АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru         E-mail: info@crimea.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А83-9256/2022

22 декабря 2022 года

город  Симферополь

Резолютивная часть решения объявлена 15 декабря 2022 года.

В полном объеме решение изготовлено 22 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи Шкуро В.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 306501013700020) к обществу с ограниченной ответственностью «Русские деликатесы плюс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), при участии в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика общества с ограниченной ответственностью «Фрутовит», о понуждении совершить определенные действия и взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

представители сторон в судебное заседание не явились,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее –предприниматель, истец) обратился в Арбитражный суд Республики Крым с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Русские деликатесы плюс» (далее –ООО «Русские деликатесы плюс», общество, ответчик) о запрете использовать обозначение «Фрутовит» в отношении товаров, однородных с теми, для индивидуализации которых зарегистрированы принадлежащие истцу товарные знаки № 617287, № 2617288, в частности, при производстве товаров, предложении к продаже, продаже товаров; взыскании компенсации в размере двукратной стоимости контрафактного товара 1 338 750 рублей за незаконное использование товарных знаков истца. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Фрутовит» (далее – ООО «Фрутовит», третье лицо).

Исковые требования мотивированы приобретением ответчиком у ООО «Фрутовит» контрафактного товара в период с 22.11.2019 по 28.01.2020 общей стоимостью 669 375 рублей, на котором присутствуют товарные знаки, принадлежащие истцу. 

Ответчик исковые требования признал в части суммы компенсации в размере 132 052 рубля (двукратный размер стоимости реализованного товара), указав в отзыве на исковое заявление от 23.06.2022, что общество осуществило закупку товара у ООО «Фрутовит» в декабре 2019 на сумму 107 472 рубля, из которого реализовано было товара на общую сумму 66 026 рублей (том 1 л.д. 48). 

Суд принял частичное признание иска ответчиком, поскольку такое частичное признание иска не противоречит закону и не нарушает прав других лиц. 

В остальной части ответчик иск не признал, указав в отзыве на исковое заявление, что контрафактный товар был приобретен им на общую сумму 107 472 рубля, данный факт общество подтверждает товарной накладной № 330 от 10.12.2019, а также выпиской из книги продаж, в которой отражено, что общество приобрело товар у ООО «Фрутовит» только по этой накладной. По утверждению ответчика, иные товарные накладные, на которые ссылается истец не могут быть приняты судом в качестве доказательства, поскольку на них отсутствую подписи и печати сторон. Также ответчик указал, что большая часть закупленного контрафактного товара, которая не была реализована ввиду его порчи, была списана и утилизирована (том 1 л.д. 24-25).

Третье лицо, надлежаще уведомленное о начавшемся судебном процессе письменную позицию по данному делу не представило.

 Исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, предприниматель является правообладателем исключительных прав на товарные знаки:

«» и «»

по свидетельствам Российской Федерации № 617288 и № 617287, зарегистрированных в отношении широкого перечня товаров и услуг, в том числе 29 класса МКТУ, включающего, в основном, продовольственные товары животного происхождения, а также овощи и садово-огородные продукты, консервированные или подготовленные для употребления.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2021, оставленным без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 и Суда по интеллектуальным правам от 22.07.2022 в деле №А40-208181/2020 по иску предпринимателя ФИО2 к ООО «Фрутовит» о защите исключительных прав на вышеуказанные товарные знаки, иск удовлетворен, с общества взыскано 47 328 797,66 рублей компенсации за незаконное использование товарных знаков. 

Как указывает истец, в процессе судебного разбирательства по делу № А40-208181/2021 ему стало известно, что ответчик в период с 22.11.2019 по 28.01.2020 осуществил закупку контрафактного товара у ООО «Фрутовит» по договору поставки № 54/11-2019 от 15.11.2019 на общую сумму 669 375 рублей, что подтверждается следующими доказательствами:

- счет – фактура и товарная накладная № 309 от 22.11.2019 на сумму 60 660 рублей;

- счет – фактура и товарная накладная № 330 от 10.12.2019 на сумму 107 472 рубля;

- счет – фактура и товарная накладная № 12 от 24.01.2020 на сумму 174 303 рубля;

- счет – фактура и товарная накладная № 18 от 28.01.2020 на сумму 326 940 рублей, а всего 669 375 рублей.

