﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-1611/2019

г. Краснодар

01 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 1 июня 2020 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Герасименко А.Н. и Денека И.М., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Гелиос» – директора Усс С.Н. (паспорт), Крикуна Р.А. (доверенность от 18.09.2019), в отсутствие общества с ограниченной ответственностью «Сулемар», конкурсного управляющего должника Замошникова И.А., Ворониной В.М., Дорохова И.Ю., направившего ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Гелиос» на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.12.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020 по делу № А63-1611/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Изумруд» (далее – должник) конкурсный управляющий должника Замошников И.А. (далее – управляющий) обратился с заявлением, в котором просил признать недействительными (ничтожными) следующие сделки по отчуждению спорного имущества: соглашение об отступном от 01.03.2012, заключенное должником и Ворониной В.М.; договор купли-продажи от 25.07.2019, заключенный Ворониной В.М. и ООО «Гелиос» (далее – общество); договор купли-продажи от 20.08.2019, заключенный обществом и ООО «Сулемар», а также взыскать с общества в пользу ООО «Сулемар» 19 млн рублей. 

Определением суда от 30.08.2019 Воронина В.М. и общество признаны лицами, участвующими в рассматриваемом обособленном споре. 

Определением суда от 11.11.2019 суд также признал ООО «Сулемар» лицом, участвующим в обособленном споре (соответчиком).

 

Определением суда от 23.12.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 19.03.2020, заявленные требования удовлетворены частично. Суд признал недействительной сделку по передаче должником Ворониной В.М. недвижимого имущества – магазина в литере «А» и 13/1000 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 4345 кв. м, на основании соглашения от 01.03.2012 об отступном по договору займа денежных средств от 23.01.2012; признал недействительным договор купли-продажи от 25.07.2019, заключенный обществом и Ворониной В.М.; применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества в пользу должника 19 млн рублей, взыскал с Ворониной В.М. в пользу общества 2050 тыс. рублей. Распределены судебные расходы. В остальной части в удовлетворении требований отказано. Судебные акты мотивированы наличием оснований для признания соглашения об отступном и договора купли-продажи от 25.07.2019 недействительными сделками.

В кассационной жалобе общество просит определение суда от 23.12.2019 и постановление апелляционного суда от 19.03.2020 отменить в полном объеме, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителя, обжалуемые судебные акты приняты с нарушением норм материального и процессуального права. Общество указывает, что управляющий не заявлял требование об оспаривании сделки по передаче должником спорного имущества Ворониной В.М., поэтому суды, признав такую сделку недействительной, по мнению подателя жалобы, вышли за пределы заявленных требований. Заявитель полагает, что вывод судов о действительной стоимости спорного имущества в сумме 19 млн рублей не основан на допустимых доказательствах; считает, что вывод судов о том, что должник не получил равноценное встречное исполнение, не соответствует имеющимся в материалах дела доказательствам. Заявитель указывает на то, что  судом общей юрисдикции установлен факт предоставления Ворониной В.М. квитанций к приходным кассовым ордерам № 67, 77, 11, 16, 20, подтверждающих факт принятия должником денежных средств от Ворониной В.М. во исполнение договора займа, который в силу части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) не требует повторного доказывания. Общество полагает, что отсутствуют основания для признания соглашения об отступном от 01.03.2012 между Ворониной В.М. и должником недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Заявитель считает, что вывод судов о том, что соглашение об отступном от 01.03.2012 и договор купли-продажи от 25.07.2019 прикрывали сделку между должником и обществом, не соответствует обстоятельствам дела и основан на неправильном применении норм материального (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – Гражданский кодекс) и процессуального (статьи 65, 71, 168 Кодекса) права; считает, что договор купли-продажи от 25.07.2019, заключенный Ворониной В.М. и обществом, не может быть признан недействительным по специальным основаниям (статья 61.2 Закона о банкротстве).

В отзывах на кассационную жалобу Дорохов И.Ю., ООО «Сулемар», конкурсный управляющий должника просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители общества поддержали заявленные требования.

В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав пояснения представителей общества, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемые судебные акты надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, ООО «Территория закона» обратилось с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Определением от 02.02.2019 суд принял заявление к рассмотрению и возбудил производство по делу о банкротстве должника. Определением от 04.04.2019, резолютивная часть которого объявлена 28.03.2019, суд ввел в отношении должника процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим в деле о банкротстве должника арбитражного управляющего Замошникова И.А. 

