ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-116439/2021

16 октября 2024 года

г. Санкт-Петербург

/субс.1

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В.,

судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М. 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Вороной Б.И.,      

при участии:

ФИО1 (паспорт), его представителя ФИО2 (доверенность от 05.07.2023)

от конкурсного управляющего – представителя ФИО3 (доверенность от 30.03.2024), 

от ФИО4 – представителя ФИО5 (доверенность от 12.01.2024)  посредством веб-конференции, 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО6 (регистрационный номер 13АП-16965/2024) и ФИО1 (регистрационный номер 13АП-16964/2024) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2024 по обособленному спору №А56-116439/2021/субс.1 (судья Терешенков А.Г.), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строй Инвест Дом», 

ответчики: ФИО1, ФИО4, 

третье лицо: финансовый управляющий ФИО7,  

 

установил:

ПАО «Банк ВВБ» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ООО «Строй Инвест Дом» (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

            Определением арбитражного суда от 23.12.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

            Определением арбитражного суда от 01.02.2022 (резолютивная часть объявлена 31.01.2022) заявление признано обоснованным, в отношении ООО «Строй Инвест Дом» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.

            Решением арбитражного суда от 29.07.2022 (резолютивная часть объявлена 25.07.2022), ООО «Строй Инвест Дом» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

В арбитражный суд 14.11.2023 обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении ФИО1, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлении производства по обособленному спору  в части установления размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 23.04.2024 арбитражный суд привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строй Инвест Дом»; в удовлетворении остальной части требований отказал. Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 и конкурсный управляющий обратились с апелляционными жалобами, в которых просят определение от 23.04.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт.

ФИО1 утверждает, что ООО «Строй Инвест Дом» не вело хозяйственной деятельности начиная с 2019 года, потому какая-либо документация за указанный период не формировалась. Выводы в определении от 28.03.2023 не могут иметь преюдициального значения для разрешения настоящего спора. Конкурсный управляющий имеет в распоряжении активы должника – недвижимое имущество и транспортное средство. ФИО1 обращает внимание на то, что стал участником должника в 2018 году, когда общество уже находилось в ситуации финансового кризиса. Непередача документации не привела к банкротству должника и не усложнила деятельность конкурсного управляющего, обратного не доказано. В момент вынесения определения об истребовании документов конкурсный управляющий уже обладал большей их частью. Управляющим не доказано, что после 2018 года общество вело финансово-хозяйственную деятельность в отсутствие руководителя (ФИО4, который сложил свои полномочия 23.04.2018). Исполнительные производства, возбужденные в целях погашения задолженности перед банком, полностью блокировали деятельность ООО «Строй Инвест Дом», сделав невозможным извлечение прибыли. При этом ФИО1 предпринимал действия, направленные на занятие руководящей должности в обществе, но регистрирующим органом было принято решение об отказе в назначении генерального директора. Апеллянт считает судебный акт в части установления оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежащим отмене, а выводы в остальной части оставляет на усмотрение апелляционного суда.  

Конкурсный управляющий настаивает на том, что контролирующие должника лица обязаны были обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом в период с 01.11.2017 по 01.12.2017. Податель жалобы утверждает, что задолженность перед ПАО «Банк ВВБ» существенно возрастала с учетом получения новых кредитов, а также появлялись новые обязательства перед уполномоченным органом, ТСЖ «Малый проспект дом 12». Бездействие ответчиков привело к наращиванию задолженности. Судом неверно установлен срок окончания полномочий ФИО4 – в ЕГРЮЛ отсутствуют сведения о решении учредителя о прекращении полномочий руководителя. 

В отзыве ФИО4 возражает против удовлетворения жалоб, просит оставить определение от 23.04.2024 без изменения, полагая его законным и обоснованным.

Протокольным определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2024 по ходатайству конкурсного управляющего рассмотрение апелляционных жалоб отложено на 24.07.2024.

По ходатайству ФИО4 к делу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщены дополнительные доказательства, подтверждающие осведомленность         ФИО1 о кризисном положении общества в момент приобретения долей участия в уставном капитале последнего (соглашение от 12.04.2018, акт приема-передачи документации от 04.05.2018). 

