СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5982/2023(2)-АК

Дело № А50-15820/2021

19 января 2024 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 января 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Плаховой Т.Ю.

судей                               Темерешевой С.В., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

заявителя жалобы, финансового управляющего ФИО2 (лично), паспорт;

кредитора ФИО3 (лично), паспорт;

от должника – ФИО4, удостоверение адвоката, доверенность от 31.10.2022;

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Шестерикова Сергея Михайловича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 11 сентября 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными сделками договоры между должником и ФИО5, ФИО6, ФИО7 в лице законного представителя ФИО8, ФИО7 в лице законного представителя ФИО8, ФИО9 в отношении жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

...>,

вынесенное в рамках дела № А50-15820/2021

о признании ФИО8 (ИНН 

<

***>) несостоятельной (банкротом),

третье лицо: орган опеки и попечительства – Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края по г. Перми,

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 24.12.2021 ФИО8 признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2, член ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих». 

20.12.2021 от финансового управляющего поступило заявление о признании недействительными договор купли-продажи земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

...>, от 25.06.2018, заключенный между ФИО5 и ФИО8, ФИО9, договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от 18.07.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО10, ФИО7, ФИО7, Применить последствия недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в совместную собственность должника и его бывшего супруга (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса (далее – АПК РФ).

Судебное заседание для целей совершения дополнительных процессуальных действий, представления участниками спора дополнительных доказательств, предоставления возможности урегулировать спор мирным путем, неоднократно откладывалось.

Определением суда от 19.07.2023 в порядке процессуального правопреемства произведена замена ответчика ФИО10 на правопреемников ФИО6 и ФИО8. 

Финансовым управляющим заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства для решения вопроса об урегулировании спора мирным путем.

ФИО8 возражала против отложения судебного заседания, пояснила, что она многократно предлагала финансовому управляющему заключить мировое соглашение, однако каких-либо договоренностей, устраивающих участников дела о банкротстве, так и не было достигнуто, указала, что независимо от результатов рассмотрения данного спора в любом случае имеется возможность урегулировать спор мирным путем, а очередное отложение рассмотрения обособленного спора приведет к необоснованному затягиванию дела о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.09.2023 (резолютивная часть от 04.09.2023) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить полностью, отказать в применении исполнительного иммунитета в отношении спорного дома, признать договоры купли-продажи недействительными, применить последствия их недействительности. 

Указывает на доказанность недобросовестного поведения должника со ссылкой на возбуждение уголовного дела; отсутствие объективных обстоятельств неисполнения договора подряда; непоступление от должника мировых соглашений, тогда как финансовым управляющим были предложены различные варианты мировых соглашений, возражает относительно предложения должника о снятии с дома ареста, его продажи и расчета с кредиторами. Отмечает, что на дату продажи спорного дома он не являлся единственным жильем должника, в нем никто не был зарегистрирован, в собственности детей имелась квартиры, у супруга должника в собственности имеется квартира; исполнительный иммунитет в отношении дома был создан должником искусственно путем вселения в него детей при наличии иного жилья у них. Полагает приобретение ФИО5 спорного дома как элемент схемы по выводу активов из конкурсной массы, ответчик владела домом менее 1 месяца, оплата за дом не производилась. Обращает внимание, что в рамках уголовного дела должник не отрицала строительство спорного дома, в т.ч. за счет средств ФИО3, которые присвоены ФИО8 преступным путем; при наличии у должника обязательств перед ФИО3 по постройке для нее дома, после его постройки он был перепродан ФИО8 родственникам, с целью не осуществления расчетов с ФИО3 Отмечает неисследование судом ряда обстоятельств. Полагает, что цепочка оспариваемых сделок подлежит рассмотрению с учетом совершения сделок в отношении аффилированных к должнику лиц, при наличии у должника обязательств на спорный дом, при угрозе обращения взыскания на него со стороны кредитора.

В тексте жалобы заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов. 

До начала судебного заседания от должника поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому против удовлетворения жалобы должника не возражает. 

