ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17545/2023

г. Челябинск

26 января 2024 года

Дело № А76-26050/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 января 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2023 по делу №А76-26050/2022 об отказе в удовлетворении заявления о включении требования в реестр требований кредиторов.

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 23.08.2022 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 25.11.2022 в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО4, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих». 

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №225(7426) от 03.12.2022.

ФИО2 (далее – кредитор, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 9 439 713 руб. 19 коп. (вх.№ от 25.01.2023, требование №12, т.1, л.д.2-3). 

Определением арбитражного суда от 30.01.2023 требование кредитора принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании (т.1, л.д.1).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2023 в удовлетворении заявленных требований кредитора отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение суда от 28.11.2023.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ФИО2 указывает, что в материалы дела предоставлены первичные документы (квитанции, платежные поручения), однозначно свидетельствующие о несении им расходов, направленных на погашение обязательств должника перед независимыми кредиторами, данные обстоятельства нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения спора, сторонами не оспорены. Периодически на возвратной основе кредитор осуществлял погашение срочных требований кредиторов ФИО3 по просьбе должника. Кроме того, Кредитор является поручителем должника по требованиям ПАО «Челиндбанк», в связи с чем, во избежание предъявления требований со стороны Займодавца, ФИО2 осуществлялись платежи за ФИО3 Таким образом, мотивы осуществления платежей кредитором за должника заключались в том числе, в наличии обязательства ФИО2 по договорам поручительства по обязательствам ФИО3 Решением Ленинского районного суда от 17.05.2023 года по делу № 2-972/2023 с ФИО2 как с поручителя взыскана задолженность по кредитным договорам должника с ПАО «Челиндбанк». Тот факт, что на протяжении многих лет Кредитор находился в дружеских доверительных отношениях с должником сам по себе не свидетельствует о его заинтересованности, мнимости требования и не опровергает факта реального исполнения обязательств должника, что явилось основанием для предъявления к нему регрессного требования. Вывод об аффилированности кредитора с должником суд основывает исключительно на безосновательных пояснениях ФИО5 о фактических брачных отношениях с должником, и неких ссылках при рассмотрении требований ФИО6 в определение суда от 20.07.2023 о заинтересованности ФИО2 и должника (при этом ФИО6 во включении требования в реестр требований кредиторов отказано, определение вступило в законную силу). Вместе с тем, сплетни и домыслы не могут являться доказательством по делу. С декабря 2020 года ФИО7 по просьбе должника погашались ее обязательства перед третьими лицами на общую сумму 9 439 713,19 рублей, копии платежных поручений, квитанций и ордеров приобщены к материалам дела. Кредиторами указанные сведения также подтверждены. Доказательства наличия финансовой возможности осуществлять указанные платежи (хотя это и не имеет значения в рассматриваемом случае, поскольку факт внесения денежных средств, на счета кредитных организаций, подтвержден документально, никем не оспорен) ФИО2 представлены. Ссылки на сведения о полученных доходах ФИО2, из которых не усматривается ведение кредитором какой-либо деятельности, поскольку за период 2017-2021 год им предоставлялись декларации с нулевыми показателями (т.1, л.д.60-96), несостоятельны, поскольку указанные декларации сдавались относительно доходов физического лица, тогда как доходы ФИО2 как индивидуального предпринимателя отражались отдельно.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 22.01.2024.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

В обоснование заявленных требований ФИО2 указывает, что с декабря 2020 года им по просьбе должника, погашались обязательства ФИО3 перед третьими лицами на общую сумму 9 439 713 руб. 19 коп., представлены копии платежных поручений, квитанция и ордера (т.1, л.д.4-46). 

Кредитор на протяжении многих лет находился в дружеских доверительных отношениях с должником. Периодически, на возвратной основе, осуществлял погашение срочных требований кредиторов ФИО3 по просьбе должника. 

