ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-1190/2017

г. Киров

17 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2020 года.       

Полный текст постановления изготовлен 17 июля 2020 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Щелокаевой Т.А.,

судей Дьяконовой Т.М., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Братухиной Е.В.,

 

при участии в судебном заседании:

представителя ответчика - ФИО1, по доверенности от 20.02.2018;

представителя АО «Булгар банк» в лице конкурсного  управляющего  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО2 по доверенности от 08.10.2018,

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы акционерного общества «Булгар банк» в лице конкурсного  управляющего  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и ФИО3

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 11.03.2020 по делу № А82-1190/2017

 

по заявлению акционерного общества «Булгар банк» в лице конкурсного  управляющего  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» 

о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче ФИО3  денежных  средств:  22.12.2016  в размере 2 150 000  руб.  и  27.12.2016  в размере 20 242,68 руб. и применении последствий недействительности сделок

в  рамках  дела  о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>),

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Булгар банк» (далее – должник, Банк) конкурсный управляющий должника Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - конкурсный управляющий, заявитель, заявитель жалобы, Агентство) обратился в Арбитражный суд Ярославской области к ФИО3 (далее – ответчик) с заявлением о признании недействительными сделками банковских операций по выдаче ФИО3  денежных  средств:  22.12.2016  в размере 2 150 000,00  руб.  и  27.12.2016  в размере 20 242,68 руб. и применении последствий недействительности сделок.

Предъявленные требования основаны на положениях статей 10, 166-168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2, пунктов 1, 2 статьи 61.3, статье 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивированы тем, что оспариваемые банковские операции совершены в течение периода подозрительности; перечисление денежных средств имеет целью причинение вреда имущественным правам кредиторов первой очереди; при их совершении оказано предпочтение ответчику, которому на момент совершения операций было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, так как ответчик является заинтересованным лицом по отношению к должнику - бывшим членом Совета директоров Банка, находился в близких деловых и служебных отношениях с бывшим Председателем правления ФИО4, бывшим совладельцем ФИО5, таким образом, банковские операции выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности и подлежат признанию недействительными.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 03.10.2018, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019, заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 25.10.2019 определение Арбитражного суда Ярославской области от 03.10.2018 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.03.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 11.03.2020 признана недействительной банковская операция от 22.12.2016 по выдаче ФИО3 денежных средств в размере 2 150 000 руб. со счета в АО «Булгар банк» № 40817810610002201128, применены последствия недействительности сделки: со ФИО3 в пользу АО «Булгар банк» взысканы денежные средства в размере 2 150 000 руб., восстановлена задолженность АО «Булгар банк» перед ФИО3 в сумме 2 150 000 руб. по счету в АО «Булгар банк» № 40817810610002201128, а также взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму 2 150 000 руб. по ключевой ставке Банка России в размере 6 % годовых, с момента вступления в силу настоящего определения до момента фактического исполнения обязательства. В остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым определением, Агентство и ФИО3 обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

Агентство в апелляционной жалобе просит отменить определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействительной банковской операции от 27.12.2016 в размере 20 242,68 руб. и применении последствий недействительности сделки, принять новый судебный акт, заявленные требования конкурсного управляющего АО «Булгар Банк» удовлетворить в полном объеме. Банковские операции по снятию ФИО3 денежных средств недействительны, в том числе по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как совершенные должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в условиях наличия у Банка признаков утраты неплатежеспособности/недостаточности имущества. В результате изъятия заинтересованным лицом ФИО3 денежных средств из Банка конкурсная масса АО «Булгар банк» была уменьшена на сумму полученных ответчиком денежных средств, то есть вред был причинен непосредственно имущественным правам кредиторов первой очереди. Поясняет, что требование конкурсного управляющего АО «Булгар Банк» основано на квалификации спорных банковских операций от 22.12.2016 и 27.12.2016 в совокупности, так как фактически в данном случае имело место обнуление остатков по всем счетам в предбанкротный период Банка. Таким образом, рассматривая вопрос о применении абзаца 10 пункта 35.3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует понимать, что страховое возмещение необходимо считать в общей сумме для всех банковских операций. В действиях ФИО3 очевидно имеются признаки недобросовестности. 

