АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А63-1918/2020

г. Ставрополь

10 марта 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 02 марта 2021 года.

Решение изготовлено в полном объеме 10 марта 2021 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Яковлева А.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО2, г. Ставрополь, к ФИО3, г. Ставрополь, ФИО4, г. Ставрополь, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 11 по Ставропольскому краю, г. Ставрополь, ФИО5, г. Ставрополь, ФИО6, г. Ставрополь, ФИО7, г. Ставрополь, с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Иммергаз», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва, общества с ограниченной ответственностью «Навиен Рус», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва, публичного акционерного общества Банк «ФК Открытие», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Москва, в лице Ставропольского филиала, ФИО8, г. Ставрополь, общества с ограниченной ответственностью «Теплокрафт-Сервис», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Ставрополь, ФИО11-уполномоченного по защите прав предпринимателей в Ставропольском крае, ФИО9 - судебного пристава -исполнителя Октябрьского районного отдела судебных приставов города Ставрополя, ООО «Теплокрафт», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, г. Ставрополь, законных представителей ФИО5, ФИО6 - ФИО10, ФИО3, 

о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 25.11.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и применении последствия недействительности данной сделки путем  исключения из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к ФИО4;  

-  о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 08.02.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО7, и применении последствия недействительности данной сделки путем исключения из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к ФИО7;

- о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 11.02.2020, заключенного между ФИО7, ФИО5 и ФИО6, и применении последствия  недействительности данной сделки путем исключения из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю в уставном капитале ООО  «Теплокрафт» в размере 30 % к ФИО5 и 30 % к  ФИО6;

- об обязании Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы  России № 11 по Ставропольскому краю внести следующие изменения в ЕГРЮЛ:

- об исключении  из ЕГРЮЛ  записи о государственной регистрации  перехода  права  собственности на долю в уставном капитале  ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к  ФИО4;

- об исключении из ЕГРЮЛ  записи о государственной регистрации  перехода  права собственности на долю в уставном  капитале  ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к ФИО7;

- об исключении из ЕГРЮЛ  записи о государственной регистрации перехода  права собственности на долю в уставном  капитале  ООО «Теплокрафт» в размере 30 % к  ФИО5 и 30 %  к ФИО6;

-  о внесении в ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % за ФИО3, 20 % за ФИО5 и 20 %  за ФИО6,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском к ФИО3, ФИО4, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 11 по Ставропольскому краю, ФИО5, ФИО6, ФИО7, с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Иммергаз», общества с ограниченной ответственностью «Навиен Рус», публичного акционерного общества Банк «ФК Открытие», ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Теплокрафт-Сервис», ФИО11 - уполномоченного по защите прав предпринимателей в Ставропольском крае, ФИО9 - судебного пристава -исполнителя Октябрьского районного отдела судебных приставов города Ставрополя, ООО «Теплокрафт», законных представителей ФИО5, ФИО6 - ФИО10, ФИО3, о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 25.11.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и применении последствия недействительности данной сделки путем  исключения из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к ФИО4; о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 08.02.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО7, и применении последствия недействительности данной сделки путем исключения из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к ФИО7; о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 11.02.2020, заключенного между ФИО7, ФИО5 и ФИО6, и применении последствия  недействительности данной сделки путем исключения из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю в уставном капитале ООО  «Теплокрафт» в размере 30 % к ФИО5 и 30 % к  ФИО6; об обязании Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы  России № 11 по Ставропольскому краю внести следующие изменения в ЕГРЮЛ: об исключении  из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации  перехода  права  собственности на долю в уставном капитале  ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к  ФИО4; об исключении из ЕГРЮЛ  записи о государственной регистрации  перехода  права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % к ФИО7; об исключении из ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 30 % к  ФИО5 и 30 %  к ФИО6;  о внесении в ЕГРЮЛ записи о государственной регистрации  права собственности на долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % за ФИО3, 20 % за ФИО5 и 20 %  за ФИО6

К судебному заседанию в материалы дела от ФИО4, ФИО8 поступили ходатайства об отложении судебного разбирательства по делу в связи с болезнью и отсутствием возможности явиться в заседание суда. Просят не рассматривать  указанное дело в их отсутствие, так как будут нарушены их права и законные интересы (том 6 л. д. 3-7). ФИО4 представила дополнительные  документы (том 6 л. д. 13-14). Истец также заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства по делу в связи с болезнью и отсутствием возможности явиться и участвовать в судебном заседании (том 6 л. д. 8).

