АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2419/23 

Екатеринбург

29 мая 2023 г.

 

Дело № А76-41416/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Шершон Н. В., Новиковой О. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Челябинский электромеханический завод» (далее – общество «Челябинский электромеханический завод») на решение Арбитражного суда Челябинской области от 27.09.2022 по делу № А76-41416/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2023 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

 

Общество «Челябинский электромеханический завод» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО1 о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Аспект Проф» (далее – общество «Аспект Проф»).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.09.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2023, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, общество «Челябинский электромеханический завод» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы ее заявитель указывает, что недобросовестные действия ФИО1, как директора и учредителя общества «Аспект Проф», привели к невозможности погашения задолженности, а именно, руководителем должника не исполнена обязанность по подаче заявления в суд о признании юридического лица банкротом. Кроме того, налоговым органом в отношении должника была возбуждена процедура исключения из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), в то же время, ответчик не предпринял каких-либо действий по прекращению названной процедуры. Кассатор считает, что иные подконтрольные ответчику организации также исключены из ЕГРЮЛ по причине бездействия контролирующего лица. Заявитель жалобы отмечает, что в материалы дела № А76-38451/2018 (по иску общества «Челябинский электромеханический завод» к обществу «Аспект Проф») представлена транспортная накладная от 14.08.2018, из содержания которой следует, что с 15.08.2018 с территории, арендованной обществом «Аспект Проф», вывезено оборудование для автосервиса, количество грузовых мест составляло 26 штук, общий вес груза – 2978 килограммов. По убеждению кассатора, за счет упомянутого имущества могла быть полностью или частично погашена задолженность перед заводом. Истец считает, что представленные ответчиком в суд апелляционной инстанции документы (договор, акт, выписка) не являются допустимыми доказательствами, поскольку имеются основания полагать, что документы изготовлены с целью опровержения принадлежности указанного выше имущества обществу «Аспект Проф», при этом сведения, содержащиеся в упомянутых документах, разнятся по количеству оборудования и весу со сведениями, отраженными в товарной накладной. Кассатор полагает, что ответчик должен был инициировать процедуру банкротства в течение месяца после вступления в законную силу решения суда о взыскании задолженности по договору аренды (после 29.04.2019). 

В представленном отзыве ФИО1 просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «Челябинский электромеханический завод» (арендодатель) и обществом «Аспект Проф» (арендатор) был подписан договор аренды нежилого помещения от 01.04.2018 № 76, по условиям которого арендодатель передает, а арендатор принимает за плату во временное владение и пользование нежилое помещение, принадлежащее арендодателю на праве собственности, общей площадью 852,4 кв. м, расположенное по адресу: г. Челябинск, 

<

...>: помещения № 3-6, 9 на 1 этаже (Литера Н согласно техническому паспорту МБТИ «Стоянка для автотранспорта») общей площадью 634 кв. м – которое арендатор будет использовать для автосервиса; помещения № 1, 2, 6-16 на 2 этаже (Литера Н согласно техническому паспорту МБТИ «Стоянка для автотранспорта») общей площадью 218 кв. м – для размещения офиса (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора, на момент подписания договора срок аренды установлен сторонами на 11 месяцев.

Нежилое помещение, согласованное в договоре аренды, передано арендатору по акту приема-передачи помещений от 01.04.2016.

При подписании договора арендная плата за помещения № 3-6, 9 на 1 этаже (Литера Н согласно техническому паспорту МБТИ «Стоянка для автотранспорта») общей площадью 634 кв. м – которое арендатор будет использовать для автосервиса, установлена в сумме 250 руб. (НДС не предусмотрен) за 1 кв. м арендуемых помещений и включает в себя затраты на покрытие эксплуатационных расходов (обслуживание инженерных сетей и коммуникаций), коммунальных платежей (теплоснабжение, вывоз ЖБО) (пункт 3.1).

Оплата производится на расчетный счет арендодателя либо иным способом, предусмотренным действующим законодательством по соглашению сторон, но не позднее 27 числа месяца предшествующего отчетному, без выставления соответствующего счета.

Возмещение расходов за водоснабжение, электроэнергию, услуги связи производится одновременно с арендными платежами в размере стоимости потребленных услуг за предыдущий месяц согласно показаниям счетчика, либо согласно расчету, представляемому представителем арендодателя (пункт 3.2).

