Д Е В Я Т Ы Й  А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й  А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й

С У Д

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-65674/2019

Дело № А40-181212/15

г. Москва

09 декабря 2019г.

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2019 г.

Полный текст постановления изготовлен 09 декабря 2019г.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  А.А. Комарова, 

судей  С.А. Назаровой, Ю.Л. Головачевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего АО "ТУСАРБАНК" в лице ГК "АСВ" на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.10.2019г. по делу № А40-181212/15, вынесенное судьей Марковым П.А., об отказе в удовлетворении заявления ГК АСВ о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ТУСАРБАНК» по делу о признании несостоятельным (банкротом) АО "ТУСАРБАНК" 

при участии в судебном заседании:

ФИО3 – паспорт, лично

ФИО2 – паспорт, лично

от конкурсного управляющего АО "ТУСАРБАНК" в лице ГК "АСВ" – ФИО5 по дов. от 27.09.2019, ФИО6 по дов. от 27.09.2019

от ФИО4 – ФИО7 по дов. от 14.06.2019

Иные лица не явились, извещены.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2015 принято к производству заявление Банка России о признании банкротом АО "ТУСАРБАНК". Решением суда от 25.11.2015 АО "ТУСАРБАНК" признано банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Государственная Корпорация Агентство по страхованию вкладов. Сообщение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства опубликовано конкурсным управляющим в газете "Коммерсантъ" №225 от 05.12.2015, стр. 43.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего АО «ТУСАРБАНК» ГК АСВ о привлечении солидарно ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО2, ФИО3, ФИО12, ФИО4, ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 14.216.616.000 рублей; взыскано солидарно с ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО2, ФИО3, ФИО12, ФИО4, ФИО13 в пользу АО «ТУСАРБАНК» денежные средства в размере 14.216.616.000 рублей.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019 по делу № А40-181212/15 отменено в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего АО "ТУСАРБАНК" ГК АСВ к ФИО4, ФИО2, ФИО3; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО "ТУСАРБАНК" ГК АСВ в указанной части отказано; в остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019 по делу № А40-181212/15 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.07.2019 определение   Арбитражного   суда   города   Москвы   от   30.01.2019,   постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 по делу № А40-181212/2015 по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4 отменены, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы. В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 по делу № А40-181212/2015 оставлены без изменений.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2019 суд отказал в удовлетворении заявления ГК «АСВ» в отмененной части, отказал в привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ТУСАРБАНК».

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника ГК «АСВ» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить, принять по делу новый судебный акт.

На основании п. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства, представленные апеллянтом, подлежат возвращению, поскольку заявитель не обосновал невозможность их представления в суд первой инстанции.

От ФИО2, ФИО3 поступили отзывы на апелляционную жалобу.

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Как следует из доводов заявления, требования заявителя основаны на ст. 14 Федерального закона от 25.02.1999 N 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», в соответствии с положениями которых в случае банкротства кредитной организации в результате виновных действий или бездействия ее контролирующих лиц, на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

Конкурсный управляющий указывает, что несостоятельность (банкротство) Банка в смысле ст. 2 Закона наступила в результате виновных действий заместителя Председателя Правления Банка ФИО4, управляющих Тольяттинским филиалом Банка ФИО2, ФИО3, действующих на основании Устава Банка и/или доверенностей.

По мнению конкурсного управляющего, на начало исследуемого периода (01.09.2013) и в дальнейшем в Банке имелся предусмотренный ст. 2 Закона и п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» признак банкротства - недостаточность стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме; размер недостаточности имущества на 01.09.2013 составлял 5 860 681 тыс. руб. и был вызван наличием на балансе Банка ссудной задолженности, на которую в соответствии с п. 4.9. Положения 254-П начислены резервы, что уменьшило общую стоимость активов Банка и привело к тому, что размер обязательств Банка превысил стоимость активов.

В период с 01.09.2013 по 18.09.2015 произошло существенное ухудшение финансового положения Банка, в результате чего размер недостаточности стоимости имущества увеличился до 13.177.683.000 руб.