Кредитор ФИО11 в своем отзыве доводы жалобы управляющего поддерживает в полном объеме. 

Финансовым управляющим и кредитором ФИО3 в судебном заседании заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью совершения действий по мирному урегулированию рассматриваемого спора. Суду представлен проект мирового соглашения от 15.11.2023, подписанный ФИО3 Пояснено, что мировое соглашение может быть скорректировано.

Представитель должника возражал относительно отложения судебного разбирательства, заявив, что мировое соглашение следовало заключать ранее, когда его доверитель предпринимала попытки к этому; после принятия судом обжалуемого управляющим судебного акта, который считает законным и обоснованным, не усматривает целесообразности в заключении мирового соглашения. При этом представитель не отрицает, что это его личная позиция, какие-либо указания по данному вопросу должника ему не даны.

Согласно ст. 139 АПК РФ на любой стадии арбитражного процесса сторонами может быть заключено мировое соглашение, не нарушающее права и интересы других лиц и не противоречащее закону. Обязанность арбитражного суда по принятию мер для примирения сторон и содействию им в урегулировании спора закреплена в ст. 138 АПК РФ.

Исходя из норм ст. 158 АПК и в целях осуществления задач судопроизводства, а также принимая во внимание позиции сторон в рамках данного спора, суд апелляционной инстанции счел необходимым вынести на обсуждение участников обособленного спора вопрос об утверждении между ФИО8, ФИО3, ФИО6, с согласия финансового управляющего ФИО2 мирового соглашения в отношении спорного жилого дома и земельного участка, в связи с чем, судебное разбирательство было отложено на 11.12.2023 (определение от 15.11.2023). После проведения переговоров сторон по заключению мирового соглашения необходимо направить в суд апелляционной инстанции соответствующую информацию в письменном виде.

Ходатайство финансового управляющего о приобщении дополнительных документов, заявленное в жалобе, вынесено к рассмотрению в следующее судебное заседание.

От должника поступил дополнительный отзыв (письменные пояснения), к которому приложена копия свидетельства о смерти ответчика ФИО6 27.11.2023.

Явившимся в судебное заседание финансовым управляющим представлено ходатайство о приостановлении производства по делу до определения правопреемника ФИО6, с приложением заявления управляющего нотариусу ФИО12 о выдаче свидетельства о праве на наследство, скриншот отправки письма нотариусу.

Кредитор ФИО3 против удовлетворения ходатайства не возражала.

Должником заявлены возражения относительно приостановления производства по спору. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2023, вынесенным в составе председательствующего судьи Плаховой Т.Ю., судей Мартемьянова В.И., Темерешевой С.В., судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО2 было отложено на 15.01.2024.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.01.2024 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Мартемьянова В.И. на судью Чухманцева М.А., рассмотрение дела начато с начала.

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО2 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела сведений об открытии наследственного дела № 101/2023 нотариусом ФИО12 по смерти ФИО6

В судебном заседании финансовый управляющий должника ФИО2 поддержал заявленное ранее ходатайство о приостановлении производства по делу до определения правопреемника ФИО6

Из материалов дела следует, что наследниками отца должника выступили ФИО6 (супруга) и единственная дочь ФИО8

Представитель должника утверждает, что его доверитель является единственным наследником своей матери ФИО6

Финансовый управляющий должника данное обстоятельство не оспаривает, но ссылается на гипотетическую возможность появления других наследников.

Указанные доводы управляющего судом не принимаются как основанные на ничем не подкрепленном предположении.

То есть круг наследников всем участвующим в споре лицам понятен, не истечение срока на принятие наследства обстоятельством, препятствующим рассмотрению спора, не является.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленное ходатайство о приостановлении производства по делу в порядке ст. 159 АПК РФ, установив указанные обстоятельства, не усмотрел оснований для его удовлетворения, поскольку отсутствуют основания, предусмотренные ст. 143 АПК РФ; в удовлетворении ходатайства отказано. 