Определением от 24.07.2024 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 04.09.2024, конкурсному управляющему предложено представить дополнительные доказательства, в частности  бухгалтерскую отчетность ООО «Строй Инвест Дом», а также развернутые пояснения по вопросу о том, за счет каких активов должника не удалось сформировать конкурсную массу и какие возникли препятствия при ее формировании вследствие непередачи документации.

Конкурсный управляющий представил в материалы дела письменную позицию, к которой приложены копия инвентаризационной описи, сведения с сайта ФССП России, копия ответа МИ ФНС №7 по Санкт-Петербургу и сведения системы СПАРК. Судебное заседание отложено протокольным определением на 09.10.2024. 

Ознакомившись с указанными документами, ФИО1 представил письменные пояснения, приложив сообщения о публикациях на сайте ЕФРСБ от 21.09.2023.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В настоящем судебном заседании его участники поддержали доводы, изложенные в своих процессуальных документах.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав доводы подателей апелляционных жалоб и возражения  ФИО4 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон №266-ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона №266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу. 

Пунктом 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ. 

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон №73-ФЗ), а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. 

Между тем, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролировавших должника лиц подано 14.11.2023, а также исходя  из доводов конкурсного управляющего о вменяемых ответчикам действиях/бездействии в период с 01.11.2017 по 01.12.2017, подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ. 

Правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Закона о банкротстве, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы, как это установлено пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Таким образом, конкурсный управляющий должника уполномочен обращаться в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование наличия у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, конкурсный управляющий указал, что ФИО4 в период с 26.11.2013 по 03.08.2022 являлся руководителем и выгодоприобретателем по сделкам должника, а ФИО1 с 19.04.2018 является единственным участником должника, что в соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве позволяет отнести их к контролирующим должника лицам. 

Обращаясь в арбитражный суд  с заявленными требованиями, конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности указал на неисполнение обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве в период с 01.11.2017 по 01.12.2017, а также невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) в связи с непередачей конкурсному управляющему бухгалтерской документации должника, его материальных ценностей. 

По мнению конкурсного управляющего, с 01.11.2017 должник начал отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества в связи с тем, что по кредитным договорам с ПАО Банк «ВВБ» (далее - Банк), исполнение обязательств по которым обеспечено залогом всего недвижимого имущества должника (4 объекта) и поручительством ФИО4 и ФИО1, допущена просрочка, о которой  Банк уведомил  04.10.2017. Ввиду того, что у Банка возникло право обратить взыскание на все основные средства должника, а иного имущества для погашения образовавшейся задолженности у должника не имелось, то с 01.11.2017 финансовые трудности являлись непреодолимыми и неустранимыми, приведшими к невозможности осуществления  хозяйственной деятельности. 

В связи с этим, у ответчиков возникла обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника, установленная статьей 9 Закона о банкротстве, которую ФИО4 и ФИО1 не исполнили (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Кроме того, ввиду ненадлежащего исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим в судебном порядке у ответчиков истребованы документация должника, его печати, штампы, материальные активы, однако ответчики продолжают уклоняться от  исполнения указанной обязанности, недобросовестным поведением препятствуют осуществлению деятельности конкурсного управляющего, который лишен возможности сформировать конкурсную массу за счет дебиторской задолженности и финансовых вложений, и при этом вынужден осуществлять реализацию залогового имущества - автомобиля Меседес-Бенц СL5004Matic в отсутствие ключа зажигания, что значительно снижает его инвестиционную привлекательность и соответственно, стоимость, уменьшает объем конкурсной массы.

Удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования в отношении ФИО1 и отказывая в удовлетворении требований к    ФИО4, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию в целях привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, отсутствует.  Определением арбитражного суда от 11.01.2023 по обособленному спору №А56-116439/21/истр.2 конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления об истребовании документации, печатей, штампов  и материальных ценностей должника у ФИО4 При этом, документы, сведения и материальные ценности должника переданы ФИО1, в связи с чем арбитражный суд признал доказанным наличие оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Возражая против отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий в апелляционной жалобе не указал, какие обстоятельства не учел суд первой инстанции, принимая такое решение по данному основанию, не привел аргументов, позволяющих критически оценить выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, по существу, продублировав доводы заявления.  

