АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ 

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А70-27555/2024

г. Тюмень

17 марта 2025 года

резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2025 года решение в полном объеме изготовлено 17 марта 2025 года 

 Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Минеева О.А., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению  

общества с ограниченной ответственностью «» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 28.11.2002, адрес 629306, ЯмалоНенецкий автономный округ, 

<

...>)  

к Северо-Уральскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (625003, 

<

...>)  

о признании недействительным предписания об устранении выявленных нарушений от 19.09.2024 N 57-14/72240111000007312389/ 2024-П»,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем Климовой Е.И., при участии в судебном заседании представителей:  

от заявителя – ФИО1 на основании доверенности от 26.03.2024; от ответчика – ФИО2 на основании доверенности от 20.05.2024, установил: 

общество с ограниченной ответственностью «Газпром добыча Ямбург» (далее – заявитель, Общество) обратилось в суд с заявлением к Северо-Уральскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее – ответчик, Управление) о признании недействительным предписания об устранении выявленных нарушений от 19.09.2024 No 57-14/72240111000007312389/ 2024-П».  

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования.  

Представитель ответчика против заявленных требований возражает по доводам, изложенным в отзыве на заявление.  

Как следует из материалов дела, в период с 06.09.2024 по 19.09.2024 на основании решения Северо- Уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 06.09.2024 № 72240111000007312389 в отношении опасного производственного объекта «Станция газораспределительная БК-2/70 Нефтегазодобывающего управления Заполярного нефтегазоконденсатного месторождения» Общества (далее - ОПО АГРС), per. № А59-50040-0130, класс опасности - II, расположенного по адресу: Тюменская область, Ямало-Ненецкий автономный округ, Заполярное месторождение, проведена плановая выездная проверка, по результатам которой 19.09.2024 составлен Акт проверки № 57-14/72240111000007312389/2024-А (далее - Акт проверки), выдано Предписание от 19.09.2024 № 57- 14/72240111000007312389/2024-П (далее - Предписание).  

Предписанием на ООО «Газпром добыча Ямбург» возложена обязанность в срок до 19.09.2025 устранить следующее нарушение: «Допущено отклонение от документации на техническое перевооружение ОПО (шифр 2019.49-16), а именно:  

1. Не выведены из технологической схемы блоки подогрева газа БПГ-1/1 и БПГ-1/2 с сопутствующим демонтажем трубопроводов обвязки:  

- линии освобождения системы на свечу COl, С02 с БПГ1/1 и БПГ- Уг - ДУ 80 мм.;  

- линии 32.2/2 выхода газа после БПГ-1/1 и БПГ-1/2 ДУ 100 мм.; - линии 32.1 выхода газа после БОГ-1/1 и БОГ-1/2 ДУ 200 мм.;  

- линии 36.1 импульсного газа на БПГ-1/1 и ЮПГ-1/2 Ду 50 мм.; - линии сброса газа с СППК БПГ-1/1 и БПГ- Уг Ду 80 мм.;  

- линии газоснабжения АГРС к БПГ-1/1 и БПГ-1/2 Ду 150 мм.;  

- линии 30.1 выхода газа регенерации после БПГ-1/1 и БПГ-1/2 к адсорберам БОиХИГ № 1, № 2 - Ду 50;  

2. Не демонтировано оборудование (адсорберы БОиХИГ № 1 и № 2)». 

По мнению Ответчика, данное нарушение не соответствует пункту 1 статьи 8, пункту 1 статьи 9 Закона № 116-ФЗ , пункту 91 ФНиП № 517 .  

Не согласившись с выводами, изложенными в Акте проверки и Предписании истцом 29.09.2024 была подана досудебная жалоба № 45237727474.  

Решением от 23.10.2024 № 202409250005344304001 жалоба оставлена без удовлетворения.  

С вынесенным Предписанием заявитель не согласен, считает что оно нарушает его права, накладывает на Общество дополнительные обязанности, в связи с чем обратился в суд с рассматриваемым заявлением.  

Исследовав материалы дела, оценив, в соответствии со статьями 9, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом принципа состязательности, представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, пояснения сторон, арбитражный суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.  