Ходатайства финансового управляющего должника ФИО2 и кредитора ФИО3 о приобщении дополнительных документов рассмотрены судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ, отклонены на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ, за исключением приложенной к апелляционной жалобе объяснительной ФИО13 от 24.09.2023, которая приобщается к материалам дела. Невозможность представления иных документов при рассмотрении спора в суде первой инстанции финансовым управляющим не доказана, равно как и относимость доказательств к предмету настоящего спора.

Финансовым управляющим заявлено устное ходатайство об отложении судебного разбирательства до рассмотрения уголовного дела, возбужденного в отношении должника. Согласно пояснениям финансового управляющего и кредитора, подано заявление о возбуждении уголовного дела в отношении должника, в настоящее время возбужденное уголовное дело приостановлено, поскольку не установлено лицо, подлежащее привлечению к ответственности; такое приостановление полагают ошибочным, поскольку заявителем прямо указано на совершение преступного деяния ФИО8

Судом в удовлетворении ходатайства отказано ввиду недоказанности наличия оснований для этого, наличие уголовного дела в отношении  неустановленного лица таковым не является.

Финансовым управляющим заявлено устное ходатайство об отложении судебного разбирательства до разрешения другого обособленного спора о признании обязательства перед ФИО3 общим обязательством должника и бывшего ее супруга ФИО9 Согласно пояснениям финансового управляющего, у супруга должника хороший доход, в случае признания данного обязательства общим, возможно задолженность перед единственным кредитором будет супругом погашена, тогда отпадет необходимость оспаривания сделки по настоящему обособленному спору.

Судом апелляционной инстанции не установлены основания для удовлетворения данного ходатайства; результат разрешения названного иного обособленного спора значения для настоящего спора не имеет; бывший супруг должника ФИО9 участвует в рассмотрении настоящего спора.

Явившиеся в судебное заседание финансовый управляющий ФИО2 и кредитор ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель должника против удовлетворения апелляционной жалобы возражал. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, с 2017 года должник является собственником жилого здания по адресу: 618703, 

<

...> кадастровый номер 59:18:0020201:4321 и земельного участка с кадастровым номером 59:18:0020201:18 по адресу: 618703, 

<

...>.

Согласно свидетельствам о заключении брака и о расторжении брака, ФИО8 и ФИО9 в период с 26.01.2007 по 25.12.2021 состояли в браке. 

У бывших супругов имеются двое несовершеннолетних детей -ФИО7 и ФИО7.

25.06.2018г. ФИО8, ФИО9 (продавцы) и ФИО5 (покупатель) заключили договор купли-продажи, по условиям которого продавцы продают, а покупатель покупает жилое здание по адресу 618703 

<

...> кадастровый номер 59:18:0020201:4321 и земельный участок с кадастровым номером 59:18:0020201:18 по адресу 618703 

<

...>.

Имущество продается по цене 1 900 000 руб. (п. 3 договора).

В тексте договора содержится расписка о том, что продавцом денежные средства в сумме 1 900 000 руб. получены.

27.06.2018г. произведена государственная регистрация права собственности на данные объекты недвижимости за покупателем.

18.07.2018г. ФИО5 (продавец) и ФИО7, ФИО7, ФИО10, ФИО6 (покупатели) заключили договор купли-продажи, по условиям которого продавцы продают, а покупатель покупает жилое здание по адресу 618703 

<

...> кадастровый номер 59:18:0020201:4321 и земельный участок с кадастровым номером 59:18:0020201:18 по адресу 618703 

<

...>.

Имущество продается по цене 1 900 000 руб. (п. 4 договора).

Приобретаемое имущество оформляется в собственность следующим образом: ¼ доли в праве ФИО7, ¼ доли в праве ФИО7, 2/4 доли в праве ФИО10 (п. 3 договора).

В тексте договора содержится расписка о том, что продавцом денежные средства в сумме 1 900 000 руб. получены.

26.07.2018г. произведена государственная регистрация права долевой собственности на данные объекты недвижимости за покупателями.