ФИО3 в апелляционной жалобе просит отменить определение суда первой инстанции в части признания недействительной банковской операции от 22.12.2016 и применения последствий недействительности сделки, в данной части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. Судом не приняты во внимание представленные ответчиком документы, подтверждающие цель снятия им денежных средств - на оплату подрядных работ по обустройству недавно приобретенного объекта недвижимости по соответствующему договору; снятие денежные средств имело экономическую основу и приносило клиенту Банка выгоду. Считает, что на дату совершения спорных операций Банк был платежеспособен и имел финансовую возможность исполнять поручения клиентов. Оспаривает свою осведомленность о проблемах Банка. Открытие для ответчика вклада для сотрудников с повышенной ставкой является ошибочным, поскольку на дату открытия вклада ответчик не являлся сотрудником Банка; преимуществ указанный счет ответчику не давал, так как ставка 11 % являлась обычной для иных клиентов банка, у некоторых клиентов она была еще выше, хотя они никогда не являлись сотрудниками банка. Сам по себе факт наличия на счетах ответчика некоторой суммы денежных средств на момент отзыва лицензии свидетельствует об отсутствии его осведомленности о наличии у Банка проблем. Спорные операции являлись для ФИО3 обычными, так как снятие денежных средств имело экономическую основу и приносило клиенту Банка выгоду. 

Подробно доводы заявителей изложены в апелляционных жалобах.

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу Агентства мотивированно отклоняет доводы заявителя, так как спорные операции не являются связанными, просит оставить судебный акт в обжалуемой части без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Агентство в отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 мотивированно отклоняет доводы заявителя, просит оставить апелляционную жалобу ответчика без удовлетворения. Обращает внимание на аффилированность ответчика с сотрудниками Банка и указывает, что ФИО3, находясь в близких деловых, служебных связях с бывшим Председателем правления АО «Булгар Банк» ФИО4, его супругой ФИО6 и с бывшим совладельцем Банка ФИО5 непосредственно располагал сведениями о финансовых трудностях и предстоящем отзыве лицензии у АО «Булгар Банк». Также не усматривает экономической обоснованности снятия спорных денежных средств со счетов ответчика в предбанкротный период. 

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 20.04.2020 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 21.04.2020 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы в суде апелляционной инстанции судебное разбирательство неоднократно откладывалось (определения Второго арбитражного апелляционного суда от 25.05.2020, 17.06.2020).

15.06.2020 ФИО3 представил в суд возражения на отзыв Агентства на апелляционную жалобу и дополнения к апелляционной жалобе, к которым приложено дополнительное доказательство (в копии), отсутствующее в материалах дела: заявление ФИО3 от 21.12.2016 в адрес ПО «Амаль» о возврате части инвестиций по инвестиционному договору от 12.12.2016 для финансирования ремонта квартиры.

Согласно абзацу 1 части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Поскольку ФИО3 не представил доказательства наличия уважительных причин, по которым указанный документ не был своевременно (до вынесения судом первой инстанции определения по настоящему делу) представлен в материалы дела, то апелляционный суд не находит правовых оснований для его принятия к рассмотрению в качестве дополнительного доказательства.

В соответствии со статьей 18 АПК РФ в составе суда неоднократно производилась замена судей (определения Второго арбитражного апелляционного суда от 16.06.2020, 13.07.2020).

В судебном заседании апелляционной инстанции представители сторон поддержали свои доводы и возражения.

Законность и обоснованность судебного акта проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266 и 268 АПК РФ.

