СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город  Томск                                                                                    Дело № А45-12276/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 сентября 2021 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Сбитнева А.Ю.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Гальчук М.М., рассмотрел апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СК СеверАвтоМаш» в лице конкурсного управляющего должником ФИО2 (№ 07АП-12694/19 (13)) на определение от 12.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области (судья – Надежкина О.Б.) по делу № А45-12276/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СК СеверАвтоМаш» (630099, 

<

...>, этаж 1; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СК СеверАвтоМаш» в лице конкурсного управляющего должника ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и взыскании с него 44 404 636 рублей 67 копеек.

Суд

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.04.2019 общества с ограниченной ответственностью  «СК СеверАвтоМаш» (далее – ООО «СК «СеверАвтоМаш», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсного производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий ФИО2).

29.04.2021 принято к производству заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 (далее – ФИО3)  и взыскании с него 44 404 636,67 рублей, мотивированное тем, что контролирующим должника лицом (ФИО3) совершена сделка, которая причинила существенный вред кредиторам, привела к банкротству должника.

Определением от 12.07.2021 (резолютивная часть от 24.06.2021) Арбитражный суд Новосибирской области отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО2 в апелляционной жалобе просит его отменить, ссылаясь  на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что в рамках дела о банкротстве должника была признана недействительной сделка – договор уступки права требования от 17.04.2018. Данная сделка была заключена в период, когда руководителем являлся ФИО3 Заключением сделки был причинен вред в сумме 4,4 млн. рублей. ФИО3 был ликвидатором ООО «Базиспецтранс», которое аффилированно по отношению к должнику.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО3 возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи  с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва  на неё, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, исходил из недоказанности того, что сделка принесла вред кредиторам и явилась необходимой причиной объективного банкротства.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом   по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку конкурсный управляющий обратился в суд 27.04.2021 заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Вместе с тем указанные правила применяются судом только в части процессуальных правоотношений.

Вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. 

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Давая оценку доводу апелляционной жалобы о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, судебная коллегия исходит из следующего.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Как следует из представленных в материалы дела документов, ФИО3 никогда не являлся ни руководителем, ни учредителем должника.

Осуществление им полномочий представителя должника, основанных на доверенности, не может свидетельствовать о наличии статуса контролирующего должника лица. Кроме того, осуществление действий представителя по доверенности, исключает возможность осуществления таких действий в свою пользу.

В материалах дела отсутствуют доказательства участия ФИО3 в управлении деятельности должника.

Данное лицо не подпадает под определение контролирующего лица, изложенного в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

17.04.2018 ООО «СК СеверАвтоМаш» (цедент) и ООО «Аргумент» (цессионарий) заключили соглашение об уступке права (требования), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает право (требование) по договору субподряда № 08-17/002 от 20.01.2017, заключённого между ООО «СК СеверАвтоМаш» и ОАО «Новосибирскавтодор» на сумму 4 738 433,79 рубля.

Определением арбитражного суда от 11.06.2020 по делу № А45-12276/2018 суд признал указанную сделку недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом для применения презумпции наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке (абзац 4 пункта 23 Постановления № 53).

Для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе, предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают (абзац 6 пункта 23 Постановления № 53).

Однако само по себе заключение оспоренной сделки ФИО3, как представителем по доверенности, не является достаточным для констатации его вины, и возложения на него обязанности по погашению требований кредиторов, путем привлечения его к субсидиарной ответственности.

Таким образом, вопреки статье 65 АПК РФ, конкурсным управляющим ФИО2 не доказано, что указанная сделка принесла вред кредиторам и явилась необходимой причиной объективного банкротства.

Ссылка на исполнение ФИО3 обязанностей ликвидатора ООО «Базиспецтранс», которое является аффилированным к должнику и потому контролирующее деятельность, так как не подтверждается достаточными доказательствами, является субъективным мнением конкурсного управляющего. Кроме того, оказание ФИО3 юридических услуг, в том числе, по доверенности, не влечет фактическое руководство должником с его стороны.

Исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки имеющихся в деле доказательств, апелляционным судом признается законным и обоснованным определение суда первой инстанции.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В силу изложенного суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела и конкретных обстоятельствах, доводы лиц, участвующих в деле правильно оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего законодательства.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 12.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-12276/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СК СеверАвтоМаш» в лице конкурсного управляющего должником ФИО2 – без удовлетворения.

            Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

             Председательствующий                                                                Е.В. Кудряшева 

 

 Судьи                                                                                              А.Ю. Сбитнев

 

                                                                                                          ФИО1