Полагая, что указанные договоры купли-продажи являются недействительными сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника обратился в арбитражный суд с заявлением об их оспаривании.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия на то правовых оснований.

Исследовав представленные в дело доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7 данного Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Пунктом 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Постановления Пленума ВАС РФ № 60 от 30.07.2013), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В соответствии с п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается участвующими в обособленном споре лицами, что сделки заключены между заинтересованными лицами, поскольку должник является племянницей ФИО5, ФИО10 является отцом должника, матерью ФИО7 и ФИО7 является должник ФИО8

Согласно пояснениям ответчика ФИО5, в июне 2018 года она узнала, что ее племянница ФИО14 продает индивидуальный жилой дом в поселке Полазна; поскольку ответчик в то время проживала вместе с дочерью и ее семьей в двухкомнатной квартире по адресу: 

<

...> в стесненных условиях, ей хотелось улучшить жилищные условия, жить в собственном доме; жилой дом ею покупался в целях проживания семьи ФИО5 

В обоснование финансовой возможности произвести оплату по спорной сделке ответчик ФИО5 пояснила, что после развода с супругом и разделом совместно нажитого имущества в 2013 году она купила однокомнатную квартиру в 

<

...> у Пермского застройщика ПЗСП; в конце августа 2014 года она продала эту квартиру, а полученные денежные средства в сумме 1 500 000 руб. передала в заем своему знакомому ФИО15 по договору процентного займа, под 10% годовых, на 4 года; возврат должен был быть 25.08.2018 в сумме 2 100 000 руб.; решив купить дом, она попросила заемщика по возможности вернуть долг раньше; денежные средства в порядке возврата долга были перечислены ФИО15 непосредственно на банковский счет ФИО8 за покупку дома. 

В подтверждение данного обстоятельства ответчиком представлена выписка по счету и договор займа с ФИО15

Как указала ФИО5, спорный жилой дом был пригоден для проживания, в нем было электрическое отопление, свет, вода, но не было полностью внутренней отделки, дом снаружи не был облицован, земельный участок был без забора. При приобретении дома она рассчитывала завершить работы своими силами и средствами, однако, после приобретения объекта недвижимости, вызова для определения стоимости работ нескольких разных строителей поселка, установила, что стоимость дополнительных вложений является чрезмерной, в связи с чем, ФИО5 попросила Л-вых выкупить у нее жилой обратно.

ФИО8 в этой же связи указывает, что фактически брачные отношения между нею и бывшим супругом ФИО9 были прекращены с 2018 года, именно этим обстоятельством вызвано решение об обратной покупке 1/2 доли в праве на имя несовершеннолетних детей, во избежание раздела совместно нажитого имущество в случае развода.

В обоснование финансовой возможности предоставления денежных средств ФИО6 поясняет, что доход семьи ФИО10 и CO. в спорный период складывался из нескольких показателей: ежемесячная заработная плата в размере 14 000 руб.; ежемесячная пенсия по старости в размере 12 000 руб.; супруг ФИО10, получал ежемесячную пенсию в размере 27 000 руб.; дополнительную ежемесячную пенсию в размере 16 000 руб.; общая фиксированная сума доходов по указанным статьям составляла 69 000 руб. ежемесячно; помимо этого, супруги ФИО17 располагали денежными средствами, накопленными ими за период трудовой деятельности, а также супруги ФИО17 располагали денежными средствами, вырученными от продажи принадлежащего им жилого дома в поселке Полазна по договору купли-продажи от 15.12.2013.

В подтверждение данного довода представлены сведения о доходах, копия трудовой книжки, договор купли-продажи.

Финансовый управляющий полагает, что сделки совершены в период неплатежеспособности должника в целях причинения вреда кредиторам.