Уведомлениями исх. № 107 от 29.08.2018, исх. № 108 от 30.08.2018, № 109 от 31.08.2018 (направлены ответчику в день их изготовления) истец, сославшись на гарантийное письмо ответчика от 16.08.2018 о выплате задолженности в срок до 25.08.2018, просил немедленно погасить образовавшийся долг по внесению арендных платежей в сумме 149 134 руб. 68 коп. и 14 149 руб. 71 коп. – за потребленную электроэнергию.

Арендатор надлежащим образом на претензионные требования истца не отреагировал.

Телеграммой от 31.08.2018 истец потребовал от ответчика явиться 03.09.2018 для вскрытия арендованного помещения для описи находящегося внутри имущества. Однако, согласно сведениям публичного акционерного общества «Ростелеком», общество «Аспект Проф» отказалось принимать телеграмму, поданную истцом, по причине чего она доставлена не была.

Кроме того, решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.04.2019 по делу № А76-38451/2018 с общества «Аспект Проф» в пользу общества «Челябинский электромеханический завод» взыскана задолженность в сумме 657 079 руб. 97 коп., в том числе: основной долг в сумме 611 237 руб. 18 коп., неустойка за период с 31.10.2018 по 20.12.2018 в сумме 45 842 руб. 79 коп., а также 33 697 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

На основании выданного судом исполнительного листа ФС № 030343430 судебным приставом-исполнителем 20.06.2019 возбуждено исполнительное производство 66074/19/74054-ИП, вместе с тем, указанное решение суда исполнено не было в связи с исключением общества «Аспект Проф» из Единого государственного реестра юридических лиц ( далее -ЕГРЮЛ).

Общество «Аспект Проф» 09.02.2012 зарегистрировано в качестве юридического лица с уставным капиталом 12 500 руб. с присвоением основного государственного регистрационного номера 1127415000459, что подтверждается выпиской из ЕРЮЛ от 25.10.2021.

Сведения о ФИО1 как владельце 100% доли в уставном капитале общества «Аспект Проф» и лице, имеющем право без доверенности действовать от имени общества, внесены в ЕГРЮЛ с момента образования общества.

Межрайонной инспекцией Федеральной Налоговой Службы № 17 по Челябинской области 27.03.2020 в ЕГРЮЛ внесены сведения о прекращении деятельности юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Полагая, что недобросовестные действия ФИО1, как директора и учредителя общества «Аспект Проф», привели к невозможности погашения задолженности, руководителем должника не исполнена обязанность по подаче в суд заявления о признании юридического лица банкротом, не приняты меры, направленные на предотвращение исключения регистрирующим органом общества из ЕГРЮЛ, общество «Челябинский электромеханический завод» обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 53, 53.1, 64.2 Гражданского Кодекса Российской Федерации, пункта 3.1 статьи 3, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

Возражая против заявленных требований, ФИО1 указал на то, что само по себе исключение юридического лица из реестра не является достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, равно как и наличие задолженности, непогашенной обществом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчика, как руководителя и учредителя общества в финансовом положении организации и не возможности погашении образовавшейся задолженности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из следующего.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации указаны следующие лица: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным выше.

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц (руководителей, участников) в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя, участника при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпорацией в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО2» указал, что согласно пункту 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, действовали недобросовестно или неразумно; по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Таким образом, исключение юридического лица из ЕГРЮЛ по решению Инспекции в силу статьи 21.1 Закона о государственной регистрации само по себе не является достаточным основанием для привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса, к субсидиарной ответственности, ввиду того, что одним из условий удовлетворения требования кредиторов является установление того обстоятельства, что долг возник в результате неразумности и недобросовестности лиц, указанных в названной статье Гражданского кодекса, неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

При этом не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

          Судами отмечено, что истцом не представлены доказательства имеющего место соотношения активов и пассивов общества «Аспект Проф», которое бы указывало на гарантированность хотя бы частичного удовлетворения требования кредиторов, напротив, ведение судебным приставом-исполнителем исполнительного производства, длительностью более двух календарных лет по результатам которого задолженность не была погашена, свидетельствует об отсутствии у должника имущества. 

Общество «Челябинский электромеханический завод» в обоснование заявленных требований указало на то, что при рассмотрении иска о взыскании с общества «Аспект Проф» задолженности по договору аренды в рамках дела № А76-38451/2018 в материалы дела представлена транспортная накладная от 14.08.2018, из которой следует, что 15.08.2018 с территории, арендованной обществом «Аспект Проф», вывезено имущество: оборудование для автосервиса, количество грузовых мест составляло 26 штук, общий вес груза составлял 2978 килограммов; таким образом, на момент судебного спора и на момент исключения из ЕГРЮЛ общество «Аспект Проф» имело имущество, за счет реализации которого задолженность перед заводом могла быть полностью или частично погашена.