Из материалов дела следует, что 20.08.2015 между ФИО3 (Клиент) и АО «Булгар банк» (Банк) заключен договор об открытии и ведении текущего счета № Т000004882 (т.1 л.д.31-33),  согласно которому банк открывает клиенту текущий счет в валюте РФ № 40817810610002201128, принимает и зачисляет на счет денежные средства, выполняет распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету, не связанных с осуществлением клиентом предпринимательской деятельности, в соответствии с требованиями Банка России и действующего законодательства РФ.

22.12.2016 Банком по указанному счету осуществлена банковская операция по выдаче ФИО3 денежных средств в размере 2 150 000 руб. Остаток на счете после снятия денежных средств составил 749,98 руб. (т.1 л.д.38-39).

15.12.2014 между сторонами также был заключен договор об открытии и ведении текущего счета № Т000004031 (т.1 л.д.28-30),  согласно которому филиал «Казанский» ЗАО «Булгар Банк» открывает клиенту ФИО3 текущий счет в валюте РФ № 40817810800050000437, принимает и зачисляет на счет денежные средства, выполняет распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету, не связанных с осуществлением клиентом предпринимательской деятельности, в соответствии с требованиями Банка России и действующего законодательства Российской Федерации.

27.12.2016 Банком по указанному счету осуществлена банковская операция по выдаче ФИО3 денежных средств в размере  20 242,68 руб. Остаток на счете после снятия денежных средств составил 0,00 руб. (т.1 л.д.37).

Приказами Банка России от 16.01.2017 № ОД-73 и 16.01.2017 № ОД-74  у АО «Булгар банк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций, а также назначена временная администрация.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 01.02.2017 в отношении АО «Булгар банк» возбуждено дело о несостоятельности  (банкротстве); решением суда от 02.03.2017 АО «Булгар банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Конкурсный управляющий должника полагая, что указанные банковские операции по перечислению денежных средств имеют целью причинение вреда имущественным правам кредиторов первой очереди и привели к оказанию предпочтения ФИО3 как одному из кредиторов банка, что свидетельствует о наличии оснований для признания данных операций недействительной сделкой по статьям 10, 168 ГК РФ, а также по основаниям, указанным в специальных нормах Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.2, пункты 1-2 статьи 61.3 ГК РФ, статья 189.40 Закона о банкротстве), обратился в суд с рассматриваемым заявлением об их оспаривании.

Отменяя ранее принятые по настоящему обособленному спору судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, которыми заявление конкурсного управляющего и апелляционная жалоба оставлены без удовлетворения, суд кассационной инстанции указал на то, что при рассмотрении вопроса о выходе сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности суды не выяснили заинтересованность ФИО3 по отношению к должнику, что составляет презумпцию по подпункту 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, не проверили наличие осведомленности ответчика о финансовом состоянии Банка в момент совершения сделок, а также возражений ФИО3 о периодическом характере совершения подобных сделок, экономической обоснованности снятия денежных средств и наличия остатка по иным счетам ФИО3 в Банке.

В ходе нового рассмотрения дела суд первой инстанции установил формальные признаки предпочтительности сделок, установленные абзацем 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, пришел к выводу об осведомленности ответчика, имеющего статус заинтересованного лица по отношению к должнику, о предстоящем отзыве лицензии Банком России у АО «Булгар банк», об оказании ответчику большего предпочтения в отношении удовлетворения его требований, чем было бы оказано в случае расчетов в порядке очередности, установленном Законом о банкротстве, установил нетипичный характер спорных сделок для ФИО3 (фактически имело место обнуление остатков по всем счетам в предбанкротный период для Банка).

Отклонив доводы ФИО3 о направлении снятых денежных средств на оплату личных нужд, суд квалифицировал сделку от 22.12.2016 как выходящую за пределы обычной хозяйственной деятельности.

В отношении сделки от 27.12.2016 суд указал, что она осуществлена Банком на незначительную сумму, в материалах дела отсутствуют доказательства, что она совершена минуя календарную очередность находящихся в очереди на оплату банком платежных поручений (требований) иных клиентов 1-ой очереди, начиная от 27.12.2016 и ранее, подпадает под действие страхования вкладов на сумму, не превышающую максимальный размер возмещения по такому страхованию.