В реестр требований кредиторов включены требования 2 кредиторов: налогового органа в несущественном размере – 322,94 руб. и ФИО3

Определением суда от 15.09.2021 по настоящему делу требование ФИО3 в сумме 2 942 000 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО8

Определением суда от 10.08.2022 по настоящему делу требование ФИО3 в сумме 131 172, 41 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 14.10.2020 по 12.09.2021 включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО8

Определением суда от 13.09.2022 требование ФИО3 в сумме 752 192 руб. пени за период с 22.05.2019 (дата просрочки исполнения должником обязательств по договору подряда согласно п. 9 договора) по 13.10.2020 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества ФИО8

Обязательства перед мажоритарным кредитором ФИО3 возникли из следующих обстоятельств.

21.05.2015 между ФИО3 (заказчик) и ФИО8 (подрядчик) заключен договор подряда на строительство жилого дома по ул. Малиновая в п. Полазна, по которому заказчик поручает и в полном объеме оплачивает, а подрядчик обязуется выполнить работы по изготовлению и строительству объекта недвижимости.

Подрядчик приступает к выполнению работ с момента подписания договора при условии полной оплаты аванса путем поступления денежных средств на расчетный счет или наличными деньгами (п. 1.2 договора).

Срок выполнения работ предусмотрен п. 4.1 и составляет 90 календарных дней после подписания договора и может быть изменен по согласованию сторон при наличии уважительных причин, препятствующих выполнению своих обязательств одной из сторон.

Срок выполнения работ – до 21.05.2019 (п. 9 договора в редакции дополнительного соглашения от 21.08.2015).

Цена договора определена сторонами в размере 3 134 000 руб., из которых заказчик оплачивает в течение трех банковских дней с даты подписания договора аванс в размере 60% от общей стоимости работ на приобретение строительных материалов, затем 20% от стоимости работ в течение трех банковских дней со дня сообщения об этом заказчику и в течение трех банковских дней со дня получения акта о государственной регистрации прав на земельный участок.

Во исполнение договора ФИО3 в 2015 году были уплачены ФИО8 денежные средства на общую сумму 3 204 000 руб.

ФИО3 обратилась в Орджоникидзевский районный суд г. Перми с иском к ФИО8, просила расторгнуть договор подряда на строительство жилого дома от 21.05.2015, взыскать уплаченные по договору денежные средства в сумме 3 204 000 руб.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 07.09.2020 по делу № 2-2446/2020 исковые требования ФИО3 к ФИО8 о расторжении договора подряда, взыскании денежных средств удовлетворены частично. Расторгнут договор подряда от 21.05.2015, заключенный между ФИО3 и ФИО8 С ФИО8 в пользу ФИО3 взысканы денежные средства, уплаченные по договору подряда от 21.05.2015 в сумме 2 944 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 к ФИО8 отказано.

13.10.2020 решение вступило в законную силу.

ФИО8 в судебном заседании пояснила, что в основном для строительства спорного жилого дома были задействованы ее денежные средства и ее супруга, а также частично денежные средства, предоставленные ФИО3 для возведения иного жилого дома в этом же поселке Полазна, по другому адресу – улице Малиновая; после приобретения дома в долевую собственность родителями должника, для производства наружной и внутренней отделки жилого дома использовались и денежные средства родителей порядка 2 млн. руб.

В рамках настоящего дела о банкротстве финансовым управляющим был оспорен договор подряда на строительство жилого дома от 21.05.2015, заключенный между должником и кредитором. Финансовый управляющий ссылался на мнимость этого договора, заключение договора под влиянием обмана со стороны должника (п. 1 ст. 170 ГК РФ, ст. 179 ГК РФ).

Определением суда от 03.05.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.07.2023 № 17АП-5982/2023(1)-АК по делу № А50-15820/2021 определение суда от 03.05.2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Суд установил, что в рассматриваемом случае имело место неисполнение обязательств со стороны подрядчика. Нарушение должником условий договора подряда послужило основанием для предъявления ФИО3 иска о расторжении договора. Предусмотренные договором подряда работы действительно не были выполнены ФИО8, но само по себе это обстоятельство не свидетельствует о мнимости спорного договора. Неисполнение подрядчиком обязательств по договору послужило основанием для инициирования заказчиком судебного спора о расторжении данного договора в связи с невыполнением его условий и предъявлением ко взысканию суммы неотработанного аванса.