Ухудшение финансового положения произошло в результате совершенных руководителями Банка в период с 01.09.2013 по 18.09.2015 действий по формированию активов Банка неликвидной (безнадежной) ссудной задолженностью, а именно:

заинтересованными лицами от имени Банка заключены договоры со 103 юридическими лицами: ООО «АВИЛОН», ООО «АвтоКапитал», ООО «АВТОДЕТАЛИ», ООО Агентство Инвест Трейд, ООО «АГРОДОМ», ООО «АгроЛэнд Трейд», ООО «Айсберг», ООО «Аллюр», ЗАО «Бартон», ООО «Барбарис», ООО «Бравия», ООО «ВИНЛАНД», ООО «ВИКТОРИЯ СТРОЙ», ООО «ВостокТрейд», ООО «ГАРАНТ», ООО «Госснаб», ООО «Дирекция единого поставщика», ООО «ДЕЛОЙТ», ООО «Дорстройсервис», ООО ЕвроДивелопмент, ООО «Е.К.Х.», ООО «Ефремов-М», ЗАО ИНТРОН, ООО «ИнжПромСтрой», ООО «Карусель», ООО «Каскад», ОАО «Кинельское Хлебоприемное предприятие», ООО «Кингстон», ООО 3 «Коллекторское агентство «Сакура», ЗАО КомпактСтрой, ООО «КомСистемс», ООО Консалтинг-Групп, ООО Корпорация «ОМЕГА», ООО «Корус», ООО «ЛЮКС-ТОРГ», ООО «ЛоранТранс», ЗАО МашСтанГрупп, ООО «Мегаполис», ООО «Мегатранс», ООО «Медиа-Групп», ООО «Миракл», ООО «Мон-Строй», ООО «НИКА-Мебель», ООО «Н-Стайл», ООО «НОРД ПРОД», ООО «Обувная Компания «Стрелец», ООО «Октан-сервис Лдт», ООО «Ойл-Сервис», ООО «ОПТИМА», ООО «ПРЕСТИЖ», ОАО Примоктан, ООО Производственное объединение РусТехИмпорт, ООО «Пробизнес», ООО «ПРЕМЬЕР», ООО «ПРОГРЕСС76», ООО «ПРОГРЕСС03», ЗАО «Раздолье ЮГ», ООО «Ремтехника», ООО «СитиМаркет», ООО «Сириус99», ООО «СтройГарант», ООО «СельхозТрейд», ЗАО «Сплит Коннет», ООО «Стайл», ООО «Стикс», ООО «СтройМонтаж», ООО Строительная компания «Доступное жилье», ООО Строительная компания «Верный путь», ООО «Строй-Комфорт плюс», ООО «СтройСервис», ООО «СтройЭксперт», ООО «Таурус», АО «Терем», ООО Техкомплектация, ООО «Тенология», ООО ТехСнабИнжинеринг, ООО ТехСтройПоставка, ООО «Технос», ООО «ТИТУЛ», ООО ТехИнвестГрупп, ООО Транснефть-Ремсервис, ООО ТрастБизнесАльянс, ООО «Т Медиа Групп», ООО «ТОНУС», ООО «ТД ФИАНИТ», ООО «Торгово-Промышленная компания «СЕБУР», ООО «Торговый ряд», ООО «Торговый Дом Поставщик», ЗАО Торговый дом ФИО14, ЗАО Торговая компания «Строительный Формат», ООО ТоргПромИнвест, ООО «Топаз», ООО «ТРИТОН», ООО «Триумф», ООО «Т энд Т-Трейд», ООО «Фрегат», ООО «Центр инновационных решений», ООО «Экзекьютив менеджмент», ООО «Экстрософт», ООО «Элком», ООО «ЭЛТАК», ООО «Юстин», ООО «ЮНАЙТ» - на общую сумму 12.240.606.066 рублей; и с 6 физическими лицами: ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20 – на общую сумму 323.465.502,84 рублей,

При вынесении обжалуемого определения, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Заявитель указывает, что ФИО4 является лицом, одобрившим увеличение лимита кредитования ООО «Обувная компания «Стрелец» (протокол заседания Правления от 31.01.2013 № 11-1) и ООО «Примоктан» (протокол заседания Правления от 12.09.2013 №106-1).