Суд, рассмотрев заявленные ходатайства, с учетом процессуального срока рассмотрения дела, а также их необоснованности отказывает в их  удовлетворении. При этом, руководствуясь положениями статьи 163 АПК РФ, объявил перерыв в судебном заседании до 12 час. 10 мин. 02.03.2021 для предоставления возможности сторонам представления письменных дополнений. Информация об объявлении перерыва размещена на официальном сайте Арбитражного суда Ставропольского края и информационном стенде четвертого этажа арбитражного суда. После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствие  лиц, участвующих в деле.

В материалы дела от ФИО3, как от законного представителя ФИО5, от ФИО3, как от законного представителя ФИО6, от ФИО7, как от законного представителя ФИО5, и от ФИО10, как от законного представителя ФИО6, поступили отзывы, согласно которым указанные лица просили отказать в иске (том 6 л. д. 15-93).

В ходе рассмотрения дела истец заявил ходатайство в порядке статьи 161 АПК РФ о фальсификации доказательств по делу, просит исключить из числа доказательств по делу справку с места работы ФИО12 от 08.12.2020 (том 4 л. д. 80), нотариально заверенный протокол допроса свидетеля ФИО12 от 30.11.2020 (том 4 л. д. 49), (том 5 л. д. 98-101). 

Истец считает, что справка ООО ЧОП «Багратион-26», представленная суду в качестве доказательства, вызывает сомнения в подлинности документа и, по мнению истца, сфальсифицирована в сговоре с ФИО3, так как содержит сведения ИНН и ОГРН, относящиеся не к ООО ЧОП «Багратион-26», а к другому юридическому лицу. Сведения о занимаемой должности ФИО12 противоречат его свидетельским показаниям в протоколе допроса ФИО12 от 30.11.2020.

Представители ФИО3 отказались исключить документы, о фальсификации которых заявлено истцом, из числа доказательств по делу.

Суд в соответствии со статьей 161 АПК РФ разъяснил лицам, участвующим в деле, уголовно-правовые последствия такого заявления, а именно положения статьи 306 Уголовного кодекса Российской Федерации «заведомо ложный донос» и статьи 303 Уголовного кодекса Российской Федерации «фальсификация доказательств», о чем отобраны соответствующие подписки.

В соответствии с частью 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. 

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. 

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные документы, суд отклонил заявление истца о фальсификации доказательств (о чем указано в протоколе судебного заседания) на основании следующего.

По смыслу статьи 161 АПК РФ понятие «фальсификация доказательства» предполагает совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в арбитражном процессе в качестве доказательств, путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, и учитывая представленные доказательства, пришел к выводу, что истец не привел убедительных доводов в пользу фальсификации доказательств (подделка, подчистка, внесение исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения), таким образом, указанное заявление удовлетворению не подлежит. 

Кроме того, в пояснениях генеральный директор ООО ЧОП «Багратион-26» указал, что при составлении справки  от 08.12.2020, в которой указано, что ФИО12 работает в ООО ЧОП «Багратион-26» с 01.07.2016 в должности заместителя генерального директора по настоящее время, специалистом кадровой службы допущена техническая ошибка в части  указания реквизитов ИНН и ОГРН  (том 5 л. д. 118).

Также истец заявил ходатайство в порядке статьи 88 АПК РФ о вызове свидетелей. Просит вызвать в качестве свидетелей ФИО13 и ФИО14, ФИО12 для дачи пояснений по делу (том 4 л. д. 90-95).

