СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                 Дело № А45-3789/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 апреля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                       Вагановой Р.А.,

судей                                                                       Марченко Н.В., 

                                                                                Сухотиной В.М.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Шаркези А.А. в судебном заседании в режиме веб-конференции рассмотрел апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Гигант-Сервис», индивидуального предпринимателя ФИО1 (№07АП-1468/2024 (1,2)) на решение от 17.01.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3789/2023 (судья Зюзин С.Г.)

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Гигант-Сервис» (ИНН 

<

***>) о взыскании 778 260 рублей основного долга и неустойки,

по встречному иску о расторжении договора, взыскании 9 540 623,15 руб. неосновательного обогащения и неустойки.

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца по первоначальному иску: без участия (извещен);

от ответчика по первоначальному иску: ФИО2 по доверенности № 31-4/2023 от 18.04.2023 (на 2 года), удостоверение адвоката (в режиме веб-конференции).

Суд

У С Т А Н О В И Л:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец) обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Гигант-Сервис» (далее – ООО «Гигант-Сервис», ответчик) о взыскании 778 260 рублей основного долга и неустойки.  

Ответчик заявил встречный иск о расторжении договора, взыскании 9 081 600 рублей неосновательного обогащения и 459 023 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами.

В соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик уточнил встречные требования, просил расторгнуть договор, взыскать 9 081 600 рублей неосновательного обогащения и 1 816 320 рублей неустойки. Уточненные требования приняты судом к рассмотрению.

Решением от 17.01.2024 Арбитражного суда Новосибирской области в удовлетворении первоначальных требований отказано, встречные требования удовлетворены в части взыскания с ИП ФИО1 в пользу ООО «Гигант-Сервис» 2 892 799 рублей неосновательного обогащения, а также 42 480 рублей судебных расходов по оплате стоимости экспертизы и 20 569 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «Гигант-Сервис» в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить в части, принять по делу новый судебный акт, которым встречные требования удовлетворить в полном объеме. 

В обоснование жалобы ее податель утверждает, что исходный код был предоставлен подрядчиком для приемки в момент направления акта приема-передачи 12.01.2023.

Также апеллянт обращает внимание коллегии на то, что стоимость работ, определенных экспертом как те, долю реализации которых определить не представляется возможным, выполнены некачественно вследствие ненадлежащим образом сформированного технического задания. При этом составлением технического задания занимался подрядчик.

ИП ФИО1 также обратился с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым первоначальный иск удовлетворить, в удовлетворении встречных требований отказать.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указывает на противоречивость выводов суда первой инстанции, непоследовательного утверждающего о ненадлежащем качестве выполненных работ и пропущенном сроке исполнения договора, а затем о выполнении работ в срок с соблюдением требований к их качеству.

Стороны в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представили письменные отзывы на апелляционные жалобы друг друга. 

Истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, явку своего представителя в судебное заседание апелляционной инстанции не обеспечил.

В порядке части 1 статьи 266, частей 1, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие представителя истца.

К дате судебного заседания от истца поступило ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы ввиду невозможности обеспечить явку представителя ФИО3 по причине его занятости в ином судебном процессе.

Представитель ответчика оставил разрешение ходатайства на усмотрение суда.

Рассмотрев заявленное ходатайство, апелляционный суд, руководствуясь частью 4 статьи 158, статьей 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства, не усмотрев уважительности причин неявки в судебное заседание истца и его представителя, в том числе с учетом возможности личного участия предпринимателя либо привлечения иного представителя.

Кроме того, от ИП ФИО1 поступило ходатайство о назначении дополнительной экспертизы по делу с поручением её выполнения тому же эксперту, который выполнял первоначальную экспертизу в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции. 

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленного ходатайства, полагая его необоснованным.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его удовлетворения, предусмотренных статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а именно, проанализировав заключение судебного эксперта, имеющееся в деле, судебная коллегия полагает его в достаточной степени ясным и полным, сомнения в обоснованности заключения эксперта и противоречия в выводах эксперта отсутствуют.

При этом, в обоснование необходимости проведения дополнительной экспертизы истец ссылается на необходимость установления объемов и стоимости тех работ, которые в ранее составленном экспертном заключении отнесены экспертом к частично выполненным. Однако, из имеющегося экспертного заключения следует, что по названным работам экспертом указано на невозможность установления конкретной доли выполненных работ, их качества и стоимости с учетом неясности условий договора.

Таким образом, эксперт ранее высказался по предложенному истцом вопросу, указав на невозможность дачи экспертного заключения в этой части.  

Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении дополнительной судебной экспертизы, судебная коллегия также учитывает непредставление подателем жалобы документов, необходимых для разрешения ходатайства (ответа экспертной организации о возможности условиях проведения экспертизы, доказательств внесения денежных средств на депозитный счет апелляционного суда).

Заслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ИП ФИО1 (подрядчиком) и ООО «Гигант-Сервис» (заказчиком) заключен договор № 29092021 от 29.09.2021, по условиям которого истец обязуется выполнить работы по разработке программного обеспечения (далее – программа), а истец обуется принять программу и оплатить ее стоимость (далее – договор).

В соответствии с пунктом 1.2 договора объем, сроки, технические требования и стоимость работ определяются в Технических заданиях и Заданиях заказчика.

Пунктом 1 Технического задания стороны определили, что результат работ передается путем обеспечения доступа заказчика к исходным кодам в Git-репозитории, развернутой системе на тестовых и боевых серверах.

Также пунктом 1 Технического задания стороны определил срок окончания работ – до 04.07.2022.

Порядок определения вознаграждения по договору определен пунктом 5.1 договора.

С учетом положений пункта 5.1 договора стороны в Техническом задании согласовали стоимость работ в размере 9 081 600 рублей.

В обоснование требований истец указал, что 13.04.2022 передал ответчику результат работ, обеспечив доступ к исходному коду.

13.01.2023 истец направил ответчику акт приемки выполненных работ стоимостью 10 154 000 рублей.

Поскольку ответчик уплатил стоимость работ частично в сумме 9 440 000 рублей, истец направил ответчику претензию с требованием оплатить задолженность в размере 714 000 рублей.

Оставление претензии без удовлетворения явилось основанием для обращения ИП ФИО1 с первоначальным иском в арбитражный суд.

В свою очередь, ответчик, организуя защиту против требований истца, обратился со встречным иском, утверждая, что работы были выполнены не в срок, с отступлением от требований к их качеству. 

В соответствии со статьями 702, 708, 709 и 720 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену (статья 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под надлежащим исполнением обязательств подрядчика понимается выполнение им работ в соответствии с условиями договора и требованиями действующих нормативных документов, регулирующих предмет обязательства. Только качественное выполнение работ может быть признано надлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 408, статьи 711, 721, 723, 761 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этой связи следует иметь в виду, что основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

В силу пункта 5 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза.

В связи с наличием между сторонами спора касаемо качества изготовленного программного обеспечения, Арбитражный суд Новосибирской области определением от 25.05.2023 назначил судебную экспертизу, проведение которой поручено ФИО4, эксперту общества с ограниченной ответственностью «Экспертно-консалтинговый центр «Независимая экспертиза».

Согласно выводам эксперта, программное обеспечение по объему и содержанию частично соответствует требованиям договора и Технического задания. Выявленные экспертом недостатки являются несущественными, критические ошибки в работе программного обеспечения не выявлены.

Стоимость устранения выявленных недостатков определена экспертом в размере 2 534 399 рублей. Стоимость работ, долю реализации требований к которым определить не представляется возможным, составляет 2 051 656 рублей 56 копеек. 

В свою очередь, истец в акте приемки выполненных работ от 13.01.2023 определил стоимость работ в размере 10 154 000 рублей (с учетом выполнения дополнительных работ, исходя их стоимости одного часа в размере 2 000 рублей и фактического времени выполнения работ).

Тем не менее, приняв экспертное заключение в качестве надлежащего доказательства по делу, не установив оснований полагать, что между сторонами в ходе исполнения договора было согласовано проведение дополнительных работ, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения первоначальных требований.

Апелляционная коллегия не находит оснований полагать иначе, учитывая, что доводы апеллянта основаны на вольной интерпретации содержания обжалуемого решения.

Указание судом первой инстанции на отсутствие критических ошибок, препятствующих работе программного обеспечения, относится лишь к части выполненных работ, доля которых описана в экспертном заключении. 

Однако, наряду с этим, эксперт выявил ту часть программного обеспечения, работоспособность находится в зависимости от исправления определенных недостатков.

При этом конструкция договора подряда в качестве показателя потребительской ценности результатов выполненных работ подразумевает их востребованность для заказчика, по крайней мере, на момент окончания исполнения подрядчиком своих обязательств (пункт 2 статьи 1, статья 421, пункт 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Одновременно с этим, экономический характер подрядных отношений также подразумевает необходимость приведения встречных предоставлений заказчика и подрядчика к равноценному значению на заключительной стадии жизненного цикла обязательства.

Иными словами, работы, выполненные ненадлежащим образом, оплате не подлежат.

Учитывая, что выводы суда первой инстанции в рассматриваемой части, вопреки доводам апелляционной жалобы, изложены последовательно и друг другу не противоречат, апелляционная коллегия также не усматривает оснований для удовлетворения первоначальных требований.