В соответствии с частью 1 статьи 198, части 2 статьи 201 АПК РФ для признания ненормативного акта недействительным, решений и действий (бездействий) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, незаконными необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие ненормативного правового акта, решений, действий (бездействий) закону и нарушение актом, решениями, действиями (бездействиями) прав и законных интересов заявителя.  

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия) возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действие (бездействие).  

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, 168 АПК РФ).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 90 Федеральный закон от 31.07.2020 N 248-ФЗ "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации", в случае выявления при проведении контрольного (надзорного) мероприятия нарушений обязательных требований контролируемым лицом контрольный (надзорный) орган в пределах полномочий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, обязан, в том числе, выдать после оформления акта контрольного (надзорного) мероприятия контролируемому лицу предписание об устранении выявленных нарушений с указанием разумных сроков их устранения и (или) о проведении мероприятий по предотвращению причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям, а также других мероприятий, предусмотренных федеральным законом о виде контроля; принять меры по осуществлению контроля за устранением выявленных нарушений обязательных требований, предупреждению нарушений обязательных требований, предотвращению возможного причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям, при неисполнении предписания в установленные сроки принять меры по обеспечению его исполнения вплоть до обращения в суд с требованием о принудительном исполнении предписания, если такая мера предусмотрена законодательством.  

Из указанных норм следует, что обязательным условием выдачи любого предписания является установленный в ходе проверки факт нарушения проверяемым лицом требований законодательства.  

При этом предписание должно содержать только законные требования, то есть на юридическое лицо может быть возложена обязанность по устранению лишь тех нарушений, соблюдение которых обязательно для них в силу закона, а сами требования должны быть реально исполнимы.  

Исполнимость предписания является важным требованием к данному виду ненормативного акта и одним из элементов законности предписания, поскольку предписание исходит от государственного органа, обладающего властными полномочиями, носит обязательный характер и для его исполнения устанавливается определенный срок, за нарушение которого наступает административная ответственность.  

Исходя из буквального толкования Предписания, для его выполнения Истец должен вывести из технологической схемы: блоки подогрева газа БПГ-1/1 и БПГ-1/2 с сопутствующим демонтажем трубопроводов обвязки, и демонтировать оборудование (адсорберы БОиХИГ № 1 и № 2).  

Из представленных суду письменных доказательств и пояснений представителей сторон следует, что в 2021 году истцом разработана Документация на техническое перевооружение опасного производственного объекта «Станция газораспределительная БК-2/70 Нефтегазодобывающего управления Заполярного нефтегазоконденсатного месторождения» рег. № А59-50040-0130. Исключение из технологического режима работы АГРС оборудования адсорбционной осушки сырого газа и регенерации адсорбента (блок подогрева газа (ноз.17) ГРС. ЗГНКМ (инв. № 23988), внутриплощадочные технологические сети. ГРС. ЗГНКМ (инв. № 239896), блок подогрева газа (103.18) ГРС. ЗГНКМ (инв. № 239888), блок осушки газа. ГРС. ЗГНКМ (инв. № 239877), блок осушки газа. ГРС. ЗГНКМ (инв. № 239878) (шифр 2019.49-16 ПЗ)) (далее - Документация на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49-16).  

Документацией предусмотрено исключение из технологической схемы ОПО АГРС оборудования адсорбционной осушки сырого газа и регенерации адсорбента. Исключается следующее оборудование:  

- блоки подогрева газа БПГ-1/1 и БПГ -1/2 - 2ед. поз. 18; - адсорберы БОиХИГ № 1, № 2 - 4ед. поз. 13. Границами проектирования являются: 

- на линии освобождения системы на свечу COl, С02 с БПГ-1/1-и БИГ-1/2 - сварной стык катушки из трубы 089x5мм с заглушкой П 89x4мм.;  

- на линии 32.2/2 выхода газа после БПГ-1/1 и БПГ-1/2 — сварной стык катушки из трубы 0108x5мм с заглушкой П 108x4мм;  

- на линии 32.1 выхода газа после БОГ-1/1 и БОГ-1/2 — сварной стык катушки из трубы 0219x8мм с отводом П90 219x8мм;  

- на линии 36.1 импульсного газа на БПГ-1/1 и БПГ-1/2 — сварной стык катушки из трубы 0057x5мм с заглушкой П 57x5мм;  

- на линии сброса газа с СППК БПГ-1/1 и БПГ-1/2 — сварной стык катушки из трубы 0089x5мм с заглушкой П 89x6мм;  

- на линии газоснабжения АГРС к БПГ-1/1 и БПГ-1/2 — сварной стык катушки из трубы 0159x4,5мм с заглушкой П 159x4,5мм;  

- на линии 30.1 выхода газа регенерации после БПГ-1/1 и Б-1/2 к адсорберам БОИиХИГ № 1, № 2 - поворотные глухие заглушки Ду25.  