Удовлетворение судом требований конкурсного управляющего о признании недействительной сделки от 22.12.2016 и отказ по сделке от 27.12.2016 послужили основанием для принесения сторонами апелляционных жалоб.

Изучив доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, а также ГК РФ и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве.

Пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) предусматривает, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в том числе, оспариваться банковские операции.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В силу разъяснений, изложенных в пункте 10 Постановления № 63, применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, возлагается на оспаривающее ее лицо (абзац 5 пункта 10 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно пункту 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства должника, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются, начиная с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

Как следует из материалов дела, Банком России неоднократно были выданы предписания о принятии в отношении АО «Булгар банк» ограничительных мер (Предписания ЦБ РФ от 22.04.2016, от 28.12.2016, от 30.12.2016, от 10.01.2017).

Оспариваемые банковские операции от 22.12.2016 и 27.12.2016 совершены ФИО3 в пределах месячного срока до даты отзыва у банка лицензии на осуществление банковских операций и назначения временной администрации приказами Банка России (16.01.2017), то есть в период, установленный пунктом 2 статьи 61.3, пунктом 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

Материалы дела о банкротстве должника свидетельствуют о том, что в период, предшествующий совершению оспариваемых сделок, Банк имел неисполненные обязательства перед иными кредиторами, имеющими счета в банке, и отвечал признакам неплатежеспособности.

Так, решением Арбитражного суда Ярославской области от 02.03.2017 по делу № А82-1190/2017 установлено, что стоимость имущества (активов) должника по состоянию на дату отзыва лицензии (16.01.2017) составила 531 369 000 руб., обязательства АО «Булгар банк» составили 1 445 537 000 руб., таким образом, размер обязательств превысил стоимость его имущества (активов), которого недостаточно для исполнения обязательств перед его кредиторами и уплаты обязательных платежей. 

В соответствии со статьей 189.92 Закона о банкротстве исполнение обязательств перед кредиторами кредитной организации в ходе конкурсного производства осуществляется в установленной Законом о банкротстве очередности, с учетом особенностей, установленных указанной статьей.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 189.92 Закона о банкротстве требования физических лиц, являющихся кредиторами кредитной организации по заключенным с ними договорам банковского вклада и (или) договорам банковского счета удовлетворяются в первую очередь. Требования кредиторов каждой последующей очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди (пункт 4 статьи 189.96 Закона о банкротстве).

При недостаточности денежных средств кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов одной очереди денежные средства распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, включенных в реестр требований кредиторов (пункт 9 статьи 189.96 Закона о банкротстве).

Следовательно, заинтересованное лицо по требованию к Банку о выплатах денежных средств, находящихся на счетах Банка на основании своего договора банковского вклада и счета, в соответствии с пунктом 3 статьи 189.92 Закона о банкротстве подлежит отнесению к кредиторам первой очереди.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в случае, если оспариваемые сделки (банковские операции) не были совершены, требование ФИО3 подлежало бы включению в реестр требований кредиторов 1 очереди (на момент закрытия реестра были установлены и включены в реестр требований кредиторов АО «Булгар банк» 154 кредитора первой очереди на сумму 1 805 275 000,00 руб.), таким образом, ответчик, имея право на получение удовлетворения своих требований, вытекающих из договора банковского счета в порядке, установленном Законом о банкротстве, удовлетворил свои требования путем совершения оспариваемых банковских операций, уменьшив тем самым объем своих обязательств перед Банком, что свидетельствует об оказании предпочтения отдельному кредитору - ФИО3 перед иными кредиторами Банка.

По общему правилу, доказанность указанного обстоятельства является достаточным основанием для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, как совершенных в пределах месячного срока до принятия заявления о признании должника банкротом.

