрой» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

В процессе мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим было установлено, что  на основании платежных поручений № 240 от 28.12.2017, № 241 от 28.12.2017 должником в адрес общества АПФ «Хаим» были перечислены денежные средства в общей сумме 1 000 000 руб. с указанием в качестве назначения платежей по платежному поручению № 240 «за мед по счету № 31 от 27.12.20127 НДС не облагается», по платежному поручению № 241 «за обкашивание обочины по счету №32 от 27.12.2012 НДС не облагается».

Полагая, что вышеуказанные сделки по перечислению денежных средств являются мнимыми и совершены в отсутствие встречного исполнения, с  целью причинения вреда правам и интересам кредиторов, ФИО2 обратилась в суд с соответствующим заявлением.

В качестве правовых оснований конкурный управляющий указал статью 61.2 Закона о банкротстве, статьи  10, 168,170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В суде первой инстанции ответчик возражал против заявленных требований (отзыв – т.1, л.д.119-123, 138-140).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

На возможность оспаривания действий должника, являющихся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве указано в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

В силу пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной подозрительной сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до дня принятия к производству заявления о признании должника банкротом.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии определенных в абзацах  3 - 5 пункта  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий.

Из разъяснений, изложенных в пунктах 5, 6, 7, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что в силу этой нормы (пункт 2 статьи 61.2) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 указанного постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам  второму - пятому пункта  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Оспариваемые  платежи совершены  28.12.2017,  дело о банкротстве возбуждено 12.01.2018,  то есть сделки  совершены в период подозрительности, установленный   статьей 61.2 Закона  о  банкротстве.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции посчитал недоказанным факт наличия взаимных обязательств должника и   ООО АПФ «Хаим», то  есть  сделка, лежащая в основе платежа, являлась мнимой.

При этом, суд обоснованно исходил из следующего.

Согласно договору на оказание сельскохозяйственных услуг №081001 от 10.08.2017, оформленного между должником (заказчик) и ответчиком (исполнитель), последний по заданию заказчика обязался осуществлять транспортные расходы по обкашиванию обочин в Миякинском районе Республики Башкортостан.

Договор заключен сторонами на период с 01.08.2017 по 31.10.2017 (пункт 2.2 договора).

В пункте 4.1 договора стороны предусмотрели, что заказчик обязан назначить ответственного представителя заказчика для контроля и надзора за ходом работ, приемки фактически предоставленных услуг; произвести приемку и оплату предоставленных услуг исполнителя; предоставить услуги общественного питания сотрудникам исполнителя.

В пункте 4.2 договора исполнитель взял на себя обязательства оказывать услуги по перевозке спецтехники автотранспортными средствами находящимися в собственности, либо в аренде у исполнителя; соблюдать правила безопасности дорожного движения и требования «Инструкции по технике безопасности и организации совместной работы автотранспорта, бульдозера и экскаватора»; осуществлять эксплуатацию «техники» своими силами, следить за ее состоянием; обеспечить «технику» горюче-смазочными материалами, необходимыми запасными частями и оборудованием.

По акту № 8 от 27.12.2017 должник принял у ответчика работы по обкашиванию обочин в Миякинском районе Республики Башкортостан на сумму 500 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства суда первой инстанции представитель ответчика не смог пояснить, какие работы фактически выполнялись по договору, в чем они заключались, а также дать пояснения относительно правовой природы договора № 081001 от 10.08.2017, является ли он договором подряда или договором оказания транспортных услуг, конкретный период оказания услуг.

При том, что акт № 8, которым были приняты работы должником на сумму 500 000 рублей, оформлен 27.12.2017, следовательно, фактически услуги произведены в зимний период. 

Как правомерно отметил суд, условия договора не содержат сведений о достижении сторонами соглашения о стоимости услуг, объеме выполняемой работы, месте оказания услуг.

В материалы дела ответчиком не представлены документы, подтверждающие реальное оказание услуг (выполнения работ) – локальные сметные расчеты, справки по форме КС-3, акты по форме КС-2, журнал производства работ, путевые листы на оказанные транспортные услуги, задание на выполнение конкретного вида и объема работ, журнал технического надзора.

Согласно данным, размещенным в системе «Интернет», расстояние от п. Канлы, Кушнаренковского района (место регистрации ответчика) и до Миякинского района Республики Башкортостан составляет 238 км.