Однако, ФИО4 не подписывал от имени банка кредитные и иные договоры, не давал распоряжений на заключение кредитных и иных сделок, в заседаниях Правления по одобрению выдачи кредитов или изменения лимита кредитования не участвовал.

Заявитель указывает на участие ФИО4 в заседании Правления, касающиеся кредитного договора № 

<

***> ООО «АвтоКапитал», выданного в 2011 году, в подтверждение данного довода представляет копию протокола, датированного 11.11.2013.

Однако, в дату одобрения кредита ФИО4 не работал в банке, находился в данный период за пределами страны, что подтверждается отметкой в загранпаспорте о пересечении границы российской (стр.44 паспорта) и черногорской (стр.5, 11 паспорта) пограничными службами.

Таким образом, участвовать в одобрении, выдаче, изменении условий и т.п. кредита, выданного ОАО "Примоктан", ответчик не мог.

В качестве довода о привлечении ФИО4 как контролирующего должника лица банк указывает на то, что ответчик участвовал в заседания Правления об увеличении лимита кредитования ООО "Обувная компания Стрелец" по кредитному договору 

<

***> от 11.01.2013.

Однако, Правление в период работы ответчика в банке не было наделено полномочиями в сфере принятия решений по выдаче ссуд. Так, из п. 16.10 Устава Правление не было наделено также и полномочиями по выдаче указаний и распоряжений по вопросам текущей деятельности Банка, все указанные вопросы были отнесены к компетенции Председателя Правления Банка (п. 16.11, 16.12 Устава).

В соответствии с действующими инструкциями Банка России, а также Законом «О банках и банковской деятельности» все внутренние документы, регулирующие деятельность банков, в том числе Положения, регулирующие деятельность органов управления Банка, принимаются в развитие Устава банков и не могут ему противоречить. Согласно действовавшему в период работы ответчика в Банке Уставу на своих заседаниях Правление касательно кредитной работы могло только определять общие условия привлечения и размещения финансовых средств (п. 16.10 Устава от 22.03.2010). В полномочия Правления Банка рассмотрение и одобрение заключения кредитных или иных сделок не входило. В соответствии с действующими инструкциями Банка России, а также Законом «О банках и банковской деятельности» все внутренние документы, регулирующие деятельность банков, в том числе Положения, регулирующие деятельность органов управления Банка, принимаются в развитие Устава банков и не могут ему противоречить.

В объяснениях на отзыв ФИО4 (том 35 л.д. 117) конкурсный управляющий указывает, что к компетенции Правления относились вопросы кредитования со ссылкой на протоколы заседания Правления от 31.01.2013 и от 12.09.2013. Однако, такой вывод не может быть подтвержден такими доказательствами и опровергается содержанием Устава, действующим в период работы ФИО4 и которые в соответствии с законодательством определяют наличие или отсутствие полномочий органов управления. В соответствии со ст. 68 АПК РФ определенные обстоятельства подлежат доказыванию только соответствующими доказательствами, к которым протоколы заседания Правления в данном случае относиться не могут.

Сами копии протоколов заседания Правления не могут считаться доказательством участия ФИО4 в заседаниях Правления, поскольку в соответствии с пунктом 6 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Подлинные протоколы заседания Правления с подписью ФИО4 в материалы дела не представлены.

ФИО4 уволился из банка 16.09.2013, то есть за 2 года и 14 дней до принятия судом заявления о банкротстве банка. Согласно должностным (функциональным) обязанностям, возложенным на него, он курировал работу отдела методологии, отдела рисков, отдела по работе с вкладами и депозитами и отдела финансового мониторинга. Деятельность ФИО4 не касалась организации кредитной работы в Банке и работы кредитного отдела.

