Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-15718/2020

г. Владивосток

01 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 октября 2021 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего С.Н. Горбачевой,

судей В.В. Верещагиной, Е.Н. Номоконовой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.А. Манукян,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Уфанефтемаш",

апелляционное производство № 05АП-5986/2021

на решение от 22.07.2021 

судьи Н.А. Плехановой

по делу № А51-15718/2020 Арбитражного суда Приморского края

по иску (заявлению) общества с ограниченной ответственностью "Судостроительный комплекс "Звезда"

к обществу с ограниченной ответственностью "Уфанефтемаш"

третье лицо: публичное акционерное общество КБ "Восточный": 

о взыскании 1 051 008 623 рублей 52 копеек,

и по встречному иску о признании договора в части условия договора о конечном сроке выполнения строительных работ, установленном в пункте 6.1 договора, в редакции дополнительного соглашения №6, в силу его притворности, признании недействительным договора в части условия договора о конечных сроках выполнения каждого вида (этапа) строительных работ (приложение №4) к договору, в редакции дополнительного соглашения №6, в силу его притворности, 

при участии: 

от истца: ФИО1, по доверенности от 21.09.2020 сроком действия до 31.12.2021, диплом о высшем юридическом образовании АВС 0076115, паспорт;

от ответчика: Суховерхий А.А., по доверенности от 16.06.2021 сроком действия на 2 года, диплом о высшем юридическом образовании АВБ 0213444, паспорт.

от третьего лица: не явились,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Судостроительный комплекс «Звезда» (далее – истец, ООО «СК «Звезда») обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Уфанефтемаш» (далее – ответчик, ООО «Уфанефтемаш») 1 060 502 830 рублей 63 копеек, в том числе 635 567 932 рублей 55 копеек неотработанного аванса, 414 878 588 рублей 16 копеек неустойки, 466 353 рублей 88 копеек, штрафа, 9 589 956 рублей 04 копеек процентов, начисленных в порядке по статьи 395 ГК РФ по договору на выполнение комплекса работ № 2018-145-14 от 23.03.2018.

Определением суда от 19.05.2021 дела № А51-15718/2020 и № А51- 6433/2021 объединены в одно производство, с присвоением объединенному делу номера № А51-15718/2020, таким образом, требования ООО «Уфанефтемаш» о признании недействительным договора № 2018-145-14 от 23.03.2018 в части условия договора о конечном сроке выполнения строительных работ, установленного в пункте 6.1 договора, в редакции дополнительного соглашения № 6, и в части условия договора о конечных сроках выполнения каждого вида (этапа) строительных работ, установленных в графике выполнения работ, в редакции дополнительного соглашения № 6, в силу их притворности, имеют встречный характер и рассматриваются в настоящем деле в качестве встречного иска.

При рассмотрении спора истец в порядке  статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнил требование о взыскании неустойки за просрочку выполнения работ, просил взыскать 405 384 381 рубль 06 копеек, начисленных за период с 11.03.2020 по 31.05.2020, 466 353 рублей 87 копеек штрафа, заявил отказ от части исковых требований о взыскании 635 567 932 рублей 55 копеек неотработанного аванса и 8 921 394 рублей 14 копеек процентов, начисленных за период с 09.06.2020 по 01.10.2020, в связи оплатой третьим лицом указанных сумм, взысканных в рамках дела № А51-9695/2020.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 22.07.2021 принят отказ от иска в части взыскания 635 567 932 рублей 55 копеек неотработанного аванса, 8 921 394 рублей 14 копеек процентов, производство по делу в указанной в части прекращено. Требования по первоначальному иску удовлетворены частично, с ООО «Уфанефтемаш» в пользу ООО «Судостроительный комплекс «Звезда» 200 000 000 рублей неустойки,              300 000 рублей штрафа, 668 561 рубль 90 копеек процентов, а также 77 358 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску. В удовлетворении встречного иска отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ответчик обжаловал его в порядке апелляционного производства, указывая в обоснование жалобы на то, что работы по договору не могли быть завершены в установленные сроки ввиду того, что истец неоднократно существенно изменял проектно-сметную документацию вплоть до расторжения договора, не передал ответчику необходимое оборудование, отсутствие которого по технической последовательности препятствовало выполнению работ. Утверждает, что представленная в дело переписка сторон и директивный план подтверждают осведомленность истца о реальном сроке выполнения работ с учетом допущенных со стороны заказчика нарушений в части исполнения встречных обязательств по договору. Поясняет, что заключая дополнительное соглашение № 6 от 30.04.2020, стороны не планировали завершить строительство цеха к 30.04.2020, а действительная воля сторон была направлена на окончание строительства в значительно более поздние сроки. Обращает внимание на невозможность выполнения работ в установленные сроки, поскольку к моменту заключения соглашения, предусмотренный им срок истек. Также апеллянт полагает необоснованным отказ суда в удовлетворении заявленного ответчиком ходатайства о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы в целях определения возможности производства работ в отсутствие поставленного оборудования, последовательности и возможности выполнения работ с учетом внесения изменений в проектно-сметную документацию, а также при отсутствии смет на строительство. На основании изложенного заявитель ссылается на отсутствие вины подрядчика в просрочке производства работ, что исключает его привлечение к гражданско-правовой ответственности в виде неустойки. Кроме того, по мнению ответчика, суд первой инстанции на основании положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) недостаточно снизил размер подлежащей взысканию неустойки с учетом осуществленной компенсации авансового платежа по банковской гарантии. 

