ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

28.10.2024                                                                                      Дело № А40-192673/17

 

Резолютивная часть постановления оглашена 17 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 октября 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «ОЗМК» – ФИО1 по доверенности от 14.10.2023;

от публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» – ФИО2 по доверенности от 14.07.2022;

от Прокуратуры г. Москвы – ФИО3 по доверенности от 01.10.2022;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «ОЗМК»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024

о признании недействительными сделками договора подряда от 25.10.2017 № 202517, заключенного между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО4, договора подряда от 15.12.2017 № 1512/17, заключенного между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО5, договора уступки прав требований (цессии) от 18.10.2019 № 2020, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО6, а также договора уступки прав требований (цессии) от 17.10.2019 № 1010, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО5 и индивидуальным предпринимателем ФИО6

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ААА независимость премьер авто»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2018 общество с ограниченной ответственностью «ААА независимость премьер авто» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО7

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2018 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8

Конкурсные кредиторы – публичное акционерное общество «Промсвязьбанк» (далее – банк) и общество с ограниченной ответственностью «МФЦ Капитал» (далее – общество «МФЦ Капитал») обратились в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными сделками договора подряда на ремонт и техническое обслуживание автотранспортных средств от 25.10.2017 № 202517, заключенного между должником (заказчиком) и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (подрядчиком), договора подряда на ремонт и техническое обслуживание автотранспортных средств от 15.12.2017 № 1512/17, заключенного между должником (заказчиком) и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (подрядчиком), договора уступки прав требований (цессии) от 18.10.2019 № 2020, заключенного между ФИО4 (цедентом) и индивидуальным предпринимателем ФИО6 (цессионарием), договора уступки прав требований (цессии) от 17.10.2019 № 1010, заключенного между ФИО5 (цедентом) и ФИО6 (цессионарием), которое определением Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022, было удовлетворено.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.04.2022 указанные судебные акты были отменены, а обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2023 производство по заявлению в отношении индивидуального предпринимателя ФИО6 было прекращено.

По результатам повторного рассмотрения настоящего обособленного спора, обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024, заявление кредиторов в оставшейся части было удовлетворено.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество с ограниченной ответственностью «ОЗМК» (далее – общество «ОЗМК») обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований о признании недействительными сделками договоров подряда на ремонт и техническое обслуживание автотранспортных средств от 25.10.2017 и от 15.12.2017, а в части оспаривания договоров уступки прав требований (цессии) от 18.10.2019 и от 17.10.2019 – производство по обособленному спору прекратить.

В судебном заседании представитель «ОЗМК» доводы кассационной жалобы поддержал, а представители банка и Прокуратуры г. Москвы просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, кредиторы указывал, что заключенные должником, соответственно, 25.10.2017 и 15.12.2017, то есть уже при наличии возбужденного в отношении должника дела об его несостоятельности (банкротстве), договоры подряда на ремонт и техническое обслуживание автотранспортных средств являются мнимыми сделками, совершенными исключительно с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов посредством незаконного перечисления денежных средств из конкурсной массы должника во исполнение несуществующих обязательств, ссылаясь на то, что какой-либо ремонт автомобилей в период с октября по декабрь 2017 года ФИО4 и ФИО5 был физически невозможен, поскольку с 21.09.2017 автомобили находились во владении компании БМВ Русланд Трейдинг и хранились на охраняемой стоянке в г. Домодедово.

В процедуре банкротства должника автомобили, в отношении которых представлены заказ-наряды и акты выполненных работ, не были обнаружены и реализованы, за исключением автомобилей БМВ, возвращенных после хранения в конкурсную массу должника в 2020 году.

Кредиторы также указывали на отсутствие экономической целесообразности ремонта за счет должника после прекращения его хозяйственной деятельности и возбуждения в его отношении дела о банкротстве практически новых (2017 года выпуска) автомобилей, принадлежащих третьим лицам.

Таким образом, по мнению кредиторов, в процедуре банкротства должника была реализована схема по незаконному присвоению третьими лицами денежных средств, подлежащих выплате независимым кредиторам.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из того, что они являются обоснованными и документально подтвержденными.

Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд округа исходил из того, что решением Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2021 по делу № А40-127282/20, оставленным без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2021 и Арбитражного суда Московского округа от 21.09.2021,  с должника в пользу ФИО6 в качестве текущих платежей было взыскано 41 047 406 руб. основной задолженности, 18 893 011,41 руб. неустойки, а также 200 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Требования ФИО6 основаны на оспариваемых договорах уступки права требования (цессии), соответственно, от 17.10.2019 и 18.10.2019.

Указанными судебными, была установлена реальность осуществления ФИО4 и ФИО5 хозяйственной деятельности в сфере технического обслуживания и ремонта автотранспортных средств, в том числе во исполнения взятых ими на себя обязательств по заключенным с должником договорам подряда на ремонт и техническое обслуживание автотранспортных средств от 15.12.2017 № 1512/17 и от 25.10.2017 № 202517.