Судом первой инстанции установлено, что согласно бухгалтерской отчетности должника за 2017 год в составе его активов числились основные средства на сумму 18 261 тыс. рублей и дебиторская задолженность в размере 7 335 тыс. рублей.  

При этом, все основные средства, в составе которых учитывалось 4 объекта недвижимого имущества, были переданы в залог Банку, обязательства перед которым перестали исполняться с 04.10.2017, в связи с чем решением  Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 18.10.2018 с должника, а также с          ФИО4 и ФИО1 солидарно как с поручителей, в пользу Банка взыскана в полном объеме задолженность по четырем кредитным договорам в размере около 28,5 млн рублей, а также обращено взыскание на залоговое имущество. В дальнейшем по заявлению Банка возбуждено производство по делу о банкротстве должника, задолженность включена в реестр требований кредиторов. 

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Закона о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с положениями статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон №14-ФЗ) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности названных лиц должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела. 

Из указанного следует, что к субсидиарной ответственности может быть привлечен как единоличный исполнительный орган, так и учредители (участники) должника, а также иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53), согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве. 

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 названной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, учитывая положения статей 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, разъяснения в пунктах 9, 12, 14 постановления №53, суд первой инстанции установил, что в период с 01.01.2018 по 23.12.2021 у должника не возникло новых обязательств перед кредиторами, при этом действия руководителя не подпадают под критерии неразумности и недобросовестности, конкурсным управляющим не доказаны наличие и размер обязательств, возникших у должника после истечения сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, в связи с чем в привлечении ответчиков по указанным конкурсным управляющим основаниям отказано. 

Доводы конкурсного управляющего в апелляционной жалобе подлежат отклонению, поскольку по существу выражают несогласие с принятым судебным актом.

Как правильно отмечено судом первой инстанции, нормы пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает, что в связи с неисполнением ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, задолженность перед Банком существенно увеличилась, а также возникли новые обязательства перед уполномоченным органом на сумму 26 тыс рублей, ТСЖ «Малый проспект дом 12» на сумму 425 тыс. рублей и ООО «Петербургтеплоэнерго» в размере 78,9 тыс рублей, что суд первой инстанции не учел. 

Вместе с тем, указанные доводы являются новыми, заявлены только в ходе рассмотрения апелляционной жалобы, перед судом первой инстанции не раскрывались конкурсным управляющим, в связи с чем не могут быть оценены. Кроме того, приводя такие доводы в апелляционной жалобе, конкурсный управляющий не представляет никаких документов, подтверждающих указанные обстоятельства, исключая потенциальную возможность установления и оценки даты возникновения новых обязательств относительно заявленного периода возникновения обязанности по обращению с заявлением о банкротстве должника. 

Изучив сведения, размещенные в Картотеке арбитражных дел, суд апелляционной инстанции установил, что задолженность  перед ТСЖ «Малый проспект дом 12» на сумму 425 тыс. рублей возникла за период с мая 2017 года по апрель 2020 года в связи с неисполнением должником обязательств по внесению платы за коммунальные услуги и услуги по обслуживанию жилого дома по помещению №6Н, расположенному по адресу: 

<

...>, собственником которого должник стал в апреле 2017 года.

Задолженность в размере 26 164,14 рублей, которую просила включить в реестр требований кредиторов МИ ФНС №7 по Санкт-Петербургу, возникла в связи с неуплатой налога за 2017 год.

Требования ООО «Петербургтеплоэнерго» в сумме 78,9 тыс рублей основаны на возникновении задолженности за поставленную тепловую энергию за период  октябрь-ноябрь 2021 года, октябрь 2020 – май 2021 года, октябрь-ноябрь 2018 года, взысканной в судебном порядке.

Указанные обязательства возникли в связи с тем, что должник в 2017 году стал собственником нежилых помещений, при этом, иных новых обязательств должник не принимал, задолженности по таким обязательствам после 01.01.2018 у него не возникло.

Как следует из материалов дела, по состоянию на 01.11.2017, когда по мнению конкурсного управляющего возникла обязанность контролирующих должника лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, ФИО1 не являлся ни руководителем должника, ни его участником, поскольку приобрел 100% долю участия в ООО «Строй Инвест Дом» только в апреле 2018 года, а потому не имел объективной возможности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника в указанный конкурсным управляющим период. При этом, ФИО4 с мая 2017 года был нетрудоспособен вследствие аварии, в которую он попал, а затем длительного периода восстановления и реабилитации в связи с полученными тяжелыми травмами, вплоть до апреля 2018 года, когда руководство должником со всей его документацией было передано ФИО4 в пользу ФИО1 

Таким образом, факты совершения недобросовестных действий контролирующих должника лиц, которые, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывали от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, документально не подтверждены.