От истца в суд апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу. Возражая против ее удовлетворения, истец указывает на верное установление судом всех обстоятельств дела и безосновательность доводов апеллянта.

Кроме того, через канцелярию суда от истца поступило ходатайство о приобщении к материалам дела копии определения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.07.2021 по делу № А07-4693/2021 о введении в отношении ответчика процедуры банкротства - наблюдения.

Вышеуказанный судебный акт приобщен к материалам дела. 

В ходе рассмотрения апелляционной жалобы судебной коллегией рассмотрено и отклонено заявленное ответчиком ходатайство о назначении судебной строительно-технической экспертизы в связи с отсутствием процессуальных оснований, предусмотренных статьей 82 и частью 2 статьи 268 АПК РФ, верного разрешения аналогичного ходатайства судом первой инстанции с учетом предмета спора, подлежащих установлению обстоятельств и объема представленных доказательств. 

В заседании суда апелляционной инстанции стороны поддержали свои доводы и возражения, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Третье лицо явку представителя не обеспечило, о времени месте судебного заседания извещено надлежащим образом. В соответствии с правилами пункта 5 статьи 156 АПК РФ судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие указанного лица.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 23.03.2018 между ООО «ССК «Звезда» (заказчик) и ООО «Уфанефтемаш» (подрядчик) по результатам проведения конкурентной процедуры открытого запроса предложений заключен договор № 2018-145- 14 (далее – договор) на выполнение комплекса работ по объекту «Строительство судостроительной верфи «Звезда-ДСМЕ». I этап строительства. Расширение действующих мощностей ОАО «ДВЗ «Звезда» в обеспечение строительства морских транспортных и специальных судов. (Создание судостроительного комплекса «Звезда»). I очередь строительства. Блок корпусных производств и окрасочные камеры» (корректировка: разделение на I-XVI) этап) XI этап. Цех насыщения и модульной сборки. XII этап. Механомонтажный цех. Складоборудования и комплектации» и работ по выносу сетей инженерно-технического обеспечения из зоны строительства (далее - объект) (далее – договор). 

Согласно пункту 6.1 договора сроки выполнения работ определяются графиком выполнения работ, срок начала работ - 01.04.2018, конечный срок выполнения работ - 30.05.2019.

Как пояснил истец, фактически подрядчик 06.05.2018 приступил к работам по разделу Генплан, 05.10.2018 - по разделу Конструкции железобетонные, 15.02.2019 - по разделу Конструкции металлические. 

С момента заключения договора срок выполнения работ сторонами неоднократно продлевался. 

Так, дополнительным соглашением № 3 от 29.12.2018 в связи с изменением технических решений по возведению фундаментов (усиление грунтов основания/цех 163 и по этой причине необходимостью проведения дополнительных работ (пункт 1 соглашения), сроки начала, промежуточные и завершения работ скорректированы, продлены по 30.10.2019, действие соглашения распространено на ранее возникшие отношения сторон с 24.08.2018 (пункт 4), также скорректирована цена договора. Дополнительным соглашением № 5 от 29.10.2019 срок завершения работ продлен по 30.12.2019, скорректированы сроки завершения отдельных этапов с учетом изменений рабочей документации, действие соглашения распространено на отношения сторон с 24.08.2018 (пункт 9). 