Решением суда от 19.08.2019, резолютивная часть которого объявлена 12.08.2019, должник признан банкротом, открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий Замошников И.А. Сведения об открытии конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» 24.08.2019.

Суды установили, что 23.01.2012 Воронина В.М. (займодавец) и должник (заемщик) заключили договор займа денежных средств (т. 4, л. д. 89), по условиям которого Воронина В.М. передает должнику 6 млн рублей. В соответствии с пунктом 2 договора денежные средства вносятся путем перечисления на счета и непосредственно в кассу в срок до 27.01.2012. Порядок перечисления конкретизирован в пункте 3 договора, в соответствии с которым 400 тыс. рублей вносится на счет в ПАО Сбербанк,                                  90 тыс. рублей на счет в ОАО «Промсвязьбанк», 4 млн руб. вносится 24.01.2012 в кассу, 1510 тыс. руб. вносится 27.01.2012 также непосредственно в кассу. 

Пунктом 6 договора срок возврата займа определен не позднее 23.02.2012. Пункты 8 и 9 договора содержат условие о том, что в случае невозврата должником суммы займа стороны заключают договор, по условиям которого должник в порядке отступного передает Ворониной В.М. спорное имущество, которое оценено сторонами в 6 млн рублей. 

1 марта 2012 года должник и Воронина В.М. заключили соглашение об отступном (т. 4, л. д. 92), по условиям которого должник передает спорное имущество Ворониной В.М. в порядке отступного по обязательствам, вытекающим из договора займа денежных средств от 23.01.2012. Записи о регистрации права собственности на спорное имущество за Ворониной В.М. внесены в ЕГРН 14.01.2019 (т. 1, л. д. 22-25). 

25 июля 2019 года Воронина В.М. (продавец) и общество (покупатель) заключили договор купли-продажи (т. 4, л. д. 23), по условиям которого Воронина В.М. произвела отчуждение спорного имущества в пользу общества. Стоимость передаваемого имущества определена сторонами в сумме 2050 тыс. рублей. 

20 августа 2019 года общество (продавец) и ООО «Сулемар» (покупатель) заключили договор купли-продажи (т. 4, л. д. 9), по условиям которого общество произвело отчуждение спорного имущества в пользу ООО «Сулемар». Стоимость передаваемого имущества определена сторонами в сумме 19 млн рублей.

По мнению управляющего и кредитора Дорохова И.Ю., договор займа, соглашение об отступном и последующие договоры купли-продажи спорного имущества являются цепочкой единой сделки должника по распоряжению имуществом должника, направленной на вывод этого имущества в целях недопущения обращения на него взыскания. В обоснование неравноценности заключенной должником и Ворониной В.М. сделки по передаче имущества управляющий указывал на то, что Воронина В.М. продала имущество общество по цене 2050 тыс. рублей, в то время как по соглашению об отступном стоимость имущества определена сторонами в сумме 6 млн рублей. В дальнейшем управляющий указал на то, что в качестве рыночной стоимости следует принимать сумму в размере 19 млн рублей, по которой спорное имущество приобретено конечным приобретателем – ООО «Сулемар». 

В своих возражениях представитель Ворониной В.М. и общества ссылается на отчет об оценке от 13.12.2019, подготовленный по заказу Ворониной В.М. (т. 9, л. д. 24), где стоимость нежилого помещения определена в сумме 5533 тыс. рублей, также указывает о том, что согласно материалам дела практически аналогичным образом стоимость спорного имущества определялась и банками – залогодержателями. 

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящими требованиями.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 65, 71, 223 Кодекса, статьями 2, 32, 61.1, 61.2, 61.6, 129 Закона о банкротстве, статьей 167 Гражданского кодекса, разъяснениями  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона “О несостоятельности (банкротстве)”».

Суды установили, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 06.02.2019, оспариваемые сделки совершены 25.07.2019, 20.08.2019, то есть после возбуждения дела о банкротстве и введения процедуры наблюдения (28.03.2019), следовательно, при оспаривании сделок подлежат доказыванию основания пункта 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Из представленного в материалы регистрационного дела в отношении должника суды установили, что Воронина В.М. с момента создания должника входила в состав участников должника (т. 3, л. д. 151), а также являлась главным бухгалтером, поэтому она является заинтересованным по отношению к должнику лицом. 