Как следствие, указал суд округа, для разрешения настоящего обособленного спора, судам необходимо было решить вопрос о том, являются ли указанные судебные акты по делу № А40-127282/20 конкурирующими относительно вопроса, подлежащего рассмотрению в обособленном споре.

Вынося обжалуемое определение при новом рассмотрении спора, суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством, процессуальным законодательством и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 «Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановления от 23.12.2010 № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований для оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, в том числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Мнимые сделки обладают пороком воли и совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий, в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 и постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 № 7204/12, при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В настоящем случае, судом учтено, что согласно сведениям, содержащимся в актах возврата должником обществу «БМВ Русланд Трейдинг» автомобилей в сентябре - октябре 2017 года, ремонт автомобилей, указанных в приобщенных к материалам нарядам-заказам, был физически невозможен вследствие нахождения их на стоянке компании в г. Домодедово.

Кроме того, в материалы были представлены неоспоренные ответчиками сведения из базы данных Государственной инспекции безопасности дорожного движения (специализированного подразделения в составе Министерства внутренних дел Российской Федерации,  осуществляющего федеральный государственный надзор и специальные разрешительные функции в области безопасности дорожного движения) о переходе права собственности на спорные транспортные средства, согласно которым право собственности на подавляющее большинство якобы подвергнутых ремонту автомобилей, перешло к физическим лицам задолго до заключения от имени должника оспариваемых договоров на их ремонт.

Данное обстоятельство, по мнению  суда,  подтверждает невозможность ремонта автомобилей, указанных в заказ-нарядах и актах выполненных работ, поскольку задолго до даты ремонта они были проданы физическим лицам и не принадлежали на протяжении 2-3 лет до ремонта ни должнику, ни организациям, входящим в ГК «Независимость».

Судом также отмечено, что указанные доводы не заявлялись при рассмотрении дела № А40-127282/20, как следствие, судами не исследовались и не оценивались.

Вместе с тем, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что вследствие создания документов (заказ-нарядов, актов приема-передачи), которые не отражали реальные хозяйственные операции, с указанием идентификационных данных автомобилей, принадлежавших ранее должнику, из конкурсной массы должника выведено свыше 30 000 000 руб.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 №309-ЭС20-2354(1,2), при рассмотрении иска суд должен учесть обстоятельства ранее рассмотренных дел.

Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебных актах по ранее рассмотренным делам, он должен указать соответствующие мотивы (применительно к разъяснениям пункта 4 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

В рамках дела № А40-127282/20 о взыскании с должника денежных средств в пользу индивидуального предпринимателя ФИО6 суд установил факт надлежащего исполнения обязательств, предусмотренных договорами подряда ФИО4 и ФИО5 на основании представленных истцом (ФИО6) договоров подряда, заказов-нарядов, актов выполненных работ, патентов на право осуществления предпринимательской деятельности и выписок с расчетного счета ФИО4 и Зайца Р.Н., а также представленных ответчиком (должником в лице конкурсного управляющего) отзыва, к котором он подтвердил возможность существования задолженности, фотоматериалов, согласно которым по адресам, указанным в договорах подряда, находились автотехнические центры.

Кредиторами в деле о банкротстве были также представлены дополнительные доказательства мнимости договоров подряда (акты возврата автомобилей должником компании «БМВ Русланд Трейдинг», договор хранения между обществами с ограниченной ответственностью «БМВ Русланд Трейдинг» и  «Жефко» (хранителем), транспортными накладными на перевозку автомобилей на стоянку хранителя, паспортами транспортных средств, сведения с сайта ГИБДД.РУ).

Данные относимые и допустимые доказательства, по мнению суда, с очевидностью  подтверждают, что ремонт указанных автомобилей в период с октября по декабрь 2017 года индивидуальными предпринимателями ФИО4 и ФИО5 был физически невозможен, поскольку с 21.09.2017 часть автомобилей находились во владении компании БМВ Русланд Трейдинг на стоянке в г. Домодедово, а остальные задолго до 2017 года были реализованы должником физическим лицам.

Между тем, указанные доводы и доказательства также не исследовались судами в рамках рассмотрения дела № А40-127282/20.

Также в рамках дела № А40-127282/20 не исследовались обстоятельства экономической нецелесообразности для должника заключения договоров подряда на ремонт за свой счет 357 автомобилей, принадлежавших третьим лицам, при наличии значительной задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов должника в размере 4 646 634 100,25 руб. - в третью очередь и 29 095 886,59 руб. - во вторую очередь.