Кредитор указывает, что экономическая целесообразность совершения платежей заключалась в предотвращении предъявления требований к ФИО2, как к поручителю должника. 

Так, акционерный Коммерческий Банк «Челиндбанк» (ПАО) (далее – ПАО «Челиндбанк») обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 2 434 611,54 руб., в том числе: 1 893 300 руб. – срочная задолженность по кредиту, 321 297,56 руб. – просроченная задолженность по кредиту, 212 479,19 руб. – проценты, 7534,79 руб. – неустойка; задолженности по кредитному договору в размере 202 036,85 руб., в том числе: 167 000 руб. – просроченная задолженность по кредиту, 18 546,06 руб. – проценты, 16 490,79 руб. – неустойка; задолженности по кредитному договору в размере 4 846 308,94 руб., в том числе: 3 433 821,46 руб. – просроченная задолженность по кредиту, 636 759,36 руб. – проценты, 775 728,12 руб. – неустойка; задолженности по кредитному договору в размере 14 448 890,18 руб., в том числе: 8 226 100 руб. – срочная задолженность по кредиту, 4 838 350 руб. – просроченная задолженность по кредиту, 819 421,66 руб. – проценты, 565 018,52 руб. – неустойка, взыскании с ФИО2 расходов по оплате государственной пошлины в размере 118 025 руб. 

По указанным кредитным договорам в обеспечение полного и своевременного исполнения обязательств Заемщика ФИО3 между Банком и ФИО2 заключены Договоры поручительства. 

Согласно расчету кредитора общая задолженность должника составляет 9 439 713 руб. 19 коп. основной задолженности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем не представлены доказательства оплат в счет задолженности должника, наличия соответствующей финансовой возможности.

Суд апелляционной инстанции, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе указанным Законом.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона. 

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено данным пунктом.

Обращение с заявлением о включении в реестр требований кредиторов является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу нормы, содержащейся в части 1 статьи 4 АПК РФ, судебной защите подлежат действительно нарушенные или оспариваемые права и законные интересы.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьи 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона. 

В пункте 24 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что, по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве). 

В силу норм статьи 100 Закона о банкротстве данные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. Проверка обоснованности и размера заявленных требований, не подтвержденных вступившим в законную силу решением суда, осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований.

Согласно позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, требование о включении в реестр задолженности по своей правовой природе аналогично исковому требованию о взыскании долга по соответствующему виду договора, за тем исключением, что в первом случае в отношении ответчика введена процедура несостоятельности. Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. 

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования.

Во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Пункт 1 статьи 8 ГК РФ устанавливает, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в частности, из договоров и иных сделок. При рассмотрении обоснованности требований кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, неисполненные должником.

В данном случае требования ФИО2 основаны на платежных документах за период с 22.12.2021 по 20.06.2022, в соответствии с которыми им осуществлялись оплаты в пользу организаций – ООО «Поток.Диджитал», ПАО «Челиндбанк». Кредитор указал, что оплаты производились в целях погашения задолженности ФИО3 по кредитным договорам для предотвращения обращения к нему Банка как к поручителю по обязательствам должника.

В силу пункта 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательствами и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями и иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу пункта 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

В силу пункта 1 статьи 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», далее – постановление Пленума ВАС РФ № 35).

Вместе с тем, по смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Судом первой инстанции приняты во внимание доводы о наличии заинтересованности ФИО2 по отношению к должнику, поскольку кредитор состоит в фактических брачных отношениях с ФИО3 Наличие заинтересованности также косвенно подтверждается предоставлением поручительства по кредитным договорам должника, совпадением видов деятельности, наличием прав на товарный знак «Джайв», совпадением дат прекращения деятельности должника и заявителя.

Также при рассмотрении требований ФИО6 в определении суда от 20.07.2023 имеются ссылки на заинтересованность ФИО2 и должника.

В ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой, выработаны отличные от стандартных критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В данном случае характер взаимоотношений свидетельствует о наличии фактической аффилированности кредитора с должником, поскольку ФИО2 не истребовал у должника денежные средства, а продолжал их вносить на протяжении длительного срока, в связи с чем, действия указанных лиц предполагаются согласованными и совершаемыми к взаимному интересу обеих сторон.

При этом, из представленных в материалы дела банковских выписок, платежных документов следует, что кредитором осуществлялось погашение кредита без указания на то, что кредитор действовал в качестве поручителя, либо от имени и по поручению должника. Каких-либо распоряжений должника в адрес кредитора с просьбой о погашении задолженности в материалы дела не представлено.

Кредитор ФИО5 в ходе рассмотрения дела ссылался на то, что должник в своих пояснениях от 17.10.2023 сообщила, что погашала задолженность сама из средств, полученных от сделок, приобщив квитанции от 19.12.2021, от 20.12.2021, 19.01.2022. Содержащиеся в указанных квитанциях суммы соразмерны требованиям ФИО2 и отражены в декларациях о доходах должника. Доводы о том, что оплаты должником кредитных обязательств произведены за счет собственных средств не опровергается материалами дела.

При этом, доказательства наличия у кредитора реальной возможности осуществлять погашение по кредитным договорам за счет собственных денежных средств в материалы дела не представлены.

В ходе рассмотрения дела из УФНС России по Челябинской области запрошены сведения о полученных доходах ФИО2, из которых не усматривается ведение кредитором какой-либо деятельности, поскольку за период 2017-2021 год им предоставлялись декларации с нулевыми показателями (т.1, л.д.60-96). Выписки по счетам, представляет обезличенными, из которых невозможно определить источник поступления денежных средств. Представленные договоры купли-продажи автомобилей от 02.12.2020 и 28.02.2020 не могут являться доказательствами финансовой возможности, поскольку платежи были совершены в первой половине 2022 года (т.1, л.д.104), в то время как денежные средства от продажи ТС получены в 2020 году. Доказательства аккумулирования полученных денежных средств более года, либо отсутствие приобретения какого-либо иного имущества не представлены.

Следует отметить, что судом первой инстанции неоднократно было предложено ФИО2 представить доказательства финансовой возможности внесения денежных средств, однако, последним доказательства представлены не были.

При отсутствии доказательств финансового состояния ФИО2 судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что заявитель не доказал реальность сложившихся между сторонами отношений.

Судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что в материалы дела не представлено доказательств того, что ФИО2 при совершении платежей действовал самостоятельно как поручитель должника, от имени и по поручению самого должника (ФИО3). Из приобщенных к материалам дела справок по форме 2-НДФЛ в отношении ФИО2 с незначительными доходами, едва превышающими прожиточный минимум, следует, что у данного лица отсутствовали финансовые возможности погашать кредиты должника (том 1, л.д. 61-63), применительно к легальным источникам их происхождения и при недоказанности правомерного получения кредитором денежных средств как участником гражданского оборота, в рамках регулирования обязательственных и трудовых правоотношений по законодательству Российской Федерации.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что требование ФИО2 в размере 9 439 713,19 руб. является требованием дружественного по отношению к должнику кредитора при отсутствии в достаточном объеме доказательств, определяющих обоснованность данного требования.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно отказал во включении требования ФИО2 в размере 9 439 713,19 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Доводы апелляционной жалобы о том, что оплата кредитных обязательств за должника производилась во избежание предъявления требований к нему, поскольку являлся поручителем по обязательствам должника, о том, что финансовая возможность подтверждена и погашения производились по просьбе должника, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

Таким образом, обжалуемый судебный акт отмене не подлежит, апелляционную жалобу ФИО2 следует оставить без удовлетворения.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена и таковая подателем жалобы фактически не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2023 по делу №А76-26050/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         И.В. Калина

Судьи:                                                                               Л.В. Забутырина

С.В. Матвеева