В части 1 статьи 88 АПК РФ установлено, что по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

В соответствии с частью 2 статьи 88 АПК РФ арбитражный суд по своей инициативе может вызвать в качестве свидетеля лицо, участвовавшее в составлении документа, исследуемого судом как письменное доказательство.

Из содержания данной статьи следует, что вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда.

В силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Суд с учетом оценки всех доказательств по делу в их совокупности, с учетом их допустимости определяет необходимость допроса свидетелей.

На основании изложенного суд отказывает в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля по делу.

В ходе рассмотрения дела истец также заявил ходатайство об истребовании доказательств по делу. Просил истребовать у ООО «Теплокрафт», ООО «НАВИЕН РУС», ООО «Иммер-газ», МРИ ФНС № 11 по СК подлинные документы о совершении с участием ООО «Теплокрафт» сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, также крупных и иных сделок, совершение которых в соответствии с законодательством Российской Федерации и уставом общества требует одобрения общего собрания участников ООО «Теплокрафт» или принятия таким собранием решения о согласии на их совершение, а также сделок совершение которых требует извещения участников общества о их совершении, в которых имеется подпись ФИО4 (том 4 л.д. 133-139).

ФИО4 также заявила ходатайство об истребовании доказательств по делу, просит запросить: у Ленинского районного суда г. Ставрополя заверенную копию искового заявления и пояснения ФИО7, действующей по доверенности от имени ФИО15, пояснения и доказательства представленных ФИО3, из материалов дела № 2-64/2021, копию решения от 10.02.2021 по данному делу; у  Октябрьского районного суда г. Ставрополя заверенную копию искового заявления, пояснения ФИО10, ФИО3 из материалов дела № 2-9/2021, а также копию решения от 18.02.2021 (том 6 л. д. 10-12).

Суд, рассмотрев вышеуказанные ходатайства об истребовании доказательств по делу, считает их подлежащими отклонению по следующим основаниям.

Согласно части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство; указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством; перечислены причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Таким образом, суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства. 

Следует отметить, что в соответствии с правилами статьи 66 АПК РФ удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств является правом, а не обязанностью суда.

Суд отказывает в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств, поскольку, по мнению суда, в материалах дела имеется достаточно доказательств для рассмотрения спора по существу.

В материалы дела от ФИО4 представлено признание исковых требований на основании части 3 статьи 49 АПК РФ ( том 4 л. д. 8-10).

ФИО4 указала, что сделки, заключенные с ней, были заключены под влиянием обмана.

Суд, с учетом обстоятельств дела, положений части 5 статьи 49 АПК РФ и того обстоятельства, что спор носит корпоративный характер, не принимает заявленное признание исковых требований и рассматривает спор по существу.

Требование регистрирующего органа об исключении его из числа ответчиков по рассматриваемому делу подлежит отклонению ввиду того, что по общему правилу определение круга ответчиков является исключительной прерогативой истца. Действующее законодательство не предусматривает право суда, при отсутствии соответствующего ходатайства со стороны истца, исключить лицо из числа ответчиков. Вопрос об обоснованности требований к каждому из ответчиков разрешается судом при рассмотрении спора по существу.

Исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 25.11.2015 между ФИО3, являющимся участником ООО «Теплокрафт» и имеющим долю в уставном капитале в размере 60% (даритель), и ФИО4 (одаряемая) был заключен договор дарения, по условиям которого истец безвозмездно передает всю принадлежащую ему долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60%, а одаряемая принимает в дар долю в размере 60% в уставном капитале ООО «Теплокрафт». Указанный договор удостоверен нотариально. В соответствии с указанным договором ФИО3 передал в собственность ФИО16 60 % доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт».