Доводы ответчика относительно качества выполненных работ также не представляются убедительными.

Работоспособность изготовленного ответчиком программного обеспечения экспертом установлена, а выявленные недостатки носят несущественный характер, что само по себе указывает на достижение подрядчиком результата, подразумеваемого сторонами при заключении договора, хоть и с отступлениями от требований к качеству выполнения.

Вместе с тем судом первой инстанции установлено, что предметом договора являлась разработка базового программного обеспечения. При этом стороны планировали продолжение договорных отношений в виде заключения дополнительного соглашения к договору, предметом которого должно было стать внедрение программного обеспечения в промышленную эксплуатацию, его настройка и отладка, а также устранение тех недостатков Технического задания, которые были допущены при его первоначальной разработке.

Данное обстоятельство сторонами не оспорено, следует из материалов дела, в том числе доказательств ведения переговоров относительно поэтапного выполнения работ.

Выводы эксперта в отношении работ, долю реализации требований к которым определить не представилось возможным, фактически сводятся к тому, что функционал таких компонентов реализован, по крайней мере, частично. Тем не менее, точную степень функциональности компонентов программного обеспечения, установить не представляется возможным ввиду неполноты технического задания к договору. Иными словами, экспертами установлено, что подрядчиком выполнены работы по созданию отдельных функций и сервисов, однако, невозможно установить их соответствие нуждам заказчика, поскольку указанные нужды заказчиком в достаточной степени не конкретизированы.

Однако, вопреки доводам ответчика, вменять истцу в вину недостатки технического задания, определяющего задачи подрядчика, с учетом того, что стороны условились о последующем сотрудничестве с целью выявления и устранения замечаний заказчика посредством выполнения дополнительных работ, не представляется возможным.

Обратное означало бы отнесение исключительно на истца бремени несения последствий недостижения сторонами согласия в ходе переговорного процесса, а также непрофессионализма заказчика, неспособного минимально сформулировать требования к итоговому результату работ. 

Факт наличия некоторых недостатков в выполненных работах не может являться безусловным основанием для отказа заказчика от подписания актов и оплаты работ (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.03.2012 № 12888/11).

Отказывая в удовлетворении требований ответчика о взыскании неустойки, суд первой инстанции исходил из того, что работы сданы истцом своевременно.

Вместе с тем апелляционная коллегия пришла к следующим выводам.

Приемка осуществляется в отношении выполненной работы, т.е. по ее завершении, и проводится, по общему правилу, заказчиком с участием подрядчика. Юридические последствия приемки работы связаны с правомочием заказчика провести проверку качества выполненных работ и применения последствий обнаружения недостатков (пункты 1 - 5 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также перенесения рисков случайной гибели результата работ, возникновения у подрядчика права требовать оплаты выполненных работ или продажи результата работ при уклонении заказчика от приемки (пункт 1 статьи 711, пункты 6, 7 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации) (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерацииот 15.10.2019 № 305-ЭС19-12786 по делу № А40-236034/2018).

В то же время, сдача работ подрядчиком как действие, находящееся в его исключительной дискреции, является обязательным условием для определения фактического срока окончания выполнения работ для целей определения размера имущественных санкций за несвоевременное исполнение обязательств по договору.

В противном случае заказчик как лицо, неосведомленное о ходе выполнения работ, лишается права разумно полагать, что окончание выполнения работ будет сопровождаться соответствующим сообщением. Данный вывод соответствует правовой позиции изложенной в пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда».

Гражданский кодекс Российской Федерации не устанавливает порядка извещения заказчика о готовности работ и возможности их приемки, что не ограничивает подрядчика в способах такого оповещения.

Соответствующий порядок установлен сторонами в разделе 4 договора.

Согласно пункту 4.1 договора, исполнитель готовит и направляет заказчику акт приема-передачи по проектному расчету в течение 5 рабочих дней после завершения каждого этапа работ по соответствующему техническому заданию. Стороны утверждают форму акта приема-передачи по проектному расчету в Приложении № 4 к настоящему договору.

Тем не менее, установив, что 13.04.2022 ответчику был предоставлен доступ к исходному коду, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что работы были переданы подрядчиком в установленный срок.

Однако, как следует из экспертного заключения, последние изменения кода датированы 18.01.2023. Начиная с 14.04.2022, то есть сразу после момента передачи кода, программное обеспечение корректировалось ежедневно, что не свидетельствует о завершенности работ по договору.

Более того, само по себе наличие доступа к площадке, на которой производятся работы, у заказчика не означает возложения на него обязанности ежедневно проверять степень готовности, напротив, даже полагая работы завершенными, заказчик не может приступить к приемке до получения соответствующего подтверждения от подрядчика. 