Кроме того, ФИО4 не участвовал в заседаниях Правления банка и в подписании протоколов Правления по одобрению и выдаче кредитов ООО "Обувная компания Стрелец", ООО "Примоктан". Таким образом, действиями ответчика не могло быть причинено ущерба должнику после совершения сделок должника.

Заявитель ссылается на подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ, согласно которому контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности в случае если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона".

Признак "существенности вреда" является оценочным. В соответствии с Письмом Федеральной налоговой службы от 16 августа 2017 года №СА-4-18/16148@ "О применении налоговыми органами положений гл. III Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ" существенным вредом признается вред, причиненный сделками с активами на сумму, эквивалентную 20-25% общей балансовой стоимости имущества должника.

Ущерб в 7,4 млн. рублей в связи с заключением сделки должника с ООО "Обувная компания Стрелец" не может считаться существенным вредом. Такой размер явно не соответствуют критерию существенности причиненного вреда и, соответственно, не влечет за собой субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ), так как составляет менее 0,05% от активов должника (активы должника на 01.09.2013 составляли 17 554 млн. рублей).

Кроме того, в результате исполнения ООО "Обувная компания Стрелец" обязательств по кредитному договору банк за время обслуживания заемщика получил проценты (105млн х 19% х 2,5года = 50млн) и комиссии (105млн х 0,5% = 5,2 млн.. таким образом, невозвращенный остаток кредита (7,4 млн) явно превышает расход банка по предоставлению кредита. Следовательно, убытки от кредитования этого заемщика отсутствуют.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности должника.

Учитывая установленные судом обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что отсутствует само деяние - не подтвержден факт участия ФИО4 в заседании Правления; отсутствует причинная связь между предполагаемым деянием и убытками; отсутствует ущерб, причиненный Банку действиями ФИО4, в связи с чем суд первой инстанции не нашел оснований для взыскания убытков с ФИО4

В качестве основания для привлечения ФИО3 и ФИО2, являющихся управляющими Тольяттинским филиалом Банка, действующих на основании Устава Банка и/или доверенностей, заявитель указывает, что в результате действий данных лиц ухудшилось финансовое положение Банка, которое выразилось в выдаче невозвратных кредитов "фирмам-однодневкам" без проверки платежеспособности заемщиков.

По мнению суда первой инстанции, управляющие филиалов не подпадают под понятие руководителей, изложенное в ст. 11.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности».

Тольяттинский филиал "ТУСАРБАНК" в числе других является территориально обособленным подразделением банка.

Весь спектр услуг, в том числе кредитование юридических и физических лиц, осуществляется под строгим контролем головного офиса банка в пределах установленных лимитов, определенных решением Правления Банка и контролировался головным офисом как в режиме реального времени, так и регулярными выездными проверками сотрудниками головного офиса банка.

После рассмотрения заявок на кредитование в филиалах, сканированные копии заявок вместе со всеми необходимыми документами по предполагаемому Заемщику, направлялись в Банк для рассмотрения на Кредитно-финансовом комитете Банка (далее КФК). И только в случае принятия положительного решения КФК, Филиалу выделялись ресурсы на кредитование.

Из анализа досье заемщиков Филиалов, в которых подшиты и протоколы КФК Банка о выдаче, и распоряжения Банка о выделении ресурсов, и выписки по банковским счетам, следует, что ни один Филиал не мог повлиять на политику Банка по кредитованию, на выдачу конкретных кредитов. Факт подписания договоров по доверенности Банка не может лечь в основу решения о признании контролирующим лицом. Подобные доверенности выдавались Банком не только на руководителей Филиалов, но и на других работников.

Наделение руководителей филиалов, в том числе полномочиями по подписанию кредитных договоров от имени Банка, не делает руководителей филиалами контролирующими лицами Банка, а лишь даёт право от лица Банка зафиксировать документ о факте выдаче кредита.