В то же время судами приняты во внимание пояснения ответчика, представленные в опровержение заявленных требований, из которых следует, что оборудование, вывезенное 15.08.2018 по товарной накладной от 14.08.2018 с арендуемого объекта по адресу г. Челябинск, ул. Центральная, д. 3Б, принадлежало и принадлежит на праве собственности ФИО1; факт приобретения данного оборудования и оплаты за него в 2004-2007 годах подтверждается выпиской по операциям по счету ИП ФИО1 № ***0069, открытому в Миасском филиале публичного акционерного общества «Челябинвестбанк», за период с 30.09.2004 по 20.06.2018. При этом упомянутое оборудование не было поставлено как основное средство на бухгалтерский учет ИП ФИО1 ввиду использования им упрощенной формы налогообложения, при которой отсутствует обязанность вести бухгалтерский учет; товарные накладные, акты передачи не сохранены, поскольку с момента покупки прошло более 5 лет. Оборудование передано им в июле 2016 года в безвозмездное пользование обществу «Аспект Проф» на основании договора от 15.07.2016 и возвращено обществом ему обратно в августе 2018 года до момента образования задолженности перед истцом по аренде. 

Кроме того, как пояснил ответчик, на момент возврата оборудования общество «Аспект Проф» не имело кредиторской задолженности, признаки неплатежеспособности отсутствовали. Оборудование, указанное в товарной накладной от 14.08.2018, не являлось собственностью общества «Аспект Проф», в связи с чем, погасить задолженность за счет его реализациине представлялось возможным, при том, что иные активы у общества отсутствовали. За период деятельности общество «Аспект Проф» активов не приобретало; движимое и недвижимое имущество на балансе отсутствовало, товарных запасов также не имелось, что подтверждается представленной в материалы дела бухгалтерской отчетностью общества за 2017, 2018, 2019 года, а также выписками по расчетным счетам. 

Впоследствии оборудование возвращено обществом «Аспект Проф» ФИО1 путем его доставки в нежилое здание по адресу: 

<

...>, которое принадлежало и принадлежит ФИО1 на праве собственности, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 74 АБ 586918 от 27.10.2006, кроме того, факт возврата подтверждается актом возврата от 15.08.2018. 

В отношении общества с ограниченной ответственностью «Смарт Сервис» (далее – общество «Смарт Сервис») ответчик пояснил, что последнее никакого отношения к обществу «Аспект Проф» не имеет. ФИО1, в свою очередь, не являлся директором (участником) общества «Смарт Сервис»; каких-либо активов, базы клиентов от общества «Аспект Проф» в общество «Смарт Сервис» не передавалось. При этом общество «Смарт Сервис» осуществляло деятельность в городе Миассе (

<

...>) со своей базой клиентов, в то время как общество «Аспект Проф» вело деятельность и оказывало услуги клиентам в г. Челябинске. 

Так, отклоняя довод истца о том, что бездействие ФИО1 по несдаче арендованного помещения довело общество до банкротства, суды учли пояснения ответчика, из которых следует, что общество «Аспект Проф» освободило помещение 15.08.2018, до возникновения задолженности по аренде; в период с 15.08.2018 по 16.08.2018 из общества были уволены все сотрудники, что подтверждается приказами о прекращении трудовых договоров; фактически обязательство по возврату помещений обществом «Аспект Проф» исполнено 15.08.2018, при этом помещения с указанного времени ответчиком не использовались, производственные работы в них не велись, оборудования и физических лиц ответчика в них не было, ключи от помещения были переданы истцу.

Судами также отмечено, что из содержания направленной 31.08.2018 истцом в адрес общества и ФИО1 телеграммы следует, что истец потребовал от ответчика явиться 03.09.2018 для вскрытия арендованного помещения, следовательно, по состоянию на конец августа 2018 года общества «Аспект Проф» в арендованном помещении уже не находилось, о чем истец знал, поскольку направлял телеграмму в г. Миасс, а не на юридический адрес общества.