Решение об исключении данного оборудования согласовано с институтом ПАО «ВНИПИгаздобыча» от 19.06.2019 № 10-11НГ-2807/11295 (приложение Б к Документации на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49-16)).  

На документацию получено заключение экспертизы промышленной безопасности регистрационный номер № 59-ТП-36633-2021 от 11.10.2021.  

Вместе с тем, по настоящее время истец не приступал к реализации Документации на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49-16).  

Из сравнительного анализа оборудования, подлежащего исключению из технологической схемы и демонтажу с ОПО АГРС следует, что в Предписании указано в точности тоже самое оборудование, как и в Документации на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49-16 ПЗ).  

Таким образом, Предписанием на истца фактически возложена обязанность приступить к реализации Документации на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49-16 ПЗ) на ОПО АГРС.  

Согласно п. 1 ст. 6 Федерального закона № 116-ФЗ к видам деятельности в области промышленной безопасности относится, в том числе эксплуатация, техническое перевооружение опасного производственного объекта.  

В соответствии со статьей 1 Закона № 116-ФЗ техническое перевооружение опасного производственного объекта - приводящие к изменению технологического процесса на опасном производственном объекте внедрение новой технологии, автоматизация опасного производственного объекта или его отдельных частей, модернизация или замена применяемых на опасном производственном объекте технических устройств.  

В силу ст. 8 Закона № 116-ФЗ техническое перевооружение должно осуществляться на основании документации, получившей положительное заключение экспертизы промышленной безопасности, которое внесено в реестр заключений экспертизы промышленной безопасности, и отступление от которой не допускается.  

При этом, ни один нормативно-правовой акт не содержит условий, обязывающих приступить к реализации документации на техническое перевооружение после ее разработки.  

Необходимость технического перевооружения и его реализация на опасном производственном объекте определяется владельцем такого объекта.  

Полномочий по возложению обязанности приступить к реализации документации на техническое перевооружение законодательством ответчику не предоставлено.  

В силу ч. 1 ст. 9 Закона № 116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана в том числе уведомлять федеральный орган исполнительной власти в области промышленной безопасности или его территориальный орган о начале осуществления конкретного вида деятельности.  

Уведомления о начале деятельности в области промышленной безопасности по техническому перевооружению (ст. 6 Закона № 116-ФЗ) истцом не подавались.  

Каких-либо подготовительных мероприятий к выполнению работ по техническому перевооружению по Документации на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49-16 ПЗ) на ОПО АГРС не производилось, распорядительные документы о реализации документации не издавалось, приемка-передача объекта подрядчику истцом, как эксплуатирующей организацией, не осуществлялась, письменного разрешения на производство работ не выдавалось, останов эксплуатации указанного в документации оборудования для выполнения работ по реализации документации собственными силами также не проводился.  

Ответчик полагает, что с момента вынесения заключения экспертизы промышленной безопасности (от 11.10.2024 per. № 59-ТП-36633- 2021) на Документацию на техническое перевооружение 2021года (шифр 2019.49- 16) (далее - Заключение ЭПБ) документация на техническое перевооружение вводится в действие и действует на ОПО АГРС, а также вносит изменение в существующую проектную документацию на эксплуатацию ОПО.  

Между тем, положения Закона № 116-ФЗ, ФНП-420 или иные нормативно-правовые акты не содержат условий о том, что документация на техническое перевооружение начинает действовать на опасном производственном объекте с момента выдачи заключения экспертизы промышленной безопасности.  

В силу п. 13 ФНП № 420 целью проведения экспертизы является определение соответствия объекта экспертизы предъявляемым к нему требованиям промышленной безопасности и основывается на принципах независимости, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники.  

Из раздела 2 Заключения ЭПБ прямо следует, что объектом экспертизы является Документация на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49- 16).  