Ссылаясь на отсутствие у ответчика разрешения на использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 617287, № 617288, а также на то, что его действия по предложению к продаже и реализации товара, маркированного данными товарными знаками, нарушают исключительные права на эти товарные знаки, предприниматель направил в адрес общества претензию от 19.10.2021 (представлена в электронном виде).

Поскольку общество ответ на направленную в его адрес претензию не представило, нарушение добровольно не устранило, предприниматель обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. 

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования: 

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; 

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия; 

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса; 

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю; 

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Согласно абзацу шестому пункта 61 Постановления № 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных товаров, то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих товаров, по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, стоимости контрафактных товаров, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. 

Возражая относительно заявленных исковых требований ответчик указал, что приобрел контрафактный товар у третьего лица по настоящему делу один раз на сумму 107 472 рубля, указанное обстоятельство подтверждается подписанной сторонами товарной накладной № 330 от 10.12.2019 (том 1 л.д. 26-28) и выпиской из книги продаж общества (том 1 л.д. 33). В дальнейшем приобретенный товар был реализован ответчиком на общую сумму 66 026 рублей, что подтверждается товарными накладными № 148 от 24.01.2020 и №210 от 30.01.2020 (том 1 л.д. 29-32). Остальная часть контрафактного товара была утилизирована, в подтверждение чему ответчик представил в материалы дела акт списания товаров № 0-РД-000001 от 01.06.2021, договор оказания услуг по уничтожению биологических отходов № 38 от 27.05.2021 и акт уничтожения биологических отходов от 03.06.2021 (том 1 л.д. 35-38, 40-47).

Поскольку в подтверждение своих доводов истцом представлены неподписанные ни поставщиком (ООО «Фрутовит), ни грузополучателем (ООО «Русские деликатесы плюс») товарные накладные № 309 от 22.11.2019, № 12 от 24.01.2020 и № 18 от 28.01.2020 судом были истребованы у инспекции Федеральной налоговой службы по городу Симферополю сведения касательно отражения ответчиком в налоговом учёте счетов – фактур по указанным накладным.

В своем ответе № 16-19/18954 от 12.08.2022 инспекция сообщила, что согласно представленной отчетности ответчика по НДС за 2019-2022 г. счета – фактуры № 309, № 12 и № 18 в разделе «Книга покупок» не отражены, также предоставлена выписка из книги покупок декларации по НДС за 4 квартал 2019 года, где отражена только счет – фактура № 330 от 10.12.2019 на сумму 107 472 рубля (сумма НДС 17 912 рублей, том 1 л.д. 85-86).

В дополнительных письменных пояснениях, поступивших в канцелярию суда в электронном виде 13.09.2022 истец указал, что представленные им в материалы дела товарные накладные и счета – фактуры были представлены коммерческим директором ООО «Фрутовит» в дело №А40-208181/2020 в подтверждение реализации указанной в них продукции ООО «Русские деликатесы плюс». Представленная информация подтверждена также книгой продаж ООО «Фрутовит» и налоговым органом (том 1 л.д. 101). 

В этой связи судом были истребованы уже у инспекции Федеральной налоговой службы № 33 по городу Москве сведения касательно отражения в налоговом учёте продавцом (ООО «Фрутовит») представленных в качестве доказательств счётов-фактур. На что налоговый орган сообщил суду, что ООО «Фрутовит» отразило в книгах продаж за соответствующие периоды счета – фактуры № 309 от 22.11.2019, № 330 от 10.12.2019, № 12 от 24.01.2020 и № 18 от 28.01.2020 выставленные покупателю (ответчику, л.д. 125-133).

Пунктом 1 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету, предусмотренном главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации в целях исчисления НДС.

Вместе с тем, счета-фактуры не могут служить безусловными доказательствами поставки, поскольку являются односторонними документами и не подтверждают получение указанных в них товарно-материальных ценностей покупателем. Товарных либо товарно-транспортных накладных, оформленных в установленном законом порядке, имеющих отметки о получении товара покупателем, либо иных доказательств передачи товара и возникновения обязательств по его оплате суду представлено не было.

При таких обстоятельствах, в отсутствие надлежащих доказательств передачи товар ответчику на сумму 669 375 рублей, суд приходит к выводу о доказанности приобретения ответчиком у ООО «Фрутовит» продукции только по товарной накладной № 330 от 10.12.2019 на сумму 107 472 рубля. 

Факт наличия у истца исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 617287, № 617288 и факт нарушения исключительных прав истца на указанные объекты интеллектуальной собственности ответчиком не оспаривается ответчиком.