Вместе с тем, в соответствии с положениями статей 1, 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» переводы денежных средств по поручениям клиентов относятся к числу операций, регулярно выполняемых кредитными организациями, то есть совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности.

По пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает 1 %  стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Положения статьи 189.40 Закона о банкротстве предусматривают иные критерии определения обычной хозяйственной деятельности.

По смыслу пункта 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве в случае оспаривания на основании статьи 61.3 данного Закона сделок по списанию кредитной организацией денежных средств со счета клиента в этой организации в счет погашения задолженности клиента перед кредитной организацией бремя доказывания выхода сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности кредитной организации лежит на истце (конкурсном управляющем), что (в отличие от общих правил об оспаривании сделок - пункт 2 статьи 61.4 Закона), по сути, означает наличие презумпции совершения кредитной организацией подобного рода сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Следовательно, в дополнение к обстоятельствам, входящим в предмет доказывания по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве (оказание предпочтения ответчику по сравнению с иными кредиторами), истец должен доказать выход сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности банка. При ином подходе все банковские операции, совершенные кредитной организацией в течение месяца до назначения временной администрации, подлежат признанию недействительными.

Пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предусмотрены четыре опровержимых презумпции выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Как следует из указанной нормы, предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2018 № 305-ЭС16-21459 (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиума Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019), переводы денежных средств по поручениям клиентов могут быть признаны недействительными в двух случаях:

если конкурсный управляющий доказал совокупность обстоятельств, составляющих любую из презумпций, закрепленных в пункте 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, а клиент банка данную презумпцию не опроверг;

если конкурсный управляющий по общим правилам о доказывании подтвердил выход оспариваемой банковской операции за пределы обычной хозяйственной деятельности, в том числе подтвердил наличие признаков недобросовестности в поведении клиента банка (например, доказал, что клиент, выдавший распоряжение о перечислении средств, был осведомлен об объективном банкротстве банка) (статья 65 АПК РФ).

В силу изложенного, по смыслу норм пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.11.2015 № 305-ЭС15-5815(8) по делу № А40-184548/2013).

В материалы дела конкурсным управляющим представлены доказательства наличия презумпции, указанной в подпункте 2 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве (заинтересованность), так как ФИО3 являлся Председателем Совета директоров Банка в период до 30.03.2016, то есть на основании пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве на момент совершения спорных операций отвечал признакам заинтересованного лица.

Соответственно, презюмируется, что совершённые ФИО3 оспариваемые сделки вышли за пределы обычной хозяйственной деятельности.

С учетом указанных обстоятельств в предмет доказывания включён вопрос о характере сделки и вопрос об осведомленности ответчика о финансовом состоянии Банка в момент совершения сделок. 

Поскольку на ФИО3 лежит бремя опровержения названной презумпции, последний в подтверждение типичности сделки заявил об экономической обоснованности и целесообразности оспариваемых операций.

Об осведомленности ответчика о финансовых затруднениях Банка свидетельствует то, что денежные средства в сумме 2 150 000 руб. были сняты ФИО3 одновременно со снятием крупных сумм денежных средств несколькими членами семьи бывшего Председателя Правления Банка ФИО4 (22.12.2016).

Как подтверждается справкой о выплаченных суммах и вкладах, по которым осуществлялось возмещение (т.1 л.д.35), в преддверии отзыва у Банка лицензии остаток по 5-и открытым в Банке счетам ответчика составил 2 841,48 руб. (счет № 42301840610000000025 – 0,14 руб., счет № 42301978110000000031 – 0,14 руб., счет № 42306810010080000065 – 110,32 руб., счет № 40817810800002200010 – 1964,03 руб., счет № 40817810610002201128 – 749,98 руб.), следовательно, ФИО3 произведены действия по выведению значительной части денежных средств, находящихся на счетах в АО «Булгар банк», в результате которых остаток его денежных средств на всех счетах в Банке составил минимальную сумму.