По мнению истца, указанная сделка была заключена в целях уклонения ФИО3 от погашения долга перед истцом за счет обращения взыскания на его имущество путем мнимой передачи данного имущества в собственность иного лица - своей матери ФИО4

Затем ФИО4, на основании договора дарения от 08.02.2019 передала 60 % доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт»  ФИО7 (бывшая супруга ФИО3). После чего ФИО7 на основании договора дарения от 11.02.2020 передала уставный капитал в размере по 50 % в собственность несовершеннолетних - ФИО5 и ФИО6.

Указанные лица, по мнению истца, находятся под контролем ФИО3, поскольку являются его несовершеннолетними детьми. 

Истец считает, что первый и последующие приобретатели, формально заключая договоры о принятии в собственность имущества должника, не намеревались породить отраженные в них правовые последствия, а данные действия были направлены на вывод активов (сокрытие принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям истца), создание лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому. 

Согласно статье 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее - ГК РФ, Кодекс) за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2  указанной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В силу положения части 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка совершается без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Пунктом 2 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. 

В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами. Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170  Кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 № 306-3С17-1 1031(6) по делу № А65-27171/2015). 

Судом установлено, что после совершения оспариваемой сделки (25.11.2015) у ФИО4 возникли правовые последствия в виде права на долю в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт», которую ФИО4 использовала как источник дохода и имела отношение к деятельности данного общества.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и вступившим в законную силу решением по делу № А63-1766/2020 от 28.08.2020

Таким образом, доля в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт» перешла к ФИО4 25.11.2015, после чего ФИО4 являлась как юридическим, так и фактическим владельцем указанной доли.

Также судом установлено, что ФИО4 более чем через три года распорядилась указанной долей в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт» путём заключения договора дарения от  08.02.2019, согласно которому ФИО4 подарила долю в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт» ФИО7.

Таким образом, доводы истца о том, что договор дарения доли в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт» является мнимой или притворной сделкой, а также о том, что ФИО4 так и не вступила в фактическое владение долей в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт»,  не получала денежных средств от дохода компании, не выполняла принятые на себя обязательства по отношению к ООО «Теплокрафт» и другим участникам и не оказывала содействия ООО «Теплокрафт» в осуществлении им своей деятельности,  подлежат отклонению.

Также истцом заявлены требования о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 08.02.2019, заключенного между ФИО4 и ФИО7, и о признании недействительным договора дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 11.02.2020, заключенного между ФИО7, ФИО5 и ФИО6 

Из материалов дела установлено, что 08.02.2019 между ФИО4, являющейся участником ООО «Теплокрафт» и имеющей долю в уставном капитале в размере 60% (даритель), и ФИО7 (одаряемая) был заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передает всю принадлежащую ей долю в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60%, а одаряемая принимает в дар долю в размере 60% в уставном капитале ООО «Теплокрафт». Указанный договор нотариально удостоверен. 

Затем, 11.02.2020 между ФИО7, ФИО5 и ФИО6 был заключен договор дарения, по условиям которого ответчик подарил ФИО5 и ФИО6 по 50% доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт». Указанный договор также был нотариально удостоверен.

Согласно требованиям пункта 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Судом установлено, что  ФИО4 являлась на протяжении более трех лет собственником доли в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт» и на протяжении этого времени не заявляла о недействительности сделки по дарению ей указанной доли. С учетом указанных обстоятельств у ФИО7 были основания добросовестно полагать о действительности договоров дарения доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 08.02.2019.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ставропольского края от 28.08.2020 по делу № А63-1766/2020 установлено, что договор дарения доли в размере 60 % в уставном капитале ООО «ТЕПЛОКРАФТ» от 08.02.2019, реестровый номер 26/130-н/26-2019-3-571, заключенный между ФИО4 (даритель) и ФИО7 (одаряемый), заключен в соответствии с порядком, установленным действующим законодательством и уставом ООО «Теплокрафт». Также этим решением установлено, что на момент подачи ФИО4 искового заявления договор дарения доли в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт» от 08.02.2019 фактически исполнен. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Также несостоятельны доводы истца о недействительности оспариваемых договоров дарения долей в уставном капитале ООО «Теплокрафт» и по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, поскольку, в соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, ничтожной является сделка, если она нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Истцом не приведены основания, свидетельствующие о совокупности условий, изложенных в пункте 2 статьи 168 ГК РФ, необходимых для признания сделок недействительными в силу их ничтожности.