Имеет место спор о размере компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

В данном случае истом заявлено требование о взыскании 1 338 750 рублей компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а именно в двукратном размере стоимости приобретенного контрафактного товара изготовленного ООО «Фрутовит».

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 59 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Ходатайства о снижении размера компенсации ответчиком в процессе настоящего судебного разбирательства заявлено не было.

Суд частично соглашается с представленным истцом расчетом только исходя из стоимости приобретенного ответчиком контрафактного товара по товарной накладной № 330 от 10.12.2019 на сумму 107 472 рубля. При этом, по мнению суда, торговля контрафактом вредит репутации истца, поскольку контрафакт низкого качества вызывает у потребителя негативные ассоциации с истцом. Наполненность рынка контрафактом существенно снижает стоимость лицензий, поскольку цены на контрафакт существенно ниже лицензионной продукции и делает практически невозможным продажу исключительных лицензий. Доказательств осмотрительности при приобретении такого товара ответчиком также не представлено. 

Довод ответчика об утилизации части приобретенного товара как основание для расчета размера компенсации только исходя из стоимости реализованного в последующем товара, судом отклоняется, поскольку доказательств того, что к продаже этот товар не был предложен не представлено. Учитывая, что товар был получен по товарной накладной № 330 от 10.12.2019, а списан только 01.06 2021 (утилизирован 03.06.2021), все это время он предлагался к продаже. То обстоятельство, что товар по какой-либо причине не был приобретен третьими лицами значения для расчета компенсации не имеет. 

В отношении требования истца о запрете ответчику использовать обозначение «Фрутовит» в отношении товаров, однородных с теми, для индивидуализации которых зарегистрированы принадлежащие истцу товарные знаки № 617287, № 2617288 в частности: при производстве товаров, предложении к продаже, продаже товаров, суд указывает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия (подпункт 2); об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю.

Согласно названному пункту 4 в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом;

Пунктом 2 статьи 1515 ГК РФ установлено, что правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение. 

Контрафактными являются товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение (пункт 1 там же).

Однако, в соответствии с правовым подходом, изложенным в пункте 57 Постановления № 10, такое требование о пресечении действий, нарушающих исключительное право, может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац 3 пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

Из материалов дела усматривается, что ответчик признает факт реализации контрафактной продукции. Доказательства использования ответчиком товарных знаков с даты обращения в суд с иском до даты принятия решения суду не предоставлены. Истцом не указаны конкретный товар или упаковки конкретных товаров, на которых он просит запретить использование товарных знаков, что также свидетельствует в пользу того, что соответствующее требование истца является абстрактным и направленно на пресечение возможных правонарушений в будущем.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требования о пресечении нарушения исключительных прав предпринимателя нет.

Аналогичный правовой вывод содержится в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 02.12.2019 № С01-585/2018 по делу № А76-8501/2017, от 30.08.2019 № С01-777/2019 по делу № А55-31528/2018 и т.п., принятых по результатам рассмотрения подобных дел.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом при подаче иска была оплачена государственная пошлина в сумме 32 338 рублей платежным поручением от 25.04.2022 № 933182, из которых 26 387 рублей государственной пошлины за имущественное требование о взыскании 1 338 750 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и 6 000 рублей – за требование о пресечении нарушения, недоплата составила 49 рублей.

Судом принято признание ответчиком иска в части взыскания компенсации в сумме 132 052 рубля. Соответственно, сумма государственной пошлины, которая приходится на частичное признание иска ответчиком составит 2 603 рубля (132 052х26 387:1 338 750), из которой 70% подлежит возврату истцу из федерального бюджета на основании абзаца второго подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, что составит 1 773 рубля (1 822 рубля – 49 рублей недоплаты при обращении истца с настоящим иском). В остальной части понесенные судебные расходы относятся на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (214 944х26 387:1 338 750=4 237).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 2 464 рубля (4 237-1 773) расходов по уплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русские деликатесы плюс»  в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 214 944 рублей компенсации за незаконное использование товарных знаков, 2 464 рубля расходов по уплате государственной пошлины. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Вернуть индивидуальному предпринимателю ФИО2 из федерального бюджета 1 773 рубля государственной пошлины. 

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый  арбитражный апелляционный суд (299011, 

<

...>) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Центрального округа (248001, 

<

...>) в течение двух месяцев со дня принятия (изготовления в полном объёме) постановления судом апелляционной инстанции.

Судья     В.Н. Шкуро