Возражая требованиям Агентства, в обоснование источника получения денежных средств на свой счет ФИО3 (инвестор) представил в материалы дела инвестиционный договор от 12.12.2016 с Потребительским обществом «Амаль» (заемщик) на сумму 4 150 000 руб. (т.2 л.д.40-42).

Материалами дела подтверждается, что 13.12.2016 денежные средства в сумме 4 150 000 руб. были внесены ФИО3 на счет в филиале «Булгар» АО «Булгар Банк» и переведены на счет ПО «Амаль» в филиале «Казанский» АО «Булгар Банк» на условиях инвестирования денежных средств на срок 12 месяцев (выписка по договору банковского вклада, т.1 л.д. 39). Таким образом, инвестиционные средства были вложены на длительный период в целях получения ежемесячного вознаграждения. Вместе с тем, указанные средства были размещены на счетах в АО «Булгар Банк», о финансовых проблемах которой ФИО3 стало известно в двадцатых числах декабря 2016 года, а значит, в такой ситуации поведение ответчика по срочному истребованию 21.12.2016 более половины перечисленных 13.12.2016 денежных средств свидетельствует о том, что ответчику стала известна информация о возможном отзыве лицензии Банка на осуществление банковских операций, что, очевидно, и явилось причиной снятия 2 150 000 руб. наличными 22.12.2016.

Такое поведение ФИО3, влекущее потерю дохода от инвестиционной деятельности, опровергает позицию ответчика об обычном характере сделки. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности позиции ФИО3 о снятии денежных средств в сумме 2 150 000 руб. 22.12.2016 на личные нужды, а именно: в целях оплаты подрядных работ по отделке новой квартиры ответчика и приобретения им товаров, поскольку невозможно установить расходование именно снятых денежных средств на заявленные ответчиком цели.

Следует отметить, что предметом представленного суду договора подряда от 05.09.2016 № 7/2016 с ООО «Орел» (т.2 л.д.92-97) является выполнение строительно-отделочных работ квартиры по адресу: РТ, 

<

...>, площадью 63 кв.м., вместе с тем, правоустанавливающие документы на данный объект недвижимости суду не представлены; в материалах дела имеются сведения о государственной регистрации права собственности ответчика на иную квартиру по адресу: РТ, 

<

...>, площадью 58 кв.м. (согласно Выписке из ЕГРН регистрация произведена позднее даты заключения договора подряда – 21.10.2016, т.4 л.д.171); в реквизитах договора от 05.09.2016 № 7/2016 указаны банковские реквизиты подрядчика (филиал «Булгар» АО «Булгар Банк», г.Казань), однако, доказательства осуществления сторонами безналичных расчетов по договору не представлены; кроме того, ответчиком не представлены доказательства фактического выполнения строительно-отделочных работ, приобретения расходных и отделочных материалов и пр. (пункт 2.2 договора). Таким образом, суд критически относится к квитанциям ООО «Орел» к ПКО от 05.09.2016 и 23.12.2016 на сумму 500 000 руб. и 1 520 000 руб. соответственно (т.2 л.д.92).

Согласно квитанции к ПКО от 29.12.2016 № 29/12 (т.2 л.д.91) сумма оплаты по договору на изготовление мебели от 29.12.2016 № 216/176 (т.2 л.д.91, 98-99) в размере 324 000 руб., а также сумма оплаты строительных материалов по квитанции ООО «Сервис-Керамика» к ПКО от 28.12.2016 № 1970 (т.2 л.д.100) - 213 622,50 руб., не соответствуют сумме денежных средств, снятых ответчиком 22.12.2016.

Таким образом, в данной ситуации нельзя признать доказанным факт непосредственного расходования ответчиком снятых денежных средств на оплату подрядных работ и приобретение товаров (мебель, отделочные материалы).