Дополнительным соглашением № 6 от 07.05.2020 срок завершения работ продлен по 30.04.2020, действие соглашения распространено на отношения сторон с 30.12.2019 (пункт 14), кроме того, по причине низких темпов производства работ из объемов работ исключены объекты 164, 165 («Механомонтажный цех. Склад оборудования и комплектации») общей стоимостью около 555 млн. рублей, о чем заказчик в письме от 30.12.2019             № 23868/С сообщил подрядчику. 

Заказчик платежными поручениями №№ 3971 от 16.07.2018, № 4083 от19.07.2018, № 4084 от 19.07.2018, № 4085 от 19.07.2018 перечислил подрядчику аванс в общей сумме 920 646 384 рублей.

20.05.2020 ООО «ССК «Звезда» направило в адрес подрядчика уведомление № 9657 об одностороннем отказе от исполнения договора, указав на нарушение подрядчиком условий и сроков предоставления (продления) банковских гарантий.

Уведомление об отказе от исполнения договора получено представителем по доверенности нарочно 21.05.2020, таким образом, договор прекратился с 01.06.2020.

По состоянию на 20.05.2020 остаток неосвоенного авансового платежа составлял 650 853 978 рублей 95 копеек, со стороны подрядчика не был погашен, в связи с чем одновременно с односторонним отказом от исполнения договора заказчик письмом от 20.05.2020 № 9657 потребовал вернуть неотработанную часть аванса в течение 10 календарных дней с даты получения уведомления. 

По состоянию на дату подачи иска остаток неосвоенного авансового платежа составлял 635 567 932 рублей 55 копеек. 

В обеспечение надлежащего исполнения ООО «Уфанефтемаш» (принципал) обязательств по возврату авансового платежа по договору перед ООО «ССК «Звезда» (бенефициар), ПАО «Восточный экспресс банк» (гарант) выдана независимая банковская гарантия от 09.06.2018 № БГ0001-18-032 на сумму 920 646 384 рублей. На основании изменения от 06.12.2019 № 3 к безотзывной банковской гарантии от 09.06.2018 № БГ0001-18-032/КОРП сумма гарантии уменьшена до 678 043 238 рей 19 копеек. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края от 27.08.2020 по делу № А51-9695/2020 с ПАО «Восточный Экспресс Банк» в пользу ООО «ССК «Звезда» взыскано                      641 589 630 рублей 62 копейки, составляющих 635 567 932 рублей 55 копеек основного долга по банковской гарантии и 5 821 698 рублей 07 копеек процентов, начисленных с 09.06.2020 по 20.08.2020.

Рассчитав неустойку в связи с нарушением ответчиком сроков отдельных этапов работ, начислив штраф истец, соблюдая претензионный порядок, обратился с настоящим иском в суд.

Ответчик в свою очередь, полагая договор в редакции дополнительного соглашения № 6 в части условий о сроках выполнения строительных работ притворным, обратился со встречным иском о признании его в данной части недействительным.  

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции в целом верно квалифицировал отношения сторон как регулируемые общими нормами ГК РФ об обязательствах и положениями главы 37 ГК РФ о подряде.

В силу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Указанные в договоре подряда начальный, конечный и промежуточные сроки выполнения работы могут быть изменены в случаях и в порядке, предусмотренных договором (пункты 1 и 2 статьи 708 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой (пеней, штрафом), предусмотренной законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (статья 330 ГК РФ).

В пункте 60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) разъяснено, что на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Как установлено пунктом 20.2.1 договора, просрочка в выполнении работ со стороны подрядчика, в том числе задержка окончания работ по контрольным точкам, указанным в графике выполнения работ, влекут за собой наложение штрафных санкций на подрядчика из расчета соответственно: 

1) 0,05 % (пять сотых процента) от стоимости соответствующих Работ, за каждый день просрочки с первого по десятый день просрочки; 

2) 0,1 % (одна десятая процента от стоимости соответствующих Работ, за каждый день просрочки с одиннадцатого по двадцатый день просрочки; 

3) 0,5 % (пять десятых процента) от стоимости соответствующих Работ, за каждый день просрочки с двадцать первого дня просрочки и далее. 

Факт нарушения ответчиком установленных сроков выполнения работ по договору подтверждается материалами дела и ответчиком по существу не оспаривается.