Принимая во внимание изложенное и неукоснительно и в полном объеме выполнив письменные указания суда округа, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу о том, что судебные акты по делу № А40-127282/20 не имеет преюдициального значения для рассмотрения данного обособленного спора, поскольку в нем не исследовались доводы конкурсных кредиторов о фактическом отсутствии автомобилей у должника, в судебных актах указанные доводы не отражены.

Между тем, в результате заключения указанных сделок индивидуальным предпринимателем ФИО6 из конкурсной массы должника в приоритетном порядке в качестве текущих платежей получено 32 656 496,76 руб., что им не отрицалось.

Таким образом, констатировали суды, в процедуре банкротства должника была реализована схема по незаконному присвоению третьими лицами денежных средств, подлежащих выплате конкурсным кредиторам, а заключение оспариваемых договоров цессии являлось частью цепочки сделок по незаконному выводу активов должника, как следствие, указали суды, признание недействительными только договоров подряда не приведет к полноценному восстановлению прав кредиторов.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными.

Последствия признания сделок недействительными применены судом правильно.

Кроме того, принимая во внимание факт смерти ФИО6, установление судом отсутствия возбужденного наследственного дела, для чего производство по обособленному спору было приостановлено определением от 23.09.2022 до истечения шестимесячного срока для вхождения в права наследования претендентов на наследство либо определения круга таких наследников, учитывая возможность инициирования дела о банкротстве наследственной массы умершего ответчика, а также руководствуясь положениями пункта 6 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым смерть гражданина, являющегося стороной в деле, является основанием для прекращения производства по делу, суд первой инстанции обособленный спор в части требований к ФИО6 прекратил.

Судебная коллегия отмечает, что вступившее в законную силу определение Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2023, которым прекращено производство в отношении ФИО6 в связи с его смертью в установленном законом порядке  не обжаловалось.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судами неукоснительно и в полном объеме были выполнены письменные указания суда кассационной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Судебная коллегия также учитывает, что согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу части 4 названной нормы права обращение в арбитражный суд осуществляется в форме: искового заявления - по экономическим спорам и иным делам, возникающим из гражданских правоотношений; заявления - по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, по делам о несостоятельности (банкротстве), по делам особого производства, при обращении о пересмотре судебных актов в порядке надзора и в иных случаях, предусмотренных указанным Кодексом; представления - при обращении Генерального прокурора Российской Федерации и его заместителей о пересмотре судебных актов в порядке надзора, а также жалобы - при обращении в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций и в иных случаях, предусмотренных этим Кодексом и иными федеральными законами.

Следовательно, в соответствии с частью 4 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обращение общества с настоящей кассационной жалобой является одной из форм реализации защиты нарушенного права.

Вместе с тем, общество «ОЗМК», являясь конкурсным кредитором должника, не указало, за защитой какого нарушенного права оно обратилось в арбитражный суд путем подачи кассационной жалобы, каким образом обжалуемым судебным актом были нарушены его права и законные интересы, какие неблагоприятные последствия претерпевает заявитель, обращаясь за судебной защитой, принимая во внимание итоговые выводы судов об отсутствии задолженности должника по всем оспариваемым соглашениям.

Приведенные в кассационной жалобе доводы о необходимости прекращения производства по требованиям в отношении договоров цессии (уступки права требований) от 17.10.2019 и от 18.10.2010, мотивированные смертью ответчика ФИО6, судебной коллегией отклоняются, как свидетельствующие не о допущенной судами ошибке, а о неверном истолковании самими заявителем кассационной жалобы выработанных высшей судебной инстанцией для применения в аналогичных ситуациях методологических подходов, согласно которым приоритетной задачей института банкротства является справедливое и пропорциональное погашение требований кредиторов. При этом нахождение должника в конкурсном производстве может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. 

В случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований других кредиторов уменьшается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Указанный интерес может быть реализован конкурсными кредиторами и арбитражным управляющим как посредством заявления возражений против каждого нового предъявленного требования или обжалования судебного акта, которым оно подтверждено, так и посредством оспаривания соответствующих сделок, на которых требование основано.

Действительно, по общему правилу, при ликвидации одной из сторон сделки спор о признании этой сделки недействительной не может быть рассмотрен судом и дело подлежит прекращению. Данное правило основано на объективной невозможности рассмотрения иска в ситуации, когда надлежащий ответчик утратил правоспособность и по этой причине не может защищаться против предъявленного требования.

Между тем, сам по себе факт выбытия из спорных правоотношений  стороны по оспариваемой сделке с должником не должен противопоставляться независимым кредиторам, арбитражному управляющему и препятствовать их праву на защиту от необоснованных притязаний. 

Иной подход нарушает баланс юридических возможностей заинтересованных лиц и применительно к процедурам банкротства повышает вероятность включения необоснованного требования правопреемника (цессионария) ввиду устранения одного из механизмов его проверки, что недопустимо.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2024 по делу № А40-192673/17 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                              Н.А. Кручинина

 

                                                                                                          В.З. Уддина