Фактически судом установлено, что должник при заключении договора подряда имел намерение исполнить обязательства по договору подряда перед кредитором. Неисполнение обязательств перед кредитором стало следствием объективных обстоятельств.

Помимо этого, в обоснование неплатежеспособности должника на момент совершения сделок финансовый управляющий ссылается на имевшиеся у должника обязательства перед ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» в размере 26 038,56 руб. Данный довод не нашел своего подтверждения, поскольку требования данного банка о включении в реестр требований кредиторов должника судом признаны необоснованными и оставлены без удовлетворения.

Таким образом, поскольку по условиям договора подряда от 21.05.2015 срок исполнения обязательств наступил лишь через год после совершения спорных сделок (до 21.05.2019), суд пришел к верному выводу, что на момент совершения спорных сделок должник не имела каких-либо просроченных обязательств и не имела признаков неплатежеспособности.

В этой же связи суд справедливо отметил, что в рамках дела о банкротстве участвующие в деле лица принимали меры к заключению мирового соглашения; ФИО8 неоднократно в судебных заседаниях поясняла о наличии у нее намерения погасить задолженность посредством продажи жилого дома, с целью выплаты денежных средств кредитору и приобретения на оставшиеся средства жилья своим несовершеннолетним детям, нуждающимся в жилье; ФИО8 в этой связи был найден покупатель на дом и земельный участок. 

ФИО8 пояснила, что ею был организован ряд встреч с кредитором ФИО3, финансовым управляющим, где обговаривались условия мирового соглашения. Как указал должник, первоначально согласовав продажу дома с финансовым управляющим кредитором ФИО3, в последующем стороны не смогли урегулировать спор мирным путем в связи с тем, что финансовый управляющий и кредитор не могли придумать механизм получения денежных средств от покупателя. Найденный ФИО8 покупатель объектов недвижимости ожидал решения от кредитора ФИО3 и финансового управляющего в течение 4 месяцев. В итоге ФИО3 позвонила покупателю и сообщила, что сделку они одобрять не будут, в результате таких действий покупатель отказался от приобретения дома.

По утверждению должника, в результате мирового соглашения сторона кредитора получила бы 100% погашение основного долга, 50% взысканных и начисленных процентов, полностью были бы оплачены текущие расходы финансового управляющего.

Финансовый управляющий и кредитор ФИО3 в судебных заседаниях, как суда первой инстанции, так и апелляционного суда не отрицали данные обстоятельства, подтвердили намерение должника погасить задолженность и заключить мировое соглашение.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что спорный дом для должника и членов его семьи является единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением, в связи с чем, суд правомерно руководствовался следующим.

В силу ст. 24 ГК РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.

В соответствии с п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного п. 3 настоящей статьи.

В силу п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В соответствии со ст. 446 ГПК РФ, взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание; земельные участки, на которых расположены объекты, указанные в абзаце втором настоящей части, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

Пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» предусмотрено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (ст. 446 ГПК РФ).

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П «По делу о проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданина ФИО16» определены правовые подходы о возможности ограничения исполнительного иммунитета в отношении единственного пригодного для проживания жилого помещения гражданина.

По смыслу приведенных в названном Постановлении Конституционным Судом Российской Федерации подходов, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В первом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления – отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (п. 2 ст. 10 ГК РФ). Во втором случае суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 304-ЭС21-9542(1,2) по делу № А27-17129/2018 сформулирована следующая правовая позиция: ввиду того, что правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах.

Выяснение данных обстоятельств имеет значение, в том числе и при оспаривании сделок должника для оценки перспективы применения ограничения исполнительского иммунитета.

Судом установлено, что на момент рассмотрения спора несовершеннолетние дети должника, мать должника состоят на регистрационном учете и фактически проживают по месту жительства по адресу: 

<

...>.