Утверждение ответчика о том, что нарушение сроков выполнения работ произошло по вине заказчика, не исполнившего встречных обязательств по предоставлению необходимого для производства работ оборудования и передаче полного комплекта проектно-сметной документации, отклоняется апелляционным судом как не влияющий на итоговую квалификацию поведения сторон, поскольку доказательств приостановления работ по указанным причинам в порядке статей 716, 719 ГК РФ в целях исключения своей вины ответчиком не представлено. Также общество не доказало, что изложенные обстоятельства повлияли на невозможность осуществления спорных работ в пределах установленных сроков.

Доказательства того, что именно отсутствие кранового оборудования явилось причиной не завершения отдельных этапов работ, в материалы дела в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлены и то обстоятельство, что строительная готовность позволяла приступить к монтажу оборудования, ответчиком не доказано.

При этом вопреки доводам апеллянта об отсутствии строительной готовности свидетельствует отсутствие готовности крановых путей, не закрытый тепловой контур, отсутствие системы электроснабжения, ненадлежащее качество работ по монтажу подкрановых балок БК в осях В-Г/18-28 на отм.+23,85 (предписание ООО «РН-СтройКонтроль» от 07.11.2019№ 155/ССКЗ/КК/19- У), что в свою очередь исключило возможность поставки и передачи в монтаж оборудования.

Судом также принято во внимание, что в ходе проведения операционного контроля монтажа колонн, выполнения подливки бетоном мест опирания колонн на фундаменты (п. 2.4 «Конструктивные и объемно-планировочные решения. Конструкции металлические» Графика в редакции ДС № 6 к договору) сотрудниками ООО «РН-СтройКонтроль» выявлены существенные нарушения требований проекта 01063/1-163-КМ2 и технологической карты ТК-КЗЗ-01063-163КМ, вследствие чего выдано предписание от 30.05.2020 № 023/ССКЗ/КК/20 остановить дальнейшие работы по монтажу металлоконструкций (указанных в данном предписании) до выполнения мероприятий по устранению выявленных замечаний. 

Таким образом, вышеуказанные предписания № 018/ССКЗ/КК/20-О от 24.05.2020, 136/ССКЗ/КК/20-У от 29.05.2020 подтверждают факт невыполнения работ по этапам Конструкции железобетонные (КЖ), Конструкции металлические (КМ) по вине подрядчика.

Суд апелляционной инстанции также считает неубедительной ссылку ответчика на невыполнение заказчиком работ, предшествующих работам подрядчика, в частности по монтажу шторных ворот, который по условиям договора должен был осуществить заказчик.

Согласно ПОС 010429 (XI) - ПОС 10 кор.1 изм. 1 (лист 17) монтаж элементов входных групп (ворот) выполняется на этапе внутренних и наружных отделочных работ и производится подрядчиком после устройства ограждающих конструкций и устройства кровли, которые входят в состав работ «Конструкции металлические» (КМ) и «Архитектурные решения» (АР). 

Для завершения указанных работ, в том числе требовалось освидетельствовать работы по монтажу металлических конструкций в осях В-Д по оси 1, 33, а также устранить замечания к качеству работ, изложенных в предписании ООО «РН-СтройКонтроль» от 24.05.2020. 

Исходя из изложенного, к монтажу шторных ворот заказчик мог приступить только после освидетельствования работ по монтажу металлических конструкций в осях В-Д по оси 1, 33, а также после устранения замечаний, указанных в предписании ООО «РН-СтройКонтроль» от 30.05.2020 №023/ССКЗ/КК/20-О.

Доводы заявителя жалобы, в том числе, о внесении изменений заказчиком в конструкцию цеха, ранее не предусмотренных договором, в отсутствие согласования изменений цены договора, также являлись предметом исследования и оценки суда первой инстанции, их необоснованность отражена в обжалуемом судебном акте с изложением соответствующих мотивов.

Как верно отмечено судом, технологическая последовательность работ и укрупненный состав (объем) работ, относящихся к каждому из этапов, согласована сторонами в графике выполнения работ (приложение № 4 к дополнительному соглашению № 3 от 29.11.2018), из содержания которого следует, что устройство путей кранов, работы по бетонированию фундаментов, а также монтаж ворот были предусмотрены в составе работ по договору с ноября 2018 года.