28 декабря 2011 года на внеочередном собрании участников должника (т. 5, л. д. 87), при кворуме 85,7% голосов, на котором в том числе принимала участие Воронина В.М., участниками должника единогласно принято решение уполномочить руководителя должника заключить с ОАО «Промсвязьбанк» кредитный договор на получение 6 млн рублей под залог спорного имущества. 

24 января 2012 года ОАО «Промсвязьбанк» и должник заключили кредитный договор № 81-20044/0347 (т. 5, л. д. 88), по условиям которого банк открывает должнику кредитную линию с лимитом выдачи 6 млн рублей на срок по 16.01.2015 для целей погашения задолженности по кредитному договору от 29.11.2010 № 2210000127, заключенному с ОАО «Сбербанк». В пункте 4.1.1 договора указано о том, что обязательства по кредитному договору обеспечиваются залогом спорного имущества. 

6 марта 2012 года ОАО «Промсвязьбанк» и должник заключили договор об ипотеке № 81-20044/0347-1 (т. 5, л. д. 100), по условиям которого должник передал банку в залог спорное имущество в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 24.01.2012 № 81-20044/0347. В пункте 1.3 договора указано, что залогодатель подтверждает, что на момент подписания договора об ипотеке имущество не является предметом залога по другому залогу, свободно от долгов, не сдано в аренду, не продано, в споре или под арестом не состоит, свободно от иных обременений и прав на него третьих лиц. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2012 по делу № А40-34973/2012, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2012, с должника в пользу ООО «ОНИКС Трейдинг» взыскана задолженность в сумме 2 730 379 рублей 17 копеек, которая по договорам цессии перешла Дорохову И.Ю. и по заявлению которого включен в реестр. По вынесенному в рамках дела № А40-34973/2012 решению суда выдан исполнительный лист, по которому согласно сервису ФССП России «Банк данных исполнительных производств» 18.09.2012 возбуждено исполнительное производство № 22319/12/42/26-ИП, которое прекращено 29.12.2018 на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве» (возвращение исполнительного документа взыскателю в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными). 

Суд апелляционной инстанции исходил из того, что Воронина В.М., являясь участником должника, а также главным бухгалтером, не раскрыла мотивы экономической целесообразности предоставления с ее стороны должнику займа в сумме 6 млн рублей, учитывая тот факт, что должником в тот же период времени заключен кредитный договор на сумму 6 млн рублей. Также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что Воронина В.М. обладала в 2012 году средствами, позволяющими предоставить заем в сумме 6 млн рублей. 

В обоснование возможности предоставления должнику займа Воронина В.М. представила договор купли-продажи квартиры, за счет которого выручила                             3200 тыс. рублей, а также сведения о доходах за период с 2008 по 2011 год. 

Учитывая, что квартиру Воронина В.М. продала в 2008 году, а также, принимая во внимание размер ее доходов за период с 2008 по 2011 год, суды пришли к выводу о том, что у Ворониной В.М. не имелась сбереженная спорная денежная сумма. Таким образом, доходы Ворониной В.М. не позволили ей предоставить в заем спорную денежную сумму. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

Кроме того, суды также исходили из того, что Воронина В.М. произвела отчуждение спорного имущества в пользу общества по договору от 25.07.2019. Стоимость передаваемого имущества определена сторонами в сумме 2050 тыс. рублей. 

Из материалов регистрационного дела в отношении общества суды установили, что первоначальным учредителем общества являлась Швец Л.Ф., которая при принятии решения о создании общества 01.07.2005 назначила директором общества Воронину В.М. (т. 2, л. д. 117). 

 

4 сентября 2008 года Усс С.Н., являющийся наследником своей умершей матери Швец Л.Ф., принял решение о внесении изменений в состав участников общества в связи с наследованием 100% доли в уставном капитале общества, которым также подтвердил полномочия Ворониной В.М. (т. 2, л. д. 96). 

8 июня 2009 года единственный участник общества Усс С.Н. уволил Воронину В.М. с занимаемой должности по собственному желанию (т. 2, л. д. 74). 

Из представленных органом ЗАГС ответов на запросы суды установили, что Усс С.Н. и Воронина В.М. в период с 03.09.1994 по 08.07.2010 состояли в браке, имеют совместных детей (т. 8, л. д. 1-6).

На момент заключения договора от 25.07.2019 на сайте ЕФРСБ и в газете «Коммерсантъ» опубликованы сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства. 