Кроме того, при рассмотрении иска по делу № А76-З8451/2018 общество «Аспект Проф» принимало активное участие; представляло доказательства. подтверждающие отсутствие задолженности по аренде перед обществом «Челябинский электромеханический завод» за период с середины августа по октябрь 2018 года. Решением суда 24.04.2019 по названному делу с общества «Аспект Проф» взыскан основной долг в сумме 611 237 руб. 18 коп. за период с августа 2018 года по октябрь 2018 года и неустойка за период с 31.10.2018 по 20.12.2018 в сумме 45 842 руб. 79 коп. 

Истец считает, что в решении четко указан спорный период: август – октябрь 2018 года.

В то же время, как указали суды, как следует из акта сверки взаимных расчетов за период с января 2018 года по октябрь 2018 года, общество «Аспект Проф» оплачивало арендные платежи и коммунальные услуги по договору аренды до августа 2018 года; после фактического освобождения помещения оплата прекратилась, однако из акта сверки следует и тот факт, что истец прекратил начислять плату за коммунальные платежи в период с сентября по октябрь 2018 года, что, в свою очередь, свидетельствует о том, что арендатор фактически не пользовался спорным помещением.

Как поясняет ответчик, после вступления в силу решения суда по делу А76- 38451/2018 у общества «Аспект Проф» отсутствовала возможность исполнить решение суда о взыскании с общества денежных средств; деятельность обществом не велась с августа 2018 года, движений денежных средств по счетам с августа 2018 года не было, движимого и недвижимого имущества на балансе общества не было, иной финансовой возможности общества исполнить решение суда о взыскании также не было; фактическая деятельность общества прекратилась до момента образования задолженности перед истцом по аренде, при этом после возникновения задолженности перед обществом «Челябинский электромеханический завод» никаких платежей, сделок, вывода активов у общества не было. 

Кроме того, ответчик пояснил, что до декабря 2018 участником общества «Аспект Проф» с долей 20% уставном капитале общества была и ФИО3, которая вышла из состава участников общества на основании заявления, таким образом, в спорный период, контролирующими лицами должника были двое участников общества.   

При этом истец ссылался на то, что на момент выхода учредителя ФИО3 из состава учредителей общества у последнего имелись активы, а также имущество, за счет которого могла быть погашена задолженность перед кредиторами, при этом на момент образования задолженности перед истцом ФИО1 являлся учредителем с размером доли 80%, а также являлся директором общества, то есть руководил всеми сферами деятельности предприятия, являлся ответственным за решения и их последствия, в связи с чем, имел фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, принимать решения на собраниях учредителей по причине большинства голосов участников, ФИО3, в свою очередь, являлась учредителем общества в период с 06.05.2016 по 27.12.2018 с размером доли 20%, что, по его мнению, можно отнести к формальному участию в обществе. Так, после ее выхода из состава учредителей общества фактических изменений не произошло, при том, что доказательства со стороны ответчика, подтверждающие тот факт, что ФИО3 принимала какие-либо решения, влияющие на ход деятельности общества, не представлены.

Между тем, как отметили суды, документального подтверждения наличия активов в деле не имеется, приведенные ссылки на вывоз оборудования во внимание судами не приняты, поскольку ответчик доказал факт того, что имущество арендатору не принадлежало; указанные обстоятельства не позволяют суду прийти к однозначному и достоверному выводу о том, что у общества «Аспект Проф» до момента административного исключения из реестра имелась возможность рассчитаться по своим обязательствам перед истцом, а ответчик умышленно либо в результате грубой неосторожности не принял необходимых мер к проведению расчетов непосредственно перед истцом. 

Также суды отметили, что документального подтверждения нарушений при осуществлении регистрационных действий, связанных с исключением должника из ЕГРЮЛ, не имеется; при этом, кредитором не подано заявление регистрирующему органу с возражениями относительно предстоящего исключения должника из ЕГРЮЛ в административном порядке, впоследствии не оспорено и решение об исключении указанного общества из ЕГРЮЛ; само по себе непринятие обществом «Аспект Проф» в установленном порядке мер к ликвидации общества через процедуру банкротства не могло повлечь невозможность исполнения обществом имеющегося перед кредитором (истцом) обязательства; причинно-следственной связи между административным исключением общества из ЕГРЮЛ и неисполнением обязательств перед истцом не прослеживается; при этом истцом не приведены факты, свидетельствующие о недобросовестности либо неразумности действий ответчика, в том числе, о выводе всех активов общества «Проф Аспект» в пользу организации альтернативной компании с аналогичным видом деятельности с переводом на нее клиентской базы. 