В этом же помещении фактически проживает и должник ФИО8

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости усматривается, что ФИО14 не имеет в собственности какого-либо жилого помещения.

Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости, в собственности бывшего супруга должника – ФИО9 также отсутствует какое-либо приобретенное в браке с ФИО8 в совместную собственность жилое помещение.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у должника, его бывшего супруга какого-либо иного жилого помещения, принадлежащего на праве собственности, суду не представлено. 

Финансовый управляющий полагает, что имеются основания для отказа в применении к должнику исполнительского иммунитета, поскольку ситуация с единственным жильем была создана искусственно. В этой связи арбитражный управляющий указывает, что у должника в собственности имеются иные помещения, объявления о продаже которых должник размещает в сети интернет, в частности, должником опубликованы сведения на сайте «Авито» о продаже жилых домов по адресу: г. Сочи, ул. Казачья, 12.

Должником в этой связи представлены пояснения, в которых указано, что размещение информации о продаже жилого дома в г. Сочи было обусловлено помощью родственнице в продаже принадлежащего иным лицам гостиничного комплекса; помощь заключалась в оперативном консультировании и информировании потенциальных покупателей об условиях продажи.

В этой же связи судом была повторно истребована в ППК «Роскадастр» информация о принадлежащем и принадлежавшем ранее должнику и его бывшему супругу имуществе на всей территории Российской Федерации. Согласно представленной ППК «Роскадастр» информации, должнику не принадлежат какие-либо объекты недвижимости в г. Сочи.

Соответственно, информация о наличии в собственности должника какого-либо иного жилого помещения документально не подтверждена.

Финансовый управляющий в обоснование довода об отказе в применении к должнику исполнительского иммунитета указывает, что ранее адрес регистрации должника и ее детей был иной: 

<

...>.

Как указала ФИО8, с 14.08.2019 по 20.08.2021 она исключительно формально сменила адрес регистрации с адреса 

<

...> на адрес: 

<

...>. Это было необходимо для устройства несовершеннолетних детей для обучения в образовательное учреждение на территории г. Перми – МАОУ «Средняя общеобразовательная школа № 2» 

<

...>. Квартира по данному адресу принадлежит родственнице должника – ФИО5 Как пояснила ФИО8, в указанной квартире она с детьми никогда не проживала, а по адресу фактического проживания (

<

...>.) зарегистрироваться не имеет объективной возможности в связи с оспариванием настоящей сделки и принятием судом в этой связи обеспечительных мер.

Материалами дела подтверждается, что в собственности должника никогда не было квартиры по адресу: 

<

...>.

Из материалов дела следует, что жилой дом по ул. Апрельская, 3, п. Полазна был построен должником в 2017 году на приобретенном ею ранее земельном участке. 

Согласно техническому паспорту, площадь спорного жилого дома составляет 99,8 кв.м., при этом размер жилой площади составляет 42,9 кв.м.

Дом имеет отдельные жилые комнаты, позволяющие должнику и членам его семьи проживать раздельно и обеспечивающие возможность нормального проживания и развития с учетом психофизических особенностей каждого жильца.

Жилой дом по объективным характеристикам не является «роскошным», а наиболее отвечает требованию разумной достаточности для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения должника и членов его семьи.

Финансовый управляющий указывает, что основания для применения исполнительского иммунитета отсутствуют в связи с тем, что спорный жилой дом приобретен должником за счет средств, добытых преступным путем. 

Однако, материалы дела не содержат каких-либо относимых и допустимых доказательств заявленного управляющим довода.

Доказательств того, что совершая спорные сделки, члены семьи должника действовали с целью вывести имущество от обращения на него взыскания по обязательствам перед кредитором ФИО3, не представлено, как не представлено доказательств того, что ФИО8 имела намерение причинить вред ФИО3, которая на момент сделок кредитором не являлась.

При таком положении доводы о совершении оспариваемых договоров при злоупотреблении правом, в целях причинения вреда кредиторам должника, судом отклонены как необоснованные.