Принимая во внимание, что единственный участник общества Усс С.Н. и Воронина В.М. ранее находились в браке и имеют совместных детей, с учетом того, что общество приобрело у Ворониной В.М. спорное имущество по явно заниженной цене (2050 тыс. рублей), чем указано в соглашении об отступном (6 млн рублей), и впоследствии продало его по цене в 19 млн рублей, многократно превышающей цену, по которой имущество приобретено, суды сделали вывод о том, что общество и Воронина В.М. обладали высокой степенью осведомленности о деятельности друг друга, вследствие чего общество не могло не располагать сведениями о введении процедуры банкротства должника. Следовательно, факт заключения должником спорного соглашения об отступном в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами и наличии признаков неплатежеспособности, отчуждение актива по существенно заниженной цене и аффилированность покупателя – являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названного соглашения, в связи с чем суды пришли к выводу о наличии у этого соглашения состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Последующее отчуждение этого имущества лицу, осведомленному обо всех этих обстоятельствах, свидетельствует о том, что соглашение об отступном от 01.03.2012 прикрывало действия должника по передаче спорного имущества в пользу общества, в целях дальнейшего отчуждения последним этого имущества, из чего суды пришли к выводу о том, что соглашение об отступном от 01.03.2012 и договор купли-продажи от 25.07.2019 являются единой сделкой по выводу имущества должника, в результате фактического сговора участвовавших в совершении этой сделки лиц, направленных на вывод спорного имущества, путем придания этому процессу формальной правомерности в целях причинения вреда кредиторам должника и извлечения собственной выгоды из своего недобросовестного поведения, и признали сделки по передаче должником Ворониной В.М. недвижимого имущества на основании соглашения от 01.03.2012 об отступном по договору займа денежных средств от 23.01.2012 и договору купли-продажи от 25.07.2019 недействительными на основании пункта 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Рассмотрев требования о признании недействительным договора купли-продажи от 20.08.2019, суды исходили из того, что ООО «Сулемар» приобрело спорное имущество по цене не ниже рыночной стоимости. В материалах делах отсутствуют доказательства, свидетельствующие о какой-либо юридической или фактической, непосредственной или опосредованной аффилированности между обществом и ООО «Сулемар», в отношении общества не введена процедура банкротства, и на момент продажи спорного имущества в ЕГРН о нем внесены сведения как о собственнике спорного имущества. В обоснование исполнения обязательств по договору от 20.08.2019 ООО «Сулемар» представило платежное поручение от 21.08.2019 № 1215 о перечислении в пользу общества                            16 500 тыс. рублей в соответствии с пунктом 4 договора от 20.08.2019. Остальная сумма в размере 2500 тыс. рублей не перечислена в связи с подачей управляющим заявления об оспаривании сделок, в рамках которого судом приняты обеспечительные меры о запрете регистрационных действий в отношении спорного имущества. Следовательно, факт недобросовестности со стороны ООО «Сулемар» по приобретению спорного имущества не подтвержден, имущество отчуждено не по заниженной стоимости, поэтому оснований для признания договора купли-продажи от 20.08.2019, заключенного обществом и ООО «Сулемар» не имеется. В указанной части кассационная жалоба не содержит доводов относительно несогласия с принятыми по делу судебными актами.

Вместе с тем, суды не учли следующее.

Из материалов дела видно, что заявитель по данному обособленному спору просил признать недействительными (ничтожными) прикрывающие сделки: заключенные между должником и Ворониной В.М. соглашение об отступном от 01.03.2012 по договору займа денежных средств от 23.01.2012, договор купли-продажи недвижимого имущества от 25.07.2019, а также договор купли-продажи от 20.08.2019 (т. 8, л. д. 8-20, уточненные требования от 22.10.2019). Данные уточнения приняты к производству определением суда от 11.11.2019.  Вместе с тем, в результате рассмотрения данного требования суд фактически вышел за предмет заявленных требований, признав недействительной сделку по передаче должником в пользу Ворониной В.М. спорного недвижимого имущества на основании соглашения об отступном от 01.03.2012. Согласно части 1 статьи 49 Кодекса только истцу предоставляется право путем подачи ходатайства изменять предмет или основание иска. Процессуальное законодательство не содержит норм, позволяющих суду по собственной инициативе изменять предмет или основание заявленного истцом требования.