В Должностной инструкции управляющего филиала также отдельным пунктом выделено, что управляющий должен неукоснительно выполнять все указания руководства Банка (как письменные, так и устные) и в своей деятельности опираться на Законодательство РФ и регламентирующие документы Банка

Кроме того, согласно приказу №128 от 28.07.2015, изданному на основании решения Кредитно-финансового комитета АО «ТУСАРБАНК» от 28.07.2015 об установлении лимитов банковских операций Тольяттинскому филиалу, Филиал банка не мог принимать решение о кредитовании клиентов самостоятельно, не имел для этого средств, тем более не мог влиять на принятие решения о кредитовании Банком.

Указанная позиция согласуется с позицией конкурсного управляющего, указывавшего в своем заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих Банк лиц на подробное описание процедуры принятия решений о кредитовании на Кредитно-финансовом комитете Банка, в соответствии с Положением о Кредитно-финансовом комитете, утвержденным Протоколом Правления ЗАО «ТУСАРБАНК» от 04.08.2011 № 28 (стр.4 заявления).

Подтверждает данное обстоятельство и тот факт, что в списке лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, нет ни одного руководителя (управляющего) других филиалов Банка. 

Кроме того, конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что действиями ответчиков был причинен вред банку в результате выдачи заемщикам указанных в заявлении кредитов.

Юридические лица кредитовались в банке не один год, а длительный период. При этом, в отношении филиала банка неоднократно проводились проверки в отношении деятельности филиала и его клиентов как со стороны головного офиса банка, так со стороны Банка России. Однако, рискованным ни один из выданных кредитов признан не был. Все замечания касались документооборота и устранялись в период проверки.

Все кредитовавшийся в филиале банка юридические лица были клиентами филиала длительный период, кредитовались под достаточное обеспечение, не допускали просрочек по платежам. Резервы, формировавшиеся филиалом по каждому заемщику, были адекватны риску при кредитовании и также контролировались Банком России.

Кроме того, указанные юридические лица также кредитовались в других банках, вели активную деятельность в г. Тольятти, имели штат работников, своевременно выплачивали заработную плату, налоги, предоставляли в обеспечение исполнения кредита свое имущество (оборудование).

При кредитовании указанных лиц проводились проверки филиалом банка, в дальнейшем акты проверок направлялись в головной офис банка и приобщались к кредитному досье.

Заявителем не доказано то обстоятельство, что при кредитовании клиентов Тольяттинского филиала нарушено законодательство РФ, как при выдаче кредита, так и при дальнейшем мониторинге кредитов.

В обоснование довода о том, что кредитование фирм было рискованным заявитель указывает на то, что единоличный исполнительный орган осуществлял функции главного бухгалтера, размер уставного капитала составляет близкую к минимальной величину, клиенты зарегистрированы по месту массовой регистрации, в период с 2015 по 2017 в ЕГРЮЛ внесены записи о ликвидации клиентов.

Однако, вопреки доводам заявителя, действующее законодательство не запрещает осуществление единоличным исполнительным органом функций главного бухгалтера, также не является нарушением размер уставного капитала близкий к минимальной величине.

Довод заявителя о массовом адресе регистрации клиентов опровергается следующим. Данные компании зарегистрированы по адресу: 

<

...>. Здание, расположенное по данному адресу является многофункциональным торгово-деловым центром, который включает в себя торговые центры, гостиницу, 9 этажей административных помещений. Его устав допускает регистрацию юридических лиц на офисных площадях по месту нахождения. Таким образом, регистрация заемщиков банка по одному адресу не свидетельствует о безусловном наличии у компаний признаков "фирм-однодневок".

Факт того, что в 2015-2017 годах юридические лица ликвидированы, не доказывает их несостоятельность или неплатежеспособность на момент кредитования банком.

Таким образом, из имеющихся в деле доказательств следует, что ответчики не имели полномочий контролировать действия должника в части, которая могла бы привести к несостоятельности, либо ухудшить имущественное положение должника, не совершали действий (бездействия), которые явились бы необходимой причиной банкротства должника, из чего следует вывод об отсутствии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков с банкротством должника.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ТУСАРБАНК».