Судами также отклонены доводы истца о том, что принятое ответчиком решение о реорганизации общества «Проф Аспект» принималось исключительно с целью уклонения от исполнения обязательств перед кредитором, поскольку в силу пункта 2 статьи 58 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут не более чем переход обязательства к правопреемнику, при этом отмечено, что соответствующие записи в ЕГРЮЛ отсутствуют.

Помимо этого судами принято во внимание, что истцом не представлены доказательства совершения либо одобрения ФИО1 конкретных действий и сделок, повлекших неплатежеспособность общества, а также наличие его вины после даты возникновения заложенности по аренде и/или после решения суда от 24.04.2019 по делу А76-38451/201; кроме того,  суды учитывая, что истец в качестве обстоятельства, повлекшего возникновение обязанности руководителя общества «АспектПроф» обратиться с заявлением о банкротстве, ссылается на непогашенную задолженность перед ним, отметили, что в соответствии с положениями статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» задолженность перед истцом  не может быть включена в размер субсидиарной ответственности руководителя общества за неподачу заявления о банкротстве должника, так как данная задолженность не относится к задолженности, возникшей после возникновения обязанности руководителя должника обратиться с заявлением о банкротстве. 

Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, установив, что какого-либо обоснования противоправного поведения ФИО1, недобросовестности либо неразумности в его действиях (бездействия), которые явились причиной неисполнения обществом «Аспект Проф» обязательств перед обществом «Челябинский электромеханический завод», не представлено; приняв во внимание, что наличие у общества «Аспект Проф» непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, и исключение общества «Аспект Проф» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица не являются безусловными обстоятельствами для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Аспект Проф», учитывая отсутствие в материалах дела доказательств того, что судебный акт не был исполнен вследствие совершения ответчиком умышленных действий, направленных на уклонение от исполнения обязательств перед истцом, доказательств неразумности или недобросовестности в действиях ответчика, непосредственно повлекших неисполнение обязательств общества, а также доказательств того, что общество «Аспект Проф» обладало активами, достаточными для расчетов с кредитором, и при этом, ответчики уклонялись от погашения задолженности, скрывали имущество общества, выводили активы, при том, что из пояснений ответчика следует, что оборудование, указанное в товарной накладной от 14.08.2018, не являлось собственностью общества «Аспект Проф», в связи с чем, погасить задолженность результате его реализации не представлялось возможным, а иные активы у общества отсутствовали, за период деятельности общество «Аспект Проф» активов не приобретало; движимое и недвижимое имущество на балансе отсутствовало, товарных запасов также не имелось, что подтверждается представленной в материалы дела бухгалтерской отчетностью общества за 2017, 2018, 2019 года, а также выписками по расчетным счетам, суды пришли к выводу о том, что материалами дела не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1 и наличием убытков у общества «Аспект Проф» в заявленном размере, что исключает возложение на ФИО1 субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Аспект Проф» перед обществом «Челябинский электромеханический завод».

Суды, проанализировав представленные в материалы дела документы, установили, что основные доводы истца сведены к тому, что прекращение деятельности имеющего неисполненные перед кредиторами обязательства общества уже само по себя создает достаточную для выполнения обязанности по доказыванию презумпцию недобросовестного и неразумного поведения.

В то же время судебной практикой выработан единообразный подход, заключающийся в оценке субсидиарной ответственности как экстраординарного механизма защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров.

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности – для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя (статья 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае кассатором не приведено убедительных доводов, позволяющих суду сделать вывод о недобросовестности или неразумности действий ответчиков, а приводимые им суждения судами были проанализированы и не признаны достаточными для вывода о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Само по себе бездействие в виде непредставления декларации на протяжении нескольких лет, а также непринятие мер к ликвидации общества, в том числе необращение в суд с заявлением о его банкротстве, не могло повлечь невозможность исполнения обществом «Аспект Проф» имеющегося перед кредитором (истцом) обязательства.

Причинно-следственной связи между исключением общества «Аспект 

Проф» из ЕГРЮЛ (в связи с непредставлением в налоговый орган декларации) и неисполнением обязательств перед истцом не прослеживается.

Наличие же кредиторской задолженности в определенный момент времени само по себе не подтверждает наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Доводы кассационной жалобы судом округа рассмотрены и отклонены, поскольку являлись предметом исследования судов, получили правовую оценку, их выводов не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом округа доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 27.09.2022 по делу № А76-41416/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Челябинский электромеханический завод» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                          Е.А. Павлова 

 

Судьи                                                                       Н.В. Шершон 

 

                                                                                       О.Н. Новикова