Следует отметить, что согласно разъяснениям, изложенным в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 23-В11-6, а также в постановлении Президиума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 02.08.2005 № 2601/05 по делу № А01-1783-2004-11, притворная сделка совершается между теми же лицами, которые участвуют в прикрываемой сделке. 

Оспариваемые по настоящему делу сделки не совершались между одними и теми же лицами.

Более того, в соответствии с пунктом 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий её недействительности, может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Кроме того, истец, не являясь стороной оспариваемых сделок, в нарушение положений пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ не доказал, что признание их недействительными является единственным способом защиты его права; а также не доказал, что защита его права возможна лишь путем применения последствий недействительности оспариваемой сделки.

Как пояснил в судебном заседании 03.02.2021 судебный пристав-исполнитель ФИО9, по исполнительному производству в отношении ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО2 производится взыскание за счет заработной платы должника в размере 10 000 руб. ежемесячно, таким образом, правовая защита истца возможна и осуществляется иным способом, кроме как путем применения последствий недействительности оспариваемой сделки.

Довод ФИО4 о том, что сделки, заключенные с ней, были заключены под влиянием обмана, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Статьей 71 АПК РФ предусмотрено, что суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (является оспоримой). Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

На основании части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

С учетом вышеизложенного в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В пункте 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон ООО) закреплено право участников общества продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества либо другому лицу в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом и уставом общества.

Согласно пункту 1 статьи 93 ГК РФ переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Кодексом и законом об обществах с ограниченной ответственностью.

Пунктом 5.1 Устава ООО «Теплокрафт» предусмотрено, что участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале ООО одному или нескольким участникам данного общества либо другому лицу в порядке, установленном законодательством и Уставом ООО. Переход доли или части доли в уставном капитале ООО к его участникам либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании; продажа или отчуждение иным образом доли или части доли участника ООО другому участнику осуществляется без согласования с ООО и другими его участниками (пункты 13.1, 13.2 Устава).

В соответствии с частью 5 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 АПК РФ, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

Оспариваемые сделки с ФИО4 (договоры дарения от 25.11.2015 и от 08.02.2019) были заключены в нотариальном порядке, что предполагает разъяснение нотариусом правовых последствий совершаемой сделки и проверку воли сторон на заключение именно договора дарения.

Оспариваемые договоры содержат все существенные условия договора дарения, предусмотренные для сделок подобного вида, договоры скреплены подписями сторон как со стороны одаряемого, так и со стороны дарителя, удостоверены нотариально. Обстоятельства заключения договоров и последующее поведение сторон свидетельствуют о направленности воли ФИО4 именно на безусловное получение и последующую передачу доли в собственность.

Таким образом, сделки (договоры дарения от 25.11.2015 и от 08.02.2019) совершены в соответствии с порядком, установленным действующим законодательством и положениями Устава общества.

С учетом конкретных обстоятельств данного дела суд приходит к выводу о том, что правовые основания для удовлетворения исковых требований на основании положений стати 179 ГК РФ также отсутствуют.

Довод истца об аффилированности ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО6 по отношению к ФИО3, являющемуся генеральным директором ООО «Теплокрафт» и имеющему заинтересованность в заключении оспариваемых сделок, как основание для признания их недействительными, также подлежит отклонению как необоснованный.

На основании пункта 1 статьи 45 Закона об ООО сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями указанной статьи.