Доказательств злоупотребления правом, мнимости спорных правоотношений, а равно умысла у участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам спорными сделками, финансовым управляющим не представлено.

Суд не усмотрел в поведении должника целенаправленных действий по искусственному созданию условий для распространения на спорный дом и земельный участок исполнительского иммунитета, оснований для нераспространения исполнительского иммунитета на спорный дом, как единственное пригодное для постоянного проживания жилое помещение.

При таких обстоятельствах, с учетом фактических обстоятельств настоящего обособленного спора, в том числе фактического проживания должника и его семьи в спорном жилом доме, приобретения должником прав на спорной дом в 2017 году (задолго до процедуры банкротства самого должника и возникновения признаков неплатежеспособности), совершения сделок в рамках обычных семейных отношений с целью обеспечения благополучия своих детей, суд первой инстанции посчитал отсутствующими перспективы применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении спорного имущества.

Возврат в конкурсную массу имущества, подпадающего под действие ст. 446 ГПК РФ, не соответствует целям процедуры банкротства, поскольку такое имущество реализации  в деле о банкротстве не подлежит.

В результате заключения спорных договоров продажи права и законные интересы кредиторов должника не нарушены, поскольку не произошло уменьшение конкурсной массы, поскольку возврат имущества в конкурсную массу, в случае признания сделок недействительными, не повлечет восстановление нарушенных прав кредиторов должника, следовательно, отсутствует признак причинения вреда оспариваемыми сделками.

Исходя из недоказанности финансовым управляющим условий, необходимых для признания сделки недействительной, суд отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Суд апелляционной инстанции находит верными выводы суда о том, что спорный дом является единственным местом жительства для должника и его семьи, в силу чего защищен от обращения на него взыскания исполнительским иммунитетом, возможность удовлетворения требований кредиторов за счет данного имущества исключена, об отсутствии в этой связи оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего о признании оспариваемых сделок недействительными.

Финансовый управляющий, настаивая на признании сделок недействительными с применением последствиях их недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу для последующей продажи, указал на то, что несовершеннолетние дети должника могут проживать в старой квартире, не оспаривая ее продажу, предположительно родственниками.

Такая позиция финансового управляющего представляется, по меньшей мере, необоснованной. Стремление пополнить конкурсную массу, не может быть реализовано во вред иным лицам, тем более во вред несовершеннолетним детям. Доподлинно зная, что принадлежащая детям квартира продана, иного жилья, кроме спорного дома, у них нет, финансовый управляющий указывает на отсутствие нарушения их жилищных прав. Такая позиция является недобросовестной.

Распоряжение принадлежащим несовершеннолетним детям имуществом должником как их законным представителем, с последующим наделением соответствующей долей в праве собственности в спорном доме, с точки зрения соблюдения их прав не являются незаконными действиями. Апелляционный суд полагает, что даже в ситуации их совершения должником с целью избежания возможности обращения взыскания на спорный дом, жилищные права несовершеннолетних детей не должны быть нарушены.    

Однако, в случае установления такой цели, данные обстоятельства могут быть учтены при рассмотрении судом вопроса об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором. 

 То обстоятельство, что дом построен, в том числе на денежные средства кредитора ФИО3, которое ранее должником подтверждалось и не отрицается в рамках настоящего спора, с учетом принадлежности существенных долей в праве собственности на дом несовершеннолетним детям должника, матери должника, их фактического проживания в доме, отсутствии у них иного жилого помещения, также не может признано решающим при определении спорного дома единственным пригодным жильем для должника и членов ее семьи, наделении его исполнительским иммунитетом применительно к настоящему спору.

Вместе с тем, данное обстоятельство также может быть учтено при рассмотрении судом вопроса об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором.

При таком положении суд апелляционной инстанции оснований для отмены обжалуемого судебного акта не усматривает.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционные жалобы, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя, поскольку в удовлетворении жалобы отказано.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 11 сентября 2023 года по делу № А50-15820/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

Судьи

М.А. Чухманцев 

С.В. Темерешева