Указанные обстоятельства в совокупности позволяют суду апелляционной инстанции согласиться с выводами, изложенными в обжалуемом определении об отсутствии оснований для удовлетворения требований к ответчикам по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления №53).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России, к моменту введения наблюдения (признания должника банкротом) отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 24 постановления №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документов (отсутствие в них полной информации или наличие в документах искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска, при этом, как ранее, так и в настоящее время, действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что, скрывая, уничтожая, искажая, производя иные манипуляции с названной документацией, руководитель утаивает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Непосредственно причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 №305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Наличие механизма судебного истребования документации не исключает безусловную обязанность руководителя должника самостоятельно передать хозяйственные документы общества. Истребование документов является правом, а не обязанностью конкурсного управляющего. Ненаправление запроса конкурсным управляющим о предоставлении документов должника в адрес места жительства ответчика не отменяет действие обязанности бывшего руководителя должника, ретранслированной в норму абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве. 

Отсутствие судебного акта о понуждении бывшего руководителя передать конкурсному управляющему документы и материальные ценности должника не носит определяющий характер при оценке обоснованности применения установленных законом презумпций виновной причастности контролирующего лица к ответственности за невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Исследуя обстоятельства, связанные с наличием или отсутствием оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным доводам, установив, что управляющему не была передана в полном объеме бухгалтерская и иная документация должника, подтверждающая или опровергающая наличие у должника активов, что явилось препятствием для формирования конкурсной массы, исходя из того, что мероприятия, выполняемые управляющим в ходе конкурсного производства для целей пополнения конкурсной массы, определяются именно содержанием передаваемой документации, позволяющей принять меры по защите прав должника и кредиторов, получение же конкурсным управляющим информации из других источников значительно затрудняет и увеличивает срок производства по делу о банкротстве, а также текущие затраты на процедуру, а также из того, что вся документация должника передана ФИО4 в пользу ФИО1, констатировав, что со стороны ответчика указанный довод управляющего не был опровергнут, равно как и не была опровергнута презумпция невозможности пополнения конкурсной массы в результате непередачи полного объема документации, суд первой инстанции в отсутствие убедительных доказательств иного, опровергающих доводы конкурсного управляющего признал доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличие в данном случае причинно-следственной связи между непередачей ФИО1 конкурсному управляющему документации должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, а также наступившими негативными последствиями для конкурсных кредиторов, не имеющих возможности получить удовлетворение своих требований.

Возражения  ФИО1 в апелляционной жалобе, а затем в письменной позиции сначала о том, что документация должника ему передана не вся, в частности, не передана документация о дебиторской задолженности, а затем трансформировавшиеся в доводы о том, что дебиторская задолженность у должника фактически отсутствовала, а на сумму 7 335 тыс. рублей в бухгалтерском балансе отражены обязательства по аккредитиву, и непередача такой документации не повлияла на формирование конкурсной массы, отклоняются судом апелляционной инстанции. 

Фактические обстоятельства, связанные с передачей/получением   ФИО1 от ФИО4 документации должника по акту от 04.05.2018, когда ФИО4 сложил с себя полномочия генерального директора и участника, исследованы в рамках обособленного спора №А56-116439/2021/истр.3, определением от 28.03.2023 у ФИО1 истребована документация должника. Кроме того, в соглашении от 12.04.2018 ФИО1 указал, что приобретая у ФИО4 долю в ООО «Строй Инвест Дом», полностью осведомлен о текущей задолженности перед Банком, а также о состоянии бухгалтерского баланса, наличии дебиторской задолженности. 

Суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения жалоб, изучения материалов дела полагает, что выводы суда первой инстанции соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Несогласие с выводами суда, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятом по спору судебном акте нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, обжалуемое определение соответствует обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2024 по обособленному спору №А56-116439/2021/субс.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова 

С.М. Кротов