Вывод судов о том, что рыночная стоимость спорного имущества по договору об отступном от 01.03.2012 на дату заключения данного договора составляет 19 млн рублей, опровергается представленными в дело доказательствами: отчету от 13.12.2019 № 1163/2019 об определении рыночной стоимости спорного имущества по состоянию на 01.03.2012 в размере 5533 тыс. рублей и доводам ответчиков. Суды не проверили доводы общества о том, что по аналогичной стоимости спорное имущество в 2012 году передавалось банкам по договору ипотеки. При наличии противоречий в рыночной стоимости спорного имущества в 2012 году и в 2019 году, судам следовало предложить сторонам провести судебную экспертизу о стоимости спорного имущества на момент заключения соглашения об отступном от 01.03.2012.

В нарушение требований пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве, суды не установили действительную стоимость спорного имущества на момент заключения договора об отступном от 01.03.2012. В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.01.2001 № 7309/99 сформирован подход, согласно которому для взыскания убытков, вызванных увеличением стоимости неосновательно полученного имущества на момент рассмотрения дела, подлежит доказыванию обоснованность рыночной цены имущества. В отсутствие указанных доказательств, в качестве последствий недействительности сделки подлежит применению стоимость имущества на момент ее совершения.

Суды сделали вывод о том, что Воронина В.М. не обосновала экономическую обоснованность заключения должником с ней в 2012 году договора займа и договора об отступном. Вместе с тем, в материалах дела представлен отзыв Ворониной В.М., в котором она указала свои пояснения по поводу заключенных сделок и мотивов их заключения (т. 1, л. д. 138 – 140), а также протоколом внеочередного общего собрания участников должника от 06.01.2012, в котором указаны мотивы заключения с Ворониной В.М. беспроцентного займа на сумму 6 млн рублей и в случае неисполнения должником обязательств во возврату заемных средств, заключения договора об отступном, исполнение которого возможно до 01.12.2018. В нарушение пункта 2 части 4 статьи 170 и пункта 12 части 2 статьи 271 Кодекса суды не дали оценку указанным доказательствам, имеющимся в материалах дела.

 

Делая вывод об отсутствии у Ворониной В.М. возможности предоставить должнику заем в размере 6 млн рублей, суды не указали обоснование со ссылкой на материалы дела, по которому пришли к такому выводу; не дали оценку всем доводам Ворониной В.М. и представленных в обоснование данных доводов доказательств.

Кроме того, заявления о фальсификации доказательств, судами фактически не рассмотрены: отказано в удовлетворении ходатайств об экспертизе давности изготовления данных доказательств, не указаны мотивы, по которым пришли к выводу  об отказе в  удовлетворении заявлений о фальсификации. 

Ответчики ссылались на то, что Ессентукский городской суд Ставропольского края в решении от 01.03.2018 указал, что Воронина В.М. представила суду соглашение об отступном от 01.03.2012, договор займа от 23.01.2012, заключенный должником и Ворониной В.М. и квитанции к приходным кассовым ордерам № 67, 77, 11, 16, 20, подтверждающие факт принятия должником денежных средств от Ворониной В.М. в исполнении договора займа. 

Суды не указали доказательства, при исследовании  которых в настоящем обособленном споре пришли к иным выводам, чем Ессентукский городской суд Ставропольского края; не дали оценку доводам о том, чем обусловлен временной разрыв между соглашением об отступном и датой регистрации передачи объектов недвижимости, а также доводам о злоупотреблении правом со стороны должника.

Суды сделали вывод об аффилированности должника, Ворониной В.М. и общества. При этом суды не указали мотивы, по которым отклонили доводы ответчиков и представленные в обоснование этих доводов доказательства, что на момент заключения оспоренных сделок отсутствовала аффилированность Ворониной В.М. и общества. Кроме того, не указаны мотивы, по которым отклонены доводы Ворониной В.М., что для заключения в 2012 году оспоренных сделок было возможно только при одобрении общего собрания участников общества, у Ворониной В.М. отсутствует большинство голосов, поскольку ее доля участия в обществе составляет 14, 285 %; решение о заключении данных сделок единогласно принято общим собранием участников общества 06.01.2012. 

Поскольку судебные акты приняты по неполно исследованным обстоятельствам дела, они подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса. 

В соответствии с частью 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, устранить указанные нарушения норм процессуального права, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований Кодекса, после чего разрешить спор с соблюдением норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.12.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020  по  делу                                    № А63-1611/2019 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

А.Н. Герасименко

 

И.М. Денека