Учитывая, что из материалов дела не усматривается факт получения ответчиком сообщения о готовности работ к приемке до 2023 года, вопреки выводам суда первой инстанции, получение заказчиком кода к платформе размещения программного обеспечения, апелляционная коллегия интерпретирует как реализацию правомочия на получение информации о ходе выполнения работ (пункт 3.2.5 договора).

При таких обстоятельствах, апелляционный суд полагает ошибочным вывод суда первой инстанции о завершении работ и сдаче их результата заказчику в пределах согласованного в договоре срока. 

В соответствии со статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Как следует из пункта 6.5 договора, в случае нарушения исполнителем сроков выполнения работы, согласованных в техническом задании заказчик вправе по письменному требованию взыскать с исполнителя неустойку в размере 0,5% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, но не более 20% от суммы такого вознаграждения.

Ответчиком заявлено требование о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ за период с 04.07.2022 по 03.02.2023 в сумме 1 816 320 руб. (20% от размера вознаграждения).

Проверив расчет неустойки, апелляционный суд полагает ошибочным определение заказчиком периода просрочки выполнения работ с учетом следующего. Ответчиком не учтено, что согласно техническому заданию № 1 от 29.09.2021 к договору установлен срок выполнения работ – до 4 июля 2022 г. (в соглашении допущена очевидная опечатка – 2021). По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 194 Гражданского кодекса Российской Федерации, если срок установлен для совершения какого-либо действия, оно может быть выполнено до двадцати четырех часов последнего дня срока. Таким образом, согласованный сторонами срок – 04.07.2022 является последним днем исполнения обязательств, просрочка подлежит исчислению со следующего дня, то есть 05.07.2022. В то же время, из материалов дела следует и ответчиком не оспаривается, что Акт приема-передачи выполненных работ от 12.01.2023 (уведомление о готовности работ) был получен от подрядчика заказчиком в электронном виде 13.01.2023. Учитывая согласованный сторонами в пункте 4.1.1 договора срок на приемку работ заказчиком (3 рабочих дня), работы должны были быть приняты не позднее 18.01.2023, следовательно, после указанной даты просрочки выполнения работ на стороне подрядчика не имеется, начисление неустойки неправомерно.

Вместе с тем, по расчету апелляционного суда сумма неустойки, начисленной за период с 05.07.2022 по 18.01.2023, составляет 8 990 784 руб., что кратно выше 20%-предела неустойки, согласованного сторонами в пункте 6.5 договора.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия признает обоснованным требование ООО «Гигант-Сервис» о взыскании неустойки в заявленном размере – 1 816 320 руб., в этой части решение суда первой инстанции подлежит изменению.

При этом суд не усматривает оснований для снижения размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом того, что при исчислении неустойки исходя из обычно применяемой ставки пени в деловом обороте при исполнении договоров возмездного оказания услуг (0,1% от размера неисполненного обязательства), за период просрочки 198 дней сумма неустойки составляла бы 1 798 156,80 руб., то есть в размере, незначительно отличающемся от предъявленного ответчиком к взысканию. В этой связи, а также при отсутствии доказательств обратного, отсутствуют основания полагать неустойку, взыскиваемую по договору, явно несоразмерной последствиям просрочки выполнения работ.

В остальной части, оценивая иные изложенные в апелляционных жалобах доводы, суд апелляционной инстанции считает, что в них отсутствуют ссылки на обстоятельства, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции и могли бы повлиять в той или иной степени на законность и обоснованность принятого судебного акта.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины при подаче искового заявления и апелляционной жалобы ООО «Гигант-Сервис» относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям (по первоначальному иску – 100% в пользу ответчика; по встречному иску – 43,21% в пользу ответчика, 66,79% в пользу истца). Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе ИП ФИО1 относятся на подателя жалобы ввиду отказа в её удовлетворении.

По встречному иску расходы ответчика по оплате экспертизы также подлежат возмещению пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение от 17.01.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3789/2023  изменить в части взыскания неустойки по встречному иску и распределения судебных расходов, изложив абзац второй резолютивной части решения следующим образом:

«По встречному иску взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гигант-Сервис» 2 892 799 руб. неосновательного обогащения, 1 816 320 руб. неустойки, 69 136 руб. в возмещение судебных расходов по оплате стоимости экспертизы, 33 483 руб. 43 коп. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.».

В остальной части решение от 17.01.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3789/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Гигант-Сервис», индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Гигант-Сервис» (ИНН 

<

***>) 1 296 руб. 30 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Председательствующий                                                                        Р.А. Ваганова

 

Судьи                                                                                                      Н.В. Марченко

 

                                                                                                                          В.М. Сухотина