Следовательно, результатом положительного заключения экспертизы промышленной безопасности является факт подтверждения соответствия данной документации требованиям промышленной безопасности.  

В свою очередь, целью получения положительного заключения экспертизы промышленной безопасности и внесения его в реестр заключений экспертизы промышленной безопасности, в силу прямого указания на это в ч. 2 ст. 8 Закона № 116-ФЗ, является обеспечение установленных законом условий для возможности технического перевооружения.  

Судом критически оценены доводы ответчика о том, что документация на техническое перевооружение 2021 года (шифр 2019.49-16) действует на объекте, как и доводы о том, что данная документация вносит изменение в существующую проектную документацию на эксплуатацию ОПО АГРС и в данном случае Обществом допущено отклонение от проектной документации.  

Вопреки доводам ответчика ст. 13 Закона № 116-ФЗ не содержит требований/ предписаний о том, что заключение экспертизы промышленной безопасности подлежит применению на ОПО с момента внесения в реестр.  

Документация на техническое перевооружение вносит изменение в существующую проектную документацию и начинает действовать на объекте только в том случае, если она реализована (выполнены работы по техническому перевооружению, изменена технологическая схема, внесены изменения в сведения о составе ОПО в государственный реестр опасных производственных объектов).  

Таких действий по реализации документации истцом не производилось. 

При этом, наличие разработанной документации на техническое перевооружение не обязывает собственника ОПО в обязательном порядке приступить к техническому перевооружению.  

Суд также принимает во внимание тот факт, что по результатам контрольного (надзорного) мероприятия каких-либо нарушений при эксплуатации ОПО АГРС не выявлено.  

В соответствии с заключением № 3-1614-59-19 экспертизы промышленной безопасности Блоков подогрева газа БПГ ПГ1/1 и БПГ- 1/2, применяемых на ОПО АГРС, объекты экспертизы соответствуют требованиям промышленной безопасности со сроком безопасной эксплуатации до 31.12.2027.  

Срок безопасной эксплуатации оборудования адсорберы БОиХИГ № 1 и № 2 не истек.  

Освидетельствование сосудов и измерение толщины стенок трубопроводов проводится в установленные сроки.  

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. т.е. незаконное и произвольное вмешательство органа власти в деятельность организации путем дачи незаконного предписания и предъявление незаконных требований нарушает это право. Согласно пункту 1 статьи 1 ГК РФ недопустимо произвольное (т.е. не основанное на законе) вмешательство кого-либо в частные дела.  

Исходя из буквального толкования предписания для его исполнения заявителю необходимо устранить отклонение от документации.  

Вместе с тем, в предписании перечислены все мероприятия, предусмотренные документацией на техническое перевооружение. Таким образом, предписанием ответчик фактически обязывает приступить к виду деятельности в области промышленной безопасности по техническому перевооружению (ст. 6 Закона № 116-ФЗ).  

Учитывая, что оспариваемым предписанием заявителю предписано фактически выполнить все предусмотренные документацией на техническое перевооружение мероприятия, при этом к реализации документации на техническое перевооружение заявитель не преступал, следовательно, не допускал отклонения от документации.  

Поскольку отклонения от документации совершено не было, а также отсутствие у ответчика полномочий по возложению на истца обязанности приступить к реализации документации на техническое перевооружение, суд находит заявленное требование о признании недействительным предписания Северо-Уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору об устранении выявленных нарушений от 19.09.2024 № 57-14/72240111000007312389/2024-П обоснованным и подлежащим удовлетворению.  

В соответствии с ч.2 ст.111 АПК РФ Арбитражный суд вправе отнести все судебные расходы по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами или не выполняющее своих процессуальных обязанностей, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта.  

Определением суда от 26.02.2025 об отложении рассмотрения дела установлено нарушение заявителем своих процессуальных обязанностей и представление дополнительных документов с нарушением установленных судом сроков, что привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса.  

Учитывая изложенные нормы и обстоятельства, судебные расходы по делу суд относит на заявителя.  

Руководствуясь статьями 168-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

Р Е Ш И Л:

Заявленные требования удовлетворить. 

Признать недействительным предписание Северо-Уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору об устранении выявленных нарушений от 19.09.2024 No 57-14/72240111000007312389/ 2024-П.  

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Тюменской области.  

 Судья Минеев О.А.