Однако, материалы дела не содержат доказательств того, каким образом ответчиком оказывались услуги (выполнялись работы) на значительно удаленном расстоянии от места своего фактического нахождения, неслись ли затраты на проживание работников, какое количество работников ответчика фактически выполняли работы. Доказательств заключения ответчиком договора с привлеченным субподрядчиком материалы дела также не содержат.

Указанные сведения не отражены и в представленной ответчиком книге доходов и расходов.

Факт поставки меда по товарной накладной № 7 от 27.12.2017 также не доказан.

В частности, сама товарная накладная не содержит сведений о том, в каком количестве была осуществлена поставка меда, поскольку не указана единица измерения (в тоннах или в литрах), нет сведений о том, каким образом осуществлена поставка это меда в адрес должника путем самовывоза или транспортная доставка.

Суд установил, что мед натуральный относится к продуктам животноводства и подлежит ветеринарному контролю. Однако, соответствующие документы, подтверждающие соответствие меда действующим техническим регламентам (декларация о соответствии, ветеринарные сопроводительные документы и пр.), ответчиком также не представлены.

Кроме того, согласно представленной уполномоченным органом налоговой декларации ответчика по НДФЛ, на предприятии общества АПФ «Хаим» в спорный период в штате числился один сотрудник – директор ФИО5, при этом, заработная плата ему не начислялась и не выплачивалась.

Представитель ответчика не смог пояснить и документально подтвердить, каким образом выполнялись работы по сбору и изготовлению меда, а также по обкашиванию обочин в Мечетлинском районе Республики Башкортостан.

Статьей 19 Закона о банкротстве определен круг заинтересованных лиц по отношению к должнику, к числу которых относится лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу пункту 2 вышеуказанной нормы заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским  законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Материалами дела установлено, что бывший руководитель предприятия-должника, являющийся также единственным учредителем, ФИО6 уклонялся от передачи документов, а также имущества общества «Уралдорстрой», что повлекло удовлетворение определением от 20.11.2018 заявления конкурсного управляющего ФИО2 об истребовании у Жука П.И. документов, а также материальных ценностей и имущества должника.

Согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц с момента государственной регистрации ответчика в качестве юридического лица его единственным участником является ФИО7, осуществлявший до 23.12.2016 руководство данным предприятием в качестве директора.

В соответствии с данными Единого государственного реестра юридических лиц, с 12.11.2010 единственным участником должника является ФИО6, он же осуществлял полномочия директора до даты открытия конкурсного производства.

Представитель ответчика в судебном заседании суда первой инстанции факт родства между указанными лицами не отрицал.

Таким образом, суд пришел к верному выводу о том, что между единственным участником, осуществлявшим также функции руководителя предприятия-должника ФИО6 и участником ответчика общества АПФ «Хаим» ФИО7 имеется родственная связь, а потому общество АПФ «Хаим» признается заинтересованным лицом на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве.

В этой связи ответчик не мог не знать о финансовом положении должника, а также о том, что данные сделки совершаются в нарушение интересов имеющихся у должника кредиторов.

Для оценки негативных последствий совершенной сделки необходимо учитывать совокупность обстоятельств, имевших место при заключении сделки (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью»).

Ссылка ответчика на наличие в материалах дела доказательств, подтверждающих реальность взаимоотношений между кредитором и должником, несостоятельна и подлежит отклонению, поскольку при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, является недостаточным.

 Доводы жалобы о том, что часть платежей относятся к текущим обязательствам, являются ошибочными, поскольку заявление о банкротстве принято к производству 12.01.2018, а не 15.12.2018, как указывает ответчик.

Учитывая изложенное, а также наличие на дату совершения оспариваемых платежей задолженности ООО «Уралдорстрой» перед иными кредиторами, суд первой инстанции обоснованно  признал сделки недействительными, как  совершенными во вред кредиторам, однако суд  неверно квалифицировал сделки  по перечислению денежных средств  ничтожными в соответствии  со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, тогда  как   они  подлежат признанию недействительными  по пункту 2 статьи 61.2 Закона  о  банкротстве, поскольку направлены на  вывод активов  должника. 

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого решения, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств по нему, и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные  расходы  по уплате  государственной пошлины (платежное поручение №27 от 13.12.2018) за  рассмотрение апелляционной  жалобы не подлежат возмещению в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом  результата спора.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2018 по делу № А07-38601/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью АПФ «Хаим» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяМ.Н. Хоронеко 

Судьи:Л.В. Забутырина

Ф.И. Тихоновский