Кроме того, рельсовые пути были внесены в альбом РД шифр 01063/1-КЖ1, выданный подрядчику по накладной № 427 от 26.09.2019 до заключения дополнительного соглашения № 5 от 29.10.2019.

Довод апеллянта о неприменимости названного графика выполнения работ ввиду неоднократного изменения проектно-сметной документации не может быть прият во внимание апелляционным судом, поскольку в дополнительных соглашениях №№ 5, 6 сторонами было учтено соответствующее изменение объемов и сроков выполнения работ.

Далее указывая на введение в проект кровли цеха люков дымоудаления вместо зенитных фонарей, ответчик не обосновал, каким образом указанные изменения повлияли на сроки производства работ, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств монтажа и предъявления к приемке зенитных фонарей, что повлекло бы необходимость выполнить часть работ заново.

Судом апелляционной инстанции также отклоняется ссылка заявителя жалобы на письма истца о возможности поставки оборудования в определенные сроки и директивный график истца ввиду того, что данные документы не подтверждают наличие препятствий к выполнению подрядчиком работ, так как ответчик не доказал, что все предшествующие работы были им выполнены и только неисполнение обязательств со стороны заказчика препятствовало выполнению работ в установленные сроки.

Помимо прочего из выборочного анализа отчетов ответчика, представленных в период с ноября 2019 года по апрель 2020 года, следует выраженная динамика снижения количества персонала и техники, что отражено в представленных истцом диаграммах в отчетах. 

Повторно исследовав представленное в материалы дела ответчиком экспертное заключение от 11.03.2021 № 59/СТР/21 от 11.03.2021, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для его принятия в качестве надлежащего доказательства содержащихся в нем сведений. Как обоснованно указал суд первой инстанции, названное заключение выполнено лицом, не имеющим высшего образования, то есть при отсутствии соответствующей квалификации и специальных познаний. При этом ответчик как подрядчик, подписав договор, не мог не знать об условиях исполнения обязательства, в том числе в части объемов и сроков производства работ.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что, заключив договор на предложенных условиях, и приступив к его исполнению, подрядчик осознано принял риски, связанные с невозможностью своевременно и в полном объеме выполнить работы по договору, и наступлением при ненадлежащем исполнении договора неблагоприятных последствий в виде гражданско-правовых санкций и расторжения договора.

По этим же основаниям суд правомерно отклонил ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы по определению реальной возможности выполнения работ в сроки, предусмотренные графиком выполнения работ в редакции дополнительного соглашения № 6 ввиду отсутствия процессуальных оснований для его удовлетворения, что не противоречит положениям статьи 82 АПК РФ. По справедливому суждению суда, мнение эксперта по вопросу возможности выполнения определенного комплекса работ, в сроки, установленные дополнительным соглашением № 6 к договору, не будет соответствовать принципу допустимости доказательств по делу.

Таким образом, принимая во внимание представленные в материалах дела предписания об устранении недостатков, а также то обстоятельство, что за период с января по апрель 2020 года ООО «Уфанефтемаш» сданы работы стоимостью 29 млн., вместо 1,3 млрд. запланированных, графиком освоения финансирования (приложение № 4 дополнительного соглашения № 6), суд пришел к обоснованному выводу, что просрочка выполнения работ явилась следствием недостаточности количества персонала и техники подрядчика, а также ненадлежащего качества работ, при отсутствии фактов приостановления работ по вине заказчика.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что просрочка выполнения работ допущена по вине самого подрядчика, в связи с чем счел требование о взыскании неустойки за нарушение сроков выполнения подлежащим удовлетворению.

Представленный истцом расчет неустойки повторно проверен судом апелляционной инстанции и признан обоснованным, арифметически верным.

Оценивая правомерность требования истца о взыскании договорной неустойки в виде штрафа в размере 466 353 рублей 87 копеек за нарушение требований ПБОТОС суд апелляционной инстанции установил следующее.