В рассматриваемом случае сделки совершены между участниками общества относительно долей участия в нем, при этом ФИО4 (даритель) является матерью генерального директора ООО «Теплокрафт» ФИО3, а одаряемые: ФИО17 - его бывшая супруга,  ФИО5 и ФИО6 - его несовешеннолетние дети. Таким образом, участие сторон рассматриваемого иска в ООО «Теплокрафт» является «семейным» бизнесом, в связи с чем вывод об аффилированности  ФИО3 является несостоятельным.

При этом сам по себе факт аффилированности сторон не свидетельствует о злоупотреблении правом при заключении договора и не может являться основанием для признания сделки недействительной при отсутствии доказательств причинения вреда.

При таких обстоятельствах исковые требования о признании договоров дарения недействительными (ничтожными) подлежат отклонению как необоснованные.

В материалы дела от ответчиков представлено заявление о применении пропуска срока (том 2 л. д. 125-126, том 3 л. д. 66-68, л. д. 90).

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. На основании части 2 статьи 199 АПК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу  статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, истец ссылается на то, что о переоформлении доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» в размере 60 % на ФИО4 ему стало известно только из ответа судебного пристава-исполнителя от 04.02.2020.

Судом установлено, что сведения о том, что доля в размере 60 % в уставном капитале ООО «Теплокрафт» после заключения оспариваемого договора дарения, стала принадлежать ФИО4, являлись общедоступными с 08.12.2015, поскольку сведения об учредителях (участниках) юридического лица содержатся в Едином государственном реестре юридических лиц (запись в ЕГРЮЛ № 2152651549610 от 08.12.2015 (том 1, л. д. 110-115).

Также следует отметить, что истец, имея с ФИО3 разногласия во взаимоотношениях экономического и корпоративного характера, проявляя должную степень заботливости и осмотрительности мог узнать об изменении статусов участников общества из общедоступных источников после внесения соответствующих записей в ЕГРЮЛ.

Таким образом, истец должен был узнать о том, что доля в размере 60 процентов в уставном капитале ООО «Теплокрафт» не принадлежала ФИО3, 08.12.2015.

Кроме того, являясь в Октябрьском районном суде г. Ставрополя истцом и лицом, заявившим ходатайство о принятии мер по обеспечению иска в виде запрета ответчику распоряжаться долями в уставном капитале ООО «Теплокрафт» по вышеуказанному делу № 2-140/16, истец должен был также и не позднее 27.06.2016, с момента возбуждения в отношении ответчика указанного исполнительного производства, узнать о переходе доли в уставном капитале ООО «Теплокрафт» к ФИО4

При установленных обстоятельствах суд считает, что, поскольку истец обратился в суд с иском только 07.02.2020 (за пределами срока исковой давности, установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ), по заявлению ответчика подлежит применению срок исковой давности по сделке, заключенной между ФИО3 и ФИО4 25.11.2015, что является самостоятельным основанием для отказа в данной части  исковых требований.

Исходя из пункта 3 статьи 10 ГК РФ о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что ответчик и третье лицо употребили свое право исключительно во зло другому лицу.

Приведенные в доводах истца и ФИО4 обстоятельства не свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны ФИО3 

Иные доводы истца  и ФИО4 подлежат отклонению, поскольку не подтверждены надлежащими доказательствами, противоречат фактическим обстоятельствам дела и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Поскольку суд считает требования о признании договоров дарения долей общества необоснованными, оснований для удовлетворения исковых требований в части применения последствий недействительности сделок и требований, предъявленных к  Межрайонной инспекции Федеральной налоговой  службы № 11 по Ставропольскому краю,  у суда не имеется. 

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из вышеназванных положений действующего законодательства и соответствующих разъяснений, а также из конкретных обстоятельств настоящего дела, суд считает, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных  исковых требований.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ суд распределяет расходы на уплату государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 66, 88, 110, 158, 161, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

в удовлетворении ходатайств об отложении судебного разбирательства по делу   отказать.

В удовлетворении заявления о фальсификации доказательств по делу отказать.

В удовлетворении ходатайств о вызове свидетелей и об истребовании  доказательств по делу отказать.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья

                                 А.М. Яковлев