Суд апелляционной инстанции признает верными выводы суда первой инстанции, а доводы апелляционной жалобы необоснованными по следующим основаниям.

Отменяя определение   Арбитражного   суда   города   Москвы   от   30.01.2019 и   постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 суд кассационной инстанции в своем постановлении от 18.07.2019 указал следующее.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума ВС РФ № 53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Суд кассационной инстанции отмечает, что судом апелляционной инстанции сделан ошибочный вывод об отсутствии у данных лиц статуса контролирующих и как следствие, при рассмотрении заявления в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО4 судами не применены разъяснения, указанные в абзацах 2-4 пункта 20 Постановления Пленума ВАС РФ № 53.

При этом в отношении ФИО4 судом апелляционной инстанции сделан вывод о конкретном размере негативных последствий действий указанного лица, однако положения ст.ст.15,393 ГК РФ на предмет наличия состава убытков не проверялись и не применялись.

Оценка совершенных сделок на предмет их «существенности» имеет правовое значение для решения вопроса о наличии оснований для субсидиарной ответственности, однако совершение сделок, не отвечающих критериям существенности не исключает применение положений ст.ст.15,393 ГК РФ.

Аналогичным образом допущены нарушения норм материального права в отношении руководителей филиала Тольяттинский. При этом степень негативных последствий судами ни первой инстанции, ни апелляционной инстанции указанных должностных лиц не установлена.

Таким образом, выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в отношении ФИО2, ФИО3, ФИО4, с учетом разъяснений абз.2-4 п.20 Постановления Пленума ВС РФ № 53, ст.ст. 15,393 ГК РФ являются преждевременными и сделаны в нарушение норм материального права, в части определения статуса лица как контролирующего и неприменения норм об убытках.

При новом рассмотрении дела, суду первой инстанции необходимо учесть изложенное, доводы кассационной жалобы ГК «АСВ», установить все обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения настоящего спора в отношении указанных лиц, оценить в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, и применить закон, подлежащий применению, с учетом имеющейся арбитражной практики по спорным правоотношениям, с учетом разъяснения Верховного суда РФ, приведенных в Постановлении Пленума N 53 (абзацы 2-4 пункта 20), после чего в отмененной части принять законное и обоснованное решение.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель также указал на неприменение судом первой инстанции положений ст.ст. 15, 393 ГК РФ и на необходимость проверки действий ответчиков на предмет взыскания с них убытков.

Во исполнение постановления кассационной инстанции судом установлено следующее.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из смысла вышеуказанной статьи следует, что для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: совершение ответчиком неправомерных действий, наличие причинной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими убытками, размер понесенных убытков.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Верховный Суд Российской Федерации в п. 12 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Судебная коллегия приходит к выводу, что материалами дела не подтверждается причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) ответчиков и возникновением у должника убытков, как и сам факт возникновения убытков. Также заявителем не доказано наличие вины в действиях ответчиков, не обоснован размер заявленных убытков, а также не представлено доказательств несения убытков в заявленном размере.

Так по требованиям к ФИО4 установлено следующее.

Заявитель указал на нахождение ответчика на территории Российской Федерации на дату проведения заседания Правления и составления протокола 12.09.2013, ссылаясь на новые доказательства, ранее не представленные в суд первой инстанции и возвращенные судом заявителю. Указанный довод подлежит отклонению, как противоречащий представленным в материалы дела доказательствам, в частности копии загранпаспорта, подтверждающей нахождение ответчика за пределами Российской Федерации.

При этом вывод суда первой инстанции о том, что ущерб в размере 7.4 млн. руб. явно не соответствует критерию существенности, заявителем не был оспорен в ключе привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Кроме того, суд пришел к выводу, что поскольку доход от операции кредитования явно превышает величину невозвращенного остатка, убытки от кредитования этого заемщика отсутствуют.