Отсутствие мотивированных пояснений об экономической целесообразности совершения спорных банковских операций, а также поведение ответчика, направленное на срочный вывод активов из Банка, соответствует поведению лица, осведомленного о наличии у кредитной организации финансовых затруднений.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 35.3 Постановления Пленума № 63, не может быть признана совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности должника банковская операция, если клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций; клиент перевел средства со вклада досрочно до истечения его срока с потерей значительной суммы процентов при отсутствии разумных экономических причин (пункты «г», «д»).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, а также установленные при новом рассмотрении обстоятельства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на дату совершения оспариваемых платежей ответчик обладал информацией о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций, а значит, спорные банковские операции не могут быть отнесены к обычной хозяйственной деятельности согласно пункту 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

На основании вышеизложенного, необходимые условия для признания банковской операции от 22.12.2016 недействительной по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве конкурсным управляющим доказаны, суд применил соответствующие последствия недействительности сделки (восстановил задолженность сторон друг перед другом) по правилам статьи 61.6 Закона о банкротстве.

В отношении операции, совершённой 27.12.2016, правовые основания для признания её недействительной отсутствую с учётом следующего. 

Поскольку сумма операции от 27.12.2016 не превышает размеров страхового возмещения (1 400 000 руб.), а сама операция и состояние счета ответчика после ее проведения (счет закрыт, денежных средств на нем не осталось), соответствует обстоятельству, указанному в последнем абзаце пункта 35.3 Постановления № 63 - не может быть признан недействительным на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве платеж, произведенный по счету (вкладу) физического лица, на который распространяется страхование вкладов, на сумму, не превышающую максимальный размер возмещения по такому страхованию, если после такого платежа на счете (вкладе) не осталось денежных средств.

Доводы Агентства о том, что банковские операции от 22.12.2016 и 27.12.2016 являются единой исполнительской сделкой по списанию денежных средств с банковских счетов ответчика, оформленной обозначенными выше банковскими операциями, их общая сумма превышает порог страхового возмещения, апелляционным судом отклоняются, поскольку сделки совершены в разных структурных подразделениях Банка (филиал «Булгар» и филиал «Казанский»); по Казанскому филиалу в спорный период отсутствовала картотека к корреспондентскому субсчету филиала; после проведения операции от 22.12.2016 остаток на счете составил 749,98 руб., операции от 27.12.2016 – 0,00 руб., что свидетельствует о неоднотипном характере совершенных сделок. 

Оснований для признания недействительной операции от 27.12.2016 по иным  основаниям не установлено.  

Согласно абзацу 4 пункта 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление правом) обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

Конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательства, однозначно свидетельствующие о злонамеренности ответчика при совершении операции от 27.12.2016 и причинении совершенной сделкой вреда иным (добросовестным) участникам гражданских правоотношений, что исключает наличие оснований для признания ее недействительной по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Кроме того, конкурсным управляющим оспариваются вышеуказанные банковские операции на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Безденежность внутрибанковской проводки на сумму 2 150 000 руб., влекущая за собой неравноценность оспариваемой сделки, и, как следствие, ее недействительность, Банком в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказана.

Само по себе наличие осведомленности заинтересованного лица о финансовых проблемах Банка не дает оснований полагать, что ответчик совершал банковские операции по снятию денежных средств со своих счетов исключительно в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Таким образом, вопреки доводам жалобы конкурсного управляющего, поскольку заявителем не доказана неравноценность встречного исполнения по договорам об открытии и ведении текущего счета от 15.12.2014, 20.08.2015, то оснований для признания сделок от 22.12.2016 и 27.12.2016 недействительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не  усматривается.

Ввиду изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в части признания недействительной сделки от 22.12.2016.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителей жалоб. 

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьями 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 11.03.2020 по делу № А82-1190/2017 оставить без изменения, а апелляционные жалобы акционерного общества «Булгар банк» в лице конкурсного  управляющего  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

Судьи

 

Т.А. Щелокаева

Т.М. Дьяконова

Е.В. Шаклеина