В соответствии с пунктом 16.1 договора, подрядчик, его субподрядчики при подготовке и проведении строительно-монтажных работ должны работать с соблюдением всех требований по охране труда и технике безопасности, в том числе промышленной, пожарной и экологической безопасности, руководствуясь требованиями государственных нормативно-правовых актов, а также локальных нормативных документов заказчика в области охраны труда и окружающей среды, пожарной и промышленной безопасности, переданные по акту передачи, в течение всего срока пребывания на территории заказчика. 17.07.2019 заказчиком в соответствии с пунктом 9.1.1 договора на объекте строительства проведена проверка состояния охраны труда, промышленной, пожарной и экологической безопасности, по результатам которой составлен акт-предписание от 17.07.2019 № 172 и зафиксированы следующие нарушения: 

1. осуществляется хранение баллонов без защитных колпаков с кислородом (пункт 151 «Правил по охране труда при выполнении электросварочных и газосварочных работ», утвержденные приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 23.12.2014 № 1101) - срок устранения нарушений до 17.07.2019; 

2. сбор отходов не упорядочен, места не оборудованы, емкости для накопления отходов переполнены. Строительный мусор валяется на земле (часть 1 статьи 13.4 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления», часть 2 статьи 13, статья 42 Земельного кодекса Российской Федерации от 25.10.2001 № 136-ФЗ) – срок устранения нарушений до 18.07.2019; 

3. не обозначены и не ограждены опасные зоны (котлованы) (пункт 12, пункт 55 Правил по охране труда в строительстве, утвержденных Приказом Минтруда и соцзащиты от 01.06.2015 № 336 н) - срок устранения нарушений до 18.07.2019; 

4. отсутствуют защитные ограждения на границах зон с постоянным присутствием, допускается присутствие на строительных объектах посторонних лиц (пункт 47 «Правил по охране труда в строительстве», утвержденных Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 01.06.2015 № 336н) – срок устранения нарушений до 20.07.2019; 

5. при перерывах в работе, шланги не отсоединяются от газовых баллонов и не освобождаются от горючих жидкостей газов (пункт 423 «Правил противопожарного режима в Российской Федерации» утвержденных постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 № 390) - срок устранения нарушений до 17.07.2019; 

6. пожарный щит разукомплектован, ящик с песком не герметичен, отсутствует бочка (емкость) с водой (пункт 482, пункт 483, приложение № 6. «Правил противопожарного режима в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства РФ от 25.04.2012 № 390, ГОСТ 12.4.009-83. Межгосударственный стандарт. Пожарная техника для защиты объектов. Основные виды. Размещение и обслуживание» (утвержденных Постановлением Госстандарта СССР от 10.10.1983 № 4882, ред. от 01.06.1989) – срок устранения до 20.07.2019. 

22.07.2019 заказчиком проведена проверка выполнения подрядчиком требований заказчика по соблюдению правил и норм техники безопасности и охраны труда (акт-предписание от 17.07.2019 № 172).

По результатам проверки составлен акт проверки устранения выявленных нарушений от 22.07.2019 № 172.1, в котором установлено, что рекомендуемые мероприятия, указанные в пунктах 2 и 4 акта-предписания от 17.07.2019, в установленный срок со стороны подрядчика не исполнены.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 20.2.2 договора, за невыполнение требований заказчика по соблюдению правил и норм техники безопасности и охраны труда в течение 3 дней (после согласованного заказчиком срока) подрядчик обязан уплатить заказчику штраф в размере 0,1 % от общей месячной стоимости работ по объекту в соответствии с приложением № 5 «График освоения и финансирования» к настоящему договору в месяце нарушения за каждое нарушение. При этом требования об уплате неустойки в соответствии с п. 20.2.13 договора, подлежат удовлетворению в течение 15 (пятнадцати) дней с момента получения второй стороной соответствующего требования. 

Согласно Графику освоения и финансирования, в редакции дополнительного соглашения от 29.11.2018 № 3 к договору, общая стоимость работ за июль 2019 года составляет 233 176 936 рублей 20 копеек. 

Таким образом, за не выполнение двух требований заказчика по соблюдению правил и норм техники безопасности и охраны труда размер штрафа по расчету истца составляет 466 353 рублей 87 копеек (из расчета: 233 176 936,20 * 0, 1%*2=466 353,87).

Расчет штрафа проверен судом и признан верным и соответствующим пункту 20.2.2 договора в редакции дополнительного соглашения № 3 от 29.11.2018.

Контррасчет ответчика не принят судом во внимание, поскольку для расчета ответчик использовал месячную стоимость работ за июль 2019 года, установленную дополнительным соглашением № 6 от 07.05.2020, которое распространяет свое действие на отношения сторон, возникшие с 30.12.2019. Соответственно условия данного соглашения, как верно указано судом, неприменимы на момент возникновения оснований для начисления штрафа (22.07.2019).

Поскольку договорные обязательства исполнены подрядчиком ненадлежаще, требование заказчика о взыскании штрафа правомерно признано судом первой инстанции обоснованным и подлежащим удовлетворению.

В свою очередь поддерживая выводы арбитражного суда об уменьшении размера предъявленных ко взысканию штрафных санкций, суд апелляционной инстанции учитывает следующее.

В силу статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Исходя из смысла данной правовой нормы, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) размер неустойки может быть снижен судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика в исключительных случаях с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Истец для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Снижение размера неустойки не должно вести к необоснованному освобождению должника от ответственности за просрочку исполнения обязательства.

Таким образом, несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства устанавливается при исследовании судом фактических обстоятельств дела и имеющихся в нем доказательств, в том числе доказательств, представленных ответчиком о чрезмерности и несоразмерности неустойки.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О указано, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона таких его условий, как размеры неустойки - они должны быть соразмерны указанным в этой конституционной норме целям.

В Постановлении от 13.01.2011 № 11680/10 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал, что необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами, однако никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В соответствии с положениями пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем, для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Изложенное в названном пункте Постановления разъяснение в отношении критериев соразмерности неустойки исходя из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения, не предполагает обязанность суда во всех случаях снижать неустойку до указанного размера.

Принимая во внимание указанные нормы права, а также правовую позицию судов высших инстанций, исходя из анализа всех обстоятельств дела и оценки соразмерности заявленной суммы, учитывая компенсационную природу неустойки, в целях соблюдения баланса интересов сторон, суд первой инстанции в порядке применения статьи 333 ГК РФ обоснованно снизил размер пени до 200 000 000 рублей, размер штрафа до 300 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции полагает определенную судом сумму штрафных санкций соответствующей принципам добросовестности и разумности, а также достаточной для обеспечения восстановления нарушенных прав кредитора.

Довод апеллянта о недостаточном снижении размера подлежащей взысканию неустойки признается судебной коллегией несостоятельным исходя из следующего.

Необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия. Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Доказательств несоответствия возможного размера убытков кредитора в материалы дела в нарушение требований статьи 65 АПК РФ не представлено.

Ссылка апеллянта в обоснование необходимости снижения размера неустойки на возврат авансового платежа за счет банковской гарантии не принимается, поскольку указанное не является в данном случае основанием для применения статьи 333 ГК РФ.

При этом апелляционная коллегия отмечает, что размер неустойки был согласован сторонами в договоре, заключая который подрядчик действовал по своей воле и в своем интересе, руководствуясь принципом свободы договора (статья 421 ГК РФ).

С учетом изложенного аргументы ответчика о недостаточном снижении суммы неустойки, мотивированные отсутствием вины подрядчика в допущенной просрочке выполнения, не нашли подтверждения при рассмотрении апелляционной жалобы.

Таким образом, заявленные требования о взыскании штрафных санкций подлежат удовлетворению в размере 200 000 000 рублей неустойки и 300 000 рублей штрафа.

Разрешая требования истца в части взыскания 668 561 рубля 90 копеек процентов, начисленных за период с 02.06.2020 по 18.06.2020 на сумму неотработанного аванса, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором (пункт 1 статьи 395 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 37 Постановления № 7 проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Принимая во внимание, что договорные отношения между сторонами прекращены и установлено нарушение эквивалентности встречного предоставления, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о законности требования истца в части начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, исходя из суммы долга 635 567 932 рублей 55 копеек за период с 02.06.2020 (день, следующий за датой расторжения договора) по 18.06.2020 .

Расчет процентов судом проверен и признан арифметически верным.

На основании изложенного, требование о взыскании процентов правомерно удовлетворено судом первой инстанции в требуемой сумме              668 561 рубля 90 копеек.

В рамках встречного иска ООО «Уфанефтемаш» было заявлено требование о признании недействительным договора № 2018-145-14 от 23.03.2018 в части условия договора о конечном сроке выполнения строительных работ, установленного в пункте 6.1 договора, в редакции дополнительного соглашения № 6, и в части условия договора о конечных сроках выполнения каждого вида (этапа) строительных работ, установленных в графике выполнения работ, в редакции дополнительного соглашения № 6, в силу их притворности.

Поддерживая выводы арбитражного суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания недействительной спорной части договора, судебная коллегия руководствуется следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (статья 180 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

По смыслу названной нормы права признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. По основанию притворности недействительной сделки может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее совершения (прикрытие другой сделки).

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции установил, что договор подряда в редакции дополнительного соглашения № 6 заключен сторонами на добровольной основе. Истцом по встречному иску не представлены доказательства того, какие правовые последствия, отличные от правовых последствий заключения спорного договора, пытались достичь его стороны, а также наличия воли истца и ответчика на совершение притворной сделки.

На основании предоставленного ответчиком нового графика производства работ, а также во исполнение соглашений, достигнутых на совещаниях 24.09.2019, 26.11.2019, 03.12.2019, с учетом продления банковской гарантии до 14.06.2020 стороны согласовали новый срок завершения работ по договору (30.04.2020), оформив договоренность дополнительным соглашением № 6 к договору.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

По общим правилам, стороны свободны в формулировании условий, определяющих сроки исполнения обязательств.

Судом учтено, что условия о сроках выполнения работ не противоречат существу законодательного регулирования обязательств по договорам подряда.

При таких обстоятельствах, коллегия поддерживает мнение суда первой инстанции о том, что очевидным правовым последствием заключения дополнительно соглашения № 6 является сохранение договорных отношений с установлением новых сроков исполнения обязательств, которые в любом случае были ограничены представленным подрядчиком продлением банковской гарантии и предложенным им графиком выполнения работ, которые в своей совокупности предусматривали завершение работ не позднее 31.05.2020.

Допустимых доказательств наличия воли заказчика на окончание работ в иной срок ответчиком с соблюдением требований статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводами суда о несостоятельности ссылки ответчика на директивный план ООО «СК «Звезда», предусматривающий окончание работ в августе 2020 года, поскольку данный план является внутренним документом истца и не устанавливает права и обязанности сторон в отличие от договора, в связи с чем не может являться подтверждением факта согласования сторонами иных сроков выполнения работ.

Подлежит отклонению и довод апелляционной жалобы об изначальной неисполнимости условий договора в редакции спорного дополнительного соглашения по сроку выполнения работ, поскольку с учетом пунктов 1 и 4 статьи 421 ГК РФ оснований считать изначально неисполнимыми установленные сроки не усматривается, при том, что при заключении дополнительного соглашения ответчик согласился на выполнение им работ в указанные сроки, тем самым добровольно принял на себя обязательство по выполнению работ в установленные сроки, а следовательно, должен нести связанные с этим решением риски.

Ответчик при подписании соглашения № 6 к договору 07.05.2020, не изменяя при этом сроки выполнения работ, установленные им, и истекшие к моменту подписания соглашения, действуя разумно и осмотрительно, должен был предвидеть и осознавать последствия совершения указанных действий в виде применения контрагентом санкций, предусмотренных договором.

В материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении дополнительного соглашения № 6 подрядчик указывал заказчику на неисполнимость договора в срок, установленный пунктом 6.1 договора и в графике выполнения работ в редакции названного дополнительного соглашения, о направлении в адрес заказчика протокола разногласий относительно срока выполнения работ.

Напротив, подписав оспариваемое соглашение, ответчик продолжил производство работ вплоть до одностороннего отказа заказчика от договора, в этой связи, по справедливому суждению суда, в рассматриваемом случае являются применимыми положения пункта 5 статьи 166 ГК РФ и разъяснения, приведенные в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, согласно которым, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Поскольку доказательства, подтверждающие, что договор подряда в редакции дополнительного соглашения № 6 в части условий о сроках выполнения работ является притворной сделкой, истец по встречному иску в нарушение статей 9 и 65 АПК РФ в материалы дела не представил, основания для признания спорного договора в данной части недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ у суда отсутствовали.

При изложенных обстоятельствах арбитражный суд апелляционной инстанции счел, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Обстоятельство введения в отношении ответчика процедуры банкротства - наблюдения определением суда от 23.07.2021 не влияют на результат рассмотрения спора как возникшее после оглашения судом резолютивной части решения по существу настоящего спора.

Доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по госпошлине по апелляционной жалобе относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 22.07.2021  по делу №А51-15718/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

С.Н. Горбачева

Судьи

В.В. Верещагина

Е.Н. Номоконова