Следует учитывать, что представители Заявителя настаивали на применении именно субсидиарной ответственности на всю раннюю заявленную ими сумму ущерба без указания того, на сколько существенным было негативное воздействие ФИО4 на деятельность Должника, и не указывая, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение Должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие Должника, после описываемых действий ФИО4, что противоречит постановлению суда кассационной инстанции о необходимости установления степени негативных последствий (абз.. 2 стр. 25 Постановления).

Апеллянт указывает на причинение убытков в размере 72 400 000 руб., никак не обосновывая данный размер убытков. Также заявитель не указывает, в чем заключалась вина ответчика, поскольку ответчик кредитные договоры не подписывал, одобрение на заключение не давал, в заседаниях Правления банка не участвовал и не протоколы Правления по одобрению и выдаче кредитов ООО "Обувная компания Стрелец", ООО "Примоктан" не подписывал.

Таким образом, заявителем не доказан факт причинения действиями ответчика убытков должнику, а также не доказаны основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

По требованиям к ФИО2, ФИО3 судом установлено следующее.

Заявитель указал, что ответчиками не была проведена работа по выявлению признаков неплатежеспособности организаций, которым выдавались кредиты, однако не учитывал, что Филиал банка не мог принимать решение о кредитовании клиентов самостоятельно, не имел для этого средств, тем более не мог влиять на принятие решения о кредитовании Банком. Все решения о кредитовании принимались головным офисом, о чем верно указал суд первой инстанции.

Весь спектр услуг, в том числе кредитование юридических и физических лиц, осуществляется под строгим контролем головного офиса банка в пределах установленных лимитов, определенных решением Правления Банка и контролировался головным офисом как в режиме реального времени, так и регулярными выездными проверками сотрудниками головного офиса банка.

После рассмотрения заявок на кредитование в филиалах, сканированные копии заявок вместе со всеми необходимыми документами по предполагаемому Заемщику, направлялись в Банк для рассмотрения на Кредитно-финансовом комитете Банка (далее КФК). И только в случае принятия положительного решения КФК, Филиалу выделялись ресурсы на кредитование.

Указанные выводы не были опровергнуты конкурсным управляющим.

Указывая на размер причиненных убытков, заявитель приводит для ФИО2 сумму в размере 554 650 000 руб., для ФИО3 – 379 500 000 руб., составляющую сумму по всем кредитным договорам, подписанным указанными лицами. При этом заявитель не указывает почему данные суммы являются для должника убытками, не приводит данных о погашении выданных кредитов заемщиками, в связи с чем у суда отсутствует возможность установить размер возможных убытков должника.

Более того сама по себе выдача кредитов и последующее не возвращение их заемщиками не свидетельствует однозначно о незаконности действий по выдаче данных кредитов. К тому же конкурсным управляющим не были опровергнуты выводы суда первой инстанции о добросовестности кредиторов, а также выводы об отсутствии вины в действиях ответчиков по подписанию, одобренных головным офисом, договоров.

Таким образом, заявителем не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков по подписанию договоров и возникновением у должника убытков, как и сам факт возникновения убытков. Также заявителем не доказано наличие вины в действиях ответчиков, не обоснован размер заявленных убытков, а также не представлено доказательств несения убытков в заявленном размере.

Заявления апеллянта о нарушении судом норм процессуального права документально и нормативно не подтверждены, не привели к нарушению прав заявителя и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. Заявителю была дана возможность дать пояснения по всем обстоятельствам по делу на протяжении всего рассмотрения обособленного спора.

Заявитель не приводит каких-либо доводов в обоснование ходатайства об истребовании документов, в связи с чем не рассмотрение данного ходатайства не привело к принятию неправильного определения суда.

На основании изложенного коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объёме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 102, 110, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.10.2019г. по делу № А40-181212/15 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего АО "ТУСАРБАНК" в лице ГК "АСВ"– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                              А.А. Комаров

Судьи:    Ю.Л. Головачева

 

                